Глава 15 — Глава 15: Приди в себя

— Эй! Этот придурок чего приперся? — У этого психа смелости полные штаны. Совсем совесть потерял? С какой стати он сюда завалился? Пока все возмущались, вперед выскочил худощавый мужчина с бутылкой соджу в руках. — Ой, да ладно вам. Хённимы, выпейте по одной. Он ведь и взнос оплатил, так что алкоголя будет завались, и мяса завались. Ну, вы понимаете? От его привычных преувеличенных жестов хённимы на автомате протянули свои стопки. Буль-буль-буль. Буль. — Вот! Пейте, и закусывать не забывайте, чтобы здоровью не вредить. Сегодня у нас говядинка, разве нет? Говядинка! Мужчина, в мгновение ока наполнивший четыре стопки, украдкой огляделся и прошептал: — Хённимы, это Кан Хён У позвал Чо Сон Ги. Тишина длилась целых пять секунд. Почти одновременно трое мужчин раскрыли рты: — Что? — Правда? Хон Тхэ Гу? Хон Тхэ Гу, словно злодей из шпионского фильма, прикрыл рот рукой и произнес: — Ага. А еще Сон Ги сказал, что чувствует за собой вину, поэтому первая часть посиделок за его счет, и предложил собраться здесь. — Вот оно что. А я-то думал, с чего это вдруг элитная говядина. — И то верно. Обычно первая часть всегда была со свиной грудинкой... Хённимы быстро заработали палочками. — Говядинка не должна подгореть. — Как только кровь уйдет, сразу и ешь. — Неотесанные болваны. Про слабую прожарку не слышали? Как только все трое разом отправили мясо в рот, Хон Тхэ Гу вставил слово: — Хённимы, может, просто закажем сырое мясо — юкхве? Трое хённимов усмехнулись и замахали руками. — Ладно, ладно. Будем есть медленнее. — Но... Кан Хён У что, помирился с этим типом? — Ну, это... Хон Тхэ Гу попытался уйти от ответа, но его, похоже, поняли превратно. — Вау... Кан Хён У, блядь, святой человек. Будь я на его месте, как только увидел бы, сразу прописал бы в челюсть, выбил все зубы и отправил прямиком на тот свет к богу смерти. — Для начала — дзынь! Пьем. Вот так, правильно. До дна, до дна. Кха-а-а! Вот это вкус! Вот это я понимаю! Переведя всех в режим принудительного пития, Хон Тхэ Гу снова тихо заговорил: — Разве... друзья не для того нужны? Каким бы говнюком он ни был, всё равно же увидимся. Прожили в одном районе почти тридцать лет, так что если есть обиды — надо их решать. — Это ты сейчас серьезно? Или это шутка такая? — Точно. Тот, кто в спину нож втыкает — это ведь совсем другое дело, а? — Вы что, фильм «Друг» не смотрели? Этот ублюдок Чо Сон Ги его по факту пырнул. А Кан Хён У просто терпит. Хватит уже. Наслушались. Хон Тхэ Гу поспешно замахал руками. — Хённимы, Кан Хён У сам со всем разберется. Просто сегодня сделайте вид, что ничего не знаете... прошу вас. В этот момент мужчина, который до этого сидел молча, произнес веским голосом: — Раз Кан Хён У позвал, значит, так надо. Давайте пока просто понаблюдаем. — Ой, слушаюсь и повинуюсь, наш Хённим Огненный омук. — Эй, а ты совсем человеком стал. Торговля омуком тебя в мудреца превратила? — Ладно, договорились. Но мы будем действовать по ситуации. Понял? Трое друзей говорили шутливо, изо всех сил стараясь разрядить обстановку. На самом деле, этот стол был самым проблемным. Здесь собрались все, кто больше всего пострадал, когда Чо Сон Ги возвел свое здание. Если считать по порядку, то здесь были: «Наша курочка», третье поколение владельцев китайского ресторанчика и «Бургерная у Хённима». И последним был «Огненный омук». Зная это, Хон Тхэ Гу снова наполнил их стопки и сказал: — Хённимы. Очень вас прошу. — Ладно! Тебе и так досталось. Это был разговор, в котором намечалось своего рода смягчение обстоятельств. Напоследок Директор заведения «Огненный омук» сказал: — Здесь я сам разберусь. Иди уже. — Есть! Хённим. Я ненадолго отойду к соседним. Если что понадобится — зовите в любое время. Как только Хон Тхэ Гу исчез, владелец «Бургерной у Хённима» заговорил: — Мир — дерьмо. Помню, как этот засранец огребал от всех подряд, а я ему помогал. Ух, серьезно! Ради Кан Хён У он просто не имел права так поступать. — И не говори. Я тоже его опекал, тайком куриные ножки подсовывал, никак не ожидал, что он так поступит. — Слышьте, вы оба, помолчите. Представляете, каково Чхан Джу? В мгновение ока все трое посмотрели на Директора «Огненного омука». Все прекрасно знали ситуацию. Ким Чхан Джу, Директор «Огненного омука», потерял младшего брата в автокатастрофе. Поэтому он заботился о друзьях брата — Кан Хён У и Чо Сон Ги — как о