Глава 16 — Глава 16. Трэш-моб встречает Неизбежность (3)

*** В час, когда холодный морской ветер затихает, а за линией горизонта робко начинает подниматься Рассвет. Небольшое контрабандное судно держало путь в порт Инчхон. На борту суденышка, размером уступавшего даже захудалому рыболовецкому катеру, находились двое в плащах-пончо и один контрабандист. Длинные уши пассажиров то и дело показывались из-под капюшонов, но перевозчик даже не смотрел в их сторону. Ему было плевать, кто его клиенты и к какой расе они принадлежат. Лишь бы платили исправно. В этом плане нынешние гости были подарком судьбы. По слитку золота с носа – два слитка за простую переправку пары человек. Огромные деньги. Размышляя о том, как ему сегодня сказочно повезло, контрабандист уверенно вел судно. Его лодка обогнула гавань и направилась к закрытому причалу. Этот путь знал только он. Опасный маршрут, где любое судно покрупнее тут же попало бы под огонь пограничников и превратилось в решето. Но риск оправдывал себя: добравшись до заброшенного причала №13, можно было пешком дойти до центра Инчхона, ведь охрана там была почти нулевая. Лодка мягко резала волны. Спустя полчаса пути в лучах восходящего солнца показалась цель. — Господа, мы почти на месте. Контрабандист улыбнулся, глядя на причал №13. Точнее, попытался улыбнуться. «Огни?» Увидев причал, он недоуменно склонил голову. Раньше на тринадцатом и муравья было не встретить, а сейчас всё вокруг сияло от ярких ламп. Прищурившись, он разглядел среди огней горы искореженных контейнеров, нечто огромное и людей в костюмах, снующих повсюду. «Что это еще за сборище?» Пока контрабандист предчувствовал неладное, один из пассажиров подал голос: — Мне говорили, что это достойная страна, но уже у самого входа бродят всякие нечистивые твари. Голос был пугающе прекрасным, мелодичным. Контрабандист от неожиданности заглушил мотор. — Моя вина, товарищ Миридис. — Не стоит извиняться, товарищ Риме. Не ваша вина, что связь с передовой группой прервалась. — И всё же… Это я предложил отправиться именно сюда. — Повторюсь: всё в порядке. В конечном счете, ответственность на мне, раз уж я решил прибыть на Землю. Товарищ? Товарищ? Услышав эти обращения, контрабандист почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он покосился на длинные уши. Неужели его догадки верны? «Красные остроухие…» Стараясь не встречаться с ними взглядом, он низко опустил голову и осторожно произнес: — Э-э, господа… Похоже, в точке назначения возникли проблемы. Придется плыть в другое место. Это займет совсем немного времени, потерпите чуть-чуть. Он изо всех сил старался, чтобы голос не дрожал, но ответ заставил его затрепетать всем телом. — Нет нужды. Нам нужен именно этот причал. Идем туда. — Но… для контрабанды главное – не мозолить глаза. — Если ты беспокоишься о лишнем внимании, то уже поздно. — Простите? — Те, на берегу, нас уже заметили. Что? Контрабандист вскинул голову и увидел на краю причала странную фигуру. Тип в костюме и с бычьей головой. То ли маска, то ли настоящий череп быка – эта тварь смотрела прямо на их лодку. «Вот дерьмо, а я-то думал, мне сегодня везет…» Ему хотелось немедленно развернуться и бежать, но выбора не было. Оставалось только надеяться, что слухи о силе «красных» – не пустой звук. Он вновь завел мотор и направил лодку к берегу. *** П-с-с-с-с… Навозник открыл кран, и на него обрушились струи воды. Грязь, копоть и чужая кровь стекали с его тела в канализацию. Он смотрел на окрашенную в красный воду у своих ног и вспоминал тех, кого убил… или тех, кто перестал быть людьми. К счастью, ни сожаления, ни чувства вины он не испытывал. Ощущая лишь легкое облегчение, Навозник молча отмывался. До тех пор, пока с тела не перестала течь бурая вода. Израсходовав целый кусок мыла и убедившись, что стал чистым, он вышел из душевой. И замер в замешательстве, едва переступив порог. — Ого… Пока не умылись, я и не замечала, что вы такой красавчик. Снаружи его ждала Сети, уплетающая лапшу быстрого приготовления. Навозник удивленно вскинул брови и окинул взглядом кровать в дешевом мотеле, на которой она устроилась. Постель была завалена горой еды из круглосуточного магазина: рамён, онигири, гамбургеры, булочки, пирожные… Добрая половина уже исчезла в её недрах, оставив лишь пустые обертки, а остальное ждало своей очереди. — И когда ты только успела всё это купить? — Пока вы тридцать минут кисли в душе. — … — Если я трачу силы, мне нужно их