Наступил вечер тридцать четвертого дня. У меня было 803 кристалла, у Карла – 60. Мы возвращались к площади, остановившись в очередном случайном здании.
— Ну что, первые пять дней. Что думаешь? — Спросил я.
— Изматывающе.
— Готов к высшей лиге? — Я выждал паузу. Карл молчал довольно долго, прежде чем ответить.
— Не совсем. Думаю о том, чтобы охотиться на слизней самостоятельно. — Я кивнул. — Не будешь меня отговаривать?
— Как я и говорил, ты волен делать свой выбор. Это может быть удачное решение или полное дерьмо, но ответственность за него на тебе.
Карл вздохнул. Он не был рабом и мог уйти в любой момент.
— Я чувствую себя омерзительно. Та штука про грязь, о которой ты говорил, — это правда. — Я усмехнулся. Он лишился своего костюма и теперь использовал галстук как повязку на голову.
— Что ж, поздравляю, ты окончил колледж слизневедения с отличием по дисциплине «избиение», — проговорил я максимально напыщенным тоном.
— Твоему чувству юмора не помешала бы серьезная помощь, — отозвался Карл, на что я лишь пожал плечами. Я цеплялся за любые шутки, какие мог. — Не такую жизнь я себе представлял. Я окончил Корнеллскую школу бизнеса, получил степень по экономике и готовился зарабатывать на жизнь трейдингом на Уолл-стрит. — Настоящий волк с Уолл-стрит. Я невольно улыбнулся.
— Серьезно? А выглядишь как ботанистая версия волка с Уолл-стрит. Надо выдать себе медаль за проницательность. — Я был доволен тем, как точно угадал его типаж.
— Эта… эта каторжная работа выводит из себя. Я правда не хочу рисковать жизнью. — Я кивнул, понимая его. Люди стали мягкими. Не то чтобы я был намного лучше. Разница лишь в том, что я принял эти перемены и осознал их суть. Это и было теми гранями, что позволяли мне процветать, пока другие гибли или сдавались.
— Совсем не похоже на сказку, верно? — Спросил я.
— Нет. Все гораздо грязнее, вонючее и несчастнее любой сказки, которую я когда-либо читал. Подтираться сосновыми иголками… это просто за гранью.
— Зато как освежитель воздуха. Ладно, ладно, хватит плоских шуток, — я поднял руки, поймав его свирепый взгляд.
— Я до сих пор не понимаю, как ты можешь улыбаться, — произнес Карл.
— Дурная привычка. Чем сильнее стресс, тем шире я улыбаюсь – такая защитная реакция. Это место слишком давит. Ты либо справляешься со стрессом, либо он тебя поглощает.
Карл тяжело вздохнул и угрюмо уставился на дальнюю стену. Тишина затянулась, и я не мешал ему обдумывать ситуацию. — Это будет опасно? — Наконец спросил он.
— Смертельно опасно. Скорее всего, для меня больше, чем для тебя, но врать и приукрашивать не стану. Мне нужен кто-то, кто будет держать факел за моей спиной и не запаникует, пока я не упаду замертво.
— Ты уже объяснил, что хочешь сделать, но зачем? Есть ведь другие области? — Спросил Карл.
— Мы пойдем и в другие области, но что бы я ни выбрал, это будет риск. Лес со слизнями кажется легкой зоной, значит, и подземелье, скорее всего, не самое сложное. Хотя гарантий никаких. Прими свой страх и позволь ему пройти сквозь тебя.
Карл посмотрел на меня с сомнением:
— Теперь цитируешь «Дюну»? — Человек культуры. У Карла явно было двойное дно.
— Ну, если это верно и работает, значит, это верно и работает. Все это место сковано страхом. Люди боятся Карлоса. Люди боятся, будет ли им что поесть завтра. Я просто решил игнорировать весь этот страх. Я все еще чувствую его, но предпочитаю не замечать. — Пытаюсь, по крайней мере. Это было непросто, ведь я и сам боялся, что могу погибнуть в любой момент.
— Я так не могу. — Снова повисла тишина, пока мы переваривали сказанное. — Ладно, я пойду с тобой. Я ведь смогу объявить отступление, верно? — Спросил Карл, и я кивнул.
— Да. Но есть тонкая грань между инстинктами и трусостью. Я собираюсь вложить тысячи очков в эту экспедицию, так что мне нужны люди со стальными яйцами, — серьезно сказал я ему.
— Понял. Стальные яйца.
— Тогда это и будет названием нашей команды.
— Нет, это сексизм, — возразил Карл.
— Ну, я что-то не вижу здесь полиции социальной справедливости, а ты? — Я притворно огляделся по сторонам.
