Глава 144 — Глава 143. Искусство власти

- Ладно, Лань'эр, не волнуйся ты так, я никому ни слова не скажу! - твердо пообещала Мужун Я. Она была верной и преданной подругой. Хотя она и не понимала до конца истинных мотивов поступка Су Ланьчжи, но, видя, что та явно не хочет ничего объяснять, она решила больше не расспрашивать.   Однако в глубине души она все равно испытывала смутное беспокойство, ей казалось, что сегодняшний день был каким-то слишком уж неспокойным и полным неприятных сюрпризов.   Раньше их визиты во дворец никогда не проходили так напряженно. Но почему именно приезд Лань'эр сопровождался таким количеством трудностей и неприятностей?   - Сестрица Я, спасибо тебе огромное! Видя, что Мужун Я тактично перестала ее допытывать, Су Ланьчжи почувствовала огромное облегчение и вздохнула свободнее.   Честно говоря, она немного опасалась, что Мужун Я, со своим прямолинейным и настойчивым характером, будет допытываться без конца, пока не узнает всю правду.   Похоже, ее кузина действительно заметно повзрослела и стала более сдержанной. Жаль только, что цена за это взросление оказалась такой высокой и горькой.   Внезапно Су Ланьчжи с легкой грустью вспомнила ту прежнюю Мужун Я - беззаботную, веселую, совершенно не знающую печали и тревог.   - Ну что ты, не стоит благодарности, - отмахнулась Мужун Я. - Просто сегодня было действительно слишком рискованно и опасно. В будущем тебе все же стоит быть намного осторожнее, пожалуйста, не будь такой безрассудной и опрометчивой! Хотя на этот раз им, к счастью, удалось избежать серьезной беды, все равно нужно было всегда быть начеку.   ◆ ◆ ◆   В конце концов, удача - дама капризная, и она не улыбается каждый день. А люди во дворце были невероятно хитрыми и коварными, с ними нужно было держать ухо востро. Один неверный шаг, одно неосторожное слово - и это могло обернуться серьезным преступлением и непоправимой бедой!   Каждый раз, приезжая в этот ненавистный дворец, она сама была предельно осторожна и внимательна!   - Мм, не волнуйся, я все понимаю! - заверила ее Су Ланьчжи. Сегодня она действительно сильно рискнула, но ведь в итоге ее рискованная игра увенчалась успехом, не так ли?   - Ах ты ж, хитрая лиса! Никогда не знаешь, что у тебя на уме, - с легким укором проговорила Мужун Я. - Матушка нас зовет, пойдем скорее. Смотри, не потеряемся снова, чтобы опять не нарваться на неприятности! Пока они увлеченно шептались в стороне, Си Лэжун, естественно, не могла их видеть. Теперь же она их звала.   - Хорошо! Вместе с Мужун Я она направилась к Си Лэжун. Су Ланьчжи бросила быстрый взгляд на гордую, удаляющуюся спину благородной госпожи Цзин, и в ее глазах на мгновение сверкнули холодные, расчетливые искры.   Су Ланьчжи прекрасно знала, что за всеми сегодняшними неприятностями стояла именно благородная госпожа Цзин. Вероятно, та затаила злобу на нее из-за истории с Бай Синь. Раньше она не имела возможности ей досадить, а сегодня, наконец встретив ее лицом к лицу, естественно, решила создать ей как можно больше трудностей, чтобы проучить и не дать слишком возгордиться!   Но во всей этой грязной игре императрица тоже сыграла свою немаловажную роль, умело дергая за ниточки. Иначе как бы когтистые лапы интриганки благородной госпожи Цзин смогли так легко проникнуть в святая святых - обитель Ясного Феникса самой императрицы?   В душе Су Ланьчжи кипел сдерживаемый гнев, но сейчас, находясь во враждебном окружении дворца, впервые приехав сюда и не имея никакой реальной поддержки, она могла лишь стиснуть зубы и терпеть.   Но то, что она терпела, вовсе не означало, что ей было все равно!   Сегодняшние бесконечные придирки и унижения со стороны благородной госпожи Цзин сильно ее разозлили и вывели из равновесия. Раз уж та сама решила не давать ей покоя, то и она, Су Ланьчжи, не останется в долгу и заставит ее пожалеть о содеянном!   Она прекрасно помнила, что в прошлой жизни эта самая Бай Чжу вышла замуж за наследника могущественного хоу Наньчана. Семья хоу Наньчана была невероятно богатой, принадлежала к древнему и знатному роду, к тому же состояла в отдаленном родстве с влиятельной княгиней Нань. В то время коварная благородная госпожа Цзин, умело воспользовавшись этим союзом, значительно сблизилась с княгиней Нань и заручилась ее мощной поддержкой! Впоследствии она привлекла на свою сторону еще множество влиятельных сил, тем самым полностью подготовив почву для грядущей борьбы пятого принца Цинь Яня за императорский трон!   Если память не изменяла Су Ланьчжи, то совсем скоро Бай Чжу должна была обручиться с тем самым наследником, а сразу после достижения ею совершеннолетия должна была состояться их пышная свадьба. Сегодня госпожа хоу Наньчана тоже присутствовала на банкете. Су Ланьчжи совершенно намеренно и хладнокровно подстроила все так, чтобы опозорить Бай Чжу перед всем двором, чтобы госпожа хоу Наньчана своими глазами увидела ее недостойное и презренное поведение. Тем самым она одним ударом разрушила хитроумные планы и далеко идущие расчеты благородной госпожи Цзин!   Другие не давали ей спокойно жить, так с какой стати она должна была позволять им радоваться и наслаждаться успехом!   Сегодня она лишь нанесла ответный удар благородной госпоже Цзин за все ее подлые козни, дав ей ясно понять, что ее не так-то легко запугать и сломить. В следующий раз, если эта женщина снова попытается навредить ей или ее близким, дело не ограничится простым разрушением одного хитроумного плана!   Независимо от того, была ли это ее прошлая или нынешняя жизнь, ей, резиденции хоу Юаньу и коварной благородной госпоже Цзин было суждено стать заклятыми врагами. Сегодняшний день был лишь самым началом их долгой и беспощадной борьбы. Су Ланьчжи прекрасно понимала, что после сегодняшних событий пропасть между ней и благородной госпожой Цзин станет еще глубже, а их вражда - еще более непримиримой.   Но она давно была к этому готова. Вместо того чтобы пассивно ждать, пока другие будут строить против нее козни и пытаться ее подставить, активное нападение казалось ей гораздо более разумной и эффективной тактикой. Тем более что теперь она, кажется, нашла неожиданного, но могущественного союзника…   Думая о недавних действиях императрицы, Су Ланьчжи все больше убеждалась, что эта внешне величественная и щедрая правительница совсем не так проста и благородна, как пыталась казаться. Напротив, она была невероятно мстительной и расчетливой женщиной. Ради сохранения своего высокого положения и обеспечения трона для своего сына, второго принца Цинь Мо, эта императрица в прошлой жизни приложила немало усилий и совершила множество темных и грязных дел. Вероятно, и в этой жизни она не сильно изменилась, и ее амбиции остались прежними?   Проверка, которую Су Ланьчжи тонко устроила императрице, показала, что та, хотя и опасается ее и растущего влияния ее семьи, но еще больше боится и ненавидит свою главную соперницу - благородную госпожу Цзин. Именно поэтому она и выбрала сегодня нанести удар по репутации благородной госпожи Цзин, публично унизив ее племянницу и тем самым расстроив ее далеко идущие планы, разрушив тщательно выстроенную игру.   Именно потому, что ее рискованная ставка сегодня сыграла, Су Ланьчжи поняла, что в будущем, если ей придется вступить в открытую борьбу с коварной благородной госпожой Цзин, эта императрица может стать для нее незаменимым и очень ценным союзником.   Остается лишь надеяться, что императрица не разочарует ее ожиданий и окажется достаточно умной и дальновидной, чтобы понять выгоду такого союза!   ◆ ◆ ◆   Возможно, из-за неприятного инцидента с Бай Чжу, благородная госпожа Цзин вела себя на удивление тихо и сдержанно до конца банкета. Во время последующего застолья императрица радушно водила гостей осматривать красоты сада Чэнъюань, время от времени вызывала к себе некоторых знатных барышень для беседы, расспрашивала их о стихах, каллиграфии и живописи. Ее взгляд при этом был острым и испытующим, словно она придирчиво оценивала потенциальных невесток, что заставляло юных девушек сильно смущаться и робеть.   Императрица крайне редко устраивала подобные банкеты. Сегодня она уделила особое, подчеркнутое внимание дочерям из самых знатных семей, и даже специально издала указ, предписывающий явиться во дворец семьям чиновников первого ранга, причем в сопровождении исключительно главных жен и законных дочерей. Такое необычное распоряжение, естественно, заставило многих присутствующих задуматься и строить догадки.   Ведь несколько уже достигших совершеннолетия принцев все еще оставались неженатыми. Даже второй принц Цинь Мо, главный претендент на трон, был женат только на своей главной жене, а престижное место его второй жены, наложницы цэфэй, все еще оставалось вакантным. Если в будущем этому второму принцу действительно суждено будет взойти на трон дракона, то они, став его наложницами цэфэй, разве не возвысятся вместе с ним, и вся их семья не получит от этого огромную выгоду и привилегии?   Многие знатные семьи, хотя и воспитывали своих дочерей с самого детства в роскоши и неге, заботливо обучали их всем необходимым искусствам и наукам, делая их изящными, образованными и благородными, но в глубине души все же рассматривали их будущий брак лишь как удобный инструмент для укрепления положения своей семьи и привлечения могущественных союзников. Поэтому для этих расчетливых людей личное счастье их дочери не имело ровным счетом никакого значения, важна была лишь та честь и выгода, которую она сможет принести своему клану.   Поэтому, даже если бы дочери высокопоставленного чиновника первого ранга пришлось стать всего лишь наложницей, пусть и знатной, они бы с радостью на это согласились!   Спрашивается, кто бы в здравом уме отказался от возможности породниться с самой императорской семьей? Это же была высшая честь, предел мечтаний любого честолюбца! Если такой брак действительно состоится, то в будущем эта семья, несомненно, достигнет небывалого процветания и могущества.   Быстро разгадав скрытые намеки и уловив благоприятную возможность, эти дальновидные госпожи наперебой принялись подводить своих дочерей к императрице, пытаясь всячески снискать ее расположение и похвалу. Конечно, были и те, кто метил еще выше и обратил свое пристальное внимание на могущественную благородную госпожу Цзин. Ведь ее сын, пятый принц, еще не был женат на главной жене, и это место было не менее привлекательным и желанным!   В настоящее время наибольшей поддержкой при дворе пользовались именно второй и пятый принцы. Хотя Цинь Янь, третий принц, и пользовался большим доверием и благосклонностью императора Вэнь, его материнский род давно пришел в упадок, а мать умерла много лет назад. Такого принца, лишенного сильной поддержки и влиятельных родственников, многие предпочитали пока наблюдать со стороны, не решаясь делать на него ставку.   Су Ланьчжи молча наблюдала за всеми этими интригами и расчетами. Глядя на этих юных, цветущих девушек, многие из которых были ненамного старше ее самой, но которых их собственные матери бесцеремонно выставляли напоказ, словно дорогой товар на ярмарке, навязывая их внимание влиятельным особам, Су Ланьчжи внезапно ощутила острую, щемящую печаль и горечь.   Женская доля в этом мире и так была достаточно горькой и безрадостной. В девичестве все было еще терпимо, окруженная любовью и заботой семьи, девушка могла чувствовать себя относительно свободной. Но стоило ей неудачно выйти замуж, и вся ее дальнейшая жизнь была обречена на страдания и унижения.   Особенно это касалось девушек из знатных и аристократических семей - развод для них был совершенно недопустим и считался величайшим позором. Поэтому, раз выйдя замуж, ради сохранения чести и репутации своей семьи, даже если жизнь в браке была невыносимой и несчастной, им не оставалось ничего другого, кроме как молча терпеть и страдать до конца своих дней.   Глядя на эти полные надежды и трепетного ожидания юные лица, Су Ланьчжи не знала, осознают ли эти девушки свою незавидную судьбу, понимают ли они, что даже если им посчастливится выйти замуж в самый знатный и богатый дом, но их муж окажется недостойным и жестоким человеком, каким будет их ужасный конец.   