«Вы ведь знаете, что господин Лоренцо потерял родителей из-за монстров, когда был маленьким?»
Вот оно что. Энте понимающе кивнула.
«И вы помните, что он стал рыцарем, чтобы отомстить за них?»
Решил отомстить за родителей... Довольно похвально.
Она снова кивнула.
«Как вы знаете, леди, монстры свирепствуют из-за Каллиесто. Поэтому господин Лоренцо решил уничтожить Каллиесто и вступил в Рыцарский орден Репелло».
«Рыцарский орден Репелло...»
Значит, он принадлежит к этому ордену.
Энте горько усмехнулась, вспоминая об ордене Репелло.
Рыцарский орден Репелло был сильнейшим в Империи и располагался в Кастиуме. Их целью было защищать граждан Империи от монстров и стабилизировать обстановку, победив Каллиесто.
Люди смотрели на орден Репелло с уважением, потому что те рисковали жизнями в битвах против Каллиесто ради блага Империи, а сами рыцари с гордостью выполняли свой долг.
И Энте, которая неоднократно сталкивалась с орденом Репелло во время операций по подавлению Каллиесто, оценивала их так:
Медлительные и бесполезные помехи.
Первыми о появлении Каллиесто узнавали маги, которые накладывали поисковую магию по всей Империи. Маги тут же открывали Варп-порталы с помощью магических кругов и вступали в бой с Каллиесто.
Пока бесчисленные маги гибли, Рыцарский орден Репелло являлся с опозданием. Они ждали, пока Каллиесто исчезнет, а когда битва заканчивалась, начинали суетиться, пытаясь взять ситуацию под контроль.
Как бы ни был остр меч рыцаря, он не мог отсечь даже чешуйку Каллиесто. Для Энте, бывшей главы Башни Магов, подобное поведение было крайне возмутительным.
Однако теперь, когда Башня Магов была практически уничтожена во время последней операции по подавлению Каллиесто, по иронии судьбы, только Рыцарский орден Репелло мог противостоять ему.
Чтобы стать стоящим магом, требуются десятилетия, а вот достойный рыцарь может вырасти и за несколько лет.
«Леди, вы ведь не думаете о том, чтобы отправиться в Кастиум?» — обеспокоенно спросила главная горничная, заметив затянувшееся молчание Энте.
«Почему? Туда нельзя?»
«В Кастиум не пускают кого попало. Пусть вы и леди из дома Тиерни, вход туда запрещен всем, кроме тех, у кого есть специальное разрешение».
Главная горничная говорила наставительным тоном, а в ее глазах читалось: «Неужели наша леди так ослеплена любовью, что задумала отправиться в Кастиум?».
Энте впервые слышала о том, что обычным людям вход в Кастиум запрещен. В статусе Магнуса для нее не было закрытых мест, будь то Кастиум или Императорский дворец.
«Впрочем, логично запрещать вход обывателям в столь опасное место, кишащее магами, рыцарями и жрецами».
Согласившись с правилами Кастиума, Энте, тем не менее, уже твердо решила, что должна туда попасть.
«Как получить разрешение на вход в Кастиум?»
«Вы могли бы попасть туда, если бы сопровождали маркиза, когда у него там будут дела».
«Нет, я не об этом. Я имею в виду возможность остаться в Кастиуме».
Может, мне тоже вступить в Рыцарский орден Репелло?
Услышав ее бормотание, горничная не сдержалась и прыснула со смеху.
«Даже выдающимся фехтовальщикам попасть в орден Репелло так же трудно, как достать звезду с неба. Что уж говорить о вас, леди, вы ведь даже за рукоять меча никогда не держались».
Слова были правдивыми, но Энте стало неприятно. Заметив, как она закусила губу, горничная добавила:
«Забудьте о Кастиуме. Вот если бы вы были жрицей или магом, тогда другое дело, но так...»
Энте резко повернула голову.
«Что ты сейчас сказала?»
«А? Что леди невозможно попасть в Кастиум?»
«Нет, не это!»
«Что если бы вы были жрицей или магом, то смогли бы, а так это невыполнимо...»
«Маги могут попасть в Кастиум?»
«А? Да, конечно. Ведь в Кастиуме находится Магическая академия...»
Магическая академия!
Лицо Энте просияло при упоминании академии.
В Кастиуме, оплоте ордена Репелло, находились Рыцарская академия и Магическая академия. Магическая академия выпускала магов, обучая их по систематизированной программе под руководством опытных профессоров.