— Все равно мне не нравится название. — Я закатил глаза. Ему определенно нужно было побольше расслабиться. Впрочем, мой юмор не для всех. Как хорошее вино, он требует вкуса для оценки.
— Ну, если ты хочешь чего-то претенциозного вроде «Красного Рассвета», то сразу нет.
— Ладно, ладно. — После этого мы устроились поудобнее и уснули, так и не решив вопрос с названием команды.
На следующий день мы встали и еще до рассвета отправились на площадь. Там я увидел знакомое лицо.
— Эвелин, вижу, ты еще жива. — Она выглядела измотанной.
— Да. У меня есть новости для тебя. — Я посмотрел на Карла.
— Я плачу ей за информацию. Раз уж мы в одной команде, можешь тоже послушать.
— Спасибо? — Карл произнес это скорее как вопрос.
— Карлос провел чистку среди тех, кто не приносит пользу. Людям запрещено находиться рядом с площадью, если они не платят налог и не имеют хорошей репутации.
— Он что, может уследить за каждым? — Спросил я.
— Это было сделано скорее для того, чтобы вымести сброд. — Правильно, Карлос. Незачем позволять куче бесполезных людей скапливаться здесь и ставить под угрозу работу всей системы.
— Сама-то как справляешься? — Поинтересовался я.
— Достаточно людей знают, что я работаю на тебя, это дает некоторую защиту, но и головной боли прибавляет порядочно, — ответила Эвелин.
— Есть еще какие-нибудь группировки, о которых мне стоит знать? — Спросил я.
— Нет, других групп нет. Ну, есть охотники на слизней, но они едва сводят концы с концами. Трудно собрать большую группу и добыть достаточно кристаллов. «Рука Смерти» распалась из-за внутренних терок и обвинений в том, что кое-кто халявит.
— Группа из восьми человек теперь разделилась на пять и три. И те, и другие заявляют, что они и есть истинная «Рука Смерти». — Я покачал головой, слушая об этой драме. Именно этого я и хотел избежать.
— А что говорят обо мне? — Спросил я.
— Люди в штаны накладывают, когда тебя видят, и никто больше не хочет о тебе судачить или шутить. Там, снаружи, царит настоящий страх.
— Кто-нибудь ищет возможности поквитаться? — Задал я критический вопрос.
— О таком я не слышала, но после чистки Карлоса все прикусили языки.
— Он ввел еще какие-нибудь изменения? — Спросил я.
— Он пытается закончить лечение своих людей. Это сильно ударило по остальным расходам. А еще все его капитаны теперь носят красные повязки на руках. — Что ж, звучит не очень. Особенно учитывая, что мне задолжали 200 кристаллов. Впрочем, я промолчу до сорокового дня.
— Ладно, держи. — Я протянул ей 20 кристаллов. Эвелин уставилась на меня. — Что, хочешь больше?
— Здесь сейчас трудно.
— Тогда иди и убей пару слизней. Я и твой налог оплачиваю, к тому же ты пользуешься моим именем. Может, мне стоит брать с тебя плату за это, а? — Спросил я ее.
— Нет, все в порядке. — Она быстро затрясла годовой.
— Вот и славно, пошли. — Мы направились к колоннам, где стояло пятеро охранников. У одного на руке была повязана красная ткань.
— Капитан. — Я кивнул ему.
— Сикарио, это честь. Они с тобой?
— Карл сейчас в моей команде, и я оплачу налог за Эвелин. — Капитан кивнул, когда я передал ему 20 кристаллов.
— Карлос просил передать, чтобы ты не беспокоился, он поговорит с тобой утром в день пятого прибытия.
— Передай ему мою благодарность. И спасибо за то, что поддерживаете здесь чистоту и порядок. Тебе и твоим людям. — Я вытащил 10 кристаллов и протянул их ему.
— Ты не обязан этого делать, — сказал капитан.
— Не обязан, но пока это не воспринимается как должное и ценится, я не против. Важно, чтобы это место не превратилось в кровавую баню, и я не хочу, чтобы меня беспокоили, пока я в Магазине.
— Спасибо, — ответил он, и остальные охранники тоже поблагодарили меня. Статус легендарной личности требовал соответствующего антуража. Мне нужно было расположение людей Карлоса, ведь именно они занимались повседневными делами.
Это просто укладывалось в концепцию «не хами тем, кто тебе служит или готовит еду». Стражники у колонн были одними из самых влиятельных людей здесь после Карлоса и меня. Если бы я не платил налог, это легко могло бы вызвать неприязнь.
