Чамсон перелистывала книги одну за другой. Глядя на них, она чувствовала лишь растерянность — каждое писание казалось невероятным. Но вдруг Хёвонджу (Жемчужина Изначального Сыча), что до этого неподвижно покоилась в районе её солнечного сплетения, резко дернулась.
Вздрогнув, Чамсон невольно подняла голову. В этот момент с полки перед ней начала медленно выплывать книга.
Если бы это было кино, наверняка получился бы хоррор о привидениях.
Чамсон всегда боялась призраков, но сейчас ей совсем не было страшно. Вероятно, из-за того, что аура этой книги была особенной. Все остальные тома отливали золотом или серебром, с первого взгляда напоминая таинственные и бесценные реликвии, но эта книга, хоть и светилась, источала не золотой, а розовый свет. Причем это был очень нежный, кокетливый оттенок — «детский розовый».
Нахмурившись, Чамсон некоторое время наблюдала за ней, а затем усомнилась в «мачо-вкусе» Хёвонджу.
«Ты уверена?»
Хёвонджу, словно раздраженная этим вопросом, снова дернулась.
Чамсон ничего не оставалось, кроме как подойти ближе. Стоило ей лишь приблизиться, даже не протягивая руки, как техника, словно почувствовав присутствие человека, с тихим шелестом сама упала ей в ладони.
Розовое сияние постепенно угасло, и книга приняла обычный вид. Чамсон опустила глаза и прочла пять иероглифов на обложке.
«Изящный шест лазурного пламени».
Название звучало так, будто оно принадлежит какой-нибудь очаровательной и роковой героине романа. «Чхонъа» — изящная красавица, «ёмхва» — срывать цветы... но что здесь делает «кон» — боевой шест?
Пока она предавалась раздумьям, снаружи послышался торопливый голос ученика, охранявшего вход:
— Время на исходе! Живее выбирай технику и выходи.
Чамсон спрятала книгу за пазуху и медленно вышла. Дойдя до входа, она отметилась у стража и покинула Зал боевых искусств.
Чон Панпан уже ждал её снаружи. Увидев Чамсон, он схватил её за руку, отвел в сторону и тихо спросил:
— Младшая сестра Чамсон, что ты выбрала? Я взял «Искусство Усекновения Водяного Дракона». Оно уступает техникам среднего уровня, но в Павильоне Золотого Цветка за него можно выручить сотню духовных камней.
— Разве книги секты можно выносить и продавать?
— Это проще простого. Переписанная копия — это уже не книга секты. А ты? Что выбрала ты?
Чон Панпан игриво ткнул её локтем.
Чамсон замялась — произносить такое название вслух было немного стыдно, поэтому она ответила уклончиво:
— Техника владения шестом. Такая... вычурная.
— Младшая сестра Чамсон, слушай. Как только освоишь её, одолжи мне на пару дней. Я перепишу, продам за духовные камни, и мы поделим выручку пополам.
Чон Панпан подмигнул ей.
Прежде чем Чамсон успела что-либо ответить, из здания вышли двое знакомых. Одной была Тан Хянъё — судя по её сияющему виду, выбранная техника ей очень понравилась. Она тут же ушла в сопровождении молодого заклинателя, который пришел за ней.
Вторым был Мок Чхынсо. Он выглядел совершенно невозмутимым. Почувствовав на себе взгляд Чамсон, он повернул голову, мельком глянул на неё, а затем, нахмурившись, поспешно удалился.
Без помощи Хёвонджу Чамсон не могла знать, какую технику выбрал Мок Чхынсо. Но одно она знала наверняка: «Изящный шест лазурного пламени», спрятанный у неё на груди, определенно не был тем секретным писанием, которое он выбрал в оригинальной истории. Если бы у той техники было такое «женственное» название, она бы точно его запомнила.
Значит, Хёвонджу специально выбрала «Изящный шест лазурного пламени», чтобы обучать её в соответствии с её способностями. Похоже, это писание с неловким названием было для Чамсон самым подходящим.
Ученики разошлись от Зала боевых искусств, закончив с выбором.
Пока Чара просматривала свиток с записями о том, какие техники выбрали новички, кто-то подошел и забрал его у неё.
Это был полный мужчина средних лет в тонком серо-коричневом халате. Из-за его полноты одежда, которая должна была выглядеть изящно и свободно, сидела внатяжку, а на талии проступали складки. Его лицо с мягкой улыбкой казалось очень добродушным.
— Шестой младший дядя-наставник!
