«Если честно, вот так надо было поступить с самого начала.»
В тот вечер.
Я пригласил Фиро в кровать и, как само собой разумеющееся, обратился к Атре, что лежала на кровати Рафтафии, и Садине, что распивала там с ней вино.
«Ехе-хе-хе… Хозяина погладил меня по головке.»
Фиро в человечьем обличье, довольная, прижималась ко мне.
Ты поняла, Фиро?
Угу. Если Атра-тян ляжет в кровать хозяина, её нужно выгонять, верно?
Именно. Если я прогляжу хоть раз – выгоню тебя!
Угу! Поняла!
Если они начнут как-то уж слишком координировать свои действия, то достаточно просто проявить привилегию к одной, а вторую – отказать.
Всё-таки Фиро порядком настрадалась. Пора бы её и утешить, не так ли?
Мне ведь нужно вернуть ей уровень, упавший до сорок первого, да и мотивацию ей поднять надо.
Ах, господин Наофуми. Зачем Вы возлагаете на меня такое испытание?
Атра сказала это с каким-то обиженным видом.
Неужели ей настолько хочется спать со мной? Не понимаю я этих чувств.
«С Фиро-тян проводить ночную усладу… Мне… так завидно.»
Ночная услада, ты это к чему, а?
Я ведь не Мотоясу, в конце концов.
Тот, возможно, и совершил бы что-то, что могло бы дойти до преступления, если бы Фиро оказалась в такой ситуации.
Да и вообще, тот бесполезный тогда так и не появился в критический момент для Фиро.
Если увижу его в следующий раз, то уж выскажу ему свою жалобу.
И пока я гладил по голове довольную Фиро, прислонившуюся ко мне, послышался стук в дверь – тук-тук.
Что там?
«Позволь войти, Герой щита.»
…Гаэрион открыл дверь и вошел, словно это было само собой разумеющееся.
Сзади него с выражением изумления шла Рато.
Танико нет? В чём дело?
«Эй. Твоего ребенка здесь нет.»
Не знаю, родной ли он или приемный, но важная Танико отсутствует.
Я проверил, что он уже спит, так что же ещё?
«Я тут в исследовательской лаборатории занималась исследованиями, и он вдруг позвал меня. Сказал, что нужно выслушать вместе с графом… Я была поражена, знаешь ли.»
Ну да, вполне логично.
Если бы Гаэрион вдруг заговорил человеческим голосом и потребовал следовать за ним.
«Честно говоря, я была гораздо больше поражена этим, чем когда увидела твою трансформацию, Садина-сан.»
Ой-ой, это больше изумления, чем от сестры?
Осталась только реакция Атры.
Атра, ты понимаешь?
Да. Я всегда это понимала. Что в Гаэрион-тян, нет, в самой основе его существа, пребывает Тот Самый.
Ага, так. Почему же ты молчала?
«Сначала я не замечала, но после того инцидента он стал излучать зловещую ки, а когда мы встретились вновь, это переросло в полную уверенность.»
Хмм…
Наверное, потому что это не было необходимо? Говори, надо было говорить!
«Вы тоже скрывались в Гаэрион-тян, так что я подумала, что нет смысла его насильно вызывать.»
Хм… Как и ожидалось от Хакуко, проницаешь мое состояние.
Му-у…
Фиро злобно уставилась на Гаэриона.
Будущая королева Филориалов, ты навлекла это на себя, посягнув на мое ядро. Глупец.
Верни опыт Фиро!
Хм… Что ж поделать. Но большая часть уже слилась, так что терпи.
Я уж подумал, что Гаэрион сейчас что-то предпримет, как он схватился за живот и сделал большой вдох… но это движение похоже на подготовку к выдоху, не так ли?
Он сплюнул большой комок, похожий на леденец.
Пососи это, и тебе станет немного лучше. А теперь молчи.
Бу!
Фиро взяла леденец, который выплюнул Гаэрион, и, глядя на него, выразила свой протест.
Ну да, возвращает он маловато.
Итак, что ты хотел мне сказать? Ты всё это время притворялся, Гаэрион?
Есть многое, что нужно обсудить. Носитель этого тела – всё же тот Гаэрион, которого ты знаешь. Когда он вырастет, произойдет слияние эго с моим эго.
Принудительно?
Конечно нет. Носитель тела этого желает. С тех пор, как ты согревал яйцо, Герой щита.
Ах, ну да.
Кстати, мне кажется, мне снился какой-то странный сон. Я не могу вспомнить точно, но мне кажется, это был его голос.
Мы уже начали постепенное слияние эго, но как только он поглотил осколок моего ядра, твоя ярость овладела мной, и я начал бушевать.