В отличие от Энте, которая обучалась магии у Эликсиса, большинство магов были выпускниками этой академии.
«В этом теле мне не удастся попасть в Башню Магов».
Судя по тому, что Ядро маны было почти сформировано, пользоваться магией будет нетрудно, но она не сможет управлять магической силой так же свободно, как раньше.
Пытаться победить Каллиесто в теле Мелиссы, когда она не смогла сделать этого даже в статусе Магнуса, — чистое самоубийство.
Поэтому единственный выход — собрать выживших магов и воспользоваться силой ордена Репелло.
«Поступление в Магическую академию и возвращение статуса мага — самый быстрый путь».
К тому же, у нее есть отличный предлог в виде Лоренцо Оливье, так что никто не заподозрит неладное, если она решит отправиться в Кастиум.
Энте быстро приняла решение.
«Леди, только не вздумайте... совершить какую-нибудь глупость», — с тревогой в голосе произнесла горничная. Энте ничего не ответила.
Разузнав у горничной, как поступить в Магическую академию, Энте заперлась в комнате под предлогом отдыха и сосредоточилась на формировании Ядра маны.
Это было непросто. Ядро маны раз за разом рассыпалось в самый последний момент. После каждой неудачи на пару дней накатывала слабость, похожая на лихорадку, и она не могла пошевелиться.
Подавляя раздражение, Энте снова начала собирать ману. Вступительный экзамен в Магическую академию должен был состояться в следующем месяце. До этого времени ей нужно было во что бы то ни стало сформировать Ядро маны и накопить магическую силу.
В прошлой жизни Ядро маны сформировалось еще до того, как она осознала это, поэтому она и не подозревала, что его создание может быть таким трудным.
«Как говорится, что имеем — не храним, потерявши — плачем».
Она горько усмехнулась и сделала глубокий вдох. Внутри нее словно перекатывался раскаленный огненный шар. Задержав дыхание и сконцентрировав бушующую ману в одной точке, она почувствовала мощную отдачу, от которой внутренности едва не вывернуло наизнанку.
С трудом подавив тошноту, Энте почувствовала, как обжигающий жар в теле постепенно остывает.
Ядро маны, расположившееся в районе сердца, начало стремительно поглощать ману, витавшую в теле. Крошечное ядро размером с ноготь в мгновение ока выросло до размеров кулака.
Получилось!
Стоило ей расслабиться, как тело обессиленно рухнуло. Энте сидела на полу, тяжело дыша, словно человек, только что спасшийся из воды. Капли пота с ее лба капали на пол.
Медленно переведя дух, она подняла левую руку.
«Фламма».
Слабое пламя вспыхнуло на кончиках пальцев и тут же погасло. Это было доказательством того, что магическая сила начала вырабатываться. Однако Энте недовольно нахмурилась и пробормотала:
«Этого недостаточно».
Хоть ей и удалось с трудом создать Ядро маны, доступная магическая сила была ничтожно мала. С таким запасом невозможно даже свечу зажечь, не говоря уже о том, чтобы испепелить Каллиесто.
«Мне нужно попасть в Кастиум во что бы то ни стало».
Ей не хотелось полагаться на Башню Магов и орден Репелло, но сейчас это был единственный выход.
Энте еще раз перечитала письмо Лоренцо, которое бережно хранила на тумбочке.
Этого будет достаточно для оправдания. Раз уж она выпила яд из-за отказа, никто не сочтет странным, если она последует за ним в Кастиум.
Сжимая письмо в руке, Энте торжествующе улыбнулась.
«Лиса, я могу войти?»
От внезапного стука Энте вскочила с места. Маркиза Тирни заглянула в приоткрытую дверь, глядя на дочь.
«Входите, госпожа... то есть, мама».
Энте пересела на диван, встречая ее.
Маркиза, как и сам маркиз, души не чаяла в Мелиссе. Поэтому Энте каждый раз невольно чувствовала вину, когда сталкивалась с ней. Сев рядом с Энте, маркиза с беспокойством погладила ее по щеке.
«Как ты себя чувствуешь?»
«Все хорошо».
«Не говори просто "хорошо", если что-то болит — сразу говори. Лекарство выпила?»
«Да. Вам не о чем беспокоиться».
Энте ответила с неловкой улыбкой.
«Надеюсь, я не помешала тебе отдыхать?»
