Глава 6 — Глава 5

Нин Юань подумал, что ослышался. После слов А Цяо о примирении, он почувствовал, что его мечта сбылась. Мужчина признавал, что никогда не был достаточно образован в этом вопросе. – Кхе-кхе-кхе... Нин Юань поперхнулся водой от волнения. После трех месяцев, проведенных в постели, его тело все еще было очень слабым. Ощутив сухость в горле, Сюй Ляньцяо повернулась спиной к кровати и тоже закашлялась.  Радость Нин Юаня омрачало беспокойство. Как было бы хорошо, если бы он вернулся в собственное тело! Если он даст согласие на развод, все еще будучи Цзян Хуаем, он никогда больше не увидит А Цяо... Прошло так много времени с тех пор, как он мог видеть ее так близко. Раньше ее улыбка мелкала перед ним лишь во снах. Но если девушка действительно хотела свободы, разве он мог чинить ей препятствия из-за собственного эгоизма? Нин Юань понял, что А Цяо заговорила о мире, потому что боялась усложнить свою жизнь в семье Цзян. Он, несмотря на продолжительную службу на северо-западе, также знал, что сын такой могущественной семьи не согласился бы так просто примириться с провинившейся женой.  Кашель постепенно прекратился. Нин Юань посмотрел на А Цяо и спросил: – Я сказал, что хочу помириться? Скрывая свои истинные чувства, мужчина говорил тихим, растроенным голосом. Однако Нин Юань забыл, что теперь его голос звучал иначе. Даже ему самому сказанные слова показались сухими и резкими. Цзян Хуай не обещал ей примирения. Их ссора в тот день была весьма неприятной. За последние три месяца Сюй Ляньцяо нарисовала себе множество вариантов развития их отношений. Она даже приготовилась к худшему, но никак не ожидала тех слов, которые услышала... Ляньцяо планировала обмануть мужа, ожидая, что после долгого сна он не сможет ясно мыслить. Лучше попросить прощения, чем оказаться разведенной. Но... Как мог такой человек, как Цзян Хуай, позволить ей воспользоваться его положением?  Сюй Ляньцяо была обескуражена и не знала, что сказать дальше. Она опустила глаза. Ее пальцы нервно теребили краешек платья. Сюй Ляньцяо понимала, что выглядела довольно робко. Она не хотела такой быть. Она мечтала научиться затыкать людям рты в спорах. Или отвечать пощечиной на грубые насмешки Цзян Хуая. Но… Ее глупая манера промолчать и озвучить достойный ответ только мысленно, не делала ей чести в этой семье. Что касается пощечины, в рукоприкладстве Цзян Хуаю не было равных, поэтому ей оставалось только мечтать о моменте, когда она влепила бы ему затрещину. В комнате снова стало тихо. Заходящее солнце отбрасывало длинные тени на стены. Сорока села на окно и принялась стрекотать. Среди этих звуков Нин Юань едва различил вздох Сюй Ляньцяо. На самом деле, он не сводил с нее глаз. – Кхм.  – Мужчина привлек внимание девушки. Сюй Ляньцяо подняла голову, ожидая услышать от Цзян Хуая очередную грубость. К своему удивлению, она увидела, как Цзян Хуай опустил голову и медленно произнес: – Я еще не пришел в себя. Давай поговорим об этом позже. – Затем, словно желая успокоить ее, он добавил: – Сначала тебе следует пойти отдохнуть. Мужчина говорил с легкой улыбкой. Это был первый раз, когда Цзян Хуай был нежен с ней с тех пор, как они поженились. Сюй Ляньцяо была сбита с толку и смогла только тихо согласиться. Она чувствовала себя некомфортно рядом с Цзян Хуаем и хотела поскорее уйти. Развернувшись, она вышла из комнаты. Только после того, как дверь за ее спиной захлопнулась, Сюй Ляньцяо почувствовала облегчение. Она не очень хорошо знала Цзян Хуая, но сегодня он был полной противоположностью того человека, чьей женой она являлась. Он казался намного мягче и добрее обычного. Он не угрожал ей и не говорил гадостей. В его глазах больше не было презрения.  Могли ли быть правдой небылицы о полном перевоплощении людей, переживших что-то вроде воскрешения из мертвых? Разве это были не просто сказки, которые любили рассказывать старики? Если с ее мужем произошло именно это, то перемены были весьма впечатляющими. *** Нин Юань испытал смешанные чувства, увидев, как быстро А Цяо ушла. С одной стороны, он был рад, что А Цяо не испытывала теплых чувств к мужу, но, с другой стороны, сам факт ее стремительного ухода печалил его. Та А Цяо, которую он знал, была осторожной, так как родителей не было рядом и ее некому было защитить, но она никогда не была такой чувствительной и запуганной, как сейчас. Она смеялась, сердилась, брала его с собой на рыбалку к ручью за горой, упрашивала научить ее ездить верхом и даже говорила, что хотела бы найти такого мужа, как он. Нин Юань вспомнил, как лунный свет когда-то отражался в ее глазах. Что же произошло с ней за эти годы?  Он бы отдал все, чтобы А Цяо нашла мужа, который по-настоящему любил бы ее, а не причинял одни лишь страдания. Он был готов отказаться от шанса быть с ней, лишь бы А Цяо стала счастливой.  Допив воду и немного поразмыслив, Нин Юань понял, что делать дальше. *** Красное солнце, наконец, скрылось за западными горами и в комнату ворвался прохладный освежающий ветерок, звеня колокольчиками в прихожей. Нин Юань отдыхал, как вдруг услышал голос слуги за дверью: – Ваше Величество, госпожа Цзян Цинь приглашает Вас на ужин. Нин Юань широко раскрыл глаза. Ему следовало бы отказаться, поскольку он мало что знал об особняке господина Сюаньву. Но… – Хорошо. Вернись к госпоже и скажи ей, что я буду через минуту. Нин Юань никогда не придерживался правил. Как только молодой человек ушел, Нин Юань приступил к подготовке. Все шло гладко за исключением переодевания. Хотя они оба с Цзян Хуаем были мужчинами, он все равно чувствовал себя смущенно, трогая чужое тело. Нин Юань мельком взглянул на себя, но не стал рассматривать долго. Он гордо отметил, что физическая форма Цзян Хуай не шла в сравнение с его настоящей формой. Быстро надев накидку, Нин Юань позволил проводить себя в столовую. Войдя внутрь, он впал в замешательство от присутствующих персон. Он мог понять, почему там не было А Цяо: она не нравилась госпоже Цзян. Но, кроме госпожи Цзян, Нин Юань заметил еще одну женщину. Он смутно помнил, что она была одной из наложниц Цзян Хуая. Она тихо стояла в углу, в отличие от беременной наложницы, которую он видел ранее. Итак… Особняк господина Сюаньву оказался довольно «грязным» местом. Нин Юань усмехнулся.