Для Хаммера это была уже четвертая встреча с «Тишиной».
Честно говоря, к этому наемнику, любимчику Бородача, у него имелась пара претензий. Но уровень профессионализма, который тот демонстрировал, действительно впечатлял.
Первая встреча была ознакомительной. Тогда «Тишина» произвел на него неплохое впечатление. Как минимум, у парня отлично варила голова, и аналитические способности были на высоте. Правда, от задания он тогда отказался. Позже Хаммер навел справки — и понял, что проверки можно было и не устраивать.
Его собственный племянник сам дал ответ: в Глубинной Сети за голову Линна была назначена награда — астрономическая сумма, за которую, однако, никто не решался взяться.
Хаммер, изначально не придававший особого значения местной банде «Братство», вынужден был пересмотреть свои взгляды. Личная встреча с Падре оставила тяжелый осадок. Казалось, он говорил не с главарем бандитов, а с высокопоставленным чиновником Федерального правительства. Пришлось заплатить огромную цену, чтобы Падре пошел на уступки. Но условие Падре было жестким: задание должен выполнить именно «Тишина». А уж как его убедить — забота Хаммера.
Вторая встреча дала представление о боевых навыках «Тишины». Наемник, способный в лобовом столкновении противостоять капитану отряда «Гончие»... В индустрии наемников такой уровень считался элитным. С такими талантами зачем ходить по лезвию ножа? Любая крупная фракция с радостью платила бы ему щедрое жалованье, избавив от необходимости ежедневно рисковать жизнью.
К тому же, судя по реакции семьи Куросаки и той спешке, с которой действовал Бородач в тот день, роль «Тишины» в происходящем была далеко не рядовой. Ситуация выглядела интригующе: в подполье ходили слухи, что Куросаки планируют штурм отеля «Гастингс». И этот парень, вполне вероятно, обладал возможностями для проникновения в «Гастингс».
Хотя это был лишь вывод, основанный на догадках, от одной мысли об этом Хаммера прошиб холодный пот. Это можно было описать только словом «немыслимо». Ведь сегодня Куросаки на собственном примере доказали надежность системы безопасности «Гастингса».
В ту встречу он заметил отношение Квифта Валентино, привратника семьи Вик, к этому молодому человеку. Хаммер снова заплатил соответствующую цену, и «Тишина» принял заказ.
Третья встреча произошла посреди настоящей войны. У Хаммера тогда мелькнула мысль, что живым из того массажного салона он не выйдет. Именно тогда он впервые осознал масштаб проблем, которые Линн устроил в Городе Рассвета.
Сначала на борту «Черного корабля» он подставил Бога Смерти — Квифта Валентино. Затем перешел дорогу местному авторитету, хранящему множество тайн главе «Братства» — Падре. И, наконец, задел теневого правителя Черного рынка, крупнейшего в мире торговца оружием — Клефмана.
Один опаснее другого, проблемы нарастали как снежный ком.
И самое главное — по информации «Тишины», Линн связался с группой выходцев с Сакурадзимы, и непонятно, что они замышляли. В конце концов, «Тишина» даже раскопал роль его дочери во всей этой истории.
Эту информацию Хаммер скрывал намеренно. Но все тайное стало явным. Ситуация складывалась скверная. С момента возвышения семьи Вик он испытывал к дочери и племяннику, двум представителям младшего поколения, смутное чувство вины. Поэтому, столкнувшись с проблемой, он инстинктивно попытался скрыть участие дочери.
Он примерно догадывался, чем занимается племянник. Все ради того списка.
И вот теперь — четвертая встреча.
Хаммер смутно ощущал, что его племянник разыгрывает шахматную партию, в которой даже он, Хаммер, всего лишь пешка.
Полдень. Ресторан Бородача.
Едва переступив порог, Хаммер увидел двух мужчин, жадно поглощающих стейки. Хозяин заведения, Клефман, сидел во главе стола, элегантно орудуя ножом и вилкой. Трое. Никто не стал дожидаться гостя, трапеза была в разгаре.
Это было весьма невежливо. Хаммер слегка нахмурился, почувствовав в воздухе недоброе предзнаменование.
Клефман лишь поднял руку, приглашая:
— Садись. Мы празднуем успешную оборону отеля «Гастингс».