«Нет. Напротив, я как раз хотела вам кое-что сказать».
«Что именно? Говори все, что хочешь».
Маркиза мягко улыбнулась. Подавляя угрызения совести, Энте ответила:
«Я собираюсь поступить в Магическую академию».
Анжела Тирни, мать Мелиссы Тирни, была типичной аристократкой. Обладая сильным чувством сословной гордости, она верила, что авторитет знати зиждется на дорогих украшениях и платьях. Она считала, что ценность женщины заключается прежде всего в ее красоте.
Для такой женщины, как Анжела, муж маркиз Роберто Тирни и дочь Мелисса Тирни были идеальным сочетанием. Единственной заботой Анжелы, имевшей богатого мужа и красавицу-дочь, было замужество Мелиссы.
Дочь, которую чета маркизов получила с большим трудом, была прекраснее и милее всех на свете. Каждый шаг Мелиссы становился темой для разговоров в обществе. Мелиссу осыпали страстными признаниями в любви множество мужчин.
«Мелисса! Пожалуйста, выходи за меня!»
«Сделать предложение с таким дешевым кольцом? Я что, кажусь вам такой никчемной?»
Мелисса, точная копия Анжелы, была тщеславной, хвастливой и эгоцентричной. Из-за этого дурные слухи о ней распространялись очень быстро. Говорили, что леди из дома Тиерни перехватила платье, которое забронировала другая леди, а на балах вела себя крайне высокомерно.
Анжела защищала дочь, говоря, что все это лишь из-за зависти. То, что Мелисса была несколько заносчивой, было правдой, но в глазах Анжелы это было добродетелью благородной леди.
Несмотря на дурную славу Мелиссы, число женихов росло. Анжела была поглощена выбором достойного мужа, просматривая горы писем с предложениями. Если бы Мелисса не влюбилась в Лоренцо Оливье, она бы уже давно вышла замуж.
«Я выйду замуж за герцога Оливье».
То, что Мелисса влюбилась в Лоренцо, стало несчастьем не только для них двоих, но и для Анжелы. Лоренцо Оливье был мужчиной, обладавшим всеми достоинствами, которые Анжела хотела видеть в зяте: титул герцога, огромное богатство, исключительная внешность и безупречная репутация.
Однако Лоренцо холодно отверг Мелиссу.
«Герцог Оливье, не хотели бы вы... встретиться со мной с целью замужества?»
«Простите, но у меня нет на это времени».
Первое признание Мелиссы потерпело сокрушительный провал. Лоренцо оттолкнул ее без малейших колебаний.
«Разве этот упрямец поймет, что такое брак по любви? Просто доверься мне», — утешал маркиз Тирни дочь, а затем отправил герцогу официальное предложение о браке вместе с дорогими подарками.
«Я благодарен за внимание, но не могу принять предложение».
В тот же день подарки и письмо вернулись с коротким ответом. Анжела и маркиз были в ярости. Они убеждали дочь забыть его, но одержимость Мелиссы превзошла все ожидания. В день, когда очередное приглашение вернулось обратно, Мелисса выпила яд.
Когда врач сказал, что шансов нет, Анжела чувствовала, что мир рушится. Она ни на миг не отходила от постели дочери, и та чудом очнулась через неделю. Однако дочь, вернувшаяся с того света, была уже не той.
Мелисса, потерявшая память, казалась другим человеком. Она больше не просила платьев и не стремилась на балы. Она стала молчаливее, целыми днями сидела в комнате. А теперь заявляет, что хочет в Магическую академию?
«Нет».
«Почему?»
Мелисса спокойно переспросила, словно ожидала такого ответа. Анжела лишилась дара речи. Прежняя Мелисса начала бы капризничать, но нынешняя требовала весомых причин.
«Ты думаешь, туда берут всех подряд? Что ты, выросшая в неге, будешь там делать?»
«Если я поеду, я справлюсь».
«Категорически нет. Твой отец тоже не позволит».
«Я спрошу его лично».
«Лиса!»
Громкий окрик маркизы разнесся по особняку. Дверь распахнулась, и вошел маркиз Тирни.
«Что случилось? Почему в доме такой шум?»
«Как вовремя ты пришел. Подумать только, эта девочка...»
Анжела посмотрела на дочь, безмолвно призывая забрать свои слова назад, но Энте не сдавалась.
«Отец, я хочу поступить в Магическую академию».
Обновлено: 20.02.2026