Как, во имя Мерлина, самозванец догадался, что пароль – «крестраж»?!
*
«Вы должны признать, что это полный бред», – сказал Рон, обводя руками царивший перед нами хаос.
Гномы заполонили Большой зал, преследуя заблудших учеников и время от времени нападая на них, чтобы передать часто унизительные послания ко дню Святого Валентина. Я прятался под гриффиндорским столом под мантией-невидимкой, в то время как Рон и Гермиона сидели передо мной.
«Это действительно кажется немного… глупым», – нерешительно призналась Гермиона.
Я же сказал: «Это тренировочное упражнение».
«Не каждая глупость, которую совершает Локхарт, является тренировочным упражнением, приятель», – по-глупому заявил Рон.
«Вот тут ты ошибаешься. Это, например, проверяет нашу скрытность, и я явно выигрываю».
«Это потому, что ты используешь мантию, чтобы жульничать», – сказал он.
Я поднял брови, понял, что слишком невидим, чтобы молча демонстрировать свою снисходительность, и вздохнул: «Использование преимущества, которым никто другой не обладает, чтобы превзойти своих конкурентов, – это не мошенничество. Это проявление интеллекта. Вы бы знали об этом, если бы были внимательнее на Защите».
*
Я прошипел новый пароль: «*Откройся. Откройся. Откройся. Я Лорд Волан-де-Морт, и ты откроешься для меня!*»
Как самозванец догадался и об этом, я даже представить не мог. Возможно, тот был опытным легилиментом. Я поплёлся через Комнату к глупцу, который посмел напасть на мою новую Беллатрису. Гермиона в данный момент лежала неподвижно в Больничном крыле, не в состоянии прислуживать мне в течение нескольких месяцев!
Прошипевшийся «*Салазар*» выпустил василиска.
«*Вс-с-стань позади меня и закрой глаз-с-са*».
«*Да, Хос-с-сяин*».
Ждал я в самой Комнате. В конце концов, мой коллега-змееуст должен был прийти, и я буду там, чтобы его поймать, когда он это сделает. Я принял удобную позу, скрестив ноги, и стал ждать. В Комнате было очень темно, и невозможно было сказать, проснулся ли замок.
«Tempus».
*3:37*
С потолка капала вода, и брызги попали мне прямо на голову. Я передвинулся. Они последовали за мной. Иногда я ненавижу этот замок.
«Tempus».
*7:50*
Статуя Слизерина не реагировала на оскорбления, касающиеся её происхождения, внешности или способностей. Однако она атаковала, когда я бросил в неё Смертельное проклятие, и оказалась довольно восприимчивой к взрывным проклятиям. Я трансфигурировал груду обломков в стул. Теперь над моим лицом нависало ещё и хмурое лицо Слизерина.
«Tempus».
*13:15*
«*Я голоден*», – сказал я.
Василиск прошипел: «*Я не ел уже триста лет*».
«*Для меня прошло по меньшей мере восемнадцать часов*», – посочувствовал я. Иногда мне кажется, что никто не понимает моих страданий так же хорошо, как василиск.
Ну в самом-то деле, что не так с этим новым Наследником? Он уже должен был быть здесь. Прошло по меньшей мере полдня. Я даже не менял пароль! И всё же я не мог просто встать и уйти. Мерлин, я был вовлечён и не собирался уходить, пока самозванец не будет поставлен на место. Моя решимость была непоколебима.
«Tempus».
*14:55*
«Я всё еще голоден… Погоди-ка, у меня есть отличная идея, – сказал я. – Всё, что мне нужно, это домовой эльф».
Я ухмыльнулся: «Домовой эльф!»
Несколько минут ничего не происходило. Я пробормотал: «Ладно, может, мне нужно имя, что-нибудь глупое, вроде Флимси или Флопси».
Я огляделся: раба, приносящего еду, по-прежнему не было. Как, ещё раз, звали того убийцу? Ах, да. «Добби!»
Передо мной возникло перепачканное существо, его глаза расширились: «Великий господин Гарри Поттер, сэр, звал Добби?»
«Накорми меня», – сказал я.
Через несколько мгновений тот вернулся, и вокруг него плавало несколько тарелок. У меня же загорелись глаза: «Это что, утка?»
«Хозяин Люци хотел на ужин утку», – сказал он.
Я был впечатлён: «И ты у него украл?»
Домовой эльф неловко пошевелился: «Добби ничего не крал. Добби просто угостил очень могущественного гостя».
Я нахмурился: «Но сейчас я не являюсь его гостем».
Добби принялся биться головой об пол. Пожав плечами, я принялся за еду, соблюдая все застольные манеры Уизли. Потом я посмотрел вниз, где на камне растянулся совершенно ошеломлённый Добби.
«О, точно, не мог бы ты принести павлина для моего друга?» – я указал на василиска.
После этого особого развлечения я устроился поудобнее и продолжил ждать.
«Tempus».
*16:30*
Мне было безумно скучно, и я задремал под мантией-невидимкой.
*
Я проснулся от торопливых шагов и, прищурившись, увидел сквозь сияющую ткань мантии, как вошла маленькая фигурка в мантии. Рыжие волосы нельзя было перепутать ни с чем. Резко сбросив мантию, я вскочил на ноги.
«Ты! – воскликнул я. – Я должен был догадаться. Вы, Уизли, всегда такие праведные, всегда учитесь в Гриффиндоре,а являетесь истинными наследниками Слизерина. Вы поколениями выжидали, скрывая свою истинную хитрость за маской идиотизма. Но теперь я вижу, что вы всё такие же чистокровные фанатики, какими всегда и были».
Младшая Уизли застыла в восхищении от моих блестящих выводов: «…Что?»
