… Мировое древо – это просто большое дерево.
«Извлечение из акта о капитуляции в американо-эльфийской войне.»
***
Навозник безучастно смотрел на оставшихся противников.
Агенты в ранге Свиная Голова, еще недавно изрыгавшие проклятия, теперь молчали, пытаясь осознать ситуацию, а управляющий филиалом, побледнев как полотно, затравленно озирался.
— Твою мать, всего двумя движениями уложил пастуха…
Слова управляющего послужили сигналом: Навозник сорвался с места. Видя это, один из Свиных Голов выступил вперед и закричал:
— Уводите агента, бегите!
Глаза бойца вспыхнули красным, а мана, вложенная в голос, пришла в движение.
В следующее мгновение на Навозника обрушился поток слов, пропитанных проклятием:
— Кха-а-а-а!
Незримое, бесплотное проклятие ударило его в грудь, но Навозник даже не пошатнулся. Земля под его ногами просела, взметнулось облако пыли – и только.
— Принял удар… голым телом? — Прошептал Свиная Голова.
Это стали его последние слова. Навозник в один рывок сократил дистанцию, схватил противника за шею и резко крутанул.
Раздался жуткий хруст, и тело пастуха со сломанной шеей обмякло.
Навозник повернул голову. Управляющий филиалом, которого другой пастух только успел закинуть себе на спину, смотрел на него с нескрываемым ужасом.
Тот попытался что-то выкрикнуть, но разговоры были излишни.
Навозник снова оттолкнулся от земли. Он нанес удар в прыжке – прием, ставший уже привычным. К технике летящих ног он добавил мощь приливной волны искусства бушующего океана.
Этот удар был сродни испытанию собственных возможностей. Не считаясь с уровнем противника, Навозник до предела разогнал ману; она бурлила и перекатывалась от бедра до кончиков пальцев, словно разъяренный океан.
— В сторону! — Закричал управляющий, но пастух и сам мгновением ранее осознал масштаб угрозы. Уклониться было невозможно.
Он без колебаний отбросил управляющего и, закрывшись собой, попытался принять удар на блок.
— Кха-а!
От прямого попадания тело Свиной Головы подбросило в воздух. Спустя мгновение его настигла вторая волна – инерция маны, которая отшвырнула его прочь.
Глухой удар!
Пролетев приличное расстояние, он врезался в опрокинутый фургон. Столкновение было такой силы, что машина накренилась, изрыгая из бака топливо.
Управляющий филиалом, видевший это, издал приглушенный стон:
— С ума сойти…
Пока он завороженно бормотал, остальные пастухи, успевшие прийти в себя, мгновенно оценили обстановку. Они развернулись и бросились наутек.
То, как грамотно они разошлись в двух направлениях, подсказывало: бегут они не от слепого ужаса.
«Решили, что лучше потерять всех, кроме одного, кто сможет доложить и позвать на помощь», – подумал Навозник. Проводив их взглядом, он мельком глянул на управляющего и бросился в погоню.
Вспышка! Стоило ему применить поступь пера, как расстояние до беглецов сократилось в мгновение ока.
Первым пал тот, кто уходил вправо. Он даже не успел оказать сопротивления – Навозник размозжил ему голову на бегу.
Второму, попытавшемуся выхватить пистолет, он сломал шею, а третьего убил прежде, чем тот успел выдохнуть очередное проклятие.
Последний из них, видимо, осознав безнадежность побега, выхватил телефон, пытаясь с кем-то связаться.
Но прежде чем соединение установилось, удар Навозника превратил в крошево и аппарат, и голову противника.
Конец пастухов, в чье обучение правительство вложило столько сил, оказался до неправдоподобности жалким.
Впрочем, их смерть не вызвала у Навозника никаких чувств. Он брезгливо стряхнул с одежды капли крови и ошметки плоти, после чего направился обратно к управляющему.