восполнять. Вообще-то я не жалую фастфуд, но… — она обвела взглядом комнату и, кашлянув, добавила: — Хм, когда тайно приходишь в мотель с мужчиной, выбирать не приходится. Хлюп. Она одним махом допила бульон и взялась за онигири. Навозник, покачав головой, сел на стул рядом. Он хотел сразу начать серьезный разговор, но даже собаку не трогают, пока она ест. Пять минут он мог и подождать. Он смотрел на Сети и вспоминал их последние слова на причале №13. — «Хотите объединиться? Вы поможете мне с моей местью, а я помогу вам отомстить правительству. Мы поставим на кон наши жизни». Слишком пафосный и пространный ответ на вопрос о том, что ей нужно. Сначала он подумал, что это какой-то бред, и нахмурился, но Сети была предельно серьезна. — «Я понимаю, что вы мне не верите. Но моё предложение искреннее». Навозник спросил тогда, кому именно она хочет отомстить. Ответ был кратким: — «Неужели вы думаете, что вы единственный, кому это правительство перешло дорогу?» Навозник промолчал. Он слишком много натерпелся за последнее время, чтобы вот так сразу клевать на предложение о союзе. Тогда Сети, желая доказать свою искренность, начала носиться по всему причалу. Первым делом она изуродовала труп Свиной Головы, затем отыскала тело секретаря и подстроила всё так, будто его раздавило тушей титана. Следующей целью стали любые следы пребывания Навозника на месте боя. Следы от гранат и дробовика на шкуре монстра, гильзы, осколки… Она всё это зачищала, крушила и прятала. Наблюдая за этим, Навозник осознал то, что упустил в пылу момента. Возможность того, что правительство выследит его по уликам. Сети позаботилась о том, чтобы следствие не нашло ни единого намека на его существование. Для любого, кто придет сюда позже, всё будет выглядеть так, будто это она одна сражалась с некромантом. — «Я же говорила, если мы будем вместе, вы точно не прогадаете». Закончив заметать следы, она протянула ему сумку, принадлежавшую секретарю. В ней лежало зелье пробуждения. Увы, уцелел лишь один флакон. Но и этого было достаточно. Артефакт, ради которого власти пошли на сделку с чернокнижником. Даже одна бутылочка стоила баснословных денег. — «К чему такая щедрость?» — «Вежливость и добрые намерения – основа любой сделки». После таких слов лед в душе Навозника немного тронулся. Он решил выслушать её. Или, по крайней мере, сделать вид, что слушает, чтобы понять её истинные мотивы. — «Может, сменим обстановку?» Они вместе покинули причал. Петляя по городу, чтобы сбросить возможный хвост, они добрались до этого забытого богом мотеля. И вот они здесь. Навозник посмотрел на Сети, дожевывающую последний онигири, и спросил: — Начнем с главного: с чего ты взяла, что мне стоит делать такое предложение? Сети, чьи щеки были набиты едой, словно у хомяка, не торопясь прожевала, запила всё водой и ответила: — Хм, на то есть две причины. — Две? — Первая – ваш талант. — Талант, значит. Навозник усмехнулся, но Сети продолжала улыбаться: — Та техника летящих ног, которую вы у меня подсмотрели… Вы использовали её безупречно. — … — Знаете, как называется этот шаг? Поступь пера. Меня учили этому с раннего детства, и каждый раз, когда я оступалась, инструкторы били меня плетью по икрам. При воспоминании об этом её улыбка стала горькой. — Я тренировалась месяцами, до изнеможения, пока ноги не превращались в сплошной синяк. И только тогда я освоила её. Знаете, что мне сказали, когда у меня наконец получилось? — Понятия не имею. — «Гений!». Учитель назвал меня гением, который рождается раз в сто лет. Понимаете? Тем, кто освоил это за месяцы, поют дифирамбы. А вы? Оп-ля – и выдали идеальный результат всего через три дня. Слова «идеальный результат» были далеки от истины. Поступь пера в исполнении Навозника была далека от совершенства. Пока он уклонялся от атак титана, его лодыжки постоянно подворачивались, а связки работали на пределе. Ему не хватало понимания техники и опыта. Он вывез этот бой только благодаря невероятной выносливости и регенерации своего тела. Но Навозник не стал её поправлять. Вместо этого он осторожно возразил: — Не слишком ли смелое обобщение на основе одной лишь техники? Может, мне просто подходит именно этот шаг. Брови Сети взлетели вверх. — Такие рассуждения – лишнее доказательство вашего таланта. На словах вы ни черта не смыслите в боевых искусствах, а тело тем временем выдает сложнейшие пируэты. Если это не талант, то что? — … — Настоящие боевые искусства вроде техники летящих