**Глава 84. Бездельники на хвосте**
Выйдя со двора, Линь Юйчжу задумчиво посмотрела на небо. Ван Сяомэй сейчас напоминала ей хозяйку, «припрятавшую сокровище» в золотой клетке. Любопытство грызло изнутри: что же на самом деле связывает эту парочку? Лишь бы наивную Сяомэй саму не пустили в расход.
Раз уж сказала, что идет за мясом, нужно было погулять хотя бы полчаса для вида.
Пользуясь случаем, Линь Юйчжу заглянула к тетушке Линь. Удачно совпало, что дядя Линь тоже был дома. Именно он открыл дверь и, увидев гостя, лишь сухо кивнул, пропуская во двор с каменным лицом.
Линь Юйчжу почувствовала, что сегодня она явно не в фаворе.
Тетушка Линь, стиравшая белье, напротив, расплылась в улыбке. Она поспешно вытерла руки о фартук и бросилась встречать девушку со всем радушием. Дядя Линь, стоя в сторонке, лишь недовольно хмыкнул.
Линь Юйчжу невольно поежилась. Кажется, она начала понимать причину недовольства хозяина дома. Неужели он ревнует свою старуху к каждому встречному? Но помилуйте... какой из «Мутоу» соперник взрослому мужчине? Неужели он всерьез думает, что этот щуплый юнец может увести его жену?
«Ах, любовь... — иронично подумала она. — Туманит мозги похлеще свиного жира».
Видя, что муж начинает ворчать под нос, тетушка Линь, не церемонясь, выставила его в дом. Линь Юйчжу лишь потерла кончик носа — она тут совершенно ни при чем.
Дядя Линь хоть и ушел, но замер посреди комнаты, не сводя колючего взгляда с пары во дворе. Под таким мощным прессом Линь Юйчжу наскоро переговорила с тетушкой, оставила двадцать цзиней масла и финики, после чего поспешила ретироваться. Она даже забыла забрать пустые емкости.
Уже выходя за калитку, она услышала приглушенный голос дяди Линя:
— Да не записывай ты всех подряд в хорошие люди! У этого пацана глаза ох какие недобрые. Одна ты не видишь, того и гляди — продаст тебя и не поморщится.
— Ой, да замолчи ты! — донесся в ответ звонкий голос тетушки. — Вечно ты каркаешь. Мясо, что на эти деньги куплено, лопаешь — за ушами трещит, а как до дела — так всё не по-твоему. Я же для семьи стараюсь, а ты...
Линь Юйчжу не стала дослушивать и, усмехнувшись, зашагала прочь.
Доставив товар тетушке Линь, она взвалила на плечи корзину с тридцатью цзинями свинины и вернулась к Ли Цзыли. К её удивлению, Ван Сяомэй всё еще была там. «Неужели ей больше не нужно скупать товар?» — мелькнуло в голове у Линь Юйчжу.
Проверкой мяса занимался сам мальчик, не подпуская Сяомэй. Убедившись, что свинина первосортная, он отсчитал деньги.
Сделка завершилась, и Линь Юйчжу направилась к выходу. Едва она успела прикрыть за собой дверь, как до неё донесся торжествующий голос Ван Сяомэй:
— Ну что, Цзыли, брат, по старой схеме — с этой сделки мне причитается один юань комиссионных!
Линь Юйчжу едва не споткнулась на ровном месте. «М-да, кажется, я слишком высокого мнения о её бескорыстии...»
Эта беготня отняла немало времени. Линь Юйчжу еще заскочила к нескольким знакомым старушкам, сбыла остатки товара и решила, что на сегодня хватит. Она рассудила здраво: тише едешь — дальше будешь. Широкие шаги не всегда ведут к успеху.
Планы по «масштабному расширению» она решила пока отложить. Женщина имеет право быть переменчивой. На самом деле она просто поняла, что развоз товара по всем точкам занимает всё утро. Если раздувать сеть еще сильнее, придется торчать в поселке до вечера, а это уже риск.
Большая сеть — большие проблемы. Чжицины тоже не дураки, заметят. То, что Ван Сяомэй в курсе — не беда, они теперь обе по уши в одном деле.
Вернувшись в пространство и смыв грим, Линь Юйчжу не стала спешить наружу. Она решила пообедать прямо здесь. В государственном ресторане она вечно натыкалась то на толстяка Ли, то на почтальона, а с людьми такой профессии ей сейчас лучше было не пересекаться.
