— Вы что творите?! — Яростно взревел детина.
— Считайте, что оглохли, — бросил я мастеру Чжану и дяде Яну. — Эти четверо – ходячие мертвецы, не жильцы на этом свете. У вас обоих янская энергия слабовата, так что не вздумайте с ними заговаривать и уж тем более подходить близко.
Мастер Чжан и его спутник оторопели и инстинктивно уставились на четверых охранников.
— Что за чушь ты несешь?!
Четверо здоровяков хором взревели от ярости и, сбившись в кучу, двинулись на нас, явно намереваясь пустить в ход кулаки.
— Сплошная неудача, — я нахмурился, оценивающе окинув их взглядом. — Какой смысл кутаться в такое тряпье?
— Т-ты… о чем ты? — Лица охранников мгновенно побледнели.
— Нацепили ватные куртки, а зубы всё равно чечетку бьют, верно? — Небрежно бросил я.
— Откуда… Откуда ты знаешь? Что, черт возьми, происходит? — Ошарашенно спросил вожак.
Я лишь прицокнул языком:
— Я же сказал: вы – смертники, по которым гроб плачет. Вы человеческую речь не понимаете, что ли?
— Врешь! — огрызнулся было детина, но на полуслове осекся, будто подавившись. Спустя мгновение он сбавил тон и, вытянув лицо в подобии подобострастной улыбки, выдавил:
— Кто… кто вы такой?
— Идите домой и начинайте готовиться к похоронам, — я покачал головой и жестом велел мастеру Чжану и дяде Яну следовать за мной вглубь поместья.
Охранники дернулись было наперерез, но, едва сделав шаг, застыли в нерешительности. Пока они колебались, мы уже миновали их и вошли в ворота.
— Ну и ну, малый Линь, а ты мастер блефовать! У парней аж поджилки затряслись, — тихо хохотнул мастер Чжан.
— Я и не думал блефовать, — ответил я, изучая планировку двора.
Снаружи дом казался обычным, но внутри открывался совсем иной мир. Классический китайский стиль в его лучшем проявлении: пруды с лотосами, декоративные горки, павильоны и крытые галереи. Будь это просто дорогой ремонт, я бы не удивился. Поразило другое – фэншуй этого места был выверен до мелочей. Каждый выступ, каждый поворот тропинки явно проектировались настоящим мастером.
— А? — Мастер Чжан и дядя Ян замерли от ужаса. — Так они… они и впрямь умирают?!
Потрясенные, они даже не догадались понизить голос.
— Стойте!
Позади послышался топот – тот самый вожак охраны со всех ног бежал за нами.
— Тебе чего? — Вздрогнул мастер Чжан.
Детина даже не посмотрел на него. Он подскочил ко мне и, замявшись, спросил:
— Вы… вы сказали, что нам конец. Объясните, в чем дело?
Я молча развернулся и пошел дальше. Спутники поспешили за мной.
— Погодите же! — Охранник догнал нас и, подобострастно согнувшись, пошел впереди, указывая дорогу. — В доме беда случилась, господин Лю нанял нас «придавить» место, чтобы всё было спокойно. Посторонним вход заказан, так что мы не со зла на вас кинулись.
Он продолжал извиняться и кланяться на ходу.
— Что за беда? — Буркнул я.
— Да мы и сами толком не знаем. Говорят… говорят, в усадьбе нечисто стало, — понизил голос детина.
— Как это «нечисто»? — Ахнул мастер Чжан. — Скверна завелась?
Мужчина с горькой миной ответил:
— Похоже на то. Господин Лю даже какого-то мастера выписал, тот сейчас во внутреннем дворе алтарь готовит, ритуал проводить будет. А нам велели вход стеречь.
— Это же поместье семьи Цао! Как тут может завестись чертовщина? Вы ничего не путаете? — Недоумевал мастер Чжан.
— Кто ж знает, — охранник почесал затылок. — Наше дело – деньги получать да приказы выполнять. Господин Лю строго-настрого запретил болтать об этом.
— Ну, это понятно, — кивнул мастер Чжан. — Репутация семьи Цао – дело тонкое. Если слухи поползут, проблем не оберешься.
Я усмехнулся:
— С чего бы семье Цао быть застрахованной от проклятий?
— И то верно, в большом лесу любая птица может свить гнездо, — философски заметил мастер Чжан.
Лоб охранника покрылся испариной.
— Так то, что вы про смерть нашу сказали… это из-за этой чертовщины в доме?
Он хлопнул себя по бедрам:
— Ведь и правда, жуть какая-то! Мы все четверо – бойцы тертые, кровь горячая. Зимой по пояс голыми можем стоять – и хоть бы хны. А тут посидели полдня на посту и продрогли до костей, колотит всего!
— Дрожь – это мелочи. Скоро перестанете мерзнуть, — я остановился у края пруда с лотосами, поднял с земли камешек и бросил в воду.
Раздался гулкий «бум». Темная гладь взорвалась брызгами, и круги медленно разошлись в стороны.
— В смысле «перестанем»? Всё наладится? — С надеждой спросил детина.
Я искоса взглянул на него:
— Мертвецы не мерзнут.
— Вы… вы не пугайте меня так! — Голос охранника сорвался на плач.
— А зачем мне тебя пугать? — Я не сводил глаз с воды. — Ты сам сказал: в доме нечисто. От главных ворот так и прет инянской жутью. Я удивлен, что вы там полдня проторчали и у вас еще кровь из всех отверстий не пошла.
— У… у одного моего кореша только что носом кровь пошла, — пролепетал он, дрожа всем телом.
— О, значит, процесс пошел. Ну, ждите дальше.
Я бросил еще несколько камней и не спеша обошел пруд, внимательно изучая характер ряби на воде.
— Нельзя нам ждать! Мы умирать не хотим! Смилуйтесь, укажите путь к спасению! — Запричитал охранник. — Если мы сейчас же уйдем, это поможет?
— Поможет.
— Правда?! — Детина просиял и со всех ног бросился к выходу. — Я сейчас же парней заберу!
— Идите, — бросил я вслед. — Пару лишних дней протянете.
Послышался глухой удар – охранник на бегу рухнул на землю, тут же вскочил и, рыдая, приполз обратно:
— Будьте человеком, вытащите нас! Мы же просто кусок хлеба себе зарабатываем!
Я проигнорировал его мольбы и вместе с мастером Чжаном и дядей Яном двинулся дальше.
— Я провожу! Я дорогу покажу! — Спохватился детина, забегая вперед и расчищая путь.
Вскоре нам навстречу вышла группа людей.
— Брат Ян, смотри, твои родственнички! — Мастер Чжан толкнул дядю Яна в бок и указал на пожилую женщину во главе процессии. — А вот и мать Лю Хао.
Группа явно куда-то спешила, но, услышав голос мастера Чжана, старуха остановилась и нахмурилась.
— Кто такие? — Резко спросила она.
— Сватья, это я! — Дядя Ян поспешно вышел вперед.
Мать Лю Хао присмотрелась, узнала его и недовольно поджала губы:
— Ты-то что тут забыл?
— Я к Сююнь пришел, её мать совсем плоха… — начал было дядя Ян.
Старуха даже дослушивать не стала. Она перевела испепеляющий взгляд на охранника-проводника:
— Сын велел вам у ворот стоять! Вы за что деньги получаете, дармоеды?!
— К черту всё! — Вдруг рявкнул охранник, вскинув брови. — Сама там стой, если жизнь не мила, а мы увольняемся!
Конец главы.
Обновлено: 20.02.2026