Глава 11 — Глава 11. Если попросите согреть постель

Глава 11. Если попросите согреть постель... Каин поднял взгляд и встретился глазами с Джейн. Откинувшись на спинку кресла, он на мгновение позволил себе усталое выражение лица. Девушка сжала складки платья, пытаясь унять дрожь. «Нельзя так нервничать каждый раз при встрече», — подумала она. Ветер из приоткрытого окна донес до нее знакомый аромат. Инжир. Запах успокоил ее и придал смелости заговорить. — Если у тебя есть дело, говори. — Какой приятный аромат... — Она заставила себя улыбнуться, напрягая непослушные мышцы лица. Широко, так, чтобы стали видны ямочки на щеках. Раньше Каин обожал их — особенно левую. Его глаза тогда становились теплыми, как растопленный мед. Теперь же они были ледяными. — Избегай пустых разговоров. — О чем вы? — Не нужно светских любезностей. Говори только по делу. Он имел в виду ее реплику про запах инжира. Она не вкладывала в это глубокого смысла — просто неловкая попытка разрядить обстановку. И тут она поняла: «Даже легкие, ничего не значащие фразы, допустимые между слугой и господином, для нее теперь под запретом». — Хорошо. Я буду осторожнее. У меня есть дело. Каин кивнул, жестом приглашая ее сесть. Джейн опустилась на диван в центре кабинета, прямо напротив него. — Говори. Он даже не утрудился перейти к ней, оставаясь в своем кресле из красного дерева. — Вы сказали, что я должна стать матерью вашему ребенку. Объясните, что именно от меня требуется. — Если скажу, справишься? — Голос его был спокоен, но явно звучала насмешка. — Если это обязанности герцогини - я научусь. — Ее голос оставался ровным, хотя внутри все дрожало. Она делала вид, что его пренебрежение ее не задевает. «Так правильно. Так должно быть». Но это бесило. Каин резко встряхнул головой, словно стряхивая ненужные эмоции. — Какая решимость. Если попрошу согреть постель - и на это согласишься? Глаза Джейн расширились от шока. «Неужели Каин способен на такие слова?» Ее губы задрожали. Его колкость выжгла все мысли. Даже учитывая прошлое, он вел себя слишком жестоко. Это было несправедливо. Она имела право кричать, злиться. Но не могла — только молча страдала. «Любовь действительно делает человека жалким». Собрав волю в кулак, она ответила с фальшивым спокойствием: — Если потребуется - с радостью. Бровь Каина дернулась. Он провел пальцем по линии губ. — Уверена в себе, я смотрю. — Меня учили не отступать перед обязанностями. Ей удалось не дрогнуть. Каин фыркнул, затем снова стал серьезен. — Жаль разочаровывать, но моя спальня не входит в твои заботы. Я сам разберусь. — Он расстегнул пуговицу на рубашке с видом человека, которому душно. Длинные пальцы скользнули по ткани, на мгновение обнажив грудь. «Соблазнительно». В голове всплыли сплетни о Каине: «Он совсем другой в постели... Такой строгий, а как прижмет... Ох, я бы многое отдала, чтобы оказаться в его объятиях!» Судя по слухам, он щедро делился своей любовью с окружающими. «Как глупо было переживать, что он страдает без нее». Джейн не осуждала его прошлое. Такой мужчина, как Каин, не мог оставаться один, а до помолвки он был свободен. И что удивительно — несмотря на множество связей, скандалов не было. Говорили, он умел доставить удовольствие и красиво закончить отношения. Некоторые женщины даже оставались его друзьями. Оттого и ажиотаж. В Эмбране, где свободные отношения поощрялись, это было нормой. Но после свадьбы все менялось. «Если он будет изменять — это станет проблемой», — подумала она. Хотя в свете царило попустительство, королева