Богатство, знатность, пышность и слава - все это было лишь мимолетным дымом, иллюзией, которую нельзя унести с собой в могилу. Су Ланьчжи искренне не понимала, почему некоторые люди так отчаянно цепляются за эти пустые и преходящие ценности?   Внезапно она почувствовала огромное облегчение и благодарность судьбе за то, что ее собственные родители искренне и глубоко любят ее и желают ей только настоящего счастья. По сравнению со многими другими девушками ее положения, она действительно была намного, неизмеримо счастливее. По крайней мере, ей не нужно было бояться, что однажды ее, словно бездушный товар, используют для заключения выгодной сделки или политического союза.   У каждого человека свои стремления и ценности. Су Ланьчжи прекрасно понимала, что многие никогда не смогут принять ее взгляды на жизнь. Поэтому она лишь молча и отстраненно наблюдала, как люди толпятся вокруг императрицы, изо всех сил стараясь угодить ей, заискивая и пресмыкаясь. А она сама стояла в стороне, словно чужая на этом празднике жизни, совершенно безразличная ко всей этой суете и интригам.   В этот самый момент Мужун Я мягко потянула ее за рукав. - Лань'эр, пойдем отсюда, прогуляемся немного, - прошептала она. - Здесь так душно и тоскливо, просто невыносимо! Мужун Я, по правде говоря, тоже не очень понимала всего происходящего. Почему все эти люди так отчаянно лебезят перед императрицей и благородной госпожой Цзин? Некоторые даже постоянно выталкивают вперед своих дочерей, заставляя их читать стихи или демонстрировать другие таланты. Хотя это и выглядело весьма изящно и утонченно, Мужун Я все равно казалось это каким-то странным и неестественным.   Сегодня ведь день рождения Ее Величества императрицы? Почему же он превратился в какой-то поэтический смотр невест?   Слава богу, что ее собственная матушка не заставила ее участвовать в этом представлении и читать стихи, иначе у нее бы точно разболелась голова от напряжения и скуки.   Ей тоже совершенно не нравилась эта напряженная и душная атмосфера интриг и притворства, и Мужун Я отчаянно захотелось сбежать отсюда хоть ненадолго.   Су Ланьчжи, естественно, заметила нетерпение и скуку на лице Мужун Я. Она знала, что ее кузина не питает особого интереса к стихам и книгам, и сейчас ей, должно быть, действительно очень скучно и не по себе. Мягко улыбнувшись, она охотно согласилась, так как ей самой эта атмосфера была крайне неприятна. - Хорошо, пойдем. У Ее Величества императрицы здесь сейчас слишком много людей, так что мы можем спокойно немного прогуляться. Только нужно обязательно предупредить старшую тетушку, чтобы она не волновалась!   Иначе та снова начнет беспокоиться и искать их повсюду.   - Не волнуйся ты так, - беззаботно отмахнулась Мужун Я. - Инь Е, пойди скажи матушке, что мы с Лань'эр решили немного прогуляться и скоро вернемся! Мужун Я изначально не любила приезжать во дворец, здесь она всегда чувствовала себя скованно и неуютно. Теперь, получив возможность хоть ненадолго сбежать от этой удушающей атмосферы, она, естественно, была очень рада и не могла дождаться, чтобы уйти.   - Ну что, теперь можно идти? С сияющей улыбкой она схватила Су Ланьчжи за руку и потянула за собой. Мужун Я чувствовала, что давно не видела Су Ланьчжи и очень по ней соскучилась.   - Хорошо, идем, - согласилась Су Ланьчжи. - Только давай не будем уходить слишком далеко, чтобы старшая тетушка не беспокоилась! Сегодняшний визит во дворец был полон неожиданных опасностей и интриг, и Су Ланьчжи не хотела снова действовать опрометчиво и оказываться в одиночестве, чтобы опять не стать легкой мишенью для чьих-то коварных планов.   - Да не волнуйся ты так! - весело заверила ее Мужун Я. - Мы просто немного пройдемся поблизости, не будем уходить из поля зрения матушки! Мужун Я просто почувствовала себя утомленной и подавленной этой гнетущей атмосферой и хотела ненадолго сменить обстановку, чтобы не быть постоянно под прицелом любопытных и оценивающих взглядов, от которых ей казалось, будто она - кусок лакомого мяса на рынке. Этот липкий, оценивающий взгляд был ей крайне неприятен.   Ощущение Мужун Я было вовсе не безосновательным. Ей скоро должно было исполниться пятнадцать лет - возраст совершеннолетия, когда девушку можно было выдавать замуж. Она была старшей законной дочерью в знатной резиденции хоу, ее отец был прославленным генералом Чжунъу, а мать - дочерью не менее знаменитого великого полководца Усмирения Запада. С таким высоким статусом и происхождением неудивительно, что многие знатные и влиятельные дамы мечтали заполучить ее в невестки для своих сыновей.   Конечно, и некоторые из императорских наложниц наверняка подумывали о том, чтобы сделать Мужун Я главной женой своих сыновей-принцев. Такой брак позволил бы им заручиться мощной поддержкой влиятельной резиденции хоу Цзинбэй и значительно укрепить позиции своих сыновей в борьбе за власть и престол. Это тоже было вполне возможно и даже вероятно.   Учитывая все эти обстоятельства, Мужун Я действительно была весьма завидной и желанной невестой в глазах всего высшего света. Статус и могущество резиденции хоу Цзинбэй были неоспоримы, и кто бы не захотел породниться с таким влиятельным кланом?   Однако все эти сложные политические расчеты и интриги совершенно не входили в сферу интересов самой Мужун Я. Она просто чувствовала себя крайне некомфортно и неуютно под этими бесчисленными пристальными взглядами и потому своевольно потянула Су Ланьчжи прочь из шумной толпы, чтобы хотя бы на время глотнуть свежего воздуха и обрести немного покоя.   Ей постоянно задавали какие-то вопросы, то об одном, то о другом, и она, честно говоря, уже просто не могла этого выносить.   К счастью, Си Лэжун была довольно понимающей и либеральной матерью. Видя, что Мужун Я явно не нравится такая официальная и напряженная обстановка, она не стала ее заставлять или упрекать, лишь строго наказала служанкам Инь Е и Юньчжу неотступно следовать за девушками и хорошо о них заботиться.   ◆ ◆ ◆   Едва вырвавшись из душной толпы, Мужун Я почувствовала, что дышать стало намного легче и свободнее, и с облегчением вздохнула. - Эх, Лань'эр, ты даже не представляешь себе! - воскликнула она. - Если бы мы не вышли оттуда еще на минуту, я бы точно задохнулась!   Это просто нечеловеческая пытка, так тяжело и мучительно!   - Сестрица Я, ты вечно так, - с легким укором заметила Су Ланьчжи. - Но так ведь нельзя. Тебе скоро исполнится пятнадцать, ты выйдешь замуж. Станешь невесткой в чужом доме, хозяйкой поместья. Поверь мне, таких вот официальных приемов и утомительных церемоний в твоей жизни будет еще очень и очень много! Су Ланьчжи была немного более наблюдательной и чувствительной, чем Мужун Я, и давно заметила нескрываемый интерес, который проявляли к ее кузине многие влиятельные дамы. Теперь, видя, что Мужун Я ведет себя так беспечно и как будто ничего не замечает, Су Ланьчжи не удержалась от желания немного ее поддразнить.   - Ну ладно тебе, Лань'эр, умоляю тебя, пощади меня! - взмолилась Мужун Я. - Оставь меня в покое, пожалуйста! Дай мне сначала пожить в свое удовольствие еще несколько беззаботных лет, а об этих ужасных вещах мы поговорим когда-нибудь потом, хорошо? Умоляюще глядя на Су Ланьчжи, Мужун Я больше всего на свете боялась именно таких разговоров о замужестве и будущих обязанностях. Она по натуре была девушкой простой и прямолинейной, как она могла любить все эти сложные и утомительные светские условности?   - Сестрица Я, но ведь через несколько лет ты рискуешь превратиться в старую деву, - с лукавой улыбкой продолжала дразнить ее Су Ланьчжи. - Ты разве не боишься, что тогда тебя вообще никто замуж не возьмет? Видя, что Мужун Я готова была уже сложить руки в умоляющем жесте, Су Ланьчжи рассмеялась. Заметив, что ее кузина немного оживилась и к ней вернулось ее обычное веселое настроение, она тоже искренне обрадовалась.   - Моя милая, дорогая сестрица, умоляю тебя, перестань, не говори больше об этом, - взмолилась Мужун Я. - Эх. Если бы только это было возможно, я бы с радостью осталась дома еще на несколько лет, чтобы служить своим родителям и заботиться о них! Да, ведь родители вырастили ее, вложили в нее всю душу, а ей, едва достигнув совершеннолетия, придется покинуть родной дом и выйти замуж. А выйдя замуж, она будет видеть своих любимых родителей гораздо реже, у нее даже не будет возможности как следует проявить свою дочернюю любовь и позаботиться о них в старости. Какая же это несправедливость и горькая жалость!   - Сестрица Я такая почтительная и любящая дочь! - с теплотой проговорила Су Ланьчжи. - Дядюшка и тетушка, узнав о твоих мыслях, непременно будут очень тронуты и обрадуются! На самом деле, разве она сама не хотела бы провести еще несколько драгоценных лет рядом со своими родителями?   Но, к сожалению, в жизни слишком часто возникают обстоятельства, которые сильнее нас, и она тоже ничего не могла поделать со своей судьбой.   - Ох, лучше и не говори! - с досадой воскликнула Мужун Я. - Я как-то попыталась сказать об этом своей маме, так она меня так отругала, что уши завяли! А потом еще и в наказание заставила целыми днями вышивать этих дурацких уточек-мандаринок! Ну скажи, разве я не несчастная? Теперь, наконец найдя сочувствующего слушателя, Мужун Я готова была вылить всю накопившуюся горечь и обиду Су Ланьчжи, чтобы хоть немного облегчить душу и не чувствовать себя такой одинокой и непонятой.   - Старшая тетушка ведь тоже делает это ради твоего же блага! - мягко заметила Су Ланьчжи. Этот мир был слишком суров и требователен к женщинам. Взрослая девушка, если она вовремя не выйдет замуж, рисковала остаться старой девой, и тогда найти ей достойную партию из равной по статусу семьи было бы практически невозможно.   Хотя родителям и было бесконечно жаль отпускать от себя любимую дочь, но им приходилось это делать ради ее же будущего, не так ли?   Такова была их суровая судьба, такова была их горькая и неизбежная участь.   - Я, конечно, знаю, что матушка желает мне только добра, - со вздохом признала Мужун Я. - Просто… я чувствую, что еще совершенно не готова к этому… Раньше она наивно полагала, что ее судьба - выйти замуж за блистательного Цинь Чжияня. В пору своей первой юношеской влюбленности Мужун Я, увидев этого несравненного, божественно красивого юношу, естественно, без памяти отдала ему свое неопытное сердце. Она всегда мечтала, что если ей посчастливится стать женой такого исключительного мужчины, она непременно будет безмерно счастлива. Но что же теперь?   Внезапно она с горечью осознала, что все это время лишь сама себе создавала проблемы и терзалась пустыми иллюзиями. Этот человек был настолько выдающимся и совершенным, что мог заполучить любую женщину, какую только пожелает. К тому же, после нескольких мимолетных встреч она ясно поняла, что он относится к ней с безупречной вежливостью, но лишь как к младшей сестре своего друга, без тени каких-либо иных, более глубоких чувств. Мужун Я это прекрасно понимала и отдавала себе отчет в том, что у Цинь Чжияня к ней нет и не может быть никаких романтических чувств.   Хотя она была еще очень юна, но первая влюбленность уже открыла ей глаза на некоторые суровые реалии жизни. Она всегда с восхищением наблюдала за своими родителями: хотя они и виделись довольно редко из-за службы отца, их любовь была крепкой и нежной. Она очень завидовала им и мечтала, как и ее мать, выйти замуж за такого же достойного и любящего человека, как ее отец, который бы хорошо к ней относился и заботился о ней, а не был бы таким же ветреным и любвеобильным распутником, как ее второй дядюшка, во дворе которого жило бесчисленное множество жен и наложниц, заставлявших ее бедную вторую тетушку постоянно страдать и проливать слезы.   Поэтому, несколько раз убедившись в полном отсутствии у Цинь Чжияня каких-либо особых чувств к ней, Мужун Я, хотя и была сильно расстроена и разочарована, все же поняла, что против судьбы не пойдешь, и насильно мил не будешь.   Но все же он был первым мужчиной, к которому она испытала такое сильное чувство, первую трепетную любовь. И она все еще не могла так легко его отпустить и забыть.   Если бы только это было возможно, она все еще надеялась, что когда-нибудь сможет стать женой этого прекрасного мужчины. Но… возможно ли это на самом деле?   Ее взгляд внезапно подернулся дымкой печали. Женщины, терзаемые муками неразделенной любви, часто бывают так наивны и глупы.   - Сестрица Я, что с тобой случилось? О чем ты так глубоко задумалась? Увидев, как в глазах Мужун Я промелькнула целая гамма сложных чувств, которые в итоге сменились выражением глубокой печали, Су Ланьчжи очень забеспокоилась.   "Неужели сердечная рана сестрицы Я так и не затянулась? Неужели она все еще страдает?"   - Хе-хе, да нет, я в полном порядке, правда! - поспешно заверила ее Мужун Я, стараясь скрыть свои истинные чувства. - Кстати, я знаю, что здесь, в саду Чэнъюань, есть одно очень красивое озеро. Может, пойдем туда и немного посидим у воды, а? Не желая, чтобы Су Ланьчжи заметила ее маленькую тайну и душевные терзания, Мужун Я постаралась изобразить беззаботную улыбку и быстро сменила тему.   "Лань'эр, кажется, повезло в жизни гораздо больше, чем мне. Князь Учэн к ней, похоже, относится очень хорошо, с такой нежностью и заботой…"   - Но… не будет ли это слишком далеко отсюда? - засомневалась Су Ланьчжи. Отходить слишком далеко от основного места празднования было небезопасно, и она немного волновалась.   - Да нет же, совсем не далеко! - энергично возразила Мужун Я. - Мы попросим Инь Е и Юньчжу внимательно следить за нами и не отходить ни на шаг. Мы быстро вернемся, так что не стоит беспокоиться! Мужун Я в этот момент отчаянно нуждалась в том, чтобы сменить обстановку и развеяться, чтобы прогнать из головы все эти сумбурные и грустные мысли.   - Но все же… Начала было Су Ланьчжи, но Мужун Я ее прервала.   - Ну же, хватит колебаться, пойдем скорее! Сейчас ей было просто необходимо отвлечься и найти уединенное место, где она могла бы спокойно подумать и разобраться в своих чувствах. Мужун Я, не говоря больше ни слова, решительно схватила Су Ланьчжи за руку и потянула за собой.   - Сестрица Я, помедленнее, пожалуйста! Понимая, что Мужун Я, возможно, сейчас немного расстроена и нуждается в поддержке, Су Ланьчжи не стала больше спорить и покорно пошла за ней. Она незаметно подала знак Юньчжу, чтобы та внимательно следила за ними и была начеку, во избежание всяких неприятностей.   - Хорошо-хорошо, пойдем медленно, - согласилась Мужун Я, немного успокоившись. - Пейзажи здесь, в саду Чэнъюань, и вправду просто восхитительны. Неудивительно, что так много людей готовы на все, лишь бы попасть сюда, во дворец. По сравнению со скромной элегантностью резиденции канцлера или строгим величием резиденции хоу Цзинбэй, каждая травинка, каждый цветок и каждый камень в обители Ясного Феникса были поистине шедеврами паркового искусства. Композиция сада была продумана до мельчайших деталей, здесь было множество диковинных и причудливых камней, а также немало редких и ценных цветов и деревьев. Жаль только, что сейчас была зима, и вся эта красота увяла и спала до весны.   - Во дворце всегда царит пышное великолепие, сотни прекрасных цветов соревнуются друг с другом в красоте и аромате, - задумчиво проговорила Су Ланьчжи. - Говорят, что пестрота цветов может легко затуманить взор неопытному человеку. Большинство людей просто обманываются этой внешней, показной роскошью, не видя истинной сути. Глядя на эти величественные стены, на эти изящные черепичные крыши, Су Ланьчжи невольно вспомнила свои собственные горькие переживания в прошлой жизни. Обитель Ясного Феникса была невероятно красива и великолепна, но в то же время она была и огромной, богато украшенной золотой клеткой, которая навсегда заточила ее душу и лишила ее свободы.   То, чего она не понимала и не ценила раньше, теперь, после всего пережитого, стало ей намного яснее и понятнее. Она лишь горячо надеялась, что в этой новой жизни ей удастся избежать многих трагических ошибок прошлого.   - Лань'эр, ты совершенно права, - согласилась Мужун Я. - Хотя во дворце действительно все самое лучшее и роскошное, здесь можно обрести безграничную власть и высочайшее положение, но, как говорится, войдя во дворцовые врата, попадаешь в глубокое и опасное море. О какой свободе здесь может идти речь? Она по натуре была девушкой свободолюбивой и независимой. Несколько раз побывав во дворце, она каждый раз чувствовала себя скованной и несчастной, словно птица в клетке. Со временем она даже начала испытывать к этому месту стойкую неприязнь.   Но ничего не поделаешь, иногда ей по долгу службы или семейным обстоятельствам приходилось приезжать сюда. Однако она всегда мечтала, чтобы каждый такой визит во дворец заканчивался как можно скорее, чтобы ей не приходилось постоянно быть настороже, сдерживать себя и чувствовать себя так неуютно и неловко.   - Сестрица Я права, - кивнула Су Ланьчжи. - Пойдем туда, присядем немного! Она указала на видневшуюся впереди изящную беседку под названием Беседка Орхидей. Когда-то это было любимое место Су Ланьчжи во всем дворце. Сидя там, можно было любоваться великолепным панорамным видом на весь сад Чэнъюань и даже видеть фигуру человека, приближающегося от главных ворот. Именно здесь Су Ланьчжи так часто и с таким нетерпением ждала появления Цинь Яня.   - Хорошо! Сегодня она почти все время провела на ногах, и Мужун Я тоже порядком устала. Она с готовностью потянула Су Ланьчжи за руку, собираясь пойти посидеть в беседке, но Су Ланьчжи вдруг что-то заметила и резко остановила ее. - Подожди!   - Лань'эр, что случилось? - удивленно спросила Мужун Я, недоуменно глядя на Су Ланьчжи.   - Сестрица Я, я вдруг вспомнила, что мы отсутствуем уже довольно долго, - быстро нашлась Су Ланьчжи. - В конце концов, это обитель Ясного Феникса самой Ее Величества императрицы, нам лучше не вести себя здесь слишком уж своевольно и не злоупотреблять ее гостеприимством. Давай-ка мы лучше поскорее вернемся назад, чтобы Ее Величество, вспомнив о нас, не стала волноваться и спрашивать, куда мы пропали! Крепко схватив Мужун Я за руку, она решительно потянула ее в обратном направлении. Мужун Я была совершенно сбита с толку ее внезапной переменой настроения и ничего не понимала. - Лань'эр, да что ты такое делаешь? - возмутилась она. - Мы же только что договорились пойти посидеть в беседке! Почему ты вдруг так резко передумала? Куда ты меня теперь тащишь?   - Сестрица Я, давай сначала уйдем отсюда подальше, я тебе потом все подробно объясню! - тихо прошептала Су Ланьчжи Мужун Я, и лицо ее при этом стало очень серьезным и сосредоточенным.   "Сейчас самое главное - как можно скорее покинуть это опасное и подозрительное место!"   - Лань'эр? Увидев необычно холодное выражение лица Су Ланьчжи и ее слегка нахмуренные брови, Мужун Я поняла, что, должно быть, произошло что-то действительно серьезное. Она больше не стала спорить и задавать вопросы, а поспешно последовала за Су Ланьчжи.   По дороге Су Ланьчжи шла очень быстро, почти бегом, и вскоре они покинули окрестности беседки Орхидей. Невдалеке уже виднелась группа придворных дам во главе с Ее Величеством императрицей и женами и дочерьми некоторых высокопоставленных чиновников.   - Лань'эр, так что же все-таки произошло там, у беседки? - не удержалась от вопроса Мужун Я. Она действительно ничего не понимала. Почему Су Ланьчжи так внезапно и резко изменила свое решение?   - Сестрица Я, я только что заметила там, на земле, небольшой кусок нерастаявшего снега… Сегодня день рождения императрицы, и весь сад Чэнъюань был тщательно убран к ее приходу. Здесь, вокруг нас, не было ни единой снежинки. Так почему же именно там, у самой беседки, оказался этот странный кусок снега?   Хотя он был и небольшим, но выглядел очень гладким и скользким. Если бы кто-нибудь случайно наступил на него, то разве не…   Су Ланьчжи стало страшно от одной только этой мысли!   "Кто это так коварно все подстроил? И против кого направлена эта ловушка?"   - Ты… что ты хочешь этим сказать? Глядя на серьезное и встревоженное лицо Су Ланьчжи, Мужун Я все еще не могла понять, к чему она клонит. - Лань'эр, ну что тут такого? Зимой снег - это же совершенно нормально! Несколько дней назад ведь почти каждый день шел сильный снег? Мужун Я не стала слишком долго раздумывать над этим и с недоумением посмотрела на Су Ланьчжи.   - Сестрица Я, ты только внимательно посмотри вокруг нас, - попросила Су Ланьчжи. - Ты видишь здесь хоть где-нибудь снег? Указав на идеально вычищенные дорожки и площадки вокруг них, Мужун Я огляделась - действительно, снега нигде не было. - Мм, и правда, нет, - растерянно признала она. - Но ведь это еще ровным счетом ничего не значит, правда? Может быть, служанки или евнухи просто забыли убрать тот маленький кусочек? Такое ведь бывает?   - Сестрица Лань, ты говоришь, что видела всего лишь маленький кусочек снега? Но ведь здесь все так чисто и тщательно убрано! А беседка Орхидей - это ведь самая главная и важная беседка во всем этом саду Чэнъюань! Говорят, сама Ее Величество императрица очень любит там сидеть и отдыхать. Ты же сама сказала, что то место - это единственная тропинка, ведущая к беседке Орхидей. Так как же там мог оказаться снег? К тому же, такой странный, внезапно появившийся кусок снега, очень похожий на то, что его туда положили совершенно намеренно. У Су Ланьчжи, естественно, тут же возникли серьезные подозрения.   А раз возникли подозрения, Су Ланьчжи, естественно, не осмелилась легкомысленно идти туда и что-то проверять, чтобы ненароком самой не угодить в расставленную ловушку и не навлечь на себя большую беду.   - Лань'эр, ты хочешь сказать, что тот снег… он… Мужун Я и представить себе не могла, что прямо здесь, в личной обители Ясного Феникса самой императрицы, могут происходить такие ужасные и коварные вещи!   Что же это все значит? Что здесь вообще происходит?   Этот снег… что он означает?   Неужели должно случиться что-то страшное?   Внезапно почувствовав леденящее душу беспокойство, Мужун Я крепко схватила Су Ланьчжи за руку, горько сожалея о том, что несколько минут назад сама предложила пойти прогуляться в сторону от основного торжества.   Чувствуя неподдельный страх Мужун Я, разве сама Су Ланьчжи не испытывала того же?   Но Мужун Я уже была напугана до смерти, и Су Ланьчжи, естественно, не могла позволить себе напугать ее еще больше. Она успокаивающе сжала руку Мужун Я и постаралась придать своему взгляду как можно больше уверенности. - Сестрица Я, не волнуйся ты так. Тот снег был довольно далеко от нас, мы ведь даже близко к нему не подходили. Давай просто постараемся забыть об этом досадном недоразумении, сделаем вид, что мы ровным счетом ничего не видели и ничего не знаем!   - Но этот снег… - пролепетала Мужун Я. - Такой странный кусок снега лежит прямо посреди дорожки… Что же это? Что все это значит? Сердце Мужун Я забилось так сильно и быстро, словно готово было выпрыгнуть из груди.   - Сестрица Я, пойми, это дело совершенно не нашего ума, и мы никак не можем в него вмешиваться, - твердо сказала Су Ланьчжи. - Сейчас мы можем только притвориться, что ничего не знаем и не видели! Только так они смогут обезопасить себя и избежать возможных неприятностей!   Коварные дворцовые интриги и беспощадная борьба за власть - чего только не случалось в этих стенах! Су Ланьчжи была твердо намерена ни за что не ввязываться в это мутное и опасное дело!   - Лань'эр, но разве это… разве это правильно? - с сомнением прошептала Мужун Я. - Если за этим действительно стоит какой-то злой умысел или заговор, то кто-то ведь обязательно пострадает! Мужун Я, хотя и не знала точно, насколько серьезными могут быть последствия, но интуитивно чувствовала, что дело очень не простое и опасное!   Ведь сегодня день рождения самой императрицы! Если в такой день случится что-то непоправимое, то…   - Сестрица Я, пойми же наконец, есть вещи, которые мы просто не в силах изменить, - терпеливо объясняла Су Ланьчжи. - К тому же, мы ведь совершенно не знаем, против кого именно направлена эта интрига. Если мы сейчас опрометчиво вмешаемся, то неминуемо обидим того, кто все это затеял, и тогда, боюсь, мы и сами окажемся в смертельной опасности! Су Ланьчжи действительно была поразительно хладнокровной и расчетливой. Пережив столько боли и предательства, ее сердце давно очерствело и стало холодным, как камень. Она совершенно не собиралась из-за какого-то совершенно незнакомого и постороннего человека навлекать на себя и своих близких большие неприятности!   Поэтому это дело, эту опасную тайну, она могла лишь похоронить глубоко в своем сердце!   - Но… Мужун Я все еще колебалась. Она по своей природе не могла быть такой же холодной и безжалостной, как Су Ланьчжи. В глубине ее души все еще жила мягкость и сострадание. Не знать о готовящемся зле - это одно, но знать и молчать…   - Сестрица Я, прошу тебя, не думай больше об этом, - настойчиво повторила Су Ланьчжи. - Дворцовые дела и интриги - это не то, во что мы с тобой можем или должны вмешиваться. К тому же, пойми, даже если бы мы сегодня каким-то чудом смогли разгадать эту загадку и предотвратить беду, что было бы дальше? Разве мы смогли бы постоянно оберегать эту жертву? Мы мало чем можем помочь в таких делах. Ты должна запомнить раз и навсегда: во дворце всегда выживает сильнейший, здесь царит закон джунглей! Если они сейчас вмешаются не в свое дело, то лишь навлекут на себя гнев и неприятности. Зачем им это было нужно?   Мужун Я молчала. Понимая, что Су Ланьчжи во многом права, она больше ничего не сказала, лишь подавленно последовала за ней обратно в толпу гостей. Они ушли незаметно, и вернулись так же тихо, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Однако императрица, благородная госпожа Цзин и хитрая благородная госпожа Луань, которые, казалось, постоянно и неотрывно наблюдали за Су Ланьчжи, естественно, заметили их возвращение. Увидев, что лицо Мужун Я выглядит немного бледным и встревоженным, в глазах благородной госпожи Цзин на мгновение что-то промелькнуло. А императрица с плохо скрываемым интересом бросила быстрый взгляд на благородную госпожу Цзин, но в итоге ничего не сказала, лишь радушно пригласила всех к обеденному столу.   - Сегодня вы все оказали мне большую честь, придя разделить со мной этот праздник, и я этому несказанно рада, - объявила она громко. - Я велела придворным поварам приготовить для вас множество изысканных закусок и блюд. Прошу вас, отведайте всего понемногу и не стесняйтесь! Императрица была само радушие и любезность, совершенно не выказывая никакой спеси или высокомерия. Она гостеприимно пригласила всех занять свои места. Вскоре слуги начали разносить блюда. Каждое из них было горячим, источало восхитительный аромат и радовало глаз своим видом и цветом - настоящее пиршество для гурманов, вызывающее зверский аппетит!   Су Ланьчжи окинула взглядом богато накрытые столы и мысленно оценила высочайшее мастерство придворных поваров. Видя, что все гости ведут себя крайне почтительно и сдержанно, и хотя сама Ее Величество императрица велела им быть непринужденными, никто не ел много, все старательно изображали из себя утонченных и благовоспитанных дам. В этот самый момент Су Ланьчжи наконец до конца поняла, почему Мужун Янь перед ее уходом настойчиво велела ей взять с собой ту самую коробку с едой.   Неспешно и элегантно съев несколько понравившихся ей легких закусок, Су Ланьчжи ела не торопясь, соблюдая все правила этикета. Во время трапезы императрица, казалось, была в превосходном настроении, она постоянно угощала гостей, призывая их есть и пить. Наконец, она перевела свой взгляд на красавицу Чжан, сидевшую неподалеку от нее. - Красавица Чжан, - обратилась она к ней с показной заботой, - я заметила, что у вас в последнее время цвет лица какой-то нездоровый, бледный. Я специально велела приготовить для вас целебное ласточкино гнездо, будьте добры, попробуйте! С этими словами императрица жестом приказала слугам подать чашу с драгоценным лакомством красавице Чжан. Та выглядела немного скованной и смущенной и поспешно выразила свою благодарность. - Я… я безмерно благодарна Вашему Величеству императрице за вашу доброту и заботу!   - Ну что вы, не стоит благодарности, - милостиво проговорила императрица. - Вы теперь пользуетесь особой любовью и благосклонностью самого императора, так что просто хорошо служите ему и ни о чем не беспокойтесь. Встаньте же, прошу вас, у вас такое хрупкое здоровье, не навредите себе неловким движением! Эта красавица Чжан была типичной красавицей южного типа, с гибкой талией, тонкой, словно ивовый прутик. Ее тело было изящным и хрупким, вся она дышала какой-то особой нежностью и грацией, присущей жительницам Цзяннани. Она была еще очень молода и, судя по всему, только недавно прибыла во дворец.   Су Ланьчжи заметила, что лицо красавицы Чжан было неестественно бледным, под глазами залегли темные тени, вся она выглядела невероятно худой и хрупкой, почти бестелесной. Такая беззащитная красота легко могла пробудить в мужчине желание обладать и защищать.   Однако здоровье этой женщины, похоже, было действительно очень слабым. Су Ланьчжи с некоторым удивлением наблюдала, как красавица Чжан с видимым трудом и отвращением съела предложенную ей миску супа из ласточкиных гнезд. Выражение ее лица при этом было очень напряженным и страдальческим. Су Ланьчжи нахмурилась, интуитивно чувствуя, что здесь что-то не так, но никак не могла понять, что именно ее настораживало.   - Благодарю Ваше Величество императрицу за щедрую награду! - с трудом проговорила красавица Чжан, заставив себя доесть суп. При этом она нахмурилась еще сильнее, ее цвет лица стал еще хуже, но она изо всех сил старалась держаться и не показывать своего недомогания. Императрица увидела это и с показным беспокойством спросила: - Вам все еще нехорошо? Может быть, стоит позвать придворного лекаря, чтобы он вас осмотрел?   Эти заботливые слова прозвучали очень тепло и дружелюбно. Всем присутствующим показалось, что императрица действительно относится ко всем своим наложницам одинаково справедливо и хорошо о них заботится!   - В ответ Вашему Величеству императрице, у меня… у меня немного давит в груди, - наконец не выдержав, тихо пожаловалась красавица Чжан. - Я бы хотела немного пройтись, подышать свежим воздухом! Императрица, услышав это, слегка нахмурилась. - Так нельзя оставлять. Лучше вам вернуться в свои покои, я немедленно пришлю к вам придворного лекаря!   - Ваше Величество императрица, я… я уверяю вас, я в полном порядке, - запротестовала красавица Чжан. - Я немного пройдусь, и мне сразу станет легче! Она провела во дворце совсем немного времени, всего несколько лет. Лишь недавно она удостоилась особой благосклонности императора и теперь ни на йоту не смела зазнаваться или вести себя высокомерно, чтобы ее враги не использовали это против нее в своих интригах.   К тому же, сегодня был день рождения самой Ее Величества императрицы, она пришла сюда, чтобы поздравить ее. Если она сейчас уйдет раньше времени, не дождавшись окончания торжества, что скажут о ней другие?   В последнее время император действительно стал чаще посещать ее покои. Она прекрасно знала, что уже вызвала этим жгучую зависть и ненависть многих других наложниц, и совершенно не хотела навлекать на себя новые неприятности.   Сейчас ей нужно было вести себя как можно тише и незаметнее, благополучно доносить и родить ребенка, который рос у нее под сердцем. И тогда ей уже нечего будет бояться.   Поэтому сейчас ей нужно было быть еще тише воды, ниже травы, чтобы никто ни о чем не догадался раньше времени.   Эта красавица Чжан вовсе не была глупой. Она прекрасно знала, что во дворце уже есть несколько взрослых принцев, пользующихся большой благосклонностью и влиянием. Ребенок в ее животе, конечно, не мог сравниться с ними по значимости. Но она отчаянно хотела обрести хоть какую-то опору в этом враждебном мире, хотела укрепить свое шаткое положение. И, естественно, она должна была изо всех сил беречь и защищать ребенка в своем чреве.   Хотя она и знала, что беременна, но еще не прошло и трех месяцев, плод был слишком слаб и неустойчив. Она твердо решила скрывать свою беременность до тех пор, пока плод не окрепнет, чтобы и самой чувствовать себя немного спокойнее. Поэтому она до сих пор никому ни словом не обмолвилась о своем интересном положении.   Но она, наивная, не знала, что люди во дворце - все как один проницательные и опытные интриганы. Те, кто смог выжить в этой беспощадной борьбе за власть и благосклонность, и даже преуспеть, разве не обладали острым глазом и дьявольской хитростью? То, что она сейчас так тщательно скрывала свою беременность, лишь давало некоторым из ее врагов прекрасную возможность воспользоваться ситуацией и нанести удар.   Императрица, увидев жалкое состояние красавицы Чжан, ее манящий, соблазнительный вид, на мгновение скрыла в глубине глаз вспышку отвращения, совершенно не соответствовавшую ее прежней показной теплоте и заботе, и милостиво кивнула. - Хорошо, будь по-вашему. Идите тогда прогуляйтесь немного. Только возвращайтесь поскорее!   - Слушаюсь, Ваше Величество. Я… я позволю себе удалиться! Чувствуя сильную тошноту и головокружение, красавица Чжан не хотела терять лицо и поспешно покинула зал. Выйдя наружу, она нашла укромное, уединенное место за колонной, и ее тут же сильно стошнило.   - Госпожа, вы в порядке? - испуганно спросила ее верная служанка Би'эр. - Может, все-таки позвать придворного лекаря? Видя, как плохо ее госпоже, Би'эр очень волновалась.   Их госпожа столько дней и ночей терпела унижения и пренебрежение, и вот наконец, с таким трудом, ей удалось забеременеть. Это было так нелегко! Если этот плод удастся благополучно родить, то у них наконец появится надежная опора в этом жестоком дворце.   Би'эр всегда была рядом с красавицей Чжан, с самого ее прибытия во дворец, и, естественно, прекрасно понимала все ее мысли, надежды и страдания. Теперь, видя, как мучается ее госпожа, она тоже сильно волновалась!   - Би'эр, не волнуйся, все в порядке, - слабым голосом проговорила красавица Чжан. - Няня говорила мне, что на ранних сроках это совершенно нормально. Я немного отдохну здесь, на свежем воздухе, и мне сразу станет легче. Вытерев рот изящным платочком, красавица Чжан чувствовала себя ужасно слабой и разбитой. Ей очень хотелось вернуться в свои покои и лечь отдохнуть, но как она могла уйти вот так, на полпути, когда никто из гостей еще не расходился?   - Эх, эта императрица, - с негодованием прошептала Би'эр, - неизвестно, что у нее на уме! Только что она прекрасно видела, что вы совсем ничего не ели, так зачем же она нарочно послала вам эту еду? Разве это не явное издевательство над вами? Будучи преданной служанкой красавицы Чжан, Би'эр, естественно, всем сердцем была на ее стороне и разделяла ее обиду.   - Тише! - тут же остановила ее красавица Чжан. - Мы в обители Ясного Феникса! Не говори того, чего не следует, иначе я тебя не спасу! Она все эти годы была предельно осторожна, словно ходила по тонкому льду. Наконец добившись благосклонности императора, она стала еще более бдительной и осмотрительной. Особенно теперь, когда у нее под сердцем зародилась новая жизнь, она, естественно, удвоила осторожность и ни на йоту не смела быть небрежной.   - Служанка… служанка поняла! Простите, госпожа! Поняв, что сболтнула лишнего, Би'эр поспешно замолчала. Видя недовольное выражение на бледном лице красавицы Чжан, Би'эр робко спросила: - Госпожа, может быть, вы немного отдохнете здесь, прежде чем вернуться в зал?   Внутри зала стоял густой, удушливый запах еды, смешанный с тяжелыми ароматами пудры и духов многочисленных дам. Для красавицы Чжан, страдающей от утренней тошноты, это было настоящим испытанием.   Красавица Чжан, естественно, понимала, что если она сейчас вернется в зал, ей, скорее всего, станет еще хуже. Если ее действительно стошнит на глазах у всех, это наверняка вызовет ненужные подозрения. Она устало махнула рукой. - Нет, лучше немного пройдемся! Подышать свежим воздухом, так и на душе станет легче, и тошнота, может, отступит.   - Слушаюсь, госпожа! Осторожно поддерживая ослабевшую красавицу Чжан под руку, Би'эр следовала за ней шаг в шаг. - Госпожа, куда бы вы хотели пойти прогуляться?   - Пойдем посидим немного в той беседке, - указала она вдаль. - Я что-то очень устала!   - Служанка помнит, что здесь, во дворце Ее Величества императрицы, есть чудесная беседка Орхидей, - предложила Би'эр. - Госпожа, может, пойдем туда? Там тихо и красиво. Беседка Орхидей действительно была прекрасным местом для уединенного отдыха. Красавица Чжан не стала возражать. - Хорошо, идем!   Они вдвоем медленно направились к беседке. Они и не подозревали, что как только они скрылись из виду, из-за угла выскользнул какой-то подозрительный евнух с бегающими глазками. Увидев, в каком направлении они пошли, он удовлетворенно хмыкнул и быстро вернулся обратно на банкет.   ◆ ◆ ◆   В это самое время императрица, заметив тайно проскользнувшего в зал и подавшего ей знак человека, с едва заметной, лукавой усмешкой посмотрела на благородную госпожу Цзин. Она изящным жестом подняла свой бокал с вином, но не произнесла ни слова. Благородная госпожа Цзин почувствовала на себе испытующий взгляд императрицы и поспешно подняла свой бокал в ответ. - Ваше Величество императрица, сегодня ваш славный день рождения! Позвольте мне, недостойной, поднять этот бокал за вас и пожелать Вашему Величеству безграничного счастья и крепкого здоровья на долгие годы!   - Хе-хе, благородная госпожа Цзин так внимательна и любезна! С милой улыбкой приняв тост благородной госпожи Цзин, императрица продолжала пристально смотреть на выражение ее лица, словно пытаясь прочесть ее тайные мысли. Это заставило благородную госпожу Цзин почувствовать легкое беспокойство и занервничать.   "Неужели она что-то заподозрила?"   Отогнав непрошеные мысли, благородная госпожа Цзин вспомнила некоторые давние обиды, и ее сердце снова наполнилось жгучей завистью. Она, естественно, не собиралась так легко отступать от своих планов.   - Ваше Величество императрица, я тоже хочу поднять бокал за вас! - вмешалась в разговор благородная госпожа Луань, известная своим умением говорить приятные слова. - Желаю Вашему Величеству счастья безмерного, как Восточное море, и долголетия несокрушимого, как Южная гора! Видя некоторое напряжение, возникшее между благородной госпожой Цзин и императрицей, она, словно желая еще больше посеять смуту и раздор, с энтузиазмом подняла свой бокал.   - Ох, похоже, сегодня я точно напьюсь допьяна! - шутливо воскликнула императрица. Хотя она и сказала так, но сегодня она действительно выглядела в прекрасном расположении духа и с удовольствием принимала все тосты, не отказывая никому. Су Ланьчжи, сидевшая внизу за столом, внимательно наблюдала за этой скрытой борьбой и скрытыми течениями, разворачивающейся между могущественными наложницами. Вспомнив о красавице Чжан, которая так внезапно покинула зал, она почувствовала неприятный холодок по спине, ей казалось, что вот-вот должно произойти что-то нехорошее.   Стоявшая рядом Мужун Я тоже была явно встревожена. Она никак не могла забыть тот странный и неуместный кусок снега у беседки. Увидев, как красавица Чжан внезапно вышла из зала, Мужун Я тоже забеспокоилась. - Лань'эр, - прошептала она, наклонившись к кузине, - ты думаешь, это может быть связано с… Не успела она договорить, как Су Ланьчжи тут же решительно остановила ее. - Сестрица Я, запомни раз и навсегда: это дело совершенно не нашего ума, и мы ровным счетом ничего не знаем! Ты должна крепко запомнить это, иначе нам обеим не избежать страшной беды!   Теперь Су Ланьчжи окончательно поняла истинное предназначение того зловещего куска снега. Вспомнив странное поведение и реакцию красавицы Чжан, Су Ланьчжи, видевшая подобные симптомы у своей матери Мужун Янь, теперь с уверенностью могла догадаться о ее беременности.   Император Вэнь был уже далеко не молод, и рождение этого ребенка можно было считать настоящим поздним счастьем. Если бы красавица Чжан действительно смогла родить ему принца, то, судя по ее нынешнему положению и особой благосклонности императора, этот принц наверняка был бы осыпан безграничной любовью и заботой. Неудивительно, что некоторые из влиятельных наложниц так опасались и боялись беременности красавицы Чжан.   Но ведь сегодня был день рождения самой императрицы! Су Ланьчжи действительно не могла понять, сколько же людей было замешано в этом коварном заговоре. Более того, не была ли сама императрица тайным кукловодом, использовавшим чужие руки для совершения этого злодеяния? Возможно, она устроила этот пышный банкет именно с целью предоставить кому-то удобную возможность для расправы?   Подумав об этой ужасной возможности, даже Су Ланьчжи, ставшая в этой новой жизни намного более хладнокровной и расчетливой, почувствовала, как по спине пробежал ледяной холодок ужаса.   Похоже, эта величественная и всеми почитаемая императрица, будь то в ее прошлой или нынешней жизни, ничуть не изменилась! Ее главным и излюбленным оружием всегда было искусство манипуляции, использование власти и безжалостное убийство чужими руками!   Мужун Я почувствовала озноб, исходящий от Су Ланьчжи, и сама невольно вздрогнула. Ее лицо выражало крайнее беспокойство. - Лань'эр, что же теперь будет? Как нам быть? Теперь Мужун Я горько жалела о своем необдуманном порыве. Если бы она только знала, что они столкнутся с чем-то подобным, она бы ни за что не потащила Су Ланьчжи гулять в сторону от основного торжества! Теперь ей оставалось лишь мучиться от сожаления и гнетущей тревоги.   Они только что проходили мимо того опасного места. Неизвестно, видел ли их кто-нибудь. А если видел? Не попытается ли кто-нибудь из интриганов втянуть их в это грязное дело, чтобы потом свалить на них всю вину и использовать в качестве козлов отпущения?   Мужун Я вовсе не была глупой. Она прекрасно знала, что императорский дворец - это опасное место, полное интриг и предательства, и всегда старалась его избегать, мечтая никогда сюда больше не приезжать. Теперь же над ними нависла такая серьезная угроза, и Мужун Я была по-настоящему напугана.   - Сестрица Я, пока не стоит так сильно волноваться, - постаралась успокоить ее Су Ланьчжи. - Нам сейчас нужно просто сохранять спокойствие и твердо стоять на своем: мы ничего не знаем и не видели. Даже если кто-то попытается свалить на нас вину, мы будем до конца отрицать свою причастность. Мы просто немного гуляли по саду и не видели никакого подозрительного снега. Раз уж они оказались в такой ситуации, если дело действительно дойдет до разбирательства, им останется лишь одно - стоять на своем до последнего.   В конце концов, в тот момент рядом с ними были только их верные служанки, Инь Е и Юньчжу. Они обе были надежными и преданными, так что Су Ланьчжи не боялась, что их кто-то сможет разоблачить.   - Но разве это… разве это честно? - с сомнением прошептала Мужун Я. - Я только что видела эту несчастную красавицу Чжан, она выглядела такой хрупкой и беззащитной… Мы ведь знали, что там что-то не так, но промолчали… Лань'эр, мне все время кажется, что мы поступили ужасно неправильно. Если бы мы тогда хоть словом ее предупредили, может быть, с ней бы ничего не случилось? Жизнь для Мужун Я все еще оставалась величайшей ценностью. К тому же, она только что видела красавицу Чжан, которая показалась ей очень милой и доброй женщиной, и ей стало ее искренне жаль.   Если бы, если бы только они тогда хоть немного намекнули ей об опасности, может быть, с ней бы ничего не случилось? И тот невинный ребенок…   Как ни крути, это была ни в чем не повинная маленькая жизнь!   - Сестрица Я, пойми же, мы никак не могли ей помочь в этой ситуации, - твердо возразила Су Ланьчжи. - Во-первых, мы совершенно не знали, что она обязательно пойдет именно к Беседке Орхидей. И откуда нам было знать, что она вообще беременна? Ты, наверное, и сама видела, как сильно была удивлена Ее Величество императрица. Похоже, о ее беременности действительно никто не знал. Именно потому, что никто не знал, кому-то было гораздо удобнее действовать и замести следы.   Эта наивная красавица Чжан думала, что сможет таким образом защитить себя и своего будущего ребенка, но она забыла, что люди, сумевшие выжить в этом змеином гнезде дворцовых интриг, разве были так просты и легковерны, чтобы их можно было обмануть?   Если бы красавица Чжан открыто объявила о своей беременности, то ее враги, возможно, действовали бы с большей осторожностью, опасаясь последствий. Но теперь, когда она все скрывала, сегодняшний трагический инцидент можно было легко списать на досадный несчастный случай.   Ведь никто же не знал, что красавица Чжан была беременна, не так ли? А значит, даже если начнется расследование, виновные, скорее всего, не понесут сурового наказания. Незнание закона, как известно, не освобождает от ответственности, но в данном случае незнание факта беременности могло стать смягчающим обстоятельством.   В этот момент Су Ланьчжи внезапно почувствовала острую жалость к этой несчастной красавице Чжан. Одинокая, безродная, без всякой поддержки, она могла полагаться лишь на мимолетную милость и благосклонность стареющего императора. Теперь, когда она потеряла своего единственного ребенка, ее собственная жизнь, вероятно, тоже висела на волоске?   Мужун Я увидела печальное выражение на лице Су Ланьчжи и, естественно, поняла, что это тяжелое знание им придется похоронить глубоко в своих сердцах. Однако Мужун Я впервые в жизни столкнулась с такой жестокостью и коварством, и ее лицо оставалось мертвенно-бледным. - Лань'эр, мне все время кажется, что у меня на душе так тяжело и неспокойно! - призналась она тихим, дрожащим голосом.   Видеть неминуемую гибель и не иметь возможности спасти… Для Мужун Я это было действительно очень тяжело и мучительно.   Она всегда с глубоким уважением относилась к любой жизни. Теперь, видя, как хрупкая, беззащитная жизнь ускользает прямо у нее на глазах, Мужун Я испытывала страшные угрызения совести и никак не могла обрести душевный покой.   - Сестрица Я, пойми же наконец, это совершенно не наше дело! - настойчиво повторила Су Ланьчжи. - Мы просто случайно оказались не в том месте не в то время. Но даже если бы мы и оказались там, мы все равно ничего не смогли бы изменить. Этому несчастному ребенку, если кто-то действительно не хотел его появления на свет, даже если бы сегодня ему каким-то чудом удалось избежать этой ловушки, в будущем все равно бы подстроили что-нибудь подобное. К тому же, мы сегодня лишь по чистой случайности стали свидетелями. Если бы не эта случайность, трагедия все равно бы произошла. Мы бессильны что-либо изменить, потому что мы совершенно не знаем, кто за всем этим стоит и каковы его истинные мотивы. Поэтому тебе совершенно не нужно себя винить, сестрица Я, это не твоя вина! Мужун Я все еще была слишком доброй и наивной. Ее с самого детства так тщательно оберегали от всех невзгод. Су Ланьчжи всерьез начала беспокоиться о том, сможет ли ее кузина в будущем, лишившись надежной защиты своей семьи, выжить в этом жестоком и беспощадном мире?   - Я знаю, - тихо прошептала Мужун Я, - но мне на душе все равно очень тяжело и нехорошо! Если бы они ничего не знали, то и ладно. Но раз уж они знали правду, Мужун Я чувствовала себя так, словно на ее душе скребли кошки, ей было невыносимо мучительно и стыдно. - Неизвестно, как там сейчас эта бедная красавица Чжан. Сможет ли она сохранить своего ребенка?   - Все зависит только от ее судьбы и удачи! - уклончиво ответила Су Ланьчжи. Но про себя она подумала, что раз уж дело дошло до кровотечения, то шансов спасти ребенка, скорее всего, уже нет. Однако этих мрачных мыслей она не стала высказывать вслух Мужун Я, чтобы не расстраивать ее еще больше.   Нужно было дать ей время немного прийти в себя и смириться с неизбежным.   - Эх, остается только надеяться, что она сможет пережить это страшное испытание! - искренне пожелала Мужун Я. Если бы с несчастной красавицей все обошлось благополучно, Мужун Я, возможно, смогла бы немного успокоиться и перестать мучиться угрызениями совести.   - Ну все, хватит об этом, сестрица Я, - постаралась перевести разговор Су Ланьчжи. - Съешь лучше немного вот этих вкусных пирожных. Это поможет тебе поднять настроение. И пожалуйста, не думай больше об этом, сколько бы мы ни думали и ни переживали, это все равно уже бесполезно! Если бы Су Ланьчжи заранее знала, что Мужун Я будет так сильно переживать и винить себя, она бы, наверное, пожалела о том, что рассказала ей о том подозрительном куске снега.   Возможно, ей следовало бы просто придумать какое-нибудь невинное оправдание и обмануть Мужун Я. Тогда бы все было намного проще, по крайней мере, ее кузине не пришлось бы так сильно мучиться из-за этой истории.   - Мм! - покорно кивнула Мужун Я. Хотя ей все еще было очень грустно и тяжело на душе, она понимала, что Су Ланьчжи права, и что она не должна больше упоминать об этом опасном происшествии, чтобы ненароком не навлечь беду на них обеих.   Но на сердце все равно было как-то неспокойно и тревожно.   ◆ ◆ ◆   - Лань'эр, Я'эр, о чем это вы там так увлеченно шепчетесь в уголке? - окликнула их Си Лэжун. Она давно заметила обеих девочек, видела, как они тихо переговаривались, и лица у них при этом были какие-то бледные и встревоженные. Си Лэжун забеспокоилась, но понимала, что у юных девушек могут быть свои маленькие секреты, поэтому не стала им мешать.   Однако, видя, что они наконец замолчали, Си Лэжун все же решила поинтересоваться, не случилось ли чего-то серьезного.   - Матушка, мы в полном порядке, ничего не случилось, - поспешно заверила ее Мужун Я. - Просто болтали о пустяках! Об этом ужасном происшествии Мужун Я теперь не могла рассказать Си Лэжун, чтобы не волновать ее еще больше, поэтому твердо решила похоронить эту тайну глубоко в своем сердце.   - Старшая тетушка, мы с сестрицей Я просто очень давно не виделись и сильно соскучились друг по другу, - подхватила Су Ланьчжи, стараясь говорить как можно спокойнее. - Вот я и спросила ее, почему Сян'эр и остальные сегодня не приехали. Старшая тетушка, пожалуйста, не волнуйтесь понапрасну. Она послала Си Лэжун ободряющий взгляд. Су Ланьчжи выглядела гораздо спокойнее и собраннее, чем Мужун Я. Си Лэжун внимательно посмотрела на лицо Су Ланьчжи, но не увидела там ничего подозрительного, поэтому решила больше не расспрашивать.   - Ах, Сян'эр еще слишком мала для таких официальных приемов, - пояснила Си Лэжун. - А у матери Шу'эр сегодня немного нездоровилось, поэтому они обе и не приехали. Если ты так по ним скучаешь, можешь как-нибудь приехать к нам в резиденцию поиграть, или же пусть они сами приедут к тебе в гости, все можно устроить! Си Лэжун сегодня не взяла с собой Мужун Сян главным образом потому, что ей нужно было присматривать за Су Ланьчжи, и она боялась, что не справится с обеими девочками сразу. К счастью, Мужун Сян и сама терпеть не могла императорский дворец и была только рада возможности не ехать сюда.   - Хе-хе, тогда я обязательно как-нибудь приеду к ним в гости поиграть! - с готовностью согласилась Су Ланьчжи, ловко уводя разговор в безопасное русло. В этот момент она окинула взглядом всех присутствующих в зале. Лица многих из них уже не были такими безмятежными и спокойными, как в начале банкета. Некоторые даже выглядели откровенно напряженными и встревоженными. Было совершенно очевидно, что таинственное происшествие с красавицей Чжан и внезапный уход императрицы произвели на всех сильное впечатление и посеяли беспокойство.   Однако сидевшие на почетных местах несколько главных наложниц сохраняли поразительное хладнокровие. Высокомерная благородная госпожа Цзин по-прежнему гордо восседала на своем месте, свысока поглядывая на собравшихся внизу людей. Ее вид был даже более внушительным и царственным, чем у самой императрицы. Хитрая благородная госпожа Луань все время загадочно улыбалась, на ее спокойном, непроницаемом лице не отражалось никаких эмоций, словно все произошедшее ее совершенно не касалось. Это выглядело очень странно и даже немного жутко. И, наконец, благородная госпожа Сюэ - будучи гуйфэй, по статусу уступавшей лишь самой императрице, она была невероятно знатной и влиятельной особой, но при этом никогда не кичилась своим положением и вела себя довольно тихо и скромно. Однако даже просто сидя на своем месте, она излучала такую ауру власти и достоинства, что ее невозможно было не заметить.   В этот момент в голове Су Ланьчжи внезапно снова всплыл образ Шангуань Ую - той самой хрупкой и вызывающей жалость наложницы князя Цинь. Су Ланьчжи внимательно посмотрела на всех присутствующих знатных дам, затем перевела взгляд на княгиню Цинь - на ее лице тоже было написано явное беспокойство. А та загадочная Шангуань Ую…   Мысленно сравнив лица благородной госпожи Сюэ и Шангуань Ую, она с удивлением обнаружила, что они были поразительно похожи. Вот только благородная госпожа Сюэ, проведя долгие годы в интригах и борьбе за власть при императорском дворе, приобрела особое внутреннее достоинство, величественность и некоторую жесткость. А Шангуань Ую, возможно, привыкла использовать свою кажущуюся слабость и беззащитность, чтобы вызывать сочувствие и трогать сердца мужчин. Хотя обе женщины выглядели хрупкими и вызывающими жалость, благородная госпожа Сюэ казалась какой-то более сложной, загадочной и непостижимой.   Она усилием воли отогнала эти мысли. Су Ланьчжи не знала, почему вдруг так заинтересовалась этими двумя женщинами - Шангуань Ую и благородной госпожой Сюэ. Но она знала из слухов, что эта благородная госпожа Сюэ всегда пользовалась особой благосклонностью императора. Говорили, что из-за давней ошибки, совершенной его младшим братом, князем Цинь, император Вэнь, как старший брат, естественно, помог ему уладить конфликт с могущественным герцогом Чжэнго. В те далекие годы еще покойный император пожаловал Шангуань Ую, дочери герцога, почетный титул принцессы. А позже, когда сам император Вэнь стал наследным принцем, он взял ее сестру, будущую благородную госпожу Сюэ, в качестве своей наложницы цэфэй, относился к ней с большой заботой и вниманием, и все эти годы неизменно осыпал ее милостями и дарами. Взойдя на престол, он даже пожаловал ей высочайший титул гуйфэй, второй по значимости после самой императрицы. Все это, несомненно, было своего рода компенсацией за прошлое унижение ее семьи.   Вот только неизвестно, удовлетворит ли такая компенсация этих амбициозных и гордых людей.   Люди ведь по своей природе так жадны и ненасытны. Иногда, чем больше ты им даешь, тем больше они хотят получить.   ◆ ◆ ◆   Императрица ушла, и теперь главными распорядительницами банкета остались благородная госпожа Цзин и несколько других высокопоставленных наложниц. Видя явное беспокойство и тревогу на лицах многих гостей, благородная госпожа Цзин лишь равнодушно и немного презрительно улыбнулась. - Прошу вас, не обращайте внимания на эти досадные мелочи, - громко произнесла она, стараясь казаться спокойной. - Сегодняшнее происшествие - это всего лишь нелепый несчастный случай, не более того. Я уверена, что с красавицей Чжан все будет в полном порядке!   Слова-то она говорила успокаивающие, но ведь у несчастной женщины пошла кровь! Разве могло после такого все быть в порядке?   Все присутствующие в зале прекрасно это понимали, их сердца были словно зеркало, отражающее истинное положение вещей. Потеряв всякий аппетит, они теперь мечтали лишь об одном - как можно скорее покинуть это опасное место, полное интриг и скрытых угроз. Но раз уж сама императрица еще не дала разрешения расходиться, они, естественно, не смели уйти самовольно.   Пока они мучительно размышляли над тем, как бы незаметно ускользнуть, у входа в зал послышалось движение и громкий возглас евнуха-глашатая: - Император прибыл! Похоже, падение несчастной красавицы Чжан встревожило даже самого Сына Неба! Все присутствующие поспешно поднялись со своих мест и вышли вперед, чтобы поприветствовать его. Су Ланьчжи снова увидела императора Вэнь. Глядя на его величественное, красивое, но сейчас омраченное лицо, она поспешно опустилась на колени вместе со всеми. - Приветствуем Ваше Величество императора! Император, желаем вам мириады лет благополучия и процветания!   - Встаньте все! Голос императора был густым и сильным, но в нем слышались нотки теплоты и мягкости, что говорило о том, что этот правитель, по крайней мере внешне, обладал довольно спокойным и уравновешенным характером. Однако долгие годы пребывания на вершине власти придали его голосу особую властность и силу, которая невольно вызывала у подданных трепет и глубокое уважение.   - Благодарим Ваше Величество! Все поспешно поднялись с колен. Император Вэнь посмотрел прямо на благородную госпожу Цзин и без всяких предисловий спросил: - Так что же здесь все-таки произошло? Как вышло, что красавица Чжан упала?   - В ответ Вашему Величеству, - начала благородная госпожа Цзин, изображая крайнее сожаление, - я и сама точно не знаю. Незадолго до этого красавица Чжан почувствовала легкое недомогание и попросила разрешения выйти прогуляться на свежем воздухе. А потом совершенно неожиданно пришло ужасное известие о том, что она упала. Ее Величество императрица немедленно отправилась к ней. Я тоже хотела было пойти, но ведь сегодня во дворце так много почетных гостей, мне пришлось остаться здесь и заниматься их приемом! Благородная госпожа Цзин была настоящим мастером слова и умела представить себя в самом выгодном свете. Красавица Чжан попала в беду, а она не пошла к ней на помощь лишь потому, что была занята выполнением своего долга - приемом важных гостей. Император Вэнь, выслушав ее объяснения, ничего не сказал, но в душе он беспокоился о состоянии своей фаворитки и не стал обращать внимания на формальности. - Сегодня здесь действительно много гостей. Ты оставайся и продолжай принимать их, - распорядился он. - А я сам пойду и посмотрю, что с ней!   - Слушаюсь Вашего Величества! Почтительно проводив императора Вэнь, благородная госпожа Цзин, увидев, что он ушел, быстро повернулась к гостям и постаралась их успокоить: - Прошу вас, не паникуйте и не волнуйтесь! Возвращайтесь на свои места и продолжайте трапезу!   В ее голосе теперь явно слышались нотки беспокойства и сочувствия. Похоже, эта хитрая благородная госпожа Цзин не хотела, чтобы кто-то подумал, будто ей совершенно безразлична судьба несчастной красавицы Чжан.   - Лань'эр, - тихо прошептала Мужун Я, - неизвестно, как там сейчас эта бедная красавица Чжан. Раз уж кто-то был ранен и болен, они не могли пойти туда проведать. Теперь им оставалось лишь сидеть здесь и мучительно ждать новостей.   - Нужно просто подождать немного, - так же тихо ответила Су Ланьчжи. - Скоро наверняка будут какие-то известия! Она видела торопливые шаги императора и понимала, что он действительно хоть немного, да беспокоится о своей фаворитке, иначе не примчался бы сюда так поспешно.   Неизвестно только, как это дело будет в итоге решено.   Станет ли император проводить тщательное расследование?   Су Ланьчжи достаточно хорошо изучила характер императора Вэнь и знала, что для него государственные интересы и власть всегда были важнее личных чувств и привязанностей. Такой человек обычно был хладнокровен и расчетлив, и при решении дел редко поддавался эмоциям. Однако император Вэнь всей душой ненавидел грязные дворцовые интриги и заговоры. Поэтому сегодняшнее возмутительное происшествие… император Вэнь, возможно, и не оставит без последствий и захочет докопаться до истины.   К тому же, нельзя было забывать о присутствии императрицы, которая наверняка внимательно следила за всем происходящим, словно хищная тигрица, выжидающая удобного момента для прыжка. Если это дело окажется не связанным с ней напрямую, она, вероятно, воспользуется им, чтобы наказать своих соперниц и укрепить собственное положение?   ◆ ◆ ◆   Едва подойдя к дверям комнаты, где лежала пострадавшая, император Вэнь увидел стоящую у входа императрицу и тут же нетерпеливо спросил: - Императрица, ну как там? С красавицей Чжан все серьезно? Она жива?   Услышав доносившиеся изнутри душераздирающие, полные боли и отчаяния стоны, император Вэнь почувствовал странную смесь жалости и досады.   - Ваше Величество, - с глубоким сожалением проговорила императрица, - красавица Чжан, к нашему великому несчастью, упала и сильно ударилась. Ребенка, которому было уже больше двух месяцев, к сожалению, спасти не удалось… На ее лице были написаны неподдельная скорбь и сочувствие, словно она потеряла своего собственного ребенка, она выглядела искренне опечаленной. - Какая невосполнимая потеря! Во дворце столько долгих лет не было радостных вестей о рождении наследников. И вот теперь, когда красавица Чжан наконец носила под сердцем плоть и кровь Вашего Величества…   - Да что же все-таки произошло?! - нетерпеливо прервал ее император. Получив тревожное известие, он немедленно примчался сюда, но никак не ожидал, что ребенка все-таки не удастся спасти.   Надо сказать, что у императора Вэнь было не так уж много детей, но среди них были и весьма достойные и талантливые наследники. За эти долгие годы правления он прекрасно понимал, что уже стареет, и вряд ли у него еще появятся дети. Поэтому, внезапно узнав, что вскоре снова станет отцом, он втайне все же немного обрадовался.   Обрести ребенка в зрелом возрасте - это действительно большое счастье. Даже такой могущественный правитель, как император Вэнь, державший в своих руках жизни и смерти миллионов подданных, тоже испытывал простые человеческие чувства и радовался предстоящему отцовству.   Но этот долгожданный ребенок погиб, не успев даже как следует порадовать его своим появлением на свет, и император Вэнь почувствовал укол сожаления. Теперь, слыша душераздирающие стоны несчастной красавицы Чжан, император Вэнь вспомнил эту хрупкую, нежную, словно ивовый прутик, женщину и почувствовал к ней острую жалость.   - Ваше Величество, во всем случившемся виновата только я одна! - с показным раскаянием воскликнула императрица. - Сегодня я лично отдала приказ тщательно убрать всю обитель Ясного Феникса, и внутри, и снаружи. Но, возможно, кто-то из слуг проявил преступную небрежность, и у Беседки Орхидей каким-то образом остался небольшой, но очень скользкий кусок льда. Красавица Чжан незадолго до этого почувствовала легкое недомогание и попросила у меня разрешения выйти немного прогуляться на свежем воздухе. Я, конечно же, позволила ей пойти. Но я и подумать не могла, что она направится именно к Беседке Орхидей! Она, видимо, хотела там немного отдохнуть, но никак не ожидала, что случайно наступит на этот предательский лед и так сильно поскользнется! Это все моя ужасная вина, моя непростительная оплошность! Умоляю Ваше Величество, накажите меня по всей строгости! С лицом, полным искреннего раскаяния, императрица смиренно посмотрела на императора Вэнь и сама попросила для себя наказания. Такой хитрый ход - наступление через демонстративное отступление - заставил императора Вэнь почувствовать некоторое удовлетворение ее покорностью, но в то же время наказывать ее теперь было как-то неудобно и неловко. - Императрица, это вовсе не твоя вина, - мягко возразил он. - Это лишь досадная небрежность слуг, их-то и следует хорошенько наказать!   - Я уже сурово наказала того нерадивого слугу, который отвечал за уборку той части сада, - поспешно сообщила императрица. - Но он упорно клянется и божится, что все тщательно убрал, и там не было и следа никакого льда или снега. Этот слуга, который обычно убирал снег, всегда был известен своей внимательностью и аккуратностью, да и во всей остальной обители Ясного Феникса действительно не видно ни единой снежинки. Я его и била, и наказывала, но он все равно стоит на своем и твердит одно и то же. Теперь я, право, даже не знаю, что и думать. Что означали эти двусмысленные слова императрицы? Сначала она с готовностью взяла всю вину на себя, а теперь вдруг намекнула на какую-то странность и загадочность этого злополучного куска льда. Разве это не вызывало серьезных подозрений?!   - Так что же там все-таки произошло на самом деле? - нахмурился император Вэнь. Он прекрасно уловил скрытый смысл в словах императрицы, и в его сердце зародился праведный гнев.   - Ваше Величество, - вкрадчиво проговорила императрица, - я думаю, может быть, нам стоит просто забыть об этом печальном инциденте? Возможно, это действительно была лишь досадная неосторожность того слуги, а он теперь просто боится сурового наказания, поэтому и не признается. Ребенок красавицы Чжан, к нашему общему горю, уже потерян. Если мы сейчас начнем проводить тщательное расследование, боюсь, это лишь вызовет ненужную панику и пересуды среди придворных, что будет совсем нехорошо. Императрица говорила так, словно исходила из высших государственных интересов и хотела лишь замять неприятное дело ради всеобщего спокойствия. Но император Вэнь как раз терпеть не мог подобных грязных интриг и закулисных игр. Теперь, чем больше императрица уговаривала его все забыть, тем сильнее он разгорался желанием докопаться до истины.   И в этот самый момент красавица Чжан, лежавшая на кровати в соседней комнате и, видимо, услышавшая голос императора, внезапно вскочила и, не обращая внимания на уговоры и попытки служанок ее удержать, выбежала наружу. - Император! Ваше Величество! - зарыдала она, бросаясь к его ногам. - Умоляю вас, вы должны заступиться за меня и моего нерожденного ребенка! Наш бедный малыш, он так невинно погиб! Он был еще таким крошечным, таким беззащитным! Я… мое сердце разрывается от боли! Император, умоляю вас, это ужасное дело нельзя так оставлять! Император должен найти виновных и покарать их! Вы должны добиться справедливости для меня!   Ее волосы были растрепаны, одежда испачкана кровью, и от нее исходил слабый, тошнотворный запах крови, который смешивался с ледяным воздухом… Вид красавицы Чжан, лишенной всякой прежней скромности и сдержанности, теперь напоминал скорее разъяренного мстительного духа из преисподней. Ее лицо было мертвенно-бледным, а глаза горели безумным огнем, отчего даже у бывалых стражников пробежал холодок по спине.   - Красавица Чжан, как ты смеешь выходить в таком виде?! - строго остановила ее императрица. - Ты только что потеряла ребенка, твой организм сейчас крайне ослаблен! Слуги, как вы за ней смотрите?! Немедленно уведите красавицу Чжан обратно в комнату и уложите в постель! Увидев, что красавица Чжан так вовремя появилась и своими рыданиями еще больше подлила масла в огонь, императрица скрыла в глубине глаз темный, довольный блеск и поспешно приказала слугам увести несчастную женщину.   Однако красавица Чжан только что в своей комнате случайно услышала какие-то перешептывания слуг, а также своими ушами слышала, как императрица прямо при ней сурово наказывала того самого евнуха, который якобы недоглядел. Слова евнуха она запомнила очень хорошо и теперь знала, что с тем злополучным куском льда было что-то нечисто. Даже она сама, проходя там, не ожидала, что в идеально убранной обители Ясного Феникса может оказаться такой предательский кусок льда - ни большой, ни маленький, его было очень трудно заметить, к тому же он был намного скольжее обычного льда. Красавица Чжан вовсе не была глупой, как она могла не понять, что здесь кроется какая-то страшная интрига?   Увидев, что императрица приказывает слугам увести ее обратно в комнату, красавица Чжан, убитая горем из-за потери своего единственного ребенка, теперь была одержима лишь одной мыслью - отомстить за его смерть! Видя, что сам император Вэнь находится здесь, она, естественно, хотела воспользоваться этой возможностью и потребовать от него помощи в восстановлении справедливости!   - Ваше Величество! - снова зарыдала она, отталкивая служанок. - Мой бедный, несчастный ребенок! Какая у него горькая судьба! Он был еще таким крошечным, но уже стал частичкой меня, кусочком моей плоти! Император, о, Ваше Величество! Я всегда была так осторожна, так берегла себя! Как я могла вдруг так нелепо поскользнуться на ровном месте? Император! Император! Тот лед появился там так странно, так внезапно! Это не может быть случайностью! Это дело необходимо тщательно расследовать! Ее ребенок погиб, она не могла, не имела права так просто это оставить!   Император Вэнь был уже далеко не молод, ей и так было невероятно трудно забеременеть от него. А теперь, когда она потеряла этого долгожданного ребенка, она понимала, что в будущем ей вряд ли удастся снова зачать!   Поэтому, даже если ей придется пойти на все, рискнуть своей жизнью и положением, она заставит того, кто стоял за этим коварным злодеянием, заплатить сполна!   Убитая горем и охваченная праведным гневом, красавица Чжан совершенно забыла о придворном этикете и приличиях, она лишь отчаянно рыдала и умоляла императора Вэнь о справедливости. Император Вэнь, видя ее жалкое и безутешное состояние, и вспоминая ее прежнюю нежность, кротость и покладистый характер, почувствовал укол жалости и сострадания. - Ну хорошо, хорошо, успокойся, - мягко проговорил он. - Возвращайся пока в свои покои и постарайся как следует отдохнуть и набраться сил. А это дело… можешь быть уверена, я все понял! Я не позволю, чтобы тебя и память о нашем нерожденном ребенке так безнаказанно обидели!   Эта красавица Чжан в последнее время действительно пользовалась его особой благосклонностью, и император Вэнь стал посещать ее покои гораздо чаще, чем покои других наложниц. Ей несказанно повезло, что она смогла забеременеть от него, но она и представить себе не могла, что потеряет ребенка так скоро, не успев даже как следует его выносить.   Красавица Чжан и без того была худой и слабой от природы. А после такого страшного потрясения и кровопотери она была буквально на грани смерти. Только что она держалась из последних сил, лишь благодаря своей невероятной силе воли и жажде мести. Теперь же, услышав обещание императора Вэнь разобраться в этом деле, она больше не смогла держаться и, потеряв сознание, безвольно рухнула на руки подхватившим ее служанкам.   Император Вэнь, увидев это, почувствовал еще большую жалость и сострадание к ней и устало махнул рукой. - Отнесите ее обратно в покои и уложите в постель. И позаботьтесь о ней как следует!   - Слушаемся, Ваше Величество! Все присутствующие смотрели на безжизненное тело красавицы Чжан с нескрываемым сочувствием. Думая об этой такой красивой и нежной женщине, которая столько лет терпела пренебрежение и наконец добилась своего, но в итоге все закончилось так трагично… Боюсь, после такого удара судьбы у нее уже не будет никаких шансов вернуть себе прежнее положение и благосклонность императора.   В этом огромном гареме было бесчисленное множество красавиц, одна другой прелестнее. Хотя император Вэнь и не был известен своей чрезмерной любовью к женской красоте, но по установленным правилам наложниц во дворце все равно было немало. И среди них были женщины гораздо красивее и моложе несчастной красавицы Чжан. После этого ужасного инцидента ей придется очень долго восстанавливаться и приходить в себя. Она не сможет видеться с императором. А за это время император Вэнь, вероятно, и вовсе забудет, как она выглядела?   Какая горькая и несправедливая судьба…   ◆ ◆ ◆   Глядя на безутешное горе красавицы Чжан, на то, как эта цветущая женщина в одночасье словно превратилась в тень самой себя, император Вэнь, казалось, что-то вспомнил из своего прошлого. В его глазах на мгновение промелькнула темная туча гнева, и он твердо решил, что не оставит это дело так просто. - Императрица, - обратился он к ней суровым голосом, - это дело выглядит очень подозрительно и странно. Нельзя его так просто замять и оставить без последствий! В конце концов, в животе красавицы Чжан был его ребенок, его кровь и плоть. Хотя у императора Вэнь и не было недостатка в принцах и потенциальных наследниках, но обрести ребенка в таком преклонном возрасте… император Вэнь все же питал некоторые надежды и ожидания.   - В таком случае, Ваше Величество, - вкрадчиво спросила императрица, - что вы намерены предпринять? Зная, что император Вэнь так просто это дело не оставит, она почувствовала укол интереса. Думая о своей главной сопернице, благородной госпоже Цзин, императрица твердо решила воспользоваться этой возможностью и хорошенько проучить ее!   Все эти долгие годы эта выскочка, благородная госпожа Цзин, становилась все более дерзкой и высокомерной, все меньше считалась с ней, законной императрицей. Это ее невероятно злило и унижало!   - Немедленно расследовать! - отрезал император. Одно это слово заставило уголки губ императрицы невольно дрогнуть в довольной улыбке. - Я повинуюсь вашему приказу! Я немедленно начну тщательное расследование! Эй, люди! Немедленно приведите сюда всех слуг, которые отвечали сегодня за порядок в Беседке Орхидей и ее окрестностях! Всех до единого!   Вскоре все вызванные слуги были собраны. Видя мрачные и недовольные лица императора и императрицы, все они задрожали от страха, чувствуя себя крайне неуютно и тревожно.   "Что же здесь все-таки происходит? Что мы такого сделали?"   - Ваше Величество, - обратилась императрица к императору, - все люди собраны. Не желаете ли вы лично их допросить прямо сейчас?   - Делами гарема всегда полностью ведала императрица! - отрезал император, давая понять, что он сам не собирается заниматься этим грязным делом, и перекладывает всю ответственность на нее. Услышав это, императрица скрыла в глубине глаз довольный блеск. - Я повинуюсь вашему мудрому указу! Затем она резко повернулась и обвела суровым взглядом стоявших на коленях слуг. Голос ее внезапно стал строгим и ледяным: - О сегодняшнем ужасном происшествии, думаю, вы все уже наслышаны. Несчастная красавица Чжан носила под сердцем дитя дракона, но из-за вашей преступной ошибки или халатности она поскользнулась и потеряла ребенка. Вы все несете прямую ответственность за случившееся! Но я даю вам последний шанс: если вы сейчас же расскажете всю правду, как на духу, я, возможно, позволю вам искупить свою вину верной службой. В противном же случае… Остальное императрица не договорила, но все присутствующие прекрасно понимали, какими ужасными будут последствия их молчания или лжи.   После этого императрица больше не задала ни одного вопроса и не произнесла ни слова. Она лишь с невозмутимым видом спокойно села на свое место, и даже приказала слугам принести ей чай и легкие закуски, словно совершенно не замечая толпы людей, все еще стоявших перед ней на коленях. Императрица и император Вэнь величественно восседали на своих местах. Императрица с очаровательной улыбкой обратилась к императору Вэнь: - Ваше Величество, вы проделали такой долгий путь сюда, должно быть, немного устали и хотите пить. Ваше Величество, позвольте предложить вам чашечку ароматного чаю.   - Мм! Император Вэнь охотно подыграл ей. Император и императрица с совершенно невозмутимым видом принялись неспешно пить чай и лакомиться закусками, словно совершенно не замечая стоявших перед ними на коленях людей. От этого у несчастных слуг на лбах выступил холодный пот.   - Сегодня такой знаменательный день - день рождения моей дорогой императрицы, а я, поглощенный государственными делами, еще даже не успел как следует поговорить с тобой и поздравить, - с показным сожалением проговорил император Вэнь. - Позволь мне, моя императрица, поднять эту чашку чая вместо вина и выпить за твое здоровье! Все эти долгие годы тебе приходилось нелегко, неся на своих хрупких плечах бремя управления гаремом!   - Это все мой священный долг перед Вашим Величеством и империей! - скромно улыбнулась императрица, чувствуя удовлетворение от того, что император Вэнь по-прежнему относится к ней с большим уважением. Хотя она и ревновала его ко всем этим бесчисленным женщинам в гареме, все же ей было приятно сознавать, что она занимает особое место в его жизни.   Похоже, все ее многолетние усилия по поддержанию имиджа мудрой и справедливой правительницы не пропали даром. Столько женщин боролись за его внимание и любовь… Мужчина перед ней был не просто ее мужем, он был правителем этой огромной страны, и было предопределено, что он никогда не будет принадлежать ей одной.   Раз уж ей выпала честь занять высочайшее положение императрицы, она, естественно, должна была достойно нести это бремя и мудро управлять всем, что ей доверено. Раз уж она не могла рассчитывать на его безраздельную любовь и преданность, то должна была позаботиться о своем собственном будущем и будущем своего ребенка, стремясь стать не только самой знатной, но и самой уважаемой женщиной во всей империи.   - Я безмерно ценю твои неустанные труды и заботы все эти годы, моя императрица, - с теплотой проговорил император Вэнь. - Оставляя управление гаремом в твоих надежных руках, я всегда совершенно спокоен! Глядя на эту женщину перед собой, он думал о том, что хотя она и не была его первой императрицей и не была той, кого он любил больше всех на свете, но все эти долгие годы она безупречно справлялась со своими обязанностями, никогда не вмешивалась в борьбу за его благосклонность, в этом змеином гнезде интриг всегда оставалась справедливой и великодушной, управляла гаремом так мудро и умело, что он мог полностью положиться на нее и спокойно заниматься важными государственными делами.   Поэтому он в душе был ей очень благодарен и всегда относился к ней с глубоким уважением. Он доверял ей и все эти годы старался не обделять ее своим вниманием и заботой.   - Возможность разделить заботы Вашего Величества и хоть немного облегчить ваше бремя - это для меня высшее счастье и честь! - с достоинством ответила императрица. Столько лет упорного труда, столько интриг и усилий, и вот наконец она достигла этого высокого положения! Императрица всегда прекрасно знала, как нужно себя вести и что говорить, чтобы это было лучше всего для нее. - Вот только сегодняшнее досадное происшествие… оно снова заставило Ваше Величество беспокоиться и волноваться. Это целиком и полностью моя вина, я не смогла должным образом проследить за порядком и управлять людьми в этом дворце, и тем самым огорчила Ваше Величество. Говоря это, императрица изобразила на лице глубокое раскаяние и вину. Император Вэнь, увидев это, мягко протянул руку и взял ее ладонь в свою. - Ну полно, полно, моя императрица, не нужно так себя винить. То, что случилось с красавицей Чжан, - это вовсе не твоя вина.   - Но все же это произошло из-за моей непростительной небрежности и недосмотра! - продолжала настаивать императрица. - Я ведь совершенно не знала, что несчастная красавица Чжан была беременна! Если бы я только знала об этом заранее, я бы ни за что на свете не позволила ей прийти сегодня на банкет! И тогда этой ужасной трагедии бы просто не случилось! Этими словами императрица окончательно и бесповоротно сняла с себя всякую ответственность за произошедшее. Император Вэнь, выслушав ее, лишь тяжело вздохнул. - Видимо, мне просто не суждено было иметь этого ребенка, - с фатализмом проговорил он. - Ладно, ладно, хватит об этом. Просто найдите того негодяя, кто стоит за этим подлым поступком, и хорошенько его накажите. А что касается самой красавицы Чжан… я распоряжусь, чтобы Управление внутреннего двора щедро наградило ее ценными тонизирующими средствами и драгоценностями. Это будет ей хоть какой-то компенсацией за перенесенные страдания. Император Вэнь все же был прежде всего правителем, а потом уже мужем и отцом. Женщин в его гареме было слишком много, и он, естественно, не мог уделять каждой из них особое внимание и тратить на них свои драгоценные душевные силы. К красавице Чжан он испытывал некоторую жалость, но ее несчастье не причинило ему особой боли или скорби.   В конце концов, у него уже было несколько взрослых и вполне здоровых детей, так что еще один ребенок для него не был чем-то жизненно необходимым или особенно желанным.   Будет - хорошо, не будет - император Вэнь тоже не испытывал по этому поводу особых сожалений.   - Я тоже постараюсь ее утешить и поддержать в это трудное время, - заверила его императрица. - Думаю, пройдет немного времени, и красавица Чжан оправится от этого удара. Она ведь еще так молода, кто знает, возможно, у нее еще будут дети! Однако, хотя красавица Чжан и была молода, но императору Вэнь было уже за пятьдесят, он был далеко не юношей. Забеременеть от него снова красавице Чжан будет очень и очень непросто.   - Пусть все идет своим чередом, как угодно судьбе, - равнодушно проговорил император Вэнь. - Ты просто проследи, чтобы за ней хорошо ухаживали и обеспечили всем необходимым!   - Я все поняла, Ваше Величество, не беспокойтесь.   ◆ ◆ ◆   В холодный зимний день император Вэнь и императрица, казалось, совершенно забыли о большой группе людей, все еще стоявших перед ними на коленях. Хотя в просторной комнате жарко горел огонь в очаге, каменный пол все равно оставался ледяным. Простояв на коленях почти целый час, несчастные слуги видели, что император Вэнь и императрица совершенно не собираются их отпускать или проявлять хоть какое-то милосердие. Некоторые из них уже не могли выдерживать эту пытку холодом и страхом, чувствуя, как ледяной холод проникает в самые кости, и все колени пронзает острая, мучительная боль.   А император Вэнь и императрица, ничуть не замечая бледных, искаженных страданием и дрожащих от холода лиц людей, продолжали свою неспешную беседу о каких-то домашних мелочах, совершенно не обращая внимания на течение времени. Наконец, кто-то из слуг не выдержал и, обезумев от боли и страха, поспешно поклонился до самой земли, не желая окончательно отморозить себе ноги и остаться калекой на всю жизнь. - Ваше Величество! Ваше Величество императрица! Умоляю, выслушайте меня! - закричал он дрожащим голосом. - Я… я сегодня рано утром случайно видел, как какой-то маленький евнух тайком, озираясь по сторонам, выходил из сада Чэнъюань! Я увидел его и хотел было догнать и спросить, что он там делал, но он бежал так быстро, словно за ним гнались все черти ада! Я… я не смог его догнать!   - Так почему же ты не сказал об этом раньше?! - грозно воскликнула императрица, резко ударив кулаком по столу. Она выглядела страшно рассерженной! - Ты что, намеренно скрывал это от нас, не так ли?!   - Я… я сначала не заметил в этом ничего особенно подозрительного, Ваше Величество, - пролепетал перепуганный слуга. - Я боялся, что Ваше Величество императрица меня накажет за то, что я отвлекся от своих обязанностей, поэтому и промолчал…   - Тогда почему же ты не сказал об этом только что, когда я спрашивала?! - продолжала давить на него императрица.   - Я… я тогда еще не знал, что случится такое ужасное несчастье! - оправдывался слуга. - Я боялся наказания императрицы, поэтому… поэтому…   - Да кто позволил тебе так нагло обманывать вышестоящих и скрывать правду?! - в ярости вскричала императрица. - Эй, стража! Утащить этого лжеца немедленно и высечь его как следует!   - Ваше Величество императрица! Ваше Величество, умоляю, пощадите! - взмолился несчастный слуга, цепляясь за последнюю надежду. - Я… я хотя и не смог тогда догнать того подозрительного евнуха, но я успел разглядеть его в профиль! Я… клянусь вам, если только я снова увижу его лицо, я… я точно смогу его узнать! Я могу искупить свою вину и помочь вам найти преступника! Умоляю, Ваше Величество, дайте мне последний шанс!   - Ты говоришь правду? - с сомнением переспросила императрица.   - Истинную правду, Ваше Величество, клянусь всеми богами! - горячо заверил ее слуга. - Тот евнух был очень низкого роста, едва ли пяти чи, и такой худой, словно щепка! Хотя тогда было еще совсем темно и туманно, но я хорошо разглядел, что у него было такое характерное лицо, похожее на обезьянье, с острым подбородком! Такое лицо легко запомнить, оно мне очень хорошо врезалось в память! Это описание действительно значительно сужало круг поисков. Императрица, услышав это, немного смягчилась и поспешно приказала страже: - Немедленно отведите его на опознание!   - Слушаемся, Ваше Величество!   Императрица и император остались ждать в комнате. Наблюдая, как тот самый евнух снаружи опознает людей, приводимых стражей группа за группой, они оба проявляли удивительное терпение и хладнокровие. Они спокойно пили чай, выглядя совершенно невозмутимыми, словно ничего особенного не происходило. Только те несчастные слуги, которых вызывали на опознание, все как один дрожали от страха и ужаса. Новости во дворце распространялись с молниеносной быстротой, и все уже знали об ужасном выкидыше у красавицы Чжан. Теперь, видя, как императрица приказывает приводить людей группа за группой, все они боялись, что их могут опознать и обвинить в этом страшном преступлении.   - В ответ Вашему Величеству императрице, - доложил вскоре начальник стражи, - все слуги из этого дворца прошли опознание, но он так никого и не узнал!   - Может быть, кто-то из слуг еще не пришел? - нахмурилась императрица, чувствуя, что разгадка где-то рядом.   - В ответ Вашему Величеству, остался только один евнух из дворца благородной госпожи Цзин по имени Сяо Дэцзы, - ответил начальник стражи. - Говорят, он сегодня заболел и поэтому не явился на службу.   - Немедленно приведите его сюда! - приказала императрица.   - Слушаюсь, Ваше Величество!   Как только этого евнуха втолкнули в комнату, тот самый слуга, который видел его утром, тут же указал на него пальцем и с криком упал на колени. - Ваше Величество! Императрица! Это он! Клянусь, это точно он!