Хённынчжа из Секты Тхэём был шестым учеником Главы секты Совершенного мужа Сояна и занимал шестое место в иерархии.
Пролистав список, Хённынчжа спросил:
— Все закончили?
Чара кивнула.
Хённынчжа, преисполненный ожиданий, потер руки и поинтересовался:
— Есть ли среди них кто-то выдающийся, истинный гений?
Чара с оттенком иронии ответила:
— Шестой младший дядя-наставник, разве гении валяются на дороге? Судя по списку, всё так же, как и в прошлом году. Однако...
— Что «однако»? — глаза Хённынчжи блеснули.
— Большинство новых учеников выбирали техники с громкими названиями или простые в освоении секреты законов сердца. Чем ярче заголовок, тем охотнее его брали. Но двое отличились.
— И как же?
— Один — юноша по имени Мок Чхынсо, он выбрал «Божественное искусство пяти стихий». Как вы знаете, это неполная, дефектная рукопись. Именно поэтому, несмотря на высокий уровень техники, она находится на первом этаже.
— Он выбрал неполную рукопись? — Хённынчжа был явно удивлен.
— Да.
Даже если техника была высокого уровня, из-за неполноты её невозможно было освоить целиком, так что практиковать её было крайне невыгодно.
— А второй? Что выбрал второй ребенок?
— Вторая — ученица по имени Ян Чамсон. Она взяла «Изящный шест лазурного пламени».
Хённынчжа резко вскинул голову.
— Что ты сказала?
Чара, глядя на него, произнесла:
— Только тот, кому суждено, может найти «Изящный шест лазурного пламени». Младшая сестра Ян нашла эту книгу.
«Изящный шест лазурного пламени» не был обычным пособием по владению шестом. Его составила Дева-бессмертная Чхонхва из Секты Тхэём и оставила на первом этаже Зала боевых искусств. За долгие годы ни один ученик не смог обнаружить это писание. И дело было не в плохом зрении. Дева-бессмертная Чхонхва говорила: «Это необычная техника, и найти её сможет лишь тот, с кем у неё есть связь». И вот, эту связь обнаружила юная ученица, едва вступившая в секту.
— Что это за девочка, Ян Чамсон? — спросил погрузившийся в раздумья Хённынчжа.
— Насколько мне удалось узнать, младшая сестра Ян родом из небольшого городка под названием Аксон. Она пришла на Турнир по отбору учеников вместе с женихом. Жених провалился, а она прошла.
— Вот как? И на какой стадии она сейчас? — с любопытством спросил Хённынчжа.
— На отборочных испытаниях Врата первозданной силы показали первую ступень Заложения Основания.
— Ранняя стадия Заложения Основания? Еще совсем неопытна, — Хённынчжа был слегка разочарован.
Если бы правитель Аксона услышал это, он бы, наверное, заплевал всё кровью от возмущения. В Аксоне единственным, кто смог достичь Заложения Основания до восемнадцати лет, был Ван Со, и даже его за это называли гением.
Просто в Секте Тхэём было столько юных талантов, что такие, как Чамсон, даже не стоили упоминания.
— Как вы думаете, шестой младший дядя-наставник...
— Раз она нашла «Изящный шест лазурного пламени», в ней может быть что-то особенное. Давай подождем. Посмотрим, как она проявит себя на Испытании секты.
— Слушаюсь.
Чамсон, и не подозревая, что привлекла внимание Шестого младшего дяди-наставника из-за одной книги, после выбора техники отправилась вместе с Чон Панпаном на общие занятия.
Нынешний Глава секты Совершенный муж Соян взял в ученики семь человек. Общие дисциплины преподавал его старший ученик — Даос Вольгван (Лунный Свет).
Название его титула звучало так, будто вся месячная зарплата исчезает со скоростью света. (※ В корейском языке слово «Вольгван» созвучно с термином, обозначающим людей, которые тратят всё заработанное до копейки).
Даосу Вольгвану в этом году исполнилось восемьдесят. С белоснежной бородой и волосами, в светло-коричневом халате, он излучал беззаботную ауру истинного бессмертного. Характер у него был мягкий: если ученик чего-то не понимал и задавал вопрос, он терпеливо объяснял. Вот только говорил он настолько медленно, что пока собеседник успевал произнести три фразы, он едва заканчивал одну.
Чон Панпан, сидя рядом с Чамсон, прошептал ей на ухо:
— Младшая сестра, разве не говорят, что все заклинатели мастера Искусства вечной юности? Глядя на лицо старшего дяди-наставника Вольгвана, я в этом сомневаюсь.
