«...Может, просто сбежать?»
Глядя на кажущуюся бесконечной горную вершину, я на мгновение всерьёз задумалась об этом.
Гора, на которой должен был пройти Охотничий турнир, находилась в лесу Эллас, принадлежавшем герцогскому дому Акарут. В лесу, само собой, было полно насекомых, и меня пугала мысль о том, кто может выскочить из этой непроглядной тьмы.
Единственным утешением в этой ситуации было то, что воздух здесь, в чаще, был свежим.
До участка, который мне предстояло разметить, мы решили добираться втроём. Людей, оказавшихся со мной в одной группе, звали Гедвик и Патраш.
Гедвик — тот, что завязал свои модно уложенные волнистые волосы в свободный хвост, а Патраш — тот, что в очках.
Мы были знакомы лишь шапочно, поэтому я никогда с ними особо не разговаривала и уж тем более не работала.
Натягивая перчатки, Гедвик произнёс:
— Давайте покончим с этим поскорее.
— Идёт.
Гедвик и Патраш, видимо, уже знали друг друга: они переглянулись и внезапно прыснули со смеху.
Не знаю почему, но этот смех показался мне каким-то неприятным.
Как раз в тот момент, когда я об этом подумала, Патраш поправил сползающие очки и обратился ко мне:
— Вы ведь Чейс... верно?
— А, да!
— Я хотел подружиться с вами с первой нашей встречи. Надеюсь на ваше содействие сегодня.
С этими словами он добродушно улыбнулся и протянул мне руку.
...Неужели мне показалось, что они надо мной насмехались? Похоже, я просто всё не так поняла.
Я пожала руку Патрашу и ответила:
— И я надеюсь на вашу помощь.
Однако, словно доказывая, что мои подозрения не были ошибкой, Патраш начал поглаживать большим пальцем тыльную сторону моей ладони. Это я ещё могла как-то стерпеть и проигнорировать... ровно до тех пор, пока он не вонзил ногти мне в кожу.
«Этот сумасшедший!..»
Было больно, но прежде всего — невероятно противно. Ощутив мгновенный приступ тошноты, я тут же вырвала свою руку из его хватки. Но чувство омерзения всё ещё не покидало меня.
— О, похоже, вы куда более чувствительны, чем кажетесь.
— ...Думаю, любой на моём месте отреагировал бы так же на подобное поведение со стороны малознакомого человека.
Стоявший рядом с Патрашем Гедвик усмехнулся, будто ничего особенного не произошло:
— Между прочим, я впервые вижу вас так близко, и должен сказать, у вас очень изящные черты лица.
— ...
— Настолько, что вас можно принять за женщину.
Ну, на самом деле я и была женщиной, так что его слова были правдой. Однако больше, чем его слова, меня раздражал каждый его взгляд, скользивший по мне.
— Теперь понятно, почему Авель так носится с вами.
После этих слов они оба расхохотались. Их смех, противный и навязчивый, долго звенел у меня в ушах.
Внутри всё кипело от гнева, но я понимала: ввяжусь в спор — сама же и пострадаю.
— Хватит пустой болтовни, нам пора идти.
Лучшее, что я могла сейчас сделать, — это поскорее закончить работу и вернуться в Герцогское поместье.
Услышав мои слова, они снова переглянулись и расхохотались ещё громче. Это была неприкрытая насмешка.
— Что ж, пойдём.
Мне не хотелось даже словом перемолвиться с этими двоими — Патрашем и Гедвиком.
Я шла впереди и, естественно, взяла на себя обязанность зажигать фонари. В лесу было очень темно, но, к счастью, расстояние между фонарями было небольшим.
Если не считать того, что их голоса заглушали стрёкот цикад, работа была не такой уж трудной.
Здесь не бродили призраки и не выскакивали жуткие монстры, пожирающие людей.
Наслушавшись их сальностей, я даже поймала себя на мысли, что призраки или монстры были бы куда приятнее.
— Чейс, у вас есть кто-нибудь на примете? — спросил Гедвик, пока я с треском зажигала очередной фонарь. Я сделала вид, что не расслышала, и ничего не ответила, тогда он начал канючить у меня за спиной: — Эй, вы меня слышите?
Чтобы прекратить это нытьё, я ответила максимально коротко:
— Нет.
— Ну конечно... ведь у женщины, которая решит с вами встречаться, должен быть весьма специфический вкус.
И они снова захихикали.
Игнорировать таких типов — лучший выход. Я молча делала своё дело, что бы там ни болтали сзади Гедвик и Патраш. Но, к сожалению, я не могла просто закрыть уши.
Сзади доносились их рассуждения о том, мужчина ли я вообще и не стоит ли им это проверить. Они выдвигали свои версии того, почему я не похожа на мужчину.
В моей жизни случалось слишком много всего, чтобы подобные выходки могли меня ранить. Я слышала пошлые шутки и похуже, и находилось немало тех, кто пытался проверить всё лично, так что это поведение было ещё терпимым. Всё в порядке.
Наконец показался последний фонарь.
— ...На этом всё?
Часов у меня не было, так что точное время я не знала. Понимала лишь одно — стало гораздо позже, чем я ожидала.
