— Ха-а...
Из груди вырвался тяжелый вздох.
На анализ вкуса блюд в «Кимбапном владыке» ушло целых десять дней.
Кан Хён У приходил в свою закусочную рано утром, заканчивал все приготовления к открытию, а как только открывался «Кимбапный владыка», тут же бежал туда и заказывал как минимум два блюда.
Кимчи поккымпаб и рамэн с морепродуктами, особый кимбап и кимчи-ччигэ — он ел это снова и снова, пытаясь определить примерные пропорции специй и общую структуру вкуса.
После этого он возвращался к себе и во время подготовки к работе пробовал воссоздать некоторые позиции из их меню.
Первым делом он взялся за рис для кимбапа.
«Определенно, при варке риса добавляется немного бульона. Похоже на мясной, но для говяжьих костей не хватает глубины, а для свиных — наваристости».
Этого вкуса нельзя было добиться обычными методами.
Этот бульон словно вытягивал сахар из углеводов, содержащихся в рисе.
Похоже, его использовали в сильно разбавленном виде, чтобы соблюсти баланс, но, как ни странно, распознать его основу было крайне сложно.
«Это точно не куриный и не рыбный бульон».
Он пробовал множество раз, но так и не смог разгадать секрет. По ощущениям вкус был ближе к говяжьему, но за ним явно скрывалось что-то еще.
«А соус для топпингов...»
В дорогих ресторанах даже для одного вида чаши с рисом существует несколько основ. Сначала обжариваются ингредиенты, а затем добавляется заранее приготовленный и выдержанный соус.
В «Кимбапном владыке» и сюда добавляли тот самый таинственный бульон.
— Да я ума не приложу, что это!
Нахлынуло раздражение.
Вроде бы ответ где-то рядом, есть догадки, но общая картина не складывается. Эта близость к разгадке и невозможность ее ухватить выводили из себя.
На самом деле, обедая в «Кимбапном владыке», Кан Хён У мог различить оттенки вкуса.
Кимчи в их жареном рисе было дешевым, китайским. Похоже на те огромные промышленные упаковки по десять килограммов за пять тысяч девятьсот вон. Но его обжаривали в кунжутном масле, добавляли немного хурмового уксуса, сахар и кулинарное вино, добиваясь вкуса и аромата, как у хорошо выдержанного кимчи.
То же самое касалось и всех видов ччигэ. В обычный бульон из анчоусов добавляли тот самый загадочный экстракт, делая вкус более глубоким и насыщенным.
Кан Хён У понимал это по трем причинам.
Во-первых, благодаря дыхательной практике его чувства стали невероятно острыми.
Пусть и понемногу, но с каждым днем он чувствовал, как тело становится здоровее. Он еще не мог бегать с огромной скоростью или летать по небу, но уже ощущал физические изменения.
Во-вторых, знания, полученные из опыта.
Последние несколько лет, готовясь к открытию закусочной «Искренность», он учился как одержимый. Если бы он так занимался в школе, то наверняка поступил бы в лучший университет страны. Он без устали искал информацию и перенимал все секреты у кухонных работников.
Пусть он не помнил всего дословно, но база в голове была заложена крепкая.
И наконец, к этому добавился многолетний опыт Чан Пэк Хо. Слияние этих трех факторов дало взрывной эффект.
— То, что они используют какой-то особый бульон — факт. Но придется признать, что мне пока не хватает мастерства, чтобы разгадать его состав.
Он трезво оценил реальность.
И в тот же миг его накрыло отчаяние.
— Ха-а... Вкус просчитан до мелочей.
Он не был уверен, знает ли об этом Чо Сон Ги.
Но меню и рецептура «Кимбапного владыки» были составлены так, чтобы нанести прямой удар по закусочной «Искренность».
— Проклятье!
Бам!
В порыве гнева он ударил кулаком по разделочной доске.
В ту же секунду стальная поверхность под ней за вибрировала — «у-у-у-ун» — создав странную ударную волну.
Грохот!
Кухонная утварь внезапно посыпалась на пол.
Половники, лопатки, ножницы — все, что висело на стене, рухнуло вниз, а одна сковорода и маленькая кастрюля с оглушительным звоном покатились по полу.
