Формация в пустоши оказалась так себе — Лю Ян окинул её взглядом и понял, что до седьмого ранга она даже не дотягивает. Единственное, на что годилась эта штука — наблюдение за аурами Ци и проявление скрытых фигур.
Не столько защита, сколько сигнализация.
Лю Ян не стал скрывать ауру, поэтому стоило им с Цинь Тяньхэ приблизиться — формация тут же ожила, и луч опознавательного света упал на обоих.
Одновременно с ним — десятки взглядов.
Лю Ян чуть приподнял бровь. Потому что эти люди смотрели на него совсем не так, как ученики Секты в Облачном Море Небесного Предела.
Оценка. Настороженность. Откровенная свирепость.
Но ни капли страха.
Впрочем, он тут же одёрнул себя. Так и должно быть.
На поле боя между Правыми и Демонами никто не церемонится. Закладка Фундамента бьёт Закалку Ци, подлость — норма жизни, и все, кто способен был бояться, давно мертвы.
Остались только отморозки.
Лю Ян окинул взглядом лагерь и увидел: ученики молча глотали пилюли, регулировали дыхание, перевязывали раны — без единой жалобы, без тени уныния. До его слуха долетали обрывки разговоров — кто-то упомянул, что знакомого загнали и убили, — и собеседники лишь расхохотались.
Всё было предельно ясно. Облава Небесного Двора и Чистой Земли на Секту Изначальной Святости? Да плевать хотели на неё не только Истинная Государыня Чистого Инея и Летучего Снега снаружи — сами ученики Секты не воспринимали это как катастрофу. Убили — значит, слабак. А мы вот — настоящие — прорубились и выжили.
Не умеешь — учись. Не хочешь учиться — не лезь.
Рядом Цинь Тяньхэ и бровью не повёл — для него всё это было в порядке вещей. Подозвал ближайшего ученика Секты и небрежно бросил:
— Сюй Синь где? Живой ещё?
— ...Живой.
Ученик повёл их в глубь формации. Там, в центре толпы, стоял белозубый юнец с красными, как вишня, губами и размахивал руками перед собравшимися:
— Братья! Мы должны объединиться!
— Двоих истинных преемников уже убили. Если и дальше будем каждый сам по себе — нас перебьют поодиночке. Или вы хотите сдохнуть в этой глуши?
— Не хотите — признайте моё руководство.
— Выполняйте мои указания, и хотя бы трое из десяти выживут. Я верю, что все ученики Секты — мои братья, и уверен: каждый готов сотрудничать...
Договорить он не успел. Один из учеников позднего этапа Закалки Ци перебил его с нескрываемым презрением:
— Тебя слушать? А куда ты брата Чунмина дел? Брат Чунмин — кровный наследник дяди Чунгуана, сила его бесспорна. Уж если кому и вести — так ему.
Хлюп!
Ладонь впечаталась в грудь говорившему раньше, чем тот закончил фразу. Тело отлетело, рухнуло наземь. Ученик забился, захлёбываясь кровью.
Юнец невозмутимо отряхнул руку.
— Кто не готов сотрудничать — тот мне не брат.
— Сюй Синь, ты смерти ищешь?!
Статный молодой человек с горящим взглядом взорвался от ярости. Мечевая пилюля вспыхнула в воздухе — радужная дуга меч-ци хлестнула по месту, где только что стоял юнец.
— Маленький барчук, — процедил Чунмин, — другие тебя нянчат — думаешь, я тоже буду?
Силуэт Сюй Синя растворился в пустоте. Мечевой свет рассёк воздух и пустое место. Через мгновение оба застыли друг напротив друга, и в глазах Сюй Синя плескалось неприкрытое убийственное намерение.
А двое поодаль — те самые, что всё это время молчали, — даже не шелохнулись. Только ухмылки на лицах стали шире. Бесплатное представление. Чего ж не посмотреть.
— ...Прекратить! Оба!
Цинь Тяньхэ рявкнул, шагнул в сторону и выпихнул Лю Яна вперёд:
— Перед вами — Истинный Человек! Кто посмеет буянить?!
Воздух загустел.
— Истинный Человек? Не может быть!
— Тяньхэ, ты шутишь?
— Кто тут Истинный Человек?
Все взгляды разом впились в Лю Яна. Поначалу — недоверчивые, оценивающие. Но выражения лиц быстро начали меняться.