ног – это не спорт. Когда дело доходит до управления маной, вопрос «подходит или нет» вообще не стоит. Она немного поворчала, а затем, вздохнув, добавила: — И самое главное… вы использовали сокрушительный шаг. — Сокрушительный шаг? — Тот прием, которым вы разнесли голову титану. Хм… как бы объяснить… это своего рода ульта в нашей технике. — И это – высший пилотаж? Навозник вспомнил тот момент. Мощь была колоссальной, но в плане техники там не было ничего особенного. Просто вложить всё в один удар, невзирая на то, разлетится твоё тело в щепки или нет. Вот и всё. Просто переступить порог, который инстинкты установили для защиты организма от саморазрушения. Для него это была азартная игра, ставка в которой – его регенерация. Высшая техника? Для обычного человека это скорее техника самоубийства. Заметив его недоумение, Сети пояснила: — Сокрушительный шаг – это не только урон, это мостик к еще более сложным вещам. Без врожденного дара его просто невозможно освоить. — … — Вы же сами почувствовали в тот миг: чтобы удар получился, нужно полностью контролировать всё тело до последней мышцы. «Ах вот оно что». Навозник наконец понял истинную суть. Превзойти лимиты, установленные плотью. Для него это прошло легко и естественно, поэтому он не придал этому значения, но на деле это означало – взломать замок, который повесили инстинкты. Если это не дар, то что тогда дар? — Ну, теперь-то вы понимаете, почему я так уверена в ваших способностях? Навозник молча кивнул. Он отложил это новое знание на потом и задал следующий вопрос: — Хорошо. А какова вторая причина? — Ваша жажда мести. Ответ последовал незамедлительно и оказался весьма неожиданным. Навозник нахмурился. — Моя жажда мести? Какое это имеет значение для тебя? — Вы не сбежали. — … Сети пристально посмотрела ему в глаза. — Когда вы сражались с некромантом. У вас была возможность уйти, но вы остались. — … — Какими бы быстрыми ни были титан и Бузум, они бы не догнали вас, используй вы поступь пера для побега. Ваша рывковая скорость выше, а некромант был явно не в том состоянии, чтобы прыгать в машину и гнаться за вами. — Это… — Если бы не я, вы бы там погибли. И вы прекрасно это понимали. Навознику нечего было возразить. Она была права. — Но вы не побежали. Почему? Потому что для вас лучше сдохнуть на месте, чем трусливо дать дёру. В глубине её лазурных глаз бушевало пламя эмоций, которые он не мог до конца расшифровать. — Я ведь права? — … В её голосе слышалось что-то похожее на застарелую боль, и это невольно зацепило Навозника. — Хе-хе, у вас же всё на лице написано. Сейчас вы думаете: «Откуда она это знает?». Следующие её слова отозвались в его душе тихим эхом: — Знаю, потому что сама была в точно такой же ситуации. Сети медленно подняла голову. Её взгляд был направлен не на облупленный потолок мотеля, а куда-то в далекое прошлое. — Но… я сбежала. Навозник не знал, о чем именно она вспоминает, но в одном он не сомневался: она терзалась раскаянием. — Убегая, я оправдывала себя: «Зачем умирать сейчас, лучше выжить и отомстить потом»… Сжатые кулаки, дрожащий голос. — Но когда я выжила, я поняла, что у меня не хватает духу на месть. Враг слишком силен, а живым нужно как-то жить дальше… Она медленно опустила голову. Прошлое отпустило её, и в лазурных глазах снова отразился Навозник. — Жалкая история, правда? — Да. Довольно жалкая. Сети прикрыла рот рукой и тихо рассмеялась. — Если бы вы из вежливости сказали обратное, я бы на вас разозлилась. После этого оба замолчали. Спустя минуту Сети протянула ему руку: — Господин Навозник, давайте объединимся. Поставим жизни на кон: вы поможете мне, а я помогу вам. Навозник не ответил сразу. Он подпер подбородок рукой и задумчиво рассматривал её ладонь. Изящная рука с тонкими пальцами, на которых кое-где виднелись мозоли. Это была рука человека, живущего в совершенно ином мире. — Эм… если вы и дальше будете молчать, мне станет совсем неловко… — Сети. — Да? — Давай договоримся так: ты помогаешь мне, я помогаю тебе. Но ставить свои жизни на кон мы не будем. — … — Это моё условие. Теперь уже Навозник протянул ей руку. Руку чистильщика… нет, убийцы, покрытую грубыми мозолями, которые не скроешь никаким мылом. Сети растерянно переводила взгляд с его лица на руку, а затем вдруг прыснула со смеху. — Идет. Сделка состоялась. Она вложила свою ладонь в его. Когда их руки соприкоснулись, Навозник вдруг осознал, что это первый раз в жизни, когда он держит женщину за руку.