Хаммер снял шляпу в знак приветствия и опустился на стул в конце стола. Механическая кукла подошла к нему, протягивая меню.
Хаммер не стал его брать:
— То же, что и у Клефмана. — Подумав, он добавил: — Мясо полной прожарки. Мой желудок не переносит сырого и холодного.
Эни поклонилась и удалилась.
А затем, под ошеломленным взглядом Хаммера, перед Квифтом и «Тишиной» начали расти башни из пустых тарелок. Огромное количество мяса исчезало в их желудках с пугающей скоростью.
Финальным аккордом стал Чэнь Мин, который под изумленным взором Хаммера заполировал десяток стейков порцией жареного риса с морепродуктами.
То, что Чэнь Мин съел за один присест, Хаммеру хватило бы на неделю.
Чэнь Мин глубоко выдохнул и поманил Эни. Механическая кукла с легким недоумением наклонилась к нему.
— Эйнор заказывал обед? — спросил Чэнь Мин.
Эни, управляя куклой, улыбнулась:
— Господин Эйнор заказал утку по-пекински и порцию жареной лапши.
Чэнь Мин кивнул, а Эни добавила:
— И еще большой пакет различных снеков. Хм, согласно подсчету калорий, энергетическая ценность избыточна, ему не хватает клетчатки.
Чэнь Мин на секунду замер, затем вздохнул:
— Отправь ему немного фруктов. Кстати, без кожуры, он терпеть не может чистить фрукты.
Эни кивнула и удалилась.
Чэнь Мин перевел взгляд на Квифта. Тот все еще продолжал уничтожать мясо. Он уже даже отказался от нарезки, просто отрывал куски зубами от целого стейка. Стопка тарелок перед ним была значительно выше, чем у Чэнь Мина.
Они не соревновались. Они экстренно восполняли Эссенцию через пищеварение.
Энергия Эссенции — это, по сути, жизненная сила. Обычно существует только три способа быстро восполнить Эссенцию в организме.
Первый — сон. Состояние организма восстанавливается, жизненная энергия восполняется естественным путем.
Второй — еда. Пища повышает активность тела, ускоряя восстановление жизненной энергии.
Третий — стимуляторы. Препараты для восполнения Эссенции, содержащие высококонцентрированную энергию, действуют мгновенно.
Из всех способов только третий был нежелателен. Эссенция всегда окрашена личностью носителя, у каждого свои колебания. А чистая, высококонцентрированная сжатая энергия Эссенции в препаратах подобна сильнодействующему яду. Хоть она и заполняет резервуар, но повреждает активность Эссенции. Как минимум, после этого характеристики упадут на пункт, а то и больше, и на восстановление активности придется потратить огромные ресурсы.
Чэнь Мин причмокнул губами и посмотрел на Хаммера, который все еще резал свой стейк.
— Твой племянник нашелся.
Рука Хаммера замерла. Он поднял горящий взгляд на Чэнь Мина:
— Что ты сказал?
Чэнь Мин переформулировал:
— Линн Вик обнаружен. Сейчас «Братство» ведет на него охоту.
Хаммер отложил приборы:
— Хоть и неловко просить тебя сразу после тяжелого боя, но я надеюсь, ты поможешь мне вернуть его.
Чэнь Мин покачал головой:
— Это не к спеху. Давай сначала поговорим о твоей дочери.
Хаммер нахмурился:
— А при чем здесь Нора?
Чэнь Мин бросил ему через стол свой терминал. Хаммер посмотрел на скользнувшее к нему устройство, взял его и, помедлив, спросил:
— Райнхард Мордекайзер. Бородач уже спрашивал меня о нем. Я не знаю этого человека, кто это?
— Твой племянник.
Бородач вступил в разговор, смочив горло вином:
— Твой племянник сменил лицо, сменил личность и полгода прятался в отеле «Гастингс».
Хаммер опешил, но затем понимающе кивнул:
— Неудивительно, что я не мог найти никаких следов. Отель «Гастингс» — действительно лучшее укрытие.
Под потрясенным взглядом Хаммера Бородач продолжил:
— Поручителем выступила семья Вик.
Рука Хаммера дрогнула. Он, казалось, все понял