— Кто ты… кто тебя подослал? Австралия? Япония? Или, может, магическая башня? — Заикаясь, спросил управляющий филиалом. Он пытался пятиться, дрожащими руками наводя пистолет на Навозника.
— А? Ты ведь кореец, верно? Отвечай, подонок, предатель родины! Зачем ты напал на правительственных агентов? Деньги? Все из-за денег?
Навозник не отвечал, продолжая идти вперед.
Лишь оказавшись вплотную к управляющему – так близко, что в глазах друг друга они видели собственные отражения, – Навозник снял кепку.
— Господин управляющий.
— Черт, твое лицо… кажется знакомым… Кха!
Навозник железной хваткой вцепился ему в горло. Управляющий попытался выстрелить, но Навозник перехватил его запястье, заставив выпустить пистолет.
— Господин управляющий, похоже, вы меня не помните. Что ж, ничего страшного. А бригадира нашего вы помните?
При упоминании бригадира лицо управляющего исказилось. Он попытался что-то сказать, но из горла вырывался лишь хрип.
— Ты… кх… неужели… кха-а…
— Вот и славно. По крайней мере, вы будете знать, за что умираете.
Навозник сжал пальцы. Точнее, собирался сжать.
В тот момент, когда он уже готов был покончить с врагом, что-то прилетело со спины и с силой ударило его по запястью.
«Камень?»
Разомкнув хватку, Навозник обернулся в ту сторону, откуда прилетел снаряд.
— Значит, я здесь не один.
Там, на мосту, виднелись два силуэта, укрытых плащами-пончо. Не колеблясь, обе фигуры спрыгнули вниз.
К удивлению Навозника, приземлились они совершенно бесшумно.
Он прищурился, разглядывая незваных гостей, и тут же нахмурился.
Под глубокими капюшонами скрывались лица, которые нельзя было назвать человеческими.
«Эльфы?»
Сияющие губы, огромные глаза, тонкие брови вразлет, точеные носы и… длинные, заостренные уши.
Их облик был поразительно прекрасен – именно таких эльфов часто показывали в новостях.
Приземлившись, эльфы с бесстрастными лицами уставились на него.
— Кто вы такие? Не припомню, чтобы эльфы подрабатывали наемниками в Корее, — произнес Навозник.
Его взгляд опустился на их плащи.
На ткани было изображено огромное дерево, в кроне которого сияла красная звезда.
Революционная армия Мирового древа.
Эльфы-партизаны и коммунисты из-за портала, присягнувшие на верность Демеронду ип Марксу – лидеру, чьими идеями восхищался даже Сталин.
— Человек-сверхчеловек. Тебя это не касается. Наше дело к тому, кто за твоей спиной.
Светловолосый эльф кивнул в сторону управляющего. Тот, все еще хватаясь за горло и откашливаясь, смотрел на них, не понимая, что происходит.
— Дело? Какое еще дело?
— Это дела эльфов. Посторонним знать необязательно.
— Вот как.
Навозник снова схватил управляющего за шею. При виде этого бровь эльфа гневно изогнулась.
— Человек, советую тебе отпустить его и уйти, пока я прошу по-хорошему.
— А если нет?
— Если ты так жаждешь испить чашу наказания, я не стану тебя удерживать.
Эльф извлек из-под плаща меч. Под мостом, где едва мерцал свет уличных фонарей, клинок вспыхнул зловещим блеском.
Столкнувшись с открытой угрозой, Навозник на мгновение задумался.
Стоит ли отдать управляющего этим эльфам?
Было очевидно, что эти красные эльфы не питают к чиновнику симпатии. Однако отдать цель своей мести в чужие руки – совсем другое дело.
— Вы собираетесь его убить? — Спросил Навозник на всякий случай.
Как он и ожидал, эльф лишь покачал головой:
— Повторяю: не твоего ума дело.