родных, и любил их даже больше других детей. Если подумать, все за этим столом были такими же. Они знали Чо Сон Ги с детства, играли вместе и были близкими людьми, помогавшими друг другу в трудные времена. — Хватит. Я уже отпустил это, Слова Ким Чхан Джу всех поразили. — Что? — У тебя что, палочка от омука в башке застряла? Что ты такое несешь? Ким Чхан Джу залпом выпил соджу и с глухим стуком поставил стопку на стол. — Если подумать, он не так уж неправ. Заведений, торгующих токпокки и омуком, пруд пруди, и если ты не умеешь вести дела, то разорение — это естественно. — Но всё же. Он ведь специально всё это провернул. — Точно. Прямо по соседству... И это ведь он заставил тебя съехать. Изначально «Огненный омук» располагался в здании, которое выкупил Чо Сон Ги. Он выставил их вон под предлогом строительства нового здания, а потом на том же самом месте преспокойно открыл «Токпокки семьи Чо». И сделал это сразу после того, как Ким Чхан Джу арендовал помещение прямо по соседству и начал торговлю заново. — Мы что, дети? Соперничество при появлении нового соседа — это норма. — Но всё равно... блядь, так дела не делаются. Дядя из агентства недвижимости после долгих колебаний проговорился. На то место изначально претендовало много людей. Обочина главной дороги, вход в метро и автобусная остановка. Место такое, что при любых раскладах будешь зарабатывать выше среднего, поэтому люди были готовы даже переплачивать, чтобы въехать туда. Однако Чо Сон Ги лично отправился в головной офис сети «Чо-гане» и заключил контракт на франшизу. Он заявил, что откроется именно на месте «Огненного омука», и добился своего, даже задействовав взятки. С «Хонхва Банджом», «Бургерной у мамы» и «Молниеносной курочкой» ситуация была аналогичной. Буквально во всех случаях Директором выступал Чо Сон Ги. Владелец «Нашей курочки» раздраженно бросил: — Эй! Если бы это была нормальная конкуренция, кто бы слово сказал? У него скидки в честь открытия длятся уже четвертый месяц! Четвертый! Какой нормальный человек так ведет дела?! Чтобы конкурировать с франшизой, они прикладывали неимоверные усилия. В результате они смогли занять свою нишу в районе, и пошли слухи, что, по крайней мере, вкус курицы у них отменный. Однако безрассудные клиенты приходили в заведение, где курица стоила десять тысяч вон, и возмущались, почему здесь нет таких же скидок. Следующим заговорил наследник закусочной в третьем поколении: — Я тоже горжусь нашей едой. Мой отец столько сил вложил, чтобы добиться нынешнего вкуса. Люди и не догадываются, сколько труда стоит каждое блюдо. Но «Хонхва Банджом» в честь открытия продавал чачжанмён по 2 000 вон. В такой ситуации конкурировать по цене было невозможно. В «Бургерной у Хённима» дела обстоят так же. — Сука! Я тоже не считаю, что франшизы — это плохо. Всем надо как-то выживать. Но не такими же методами! То ли Подработчик, раздающий листовки, делал это нарочно, то ли еще что, но он каждый день клеил купоны на скидку их конкурента прямо на входную дверь бургерной. Сначала он терпел, но всему есть предел. В какой-то момент он сорвался и прикрикнул на пацана, а тот расплакался. Сказал, что Директор приказал так делать. Ему стало жаль паренька, он угостил его гамбургером и успокоил, но внутри всё буквально закипало от злости. — Мы и сами знаем! Не первый день в бизнесе. — Если рядом открывается новое заведение, падение выручки неизбежно. Мой отец тоже это понимает. Но всему есть предел. — Вот именно. Дело в методах. Он же буквально выживает нас, чтобы мы сдохли и убрались отсюда! Ким Чхан Джу молча кивнул. Честно говоря, все чувствовали, что это уже перебор. Но выхода не было. Как помешаешь Директору, который решил продавать дешево? Ким Чхан Джу наполнил стопку соджу и осушил её залпом. — Ладно, когда Кан Хён У приведет Сон Ги, давайте не будем устраивать сцен. Как сказал Тхэ Гу, мы ведь столько лет знакомы. — Ой-ой, смотрите-ка, святоша выискался. — Скоро в небеса вознесется. Трое друзей продолжали подначивать друг друга, но в итоге никто не сказал решительного «нет». — Хённимы, давно не виделись. Чо Сон Ги обходил столик за столиком, здороваясь со всеми. Принимая по стопке-другой у каждого, он уже изрядно захмелел. Кан Хён У попытался его остановить: — Ты пьян. Хватит уже пить. — Да знаю я! Знаю! Чо Сон Ги грубо огрызнулся и направился к следующему столу. Похоже, его раздражало, что ему мешают в разгар