А то, что ты полетел в старое гнездо?
Похоже, что мои воспоминания сработали, и он полетел туда. Если он там впитает ки зараженной земли, чтобы набраться силы, то начнет бушевать, ища врага, которого нужно убить.
Врага, которого нужно убить?
Понял бы ты, если сказать, что это тот, кого ты ненавидишь больше всего на свете?
Ах… вот оно что.
Значит, он собирался летать в поисках Вич и мусора.
Император Драконов косвенно уничтожил бы королевство благодаря моей ярости.
Ситуация была, скажем так, чертовски опасной.
Я не могу долго оставаться на поверхности. Так что я объясню максимально кратко.
М-да… Если подытожить, то это своего рода раздвоение личности: обычно проявляется детский Гаэрион, а в зависимости от ситуации – этот Гаэрион.
Погоди-ка, дракон может передавать сознание даже после смерти?
«Часть его, да. В каком-то смысле, я практически бессмертен.»
Бессмертен?… Чистокровный!? Тот чистокровный, что устроил себе территорию в глубине гор?
Рато спросила Гаэриона с отвращением в глазах. Ну да, она же не жалует драконов.
Как бы ты ни называл, я и есть тот чистокровный.
«Хм… А судя по всему, тебя убил Ацуму Хитогами, Герой Меча.»
Похоже, по времени это было поражение от сорокалетнего Хитогами.
К тому же, тот Герой Меча не смог освоить методы становления сильнее от других героев на практике.
Иными словами, изначальный Гаэрион был довольно слаб.
Ничего не поделать. Среди осколков Драконий Император я самый слабый.
А?
Я вспомнил ту известную фразу: «Среди Четырех Небесных Царей самый слабый…»
Мне кажется, сам он не должен хвастаться тем, что он самый слабый…
Дракон, который гордится тем, что он самый слабый – это как-то некруто.
Осколки Драконий Император?
— Похоже, ты совершенно не смыслишь в экологии, которой обладает дракон. Позволь мне просветить тебя. Хотя, быть может, проще спросить вон ту жрицу?
Гаэрион указал когтем на Садину и негромко пробормотал эти слова.
— Жрицу?
— Судя по твоему виду, ты получила благословение от другого Драконьего Императора? Я не ошибся?
— Да-а, я жрица. Именно поэтому эта старшая сестра может использовать Закон Драконьего Пути.
Садина отвечала, лениво сжимая и разжимая ладони, словно она вот-вот завалится спать прямо здесь. Глядя на неё, кажется, что её мотивация находится где-то на уровне морского дна.
— Я тоже слышала кое-какие легенды. Говорят, давным-давно Королева Филориалов разорвала Драконьего Императора на мелкие куски.
— Вот оно как…
«Значит, он уже технически мертв. Неудивительно, что они так не ладят с Филориалами из-за своих фракций».
— Но жизненная сила, которой обладает дракон, вещь феноменальная. Понимаешь, изначально существовал лишь один предок, а все остальные – лишь мелкая сошка и помесь. Титул Драконий Император носили только те, в ком признавали чистокровный вид. Они способны на скрещивание с кем угодно, плодя потомство. Какие бы методы ни применялись для их истребления, этот вид обладает чертовски живучей силой.
— Удивительно мерзкие создания. Прямо как тараканы.
— Именно поэтому того, что их разорвали на куски, было недостаточно для смерти. Полагаю, наш маленький Гаэрион просто унаследовал один из тех самых осколков, на которые был разделен Драконий Император.
— Хм, в целом ты права. Я прекрасно осознавал, насколько я слаб, и именно поэтому свил гнездо поближе к людским поселениям, чтобы меня не сожрал другой Драконий Император.
«Сбежал к людям, потому что был слишком слаб и боялся сородичей? Прямо как медведь-неудачник, который выходит к деревне за объедками».
Чем больше этот дракон открывает пасть, тем более жалкий вид он принимает. Сначала напускает на себя важность, а на деле – пустозвон. Хуже не придумаешь.
— Тут-то и начинается самое интересное. Если один чистокровный побеждает другого, то осколок переходит к победителю. Так они сотни лет пытаются собрать все части воедино, надеясь на полноценное воскрешение.
— Теперь припоминаю… Господин Наофуми, в легендах о героях действительно есть истории о том, как они побеждали воскресшего Драконьего Императора.
— В борьбе за осколок мы обычно не убиваем сородичей. Это лишает вид способности к размножению в следующем поколении.
— Если не хотел, чтобы на тебя охотились, мог бы просто отдать его.