— Ой, черт! Напугал же.
Вздрогнув от неожиданности, Кан Хён У тут же увидел приближающуюся катастрофу. Контейнеры с молотым перцем и его секретной приправой опрокинулись прямо перед ним, и в воздух поднялось едкое облако.
— Кха! Кха-кха! Твою мать! Кха-хо! Эй... Кхы-а-а. Ни черта... не получается!
«Сон Ги точно не в курсе».
Если бы он знал, то не смог бы так лучезарно улыбаться при встрече.
Ну, а если он знает и ведет себя так, то он просто последний подонок, с которым и здороваться-то противно.
Голова раскалывалась.
Кто же тогда составил этот план и разработал вкус для «Кимбапного владыки»?
Кан Хён У почти полмесяца исправно посещал их заведение, наблюдая за всем, но в самой закусочной всё было как обычно. Поэтому сначала он сосредоточился на анализе.
Обычно Чо Сон Ги до обеда стоял за кассой, а потом уходил.
Его следующим пунктом назначения был ближайший компьютерный клуб, где он, похоже, вовсю готовился к какой-то осаде в онлайн-игре.
— Ха-ха-ха, наш глава гильдии просто жаждет встречи со мной. Умоляет одолжить ему снаряжение, представляешь?..
«Тебя разве не так же развели на меч за несколько миллионов вон в прошлый раз?»
— У меня характер золотой. Я и имя-то сменил поэтому. Эй, не переживай! Знаешь, сколько людей сейчас хотят со мной водиться...
«Они с тобой водятся или с твоим кошельком?»
Беспокоясь за этого простофилю, Хён У попытался вставить пару предостерегающих слов.
В ответ он получил лишь холодный взгляд и претензии.
— Ты что, за идиота меня держишь? Хотя ты всегда таким был. Слышь! Я уже не тот Чо Сон Ги, что раньше. У меня сейчас дела в гору прут.
Он демонстративно похлопал Хён У по груди, и тому едва удалось сдержать кулак.
Но он стерпел. После того случая на кухне он понял, что силу нужно контролировать.
Заметив, как изменилось лицо друга, Сон Ги тут же сменил тон.
— Это совсем не те люди, о которых ты думаешь. Ладно, я занят, побежал! И я сказал шеф-повару Хвану, чтобы он готовил тебе получше, когда ты заходишь. Так что ешь с удовольствием. Увидимся!
С этими словами Сон Ги испарился.
Оставалось только вздыхать.
Несмотря на то, что Хён У заходил к ним почти каждый день в течение двух недель, нормального разговора так и не вышло.
Как только он пытался завести серьезную тему, Чо Сон Ги ловко уходил от ответа.
Если у того было хорошее настроение, он просто без умолку хвастался, а если заходила симпатичная клиентка, тут же бросался принимать заказ.
Поэтому их отношения по-прежнему оставались поверхностными.
— Ваш комплекс с манду и кимбап.
Когда подработчик поставил тарелки на стол, Кан Хён У взял ложку.
В прошлый раз заказывать кальбитан было ошибкой. Это был просто разогретый полуфабрикат, в который добавили немного того самого бульона. Из-за этого не удавалось четко разделить вкусовые составляющие.
Но с супом из манду всё должно быть иначе.
Хлюп, хлюп.
Только прикончив весь суп и доев кимбап до последнего кусочка, он убедился в своей правоте.
Закусочная «Искренность» в таком виде долго не протянет!
— Ничего не поделаешь...
Вкус «Кимбапного владыки», созданный по всем канонам общепита, был чуть агрессивнее, чем домашний стиль «Искренности».
Соленое, сладкое, кислое и острое — всё было выражено ярче.
Если человек сначала поест в «Кимбапном владыке», а потом придет в «Искренность», еда там неизбежно покажется ему пресной!
Брат Бун Сок был прав.
Нужно смотреть не только на свое заведение, но и на чужие.
Судя по всему, «Кимбапный владыка» первым изучил «Искренность». Они нанесли упреждающий удар, сделав свой вкус чуть более вызывающим, тем самым «убив» вкус еды в его закусочной.
Именно поэтому даже постоянные клиенты отвернулись.