веселья. — Хённимы, сегодня я угощаю. Ешьте от пуза. — Эй! Заглядывай как-нибудь в мое заведение. Приготовлю всё, что захочешь. — Да ладно тебе. Что за жалкие попытки навязаться? Вот увидишь, я нас всех еще в ночной клуб свожу. Кан Хён У вздохнул, глядя, как тот разгуливает, в открытую соря деньгами и хвастаясь. Всему есть предел, но это было уже слишком. К тому же, Сон Ги подходил только к тем столам, где его оправдывали, и вел себя там вызывающе, что было противно наблюдать. На самом деле, внутри Ассоциации Пэсан тоже ходили разные толки. Методы ведения дел Чо Сон Ги наносят большой ущерб окружающим. Поэтому хотелось бы, чтобы он работал по правилам. Да нет же. Благодаря ему стало больше клиентов из соседних районов, да и разве плохо есть дешево? И всё равно, так нельзя. Да какая разница? Директор ведет дела так, как хочет, кто мы такие, чтобы ему указывать? И всё в таком духе. Первые — это те, кто давно занимается торговлей в этом районе, вторые — участники «встреч у метро», обосновавшиеся здесь после открытия третьей линии несколько лет назад. На самом деле, и раньше случались небольшие стычки, но в последнее время отношения заметно ухудшились. Если так пойдет и дальше, дело могло дойти до рукоприкладства между соседями. Собственно, почти дошло. Поэтому Кан Хён У и позвал Чо Сон Ги, надеясь, что тот лично со всеми поздоровается и как-то сгладит углы. К счастью, Тхэ Гу удалось собрать задолженность по членским взносам, а обещание Сон Ги оплатить сегодняшний банкет избавило их от открытого недовольства. Но Чо Сон Ги вел себя так, будто нарочно напрашивался на неприятности. — Кан Хён У. Не многовато ли он пьет? — Согласен. Надо поймать момент и утащить его отсюда. Атмосфера накаляется! Но и они вдвоем не могли следить только за Чо Сон Ги. Хон Тхэ Гу, будучи казначеем, должен был обходить всех присутствующих, а у Кан Хён У была своя цель. — Верно. Вообще-то условия контракта зависят от воли арендодателя, но... — Изначально это было немыслимо. Есть же базовые расходы... — Да. Учитывая нынешнюю погоду, это кажется неплохим вариантом? — Ну, раз ты, Кан Хён У, берешься за это, я помогу. Таким образом он разузнал всё необходимое и даже заручился обещаниями о помощи. И тут, как и ожидалось, случился инцидент. — А-ах! От внезапного крика в заведении воцарилась тишина. — Блядь. И что? Что я такого сделал?! Чо Сон Ги с разъяренным лицом сверлил взглядом оппонента. Сидевшая напротив О Ён Хи тоже гневно смотрела на него. Её волосы и одежда были мокрыми, будто её облили водой, а у людей, сидевших рядом, были крайне недовольные лица. Чо Сон Ги швырнул пивной бокал, который держал в руке, на пол. Дзынь! Бокал разлетелся, осыпав всё вокруг осколками. Люди поспешно отодвинулись, а Чо Сон Ги лишь усмехнулся. — Блядь, ну и что? Я что-то не то сказал? А? — Ты изменился! Голос О Ён Хи, вопреки ожиданиям, звучал спокойно. — Да в чем я виноват-то? Вы же сами говорили, что у вашего заведения место плохое и торговля не идет. Я предложил тебе переехать в мое здание, пообещал сделать скидку — и что в этом плохого? — Ты ведь не это имел в виду! — А что? Что я не так сделал? Чо Сон Ги тяжело дышал от злости, и О Ён Хи, похоже, тоже окончательно вышла из себя. — Слышь, урод! Если приспичило, катись в бордель! Тебе перед другом не стыдно так себя вести? Этого было достаточно, чтобы понять суть происходящего. Вскипев, Чо Сон Ги пнул стол. Он протянул руку, собираясь схватить О Ён Хи за грудки, но... — Тебя пора проучить. На! — раздался глухой звук удара. Голова Чо Сон Ги резко дернулась в сторону. — Ах ты сука! Снова последовал удар кулаком, и из носа Чо Сон Ги брызнула кровь. — Я терпел тебя только потому, что мы друзья, но ты совсем в животное превратился! Тварь, ты вообще человек после этого? Хон Тхэ Гу схватил Чо Сон Ги за шиворот. Удары следовали один за другим, казалось, у Сон Ги вот-вот вылетят зубы. Предотвратил расправу Кан Хён У. — Хватит. — Кан Хён У. Этот ублюдок... — Я понял. Успокойся, друг. Под спокойным взглядом Кан Хён У Хон Тхэ Гу стиснул зубы. Пришедший в себя Чо Сон Ги яростно бросился вперед. — Сука! Ты меня ударил? Хон Тхэ Гу! Ах ты мразь! В этот момент Чо Сон Ги почувствовал, как его тело резко дернули на себя. За шиворот его держал Кан Хён У. — Друг! Чо Сон Ги внезапно стало страшно. — Приди уже в себя. Хлесть! Всего одна пощечина. Этого хватило, чтобы Чо Сон Ги потерял сознание.