Гедвик, завязывавший шнур под фонарём, язвительно бросил:
— О, так вы умеете говорить. А я уж думал, вы немой, раз всё время молчите.
— Ах, вы что-то говорили у меня за спиной? Простите, даже не знаю, как так вышло... Видимо, я более туга на ухо, чем кажется.
Когда я ответила с широкой улыбкой, лицо Гедвика исказилось от злости. Но Патраш, в отличие от него, лишь нагло отозвался:
— Ничего особенного. Мы просто... немного пофантазировали на ваш счёт.
Опасаясь, что он продолжит нести этот бред, я, не дожидаясь ответа, поспешила начать спуск. Спускаться было определённо легче, чем подниматься.
Я решила, что как только вернусь в поместье, приму горячую ванну. Это точно поможет снять накопившуюся за день усталость.
Но в этот момент откуда-то донёсся шорох. Сначала я подумала, что это ветер, но звук был каким-то странным, чужеродным.
Решив, что эти двое вздумали напугать меня, я резко обернулась. Патраш, спускавшийся следом с хохотом, спросил:
— Что такое? Хотите поиграть с нами?
Я с каменным лицом отвернулась.
...Может, мне послышалось?
Видимо, я слишком устала в последнее время. Всякая чертовщина мерещится.
Но шорох повторился. Холодок пробежал по моей спине, и я повернула голову в сторону звука. Однако в непроглядной тьме ничего не было видно.
— ...Что это?
На этот раз звук услышала не я одна. Гедвик, видимо, тоже его заметил: он подошёл ко мне и уставился в темноту.
— Вы слышали?.. — не успел Гедвик договорить, как птицы, притаившиеся на деревьях, с шумом сорвались с мест и разом взмыли в небо. Звук их хлопающих крыльев и крики в ночной тишине звучали жутко.
— Ой, напугали... — пробормотал попятившийся Гедвик.
Небо было абсолютно чёрным, поэтому невозможно было понять, сколько птиц поднялось в воздух.
Когда пугающий гомон птиц затих, из глубины леса снова донёсся шорох.
Сначала я не понимала, что в этом звуке не так, но теперь стало ясно: это было похоже на чьи-то шаги. Судя по громкости, существо было гораздо крупнее человека.
...Неужели оно идёт сюда?
Поддавшись страху, я невольно попятилась. В голове была лишь одна мысль: нужно немедленно уходить из леса.
— А-ах!
Но не успела я сделать и нескольких шагов, как острая боль пронзила голень, и я рухнула на землю, обхватив ногу руками. Боль была такой сильной, что из глаз брызнули слёзы. Казалось, кость вот-вот сломается.
Это Патраш ударил меня ногой по голени. С абсолютно бесстрастным лицом он слегка толкнул меня в плечо.
— Чейс, побудьте приманкой и отвлеките внимание на себя.
Бессильно повалившись на землю, я издала мучительный стон, по лицу покатились слёзы.
— Да что вы творите!..
Но Патраш, бросив меня, быстро скрылся внизу вместе с Гедвиком.
Мне хотелось прокричать им вслед всё самое гнусное, что я о них думаю, но я с трудом проглотила слова, побоявшись, что неизвестный зверь придёт в ярость и набросится на меня.
«Только дайте мне спуститься...»
Стиснув зубы, я схватилась за ближайшее дерево. Древесные занозы впились в ладонь, вызывая жгучую боль, но мне было не до этого.
Нужно было скорее убираться отсюда, пока не случилось непоправимое.
Но кошмары приходят без предупреждения. Как кризис, наступающий внезапно, без всякой подготовки.
Оглушительный, нарастающий гул заполнил всё пространство, буквально разрывая мои уши. Он безжалостно поглощал все остальные звуки мира.
Раздался звук самолёта.
Пи-и-и-и—.
Этот ужасающий звук, разрывающий небо, и болезненные воспоминания до сих пор были свежи в моей памяти. Разве можно такое забыть?
Я хотела бежать, хотела исчезнуть отсюда, но ноги будто приросли к земле и наотрез отказывались двигаться.
В тот день, когда погибли мама и папа... В тот день этот жуткий звук точно так же накрыл собой всё небо.
«А...»
Ноги окончательно ослабли. Наверное, я не смогу пошевелиться. Мучительные воспоминания того дня пожирали меня изнутри.
В тот день, когда погибло столько людей, нам с Авелем пришлось вдыхать запах крови до тех пор, пока нас не начало тошнить.
И я, единственная среди мертвых и выживших, кто знал будущее, не смогла ничего предотвратить.
Бесчисленные руки, тянущиеся ко мне, должно быть, ненавидят меня. Меня, которая ничего не сделала... Меня, которая не смогла защитить даже собственную семью...
Снова. Жители деревни, превратившиеся в ужасные трупы, приближаются ко мне.
Беспомощно сидя на земле, я могла лишь крепко зажать уши руками.
«Хватит! Пожалуйста, хватит!»
И в этот момент издалека донеслись звуки шагов. Я невольно вскинула голову — передо мной кто-то стоял.
Сестре главного героя и сегодня несладко
Обновлено: 09.04.2026