Тем временем старший дядя-наставник Вольгван продолжал неспешно читать книгу:
— «Тайное предание предка Цю о прямом указании на Великую Пилюлю» гласит: метод управления дыханием при возвращении сознания заключается в том, чтобы свести взгляд в точку между глазами и сосредоточить там весь дух тела. Это именуется «Кань-кунь-дай-чжи-и-ци-шоу-лай», что означает «собрать воедино всё сущее между Небом и Землей».
Чамсон понимала каждое слово в отдельности, но когда они собирались вместе, смысл ускользал. На континенте Доджу практика была повсеместной, многие заклинатели начинали обучение с малых лет и давно усвоили подобные теории. Даже такие самоучки, как Чон Панпан, понимали всё с полуслова.
Но для Чамсон, человека современной эпохи, выросшего на плодах науки и цивилизации, это было всё равно что метать бисер перед свиньей. Она не понимала ровным счетом ничего.
Изо всех сил стараясь не смыкать глаз, Чамсон кое-как досидела до конца утреннего занятия. Чон Панпан подхватил её под руку и потянул за собой:
— Пошли есть!
В Секте Тхэём не только жилье, но и питание было превосходным. Для новых учеников работала отдельная столовая, где подавали самые разные яства. Выбор блюд поражал воображение.
Чамсон наполнила тарелку и села за свободный столик вместе с Чон Панпаном. Еда оказалась великолепной на вкус.
Приступив к трапезе, Чамсон заметила:
— А я раньше думала, что заклинателям в сектах не нужно есть.
В романах ведь всегда так пишут: бигу, мол, зерновые не едят, живут на сосновых иголках да паре сырых фиников.
Чон Панпан, вгрызаясь в сочную куриную ножку, ответил:
— Младшая сестра, это ты от незнания. Разве еда в Секте Тхэём обычная? Фрукты, мясо — всё это выращено на духовной энергии. Даже чай, который мы пьем, помогает закалять тело, если пить его часто. Ты слабенькая, так что ешь побольше. Это поможет тебе прорваться на новый уровень.
Чамсон, выуживая палочками лук из тарелки, спросила:
— А секта не разорится, если будет так шиковать?
Ни за жилье не платим, ни за еду. Если Тхэём будет так кормить кучу народа задаром, не устроят ли они в один прекрасный день массовое сокращение?
Чон Панпан посмотрел на неё с недоумением:
— С чего бы? Каждый год мы отправляемся в Тайное царство на состязания с другими сектами, и призы там просто колоссальные. Секта может позволить себе нанять еще несколько сотен учеников. К тому же, ордена заклинателей — самые богатые места в мире. Как тебе вообще такое в голову пришло?
Чамсон замолчала и сосредоточилась на еде.
Ну да, это просто профдеформация офисного работника!
После обеда новым ученикам не нужно было идти на занятия.
Все общие предметы читались по утрам, так что после полудня у новичков было свободное время. Поскольку Испытание секты было не за горами, а сегодня они как раз получили техники в Зале боевых искусств, большинство учеников отправились искать подходящие места для самостоятельных тренировок.
Старший дядя-наставник Вольгван на уроке советовал новичкам искать места с самой плотной духовной энергией. На горе Кобон лучшим таким местом для учеников была Площадка Явления Радуги, расположенная сразу за общежитием.
Площадка находилась прямо перед водопадом на склоне горы.
С вершины открывался величественный вид: радужный мост перекинулся через густой лес между небом и облаками, сияя в лучах солнца. Это было неописуемо красиво.
Как только Чамсон ступила на Площадку Явления Радуги, она почувствовала необычайную легкость в теле. Она ощутила, как пробуждается Хёвонджу, реагируя на мощные потоки духовной энергии вокруг.
Чон Панпан сладко потянулся:
— Красота! Тренироваться в таком месте... Это куда лучше того ветхого дома, где я жил раньше! Заклинатели определенно знают толк в жизни. Ты только посмотри на этот вид!
Чамсон не могла не согласиться. Если оставить в стороне вопросы сюжета и логики, природа в этом книжном мире была достойна того, чтобы её увидеть хотя бы раз.
Пока она любовалась пейзажем, сзади раздался знакомый голос:
— Ой, ты тоже пришла тренироваться?
Чамсон обернулась. Её заносчивая соседка по комнате, Тан Хянъё, стояла, вцепившись в руку молодого заклинателя, и фальшиво улыбалась, глядя на неё.
Обновлено: 20.02.2026