ввела законы против адюльтера — слишком много скандалов из-за внебрачных детей. — Нам нужно обсудить этот момент. — Она не хотела позорить дом Хейстингсов. Если уж они женятся, она должна выполнять свою роль безупречно. «Или это просто ревность?» Признаться, мысль о других женщинах была невыносима. Пока они жили отдельно, она могла игнорировать слухи. Но теперь, под одной крышей, она увидит все своими глазами. — О чем еще говорить? — Пока мы в браке, я прошу не заводить любовниц. Это было условием для ее же спокойствия. Если он будет приходить с чужими помадами на губах — она рассыпется в прах. Каин изучал ее, затем открыл ящик стола. Достал сигару, обрезал кончик. Длинные пальцы ловко зажали ее, зажгли. Он затянулся, выпустил дым. — А если откажу? Дым окутал лицо Джейн, затем рассеялся. Ее лицо оставалось бесстрастным, но Каин знал: «Она в ярости». Его глаза, яркие даже когда тот мерзавец таскал ее за волосы, теперь потемнели. «Ей неловко со мной», — понял он. Так было каждый раз: сначала она держалась, но постепенно бледнела. На холме, в карете, сейчас. Он размышлял, не стоит ли ради ее комфорта воздержаться от связей. «Нет. Не могу», — мысленно усмехнулся он. Бросив сигару в пепельницу, Каин ухмыльнулся: — Ладно, Джейн. — Что? — Будет по-твоему. Как же я жду наших супружеских ночей. Он улыбнулся - впервые с их встречи. Улыбка была прекрасной и ледяной. — Ты просила объяснить твои обязанности. Их просто: ты отвечаешь за все, что касается роли герцогини. Слово «отвечаешь» прозвучало как «выдержишь». Он достал контракт, подготовленный еще перед их встречей, и дописал несколько пунктов. Подошел, сел напротив, отчего Джейн невольно сглотнула. А затем мужчина бросил документ на стол. — Проверь. — Можно что-то изменить? — Разве ты в положении торговаться? — Его голос стал резким. — Джейн, это сделка, но не забывай: я купил тебя. Ты наемный работник. — Каин! — Она наконец взорвалась. Он поднял подбородок, бросая вызов. Девушка стиснула зубы. Глаза покраснели. В контракте не было ни слова о деньгах, но он оплатил ее долги и теперь обеспечивал ее. — Если мало - скажи. Могу увеличить сумму. — О каких... деньгах речь? — Последняя страница. Она перелистнула. «Алименты?» — Что это? — Ты что, планировала жить со мной вечно? Он закурил снова. — Нет. — Тогда вопросов быть не должно. Все буквально. Алименты были расчетом стоимости года, проведенного с ним. Бывшие жених и невеста стали работодателем и наемным работником. Джейн медленно вдохнула. Надела маску спокойствия и вернулась к чтению. Каину стало почти жаль. Ее дрожащие ресницы были прекрасны. — Ясно. Документ... я изучу. Не потому, что придираюсь. Просто брак... для меня это... — Важное событие, да? — перебил он. — Странно слышать от тебя, для которой обещания - как свечи: задуть можно в любой момент. Ее настроение рухнуло. Она опустила голову, терпя насмешки. «Но сколько можно?» Наедине — ладно, но при людях такое поведение недопустимо. Особенно при ребенке. Она сжала кулаки. — Каин, у меня просьба. Он смотрел на нее, ожидая подвоха. — Соблюдайте приличия. — .... — Хотя бы при других. Ради вашего твоего же статуса. Ради ребенка... — Уже вошла в роль матери? Еще и о моей репутации печешься. Может, премию выписать? «Спас из воды — отдай и узелок». Он оплатил долги, обеспечил ее, а она просит уважения. Но девушка заблуждалась. Он собирался отказать, сказать, что его репутация его не волнует. Но тут заметил, как дрожат ее пальцы. Перевод: Капибара Жмякни на «спасибо» - порадуй переводчика и ускорь перевод!