У неё теперь была своя свинина. А значит, пришло время лепить пельмени! И снова Сань Пану пришлось демонстрировать чудеса кулинарии.
Линь Юйчжу развалилась на мягкой кровати в своем деревянном домике, читая газету и лениво помахивая ногой. Сейчас она чувствовала, что каждое Очко Вклада, вложенное в улучшение жилища, окупилось сполна.
Дни потекли своим чередом. По утрам Линь Юйчжу и Ван Сяомэй уходили в горы, после обеда возвращались, а накопив партию патоки, отправлялись в поселок.
Иногда Линь Юйчжу подбрасывала баночку сиропа тетушке Линь на продажу. Незаметно пролетело больше полумесяца. За это время она успела сбыть и финики, и масло, а в самые «голодные» дни торговала кукурузой. Зато в удачные моменты выносила на продажу свинину или белую муку. У тетушки Чжэн при виде «Мутоу» настроение каждый раз скакало, как на американских горках.
В итоге Линь Юйчжу скопила приличную сумму — более тысячи шестисот юаней. Теперь она официально была «тысячницей», богачкой по местным меркам.
Правда, богачкой она была весьма прижимистой. Её комната в общежитии чжицинов по-прежнему сияла первозданной пустотой — ни одной новой вещи. Линь Юйчжу придерживалась философии «и так сойдет», твердо решив не тратить ни лишнего мао на быт, который ей скоро станет не нужен.
Ван Сяомэй даже начала подозревать, не обманывают ли её подругу на черном рынке, раз та живет так скромно. Сама же Сяомэй на одной только патоке заработала уже шестьдесят юаней.
На поле остался последний клочок сахарной свеклы — работы еще на пару дней. Обе девушки вздохнули с облегчением, решив поднажать и закончить всё разом. Однако по дороге к лесу они заметили нечто странное: кто-то крался за ними по пятам.
— Кажется, у нас хвост, — шепнула Линь Юйчжу, хватая Сяомэй за руку.
Ван Сяомэй хотела обернуться, но Линь Юйчжу удержала её. Они начали водить преследователя кругами. Нужно отдать должное Ван Сяомэй — в лесу она ориентировалась как лесной дух. В итоге они умудрились зайти преследователю в тыл. Притаившись в густом кустарнике, девушки затаили дыхание, желая увидеть, кто же этот таинственный шпион.
И надо же — старая знакомая! Тетушка Ли.
Линь Юйчжу лишь покачала головой. В деревне больше не было настолько праздных людей.
— Что делать будем? — шепотом спросила Ван Сяомэй. — Идем копать свеклу?
Линь Юйчжу не сводила взгляда с тетушки Ли, которая в растерянности озиралась по сторонам. Такая особа, если вцепится, не отвяжется. Даже если сейчас её стряхнуть, она придет завтра.
— Пусть посмотрит, как мы хворост собираем. Поводим её еще немного.
Тетушка Ли действительно обладала феноменальным упрямством. Потеряв след, она не ушла, а продолжала рыскать по лесу с завидным упорством. И, как говорится, терпение и труд всё перетрут — вскоре она снова наткнулась на девушек.
В последнее время тетушка Ли заметила, что эти двое повадились в горы. Она поспрашивала людей, те сказали — мол, собирают сухие ветки да листья, мусор всякий. Но тетушка Ли чуяла подвох. Как профессиональная бездельница, она ни за что не поверила бы, что городская девчонка Линь станет просто так копаться в лесной подстилке. Тут явно пахло выгодой.
Интуиция у женщин, независимо от возраста, работает безотказно.
Весь остаток утра Линь Юйчжу и Ван Сяомэй под бдительным взором тетушки Ли прилежно собирали валежник. В полдень они вернулись в общежитие. Ли Сянвань, увидев их так рано, немало удивилась.
Из-за слежки Линь Юйчжу и Ван Сяомэй сменили тактику. Они оставили все котлы и ведра дома и пошли за свеклой налегке. Оставалось-то всего ничего, можно было перетаскать всё в корзинах за пару раз, а патоку наварить ночью, по-тихому.
Но когда после обеда они снова вышли за порог, тетушка Ли, словно приклеенная, опять двинулась следом.
Ван Сяомэй от ярости едва не скрипела зубами, но поделать ничего не могла. Линь Юйчжу же задумчиво вертела в руках серп. «Может, — пронеслось у неё в голове, — запустить в неё этим инструментом? Чисто ради интереса, конечно...»
Обновлено: 10.07.2026