Позорнее смерти от своего же томагавка на стриме — только смех зрителей в чате. Риджин просыпается в новом теле: наполовину орк, наполовину человек, а в голове — система, что метит врагов красным на карте, будто штабная сводка перед атакой. Первая цель — бандитский лагерь, зачистить тихо и без права на ошибку. Но пленница с луком целится ему в висок и просит не спасения, а войны — своей личной войны за месть. Сколько красных точек на карте погаснет, прежде чем этот мир поймёт, кого впустил на свою землю?

Позорнее смерти от своего же томагавка на стриме — только смех зрителей в чате. Риджин просыпается в новом теле: наполовину орк, наполовину человек, а в голове — система, что метит врагов красным на карте, будто штабная сводка перед атакой. Первая цель — бандитский лагерь, зачистить тихо и без права на ошибку. Но пленница с луком целится ему в висок и просит не спасения, а войны — своей личной войны за месть. Сколько красных точек на карте погаснет, прежде чем этот мир поймёт, кого впустил на свою землю?