Я воспользовался моментом, чтобы самодовольно осмотреть свою противницу. Девчушка выглядела потрясённой. От удивления одна бледная рука выронила палочку, а другая что-то прижала к груди. Книгу? Я нахмурился. Та показалась мне знакомой, хотя и была слишком тонкой, чтобы быть чем-то, что я недавно читал.
«О, не притворяйся невинной, Уизли. Очевидно, что вы все слизеринцы. В конце концов, на протяжении поколений каждый Уизли попадал в Гриффиндор. Даже в семье Гриффиндор не все учились в Гриффиндоре! И ваше постоянное размножение – это, очевидно, отчаянная попытка вывести из своей нечистой крови змеиный язык».
Уизли рассмеялась: «Ты думаешь, *Джинни Уизли* смогла бы открыть Тайную комнату?»
Её взгляд томно скользнул по мне: «Так, значит, ты и есть великий Гарри Поттер. Не думаю, что мы были представлены друг другу. Меня зовут Том Риддл».
Внезапно я узнал эту книгу.
«Дневник? – крикнул я. – Что, во имя Мерлина, ты здесь делаешь?»
Она (он?) прошипела: «Как ты смеешь обращаться ко мне так неуважительно? Я Лорд Волан-де-Морт!»
«Через несколько лет ты пожалеешь об этом имени, – сказал я, – и Лорд Волан-де-Морт это я. Ты же всего лишь мой крестраж».
Дневник усмехнулся: «Ты Лорд Волан-де-Морт? Нет, я думаю, это я Волан-де-Морт».
Я сузил глаза. Ни один дневник не смел бросать мне вызов: «Ну, по крайней мере, я не в теле девчонки. Я точно не помню, смущало ли меня *это*, когда я учился в школе».
«Я всего лишь использую её тело…»
Я вмешался: «Ого, вот это да. Ей же всего двенадцать. Не помню, смущало ли меня также и это».
Глаза Уизли вспыхнули яростью: «Ты пожалеешь об этом», – прошипел он. С ухмылкой он повернулся к василиску.
«*Атакуй*».
«*Нет, не делай этого*», – приказал я на змеином языке.
Василиск никак не мог идентифицировать «единственного истинного Наследника Слизерина». Он был змеёй, а не каким-то магическим устройством определения родословной. Таким образом, он выполнял любую команду, отданную на змеином языке.
Дневник сверкнул глазами: «*Атакуй его!*»
«*Не делай этого*, – приказал я. – *На самом деле, никогда на меня не нападай. И вообще не слушай никаких его приказов*».
«Так нечестно», – проворчал тот.
Я вздохнул, желая, чтобы моё молодое «я» не было таким идиотом: «Дневник, мы с тобой вообще-то – *Тёмный Лорд*».
Дневник схватил палочку девочки Уизли: «В любом случае, для этого мне не нужен василиск. Интересно… Если бы мы сразились, кто бы победил?»
Я оскалился: «Я».
«Правда? А вот я так не думаю».
«Прекрати нести эту чушь и возвращайся в свой дневник, молодой человек».
Девчушка Уизли ухмыльнулась: «Конечно, ты всегда можешь ко мне присоединиться. Я мог бы позволить тебе править подле моих ног…»
«Avada Kedavra», – сказал я, указывая палочкой на дневник. Уизли рухнула, когда книга засветилась зелёным, а душа внутри закричала. Крестраж был уничтожен. Или освобождён, или ещё что-то в этом же роде.
Это было необходимым злом. У меня было достаточно конкурентов и без другого меня, бегающего вокруг.
*
Я предполагал, что замечу уничтожение контейнеров своей души. В конце концов, они привязывали меня к этому миру, так что я должен был *что-то* почувствовать, когда один из них исчез.
Но я ничего не почувствовал.
Что означало, что все мои крестражи могли быть уничтожены, а я бы и понятия не имел.
Это было проблемой.
*
Я подбросил Уизли в туалет для девочек. Она очнётся через несколько часов, измученная и страдающая от амнезии. Очевидно, она придумает какое-нибудь объяснение и забудет об этом, в типичной манере Уизли.
Я накинул мантию-невидимку, поспешно вышел из туалета и прокрался обратно в Гриффиндорскую башню. Я никогда не понимал, почему портрет пропускал студентов, которые явно вышли после комендантского часа и были невидимы. Глупый портрет, вероятно, впустил бы и Пожирателя Смерти, если бы тот знал пароль… Если подумать, сейчас она впускала целого Тёмного Лорда, так что это было бы понижением.
Я прокрался в спальню второкурсников, снял мантию-невидимку и распахнул занавески Уизли.
«Пауки! – завопил тот, подавшись вперёд. Он расслабился, когда понял, что у меня на самом деле не было восьми глаз. – О, Гарри. Ты вернулся».
«Да-да, – проворчал я. – Ты избежал подозрений, как я велел?»
Рон ухмыльнулся: «Да, я всем сказал, что ты заболел».
«И никто не усомнился?»
«Нет, МакГонагалл просто сказала, что ты должен пойти в Больничное крыло, если станет плохо. Дин, Симус и Невилл подумали, что это странно, потому что они тебя вообще не видели, но я просто сказал, что ты снова спишь под мантией-невидимкой…»
«Я бы *так* и поступил», – пробормотал я.
«…и никто не хотел будить тебя после прошлого раза», – сказал Рон, слегка поёжившись.
«Я не понимаю, почему вы всё ещё жалуетесь. Шрамы даже не остались навсегда».
«Так где ты вообще был?» – Рон последовал за мной к моему сундуку, куда я бросил свою мантию.
«В Тайной комнате. Как обычно, я *всё* разрешил».
Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿ ＿)>
Обновлено: 18.01.2026