Получив такой ответ, Навозник перевел взгляд с извивающегося управляющего на вооруженного эльфа, а затем на второго незваного гостя – золотоволосую эльфийку с зелеными прядями, которая наблюдала за ним с каким-то странным выражением лица.
От обоих исходила аура маны. Без сомнения, оба были сверхлюдьми.
Впрочем, иначе эльфы не смогли бы так свободно разгуливать по человеческому городу.
«Если не отдам им управляющего, придется драться против двоих сверхлюдей».
Ситуация была нелепой, но в жизни редко что идет по плану. Навозник вздохнул и с силой сжал пальцы.
— Нет!
Хруст! Тело управляющего обмякло. Светловолосый эльф в ярости закричал:
— Да как ты посмел!
Навозник швырнул труп в сторону эльфа и тут же оттолкнулся от земли.
Как и сказал тот длинноухий, ему не было дела до их мотивов и того, как они здесь оказались. У него была своя задача, и теперь пришло время уходить.
Прыжок!
Применив технику летящих ног, усиленную истинной сутью искусства бушующего океана, Навозник стремительно ускорился.
— Стоять!
Эльф бросился в погоню со скоростью, достойной сверхчеловека, но Навозник оказался быстрее.
Когда между ними было уже несколько десятков шагов, золотоволосая эльфийка, оставшаяся позади, выкрикнула:
— Рион! Держи его!
Держать? Чем? Не успел Навозник додумать эту мысль, как невидимая сила сковала его тело.
«Что это?»
Его удерживал огромный сгусток газа, напоминающий по форме ладонь. Глазами его было не разглядеть, но мана ощущала его совершенно отчетливо.
Хвать! Невидимая рука сжала его с чудовищной силой.
Навозник, не теряя времени, привел ману в движение. Следуя истинной сути искусства бушующего океана, энергия потекла по мышцам, выталкивая невидимый захват.
Как только появилось пространство, позволяющее хотя бы шевельнуть рукой, он нанес резкий удар прямо в центр призрачной ладони.
Бум!
Раздался тяжелый удар, и давление ослабло. Навозник выскользнул сквося пальцы призрака и спрыгнул на землю.
Не успел он коснуться ногами дорожного покрытия, как светловолосый эльф оказался прямо перед ним. На краткий миг воцарилась тишина.
На этот раз Навозник атаковал первым.
Удар!
С невероятной скоростью он выкинул ногу, целясь в голову противника. Эльф грациозно прогнулся в пояснице и одновременно с этим сделал выпад мечом.
Свист!
Атаки вспороли воздух, и противники сплелись в ближнем бою.
Когда Навозник пытался достать ноги эльфа, меч того метил ему в пояс. Стоило Навознику нанести удар кулаком, как клинок тут же возвращался, целясь в плечо. Каждая попытка разорвать дистанцию пресекалась яростным натиском эльфа, впивающегося в любую брешь в защите.
Фехтование эльфа казалось бесконечным потоком. Удары ложились то по прямым траекториям, то описывали изящные дуги, не прекращаясь ни на секунду.
Казалось, он вот-вот вернет меч в ножны и примет стойку, но в тот же миг клинок снова жалил, едва почуяв уязвимое место.
«Так вот оно какое – сверхчеловеческое фехтование».
Будь ты человек или фея, биологические пределы конечностей у всех схожи, но мышцы, напитанные маной, словно игнорировали эти ограничения.
Стоит хоть на секунду ослабить бдительность – и сталь вонзится в жизненно важный орган.
Навозник невольно восхитился и начал буквально впитывать движения клинка. Сначала он уловил рисунок приемов, а затем почувствовал, как за ними движется мана.
«Гибкое, но крепкое. Как корни дерева».
Мана, бурлившая согласно искусству бушующего океана, начала менять свой ритм, подражая эльфийскому стилю.
Озарение. Или, скорее, пробуждение.