— Именно поэтому я и бежал. Ни один здравомыслящий Драконий Император не совершит такой глупый поступок, как уход к людям. Ведь если начать собирать осколки слишком рьяно, тебя снова могут разорвать в клочья.
«Какое позорище. Этот Драконий Император изначально был в лагере проигравших».
— Ну, это всё, что мне известно.
— Тогда я дополню. Я – лишь один из осколков того императора, и благодаря этому я существую в нынешнем теле. Вообще-то я планировал найти подходящий сосуд для смены поколений, но в том состоянии у меня напрочь отсутствовал рассудок.
«Ацуму Хитогами и его компания видели в предыдущем воплощении Гаэриона лишь материал для крафта. Они и не догадывались, что внутри циркулирует магическая сила осколка. В итоге магическая сила этого куска заставила мертвое тело двигаться, пока мы с Фиро не запечатали его. А потом осколок, поглощенный Щитом, перекочевал в яйцо через меня, надеясь на возрождение… Но вместо этого его разум смешался с моим Гневом. До чего же нелепая судьба».
Моё уважение к этому существу падает с каждой секундой.
— Впрочем, хватит обо мне. Я безмерно признателен тебе за то, что ты спас Виндию. Благодарю за то, что воспитал её такой достойной.
— Виндия? Погоди, это имя… ты про кого сейчас?
«Догадки есть, но уверенность мне не помешает».
— Как? Неужели ты хочешь сказать, что растил Виндию, даже не зная её имени?
— Ты про ту рабыню, что помешана на монстрах? Так вот как её зовут.
— Ой-ой, господин граф. Вы что же, совсем не знаете имен детей в этой деревне?
— Кого-то знаю, а многих – нет.
«Если не считать Рафталию, я помню только Киля, Фоула, Атру и ещё парочку. С остальными всё туманно. Какая разница, как их называть, если дело и так движется? Если подумать, незнакомцев тут большинство. Я даже имя той женщины-рыцаря, с которой постоянно спорю, до сих пор не выучил».
— Господин граф, а как же вы называете Виндию в своих мыслях?
— Наверное, Танико.
— Да почему?!
— Какое оригинальное прозвище. А я тогда кто? Набедренная повязка? Или, может, толстушка? А как тебе вариант – ребенок любовницы?
Садина принялась донимать меня, принимая свои тошнотворно-соблазнительные позы. Будь она сейчас в человеческой форме, я бы точно не удержался от того, чтобы ей врезать.
— Я запоминаю имена, если мне представляются или если кто-то другой их так называет. Но её по имени никто никогда не звал.
— А ведь и правда. Вы обычно обращаетесь к ней просто «эй ты» или как-то в этом роде.
— Слушай, Наофуми-тян. А какие еще имена ты придумал для остальных? Расскажи старшей сестре.
— Мастер готовки, дядя Имии, старуха… Да много их.
— Ох, беда. Наофуми-тян такой непосредственный, это, конечно, мило, но так называть людей не стоит.
— А старуха-то чем плоха?
— Так ведь непонятно, о ком речь.
— Боевой советник.
— Ну, она действительно бабушка.
— Господин Наофуми, а как вы называете меня и моего брата?
— Атра – это Атра. А Фоула я едва не окрестил Альпами.
— Да откуда это берется?! Господин граф, ваша логика в именах – тайна за семью печатями.
— И не надейся понять.
«Все мои ассоциации строятся на аниме из моего мира. Понять меня могли бы другие герои, но кто знает, смотрели ли они те же сериалы».
— А Фиро-о?
— Ты правда хочешь это услышать?
— Э-э…
— Кстати, Гаэрион. Твоё прозвище – дзынь-беги.
— Это даже длиннее, чем моё имя! И смысл совершенно ускользает!
Дзынь-беги выразил свой протест, глядя на меня с явным недоумением. Интересно, какой именно смысл вложило в него это существо? Ладно, признаю, использовать такое прозвище в быту неудобно.
— Впрочем, неважно. Скажи-ка мне вот что: она твой родной ребенок?
— Разумеется, нет.
— Значит, это было похищение еще в младенчестве, чтобы потом на ней жениться? Ты ведь тот еще тип.
«Учитывая, как Танико боготворит драконов, такой вариант кажется вполне логичным. Наверняка он с пеленок втирал ей легенды о том, какая драконы благородная раса, готовя себе невесту. Даже если сам Гаэрион об этом не думал, это всё равно попахивает чем-то вроде инцеста. В таких историях это всегда ожидаемый исход – сначала куча оправданий, а в конце они вместе».
— Как ты смеешь такое нести! Я убью тебя! Когда Виндия была совсем крохой…
Обновлено: 20.02.2026