Особенно у Сюй Синя. Он-то видел Лю Яна раньше — вместе с Цинь Тяньхэ. Своими глазами наблюдал, как тот единым выдохом ци усмирил Море Равновесия.
«Он и правда, мать его, на Закладке Фундамента?!»
Сюй Синь мгновенно погасил ауру, шагнул к Лю Яну и склонился в глубоком поклоне:
— Ученик Сюй Синь приветствует высшего мастера Секты.
Остальные Лю Яна прежде не встречали, но слепыми не были. Даже без усиления Нефритовой Девы ранг бытия, выстроенный великими техниками сверхъестественной силы, давил так, что ноги подкашивались. Нечто подобное они ощущали лишь рядом с сильнейшими из истинных преемников.
Атмосфера разом смягчилась.
Лю Ян тем временем разглядывал статного юношу, только что схлестнувшегося с Сюй Синем. Любопытно — они уже встречались.
Не в этой жизни. В позапрошлой.
«Тогда я пришёл в Тайный мир Плавильни Техник тренировать Аватар Похищения Святого. Один истинный преемник побывал там до меня — и провалился. Так это был он!»
Чунмин. Сын Истинного Человека Чунгуана.
По дороге сюда Цинь Тяньхэ успел обрисовать ему состав истинных преемников, участвующих в Войне за Дао. Характеры — в том числе.
По его словам, Чунмин терпеть не может, когда его называют отпрыском культиватора. Всю жизнь твердит, что пробьётся сам, собственным талантом и усердием, и публично заявляет, что превзойдёт Истинного Человека Чунгуана.
Большинство истинных преемников Секты сходились в одной оценке: завидный дурак.
Затем Лю Ян перевёл взгляд на Сюй Синя. Тут сомнений не было — классический тигр с улыбкой на морде. Секунду назад — «братья мои», секунду спустя — ладонь в грудь.
И наглости — через край. Чунмин как-никак прямой потомок мастера на Великом Совершенстве Закладки Фундамента, а этот — глазом не моргнув — лезет в открытую стычку. Мало того — с убийственным намерением.
Слово «безумец» — и то мягко.
Что до двоих зрителей, не проронивших ни слова от начала до конца, — мужчина и женщина.
У мужчины не было имени. Даже Цинь Тяньхэ знал лишь прозвище — Цзяолун. Женщину звали Би Фэйюань; она являлась истинной преемницей Пика Латания Небес.
Раз вырвались из облавы — значит, сила у обоих имелась.
Даос Цзяолун был из Пика Укрощения Демонов — одного из Четырёх пиков внутренних врат.
Мечта его жизни — превратить себя в дракона. Поэтому с момента вступления на Пик он ежедневно вживлял в собственное тело части демонических зверей.
По его собственной теории, у истинного дракона — девять обликов. Следовательно, если собрать в одном теле девять демонических зверей, каждый из которых воплощает один драконий облик, — можно прорваться на Закладку Фундамента и обратиться настоящим драконом. Под с виду нормальной кожей у этого человека скрывалась мозаика из звериных органов и конечностей.
Клинический сумасшедший.
Би Фэйюань же славилась ничуть не меньше.
На вид — девица лет шестнадцати, ослепительно красивая, с формами, от которых перехватывало дыхание. Вся «одежда» — тончайшая вуаль, сквозь которую алело тело.
Само по себе это ещё полбеды. Пик Латания Небес. Бывает.
Но по-настоящему прогремела она благодаря великой технике сверхъестественной силы под названием «Посев демонов в океане желаний».
Смысл — в названии: каждый, кто испытает к ней вожделение, впадает в одержимость.
Поэтому Би Фэйюань одевалась настолько откровенно, а в бою первым делом срывала с себя остатки ткани и сражалась с противником в чём мать родила.
Эффект — массовое поражение живой силы.
Без сомнений — опасная шлюха.
Ах да, ещё Цинь Тяньхэ.
Этот — просто приживала.
Лю Ян не удержался от вздоха.
Обвёл глазами лагерь. Дурак. Безумец. Сумасшедший. Шлюха. Приживала.
И это — великая Секта Изначальной Святости? Неужели во всей Секте не найдётся второго нормального, порядочного человека — такого же, как он сам?
Обновлено: 09.04.2026