Любое блюдо после «Кимбапного владыки» казалось безвкусным.
— Ха-ха. Ха-ха-ха.
От такого абсурда пробрал нервный смех.
Но теперь он принял решение.
Ему говорили: если есть сомнения, делай, пока не отпустит.
Теперь его отпустило, и пора было ставить точку.
В этот момент...
Дзинь.
Он на всякий случай заглянул в телефон и, к своему удивлению, увидел сообщение от тётушки Суни.
Она спрашивала, не может ли он встретиться с ней вечером.
— Хён У! Прости меня.
Тётушка Суни виновато смотрела на свои руки.
Было ясно, что что-то случилось, но он и представить не мог, что именно.
— То, что я пошла туда работать — чистая случайность. Там кто-то заболел и уволился, место освободилось, вот я и...
— Нет, тётушка. Всё в порядке. Мы живем в одном районе, такое случается.
Эта женщина помогала ему в «Искренности», оставаясь после смены, когда было много заказов.
Учитывая их добрые отношения в прошлом, он не собирался обижаться на такое.
— Я говорю это, чтобы ты чего не подумал...
Чон Сун И осторожно продолжила.
Главное, она клялась, что никогда не выдавала рецепты закусочной «Искренность». Другие работники и шеф-повар тоже ни о чем таком ее не спрашивали.
— Но тогда... зачем вы хотели меня видеть?
— Дело в том...
Тётушка Суни честно поделилась своими наблюдениями.
Способ приготовления в «Кимбапном владыке» был поразительно похож на метод «Искренности».
Разница была лишь в добавлении особого бульона и специй, секрет которых знал только шеф-повар Хван.
— Он никого не подпускает к отдельной варочной комнате в глубине. Но... я кое-что видела!
Слушая ее, он до последнего надеялся, что ошибается.
Но нет! Это было именно то, о чем он подумал.
— Ха! Один в один. Всё то же самое.
Когда он закончил приготовление по ее описанию, из груди вырвался вздох разочарования.
Подумать только, их «секретный бульон» оказался всего лишь этим.
— Аргх, как же бесит.
Он не понимал, за кого его принимают, раз решились на такое.
Впрочем, не понимай он в этом ничего, наверняка попался бы на удочку.
Проблема была в том, что даже зная ответ, он не видел простого решения.
— Хо-о... Хо-о... Вдох... Выдох...
Он заставлял себя дышать ровно, подавляя закипающий гнев.
Но ярость всё равно бурлила внутри.
— Я так старался, так готовился, и всё ради того, чтобы проиграть вот этому?..
Он приложил столько усилий перед открытием «Искренности». И даже после открытия не прекращал экспериментировать, чтобы сделать вкус еще лучше.
Даже в выходные он приходил в закусочную и готовился, не чувствуя усталости.
Всё это ради одной цели.
Верил ли он, что когда-нибудь гости поймут его искренность?
Что они оценят вкус его еды, его образ жизни, его старания? Что они скажут, что его путь был не напрасен?
Ради этого он готовил, ради этого открыл заведение и жертвовал сном. Он хотел, чтобы его мастерство признали, как признают мастеров и великих поваров на телевидении.
Конечно, те люди тоже не сразу стали великими.
Они прошли через бесчисленные падения, унижения и трудности, но не сломились, и потому достигли вершин.
Кан Хён У тоже был готов к трудностям, когда вступал на этот путь.
Но он не ожидал, что столкнется с таким подходом.
— Фу-ух.
Он очистил разум и взял себя в руки.
Только тогда кусочки пазла начали складываться.
Поддержка старика Чхонгёна, странное предложение Пак Чхом Ги и даже то, что количество клиентов снова начало понемногу расти.
Возможно, Чон Бун Сок тоже знал что-то, чего не знал он сам.
Кан Хён У с опустошенным видом посмотрел на бульон, который только что приготовил.
Это была всего лишь «Матдасида» с ароматом говядины. Секрет заключался в том, что они использовали приправу таким способом, от которого давно отказались даже на пищевых комбинатах.
Конечно, было много споров о вреде глутамата натрия и химических добавок, хотя научно ничего так и не было доказано.
Но одно было ясно точно.
Обновлено: 20.02.2026