Чувство, которое трудно было облечь в слова, заполнило его тело. Путь клинка, работа мышц при взмахе, поддержка маны – все это было пугающе чужим и в то же время прекрасным.
Навозник вложил вспышку вдохновения в свои руки. У него не было меча, поэтому он выпрямил пальцы, превращая ладонь в лезвие.
Вжик!
Первый выпад был неуклюжим. Настолько, что он пропустил удар по левому предплечью.
Но Навозник верил в свою регенерацию. Не обращая внимания на рану, он нанес следующий удар.
Второй выпад был уже острее, он буквально разрезал воздух.
Третий заставил эльфа уклоняться, четвертый – блокировать рукой.
И наконец, на пятом движении его ладонь нашла лазейку в непрерывном танце эльфийской стали.
Его пальцы лишь задели край плаща-пончо, но этого хватило. Волна искусства бушующего океана буквально разорвала ткань в клочья.
Трес-сь!
— А-а?!
Шквал атак прекратился. Светловолосый эльф отступил, прекратив натиск.
Ее лицо исказилось, когда она посмотрела на свой разорванный плащ.
Выдержав паузу, Навозник спросил:
— Твое фехтование. Как оно называется?
Она промолчала.
— Нет названия? Удивительно, что безымянный стиль настолько хорош.
Должно быть, его слова прозвучали как издевка: эльфийка снова гневно сверкнула глазами и перехватила меч.
Она подняла рукоять на уровень уха – начальная стойка. Совершенно новый стиль. Мана забурлила иначе, предвещая, что теперь она настроена серьезно.
Навозник невольно замер в предвкушении, но тут раздался крик.
Увлекшись боем, он совсем забыл, что против него не один противник.
— Реллин! Ослепи его!
Как только Навозник и светловолосый эльф разошлись, золотоволосая эльфийка, стоявшая в отдалении, выкрикнула заклинание. В отличие от предыдущего раза, эту магию было видно.
Вспышка!
Прямо перед лицом Навозника взорвался сноп ослепительного света. Зрительные нервы отозвались резкой болью, перед глазами все потемнело.
Короткий вздох. Идеальный момент для атаки.
Тат!
Эльфийка не упустила шанс и бросилась на ослепленного противника.
И это стало ее фатальной ошибкой.
Она тоже ничего не видела из-за вспышки, но Навозник, в отличие от нее, мог чувствовать ее движения даже без зрения.
Ненормально обостренное восприятие маны сделало это возможным.
В пустоте, созданной светом, Навозник вытянул руки.
Чвакнуло. Меч эльфийки пронзил его левую руку. Мана клинка столкнулась с его собственной, брызнула кровь.
Но этим самым ее движение было сковано.
Навозник резко отвел правую руку назад. Бурлящая энергия перекатилась через плечо и сконцентрировалась в кулаке.
Искусство бушующего океана. Когда в кулаке заключена мощь волн – это кулак бушующего океана.
У-у-ух!
Воздух содрогнулся, раздался свистящий гул.
Эльфийка в последний момент попыталась влить ману в меч, но кулак бушующего океана уже достиг ее солнечного сплетения.
Удар даже не успел коснуться тела – сама мана начала сокрушать ее кости. Тело эльфийки подлетело вверх.
Шмяк!
Как только зрение начало возвращаться, противница рухнула на землю.
— Кха-а!
Инерция удара запоздало сотрясла ее внутренности, изо рта выплеснулась слюна пополам с желудочным соком.
— Кха… э-э-э… — она зашлась в кашле.
Навозник вытянул меч из своей левой руки, перехватил его правой и направился к ней.
— Товарищ Риме! Нет! Рион! Реллин! Защитите Риме…
Золотоволосая эльфийка, увидев это, попыталась выкрикнуть заклинание, но Навозник успел приставить острие меча к горлу ее соратницы.
— Стоять. Закончишь заклинание – она умрет.
Обновлено: 20.02.2026