Отсюда и чаевые. Незначительная инвестиция для страховки от будущих проблем. Потратив 50 кристаллов, я остался с 758. После обмена на моем счету оказалось 5 908 очков. Я потратил 2 250 очков на 5 улучшений характеристики Восприятие, доведя ее до 10.
Если я собирался лезть в темную пещеру, мне нужно было, чтобы чувства работали на максимум. Восстановление обошлось в 103 очка. Затем я купил укрепленный рюкзак за 100 очков, огниво за 100 очков, 3 факела за 1 500 очков, связку дров за 100 очков, а также еду и новую дубину за 50 очков. В итоге у меня осталось 1 705 очков.
Сначала я уложил в рюкзак поленья, затем аккуратно разместил факелы. Просмоленные концы факелов были обернуты тонкими листами бумаги, чтобы они не перепачкали все вокруг до того, как их зажгут. Огниво оказалось просто медной зажигалкой с маслом внутри. Количество других металлов и масла в ней было мизерным по сравнению с ценой. Пытаться извлечь что-то ценное из этой громоздкой зажигалки было бессмысленно.
У меня все еще оставалась зажигалка с Земли, но я хранил ее как личный резерв.
Карл закончил довольно быстро. — На. Понесешь это.
— А как же мой рюкзак? — Спросил он.
— Свой надень спереди, а этот – на спину.
— Это неудобно. Будет трудно свободно двигать руками.
— Возможно, у меня есть решение, но не обещаю. Пошли.
Карл последовал за мной, когда я вышел с площади и направился к штаб-квартире Карлоса. Тайриз снова был на посту.
— Привет, Тайриз.
— Майкл, ты опять пришел украсть мое кресло?
— Я ищу от двух до четырех человек, чтобы они посторожили мои вещи в лесу, пока я буду занят опасным делом.
— Карлос должен дать добро на такое.
— А нет ли здесь какого-нибудь капитана или еще кого, кто хочет легкой подработки? — Спросил я.
Тайриз на мгновение задумался. — Карлос должен одобрить.
— Можешь передать ему просьбу? Мне нужно четверо охранников. По десять кристаллов каждому за то, что завтра постоят на стреме. Плюс боевой бонус: если случится заварушка серьезнее пары слизней – еще по двадцать кристаллов каждому.
— Теперь ты даже меня заинтересовал, — сказал Тайриз.
— Я вернусь завтра утром, так что те, кому интересно, пусть будут готовы примерно в это же время. Заплачу вперед.
— Я передам. Насколько там опасно?
— Не должно быть опасно, но случиться может всякое, так что без гарантий.
Тайриз кивнул. — Я поговорю с Карлосом и соберу людей. Возможно, это будут не лучшие бойцы.
— Пойдет. Лишь бы смогли отбиться от пары слизней и им можно было доверять.
— Не волнуйся. Я все устрою.
— Спасибо, Тайриз. Если все выгорит, я и тебя не обижу. — Он лишь ухмыльнулся и махнул мне рукой. Карл последовал за мной, когда мы направились прочь из города.
— Охранники? — Спросил он.
— Чтобы присматривали за входом. Я не хочу, чтобы что-то, и я имею в виду вообще что угодно, зашло к нам в тыл. Скорее всего, это перебор, но я не хочу рисковать. Атака сзади в туннеле – это верная смерть. Сегодня постараемся добыть 300 кристаллов. 100 я отложу на оплату людям, а 200 ты возьмешь взаймы.
— Серьезно?
— Я не могу позволить тебе оставаться в очках там, куда мы идем. Сколько сейчас стоит Восстановление? — Спросил я.
— 1 427.
— Я покрою разницу. Это примерно десять дней твоей будущей зарплаты. Считай это беспроцентным кредитом.
— Спасибо, — ответил Карл. По крайней мере, у него хватило ума не спорить. — А зачем ты купил факелы и поленья, если мы не идем в подземелье сегодня?
— Я не продумал все до конца и просто купил их, — признался я. Карл уставился на меня. — Я тоже иногда ошибаюсь. Спиши это на предстартовый мандраж.
— Это не прибавляет мне уверенности перед спуском в ту дыру. — Держись. Не смей.
Я не сдержался:
— Как сказала одна девчонка.
— Серьезно?
Я лишь пожал плечами. — Кроме того, завтра утром ты получишь Восстановление, которое снимет сегодняшнюю боль. Так что у тебя будет шанс испытать свое тело на прочность.
— Кажется, у меня прорезается пресс. — Я все еще сжигал свое пузо, и там оставалось прилично жирка. Не вздумай заставлять меня ревновать.
Обновлено: 20.02.2026