Казалось, она уже привыкла, что Цзян Кечу сам разбирается с проблемами. И когда он неожиданно появился, в душе Ван Чао мелькнуло облегчение. Даже спустя больше десяти лет он оставался для неё тем самым надёжным человеком, которому можно доверять.
Мэгги, увидев Цзян Кечу, застыла на месте с мыслью: «Откуда он здесь?» — На её лице тут же появилась вежливая улыбка.
— Старший брат Цзян…
Он кивнул в ответ, затем перевёл взгляд на Ван Чао — та стояла, опустив глаза, будто виноватая школьница. Он невольно покачал головой, а в голове промелькнула мысль: «Даже сейчас, в новой школе, она умудрилась устроить переполох. Слишком уж жёсткий у неё характер — это могло сыграть против неё. Ладить с преподавателями и однокурсниками всё-таки нужно.»
Изначально он просто зашёл в университет проведать Вэй Фэн. Но, выходя, случайно прошёл мимо общежития, где жили Ван Чао и ее соседки. Увидев полицейскую машину и двух офицеров, направлявшихся внутрь, он, сам не понимая почему, последовал за ними. Обычно он не вмешивался в подобные дела, но сегодня… Может, его подтолкнули слова Вэй Фэн, а может, просто интуиция.
Благодаря военной форме его никто не остановил. Поднявшись на этаж, он быстро сориентировался по обрывкам фраз перешёптывающихся студентов. Удивительно, но Ван Чао оказалась в центре скандала.
Когда он подошёл к двери комнаты 409, то увидел, как она нервно протягивает полицейским нефритовый кулон. Не раздумывая, он шагнул вперёд и перехватил её руку.
«Раз уж судьба снова свела нас, значит, я не может просто уйти.» — убеждал он сам себя.
Мэгги не сомневалась в способностях Цзян Кечу: «Брат Цзян быстро уладит ситуацию.»
Ма Тяньцзяо собирались уводить, а нефритовый кулон Ван Чао изъяли как вещдок. Но кулон явно был не простой безделушкой, и, если бы его забрали, последствия могли быть непредсказуемыми.
Цзян Кечу несколькими фразами перевернул дело: из обвинения в краже ценностей оно превратилось в банальный студенческий конфликт. Наказание для Ма Тяньцзяо свели к воспитательной беседе.
Полиция ушла, а Цзян Кечу, проигнорировав благодарности Ма Тяньцзяо, взял Ван Чао за руку и вывел из общежития.
Мэгги смотрела им вслед, ошеломлённая: «Откуда Ван Чао знает Цзян Кечу? И почему раньше они делали вид, что не знакомы?» — подумала она и решила, что обязательно хорошенько распросит свою соседку.
Ван Чао позволила ему увести себя. Она шла, опустив голову, глядя, как его строгие ботинки мерно стучат по асфальту.
Цзян Кечу нашёл укромный уголок, отпустил её руку и холодно спросил:
— В чём дело? Довела до вызова полиции?
Она поджала губы, но ответила тихо:
— Спасибо.
Она понимала: он действовал в её интересах, даже если его тон был резким.
Цзян Кечу прищурился, глядя на её покорно опущенную голову.
— Объясни.
Это звучало как допрос. Ван Чао подавила эмоции и чётко, без лишних подробностей, изложила суть конфликта. Цзян Кечу разжал ладонь — в ней лежал кулон с изображением рычащего тигра. Голова зверя выглядела настолько реалистично, что казалось, вот-вот раздастся рёв.
— Это что?
— Семейная реликвия, — коротко ответила Ван Чао.
— В следующий раз будь осторожнее. Не давай другим шанса тебя обокрасть.
Его голос звучал как приговор.
Она молча кивнула. Всё так и было: её беспечность дала Ма Тяньцзяо возможность устроить этот спектакль.
— Прежде чем что-то делать, думай головой, — продолжил он. — Не действуй на эмоциях. Сегодня, если бы полиция действительно изъяла кулон и увела твою однокурсницу, последствия были бы серьёзными. Даже если ты права, все запомнят лишь то, что ты безжалостно отправила Ма Тяньцзяо в участок. В будущем люди будут судить о тебе через эту призму.
Его слова были жёсткими, но справедливыми.
Ван Чао вдруг стало стыдно. Таким человеком он был в её прошлой жизни… а она разрушила его. Теперь она должна держаться от него подальше — ради его же блага.
— Дядя Цзян, спасибо. Я учту.
Он хмыкнул. Ему было всё равно, что она снова назвала его «дядей».
— Забирай. И постарайся не потерять.
Он вернул ей кулон.
— И не выставляй его напоказ. Богатство любит тишину.
— Поняла.
Она посмотрела на огни общежития и добавила:
— Уже поздно. Вам, наверное, пора.
Цзян Кечу едва заметно дёрнулся: «Это она его выпроваживает?»
— Если что — звони. Номер, который я дал, всё ещё действует.
Она кивнула, хотя толком не помнила, куда засунула ту бумажку.
Когда он ушёл, Ван Чао глубоко вздохнула, сжимая кулон в кулаке, и медленно направилась обратно.
В комнате уже никого не было — ни зевак, ни куратора. Ма Тяньцзяо, закутавшись в одеяло, лежала на кровати, а Линь Юйфэй что-то шептала ей на ухо.
Мэгги тут же подхватила Ван Чао под руку и оттащила в конец коридора.
— Какие у тебя отношения с старшим братом Цзяном? — прошептала она, сверкая глазами.
Ван Чао нахмурилась.
— Он работал с моим отцом. Мы виделись пару раз.
— О-о-о… — протянула Мэгги, затем хихикнула. — А я уж подумала, у вас что-то есть.
— Не неси ерунды! — Ван Чао вспыхнула. — Я же сказала — он как дядя! И у него уже есть девушка!
— Ладно, ладно, — Мэгги заговорщицки понизила голос. — Тогда послушай внимательно свою тетушку Мэгги…
— Мэгги, прекрати придуриваться!
— Но знаешь, что я слышала? Сестра Вэй Фэн хотела его раскрутить, а он её послал. Теперь она за границу уехала — спасать лицо.
Ван Чао закатила глаза.
— Мэгги, хватит сплетничать.
Та только рассмеялась в ответ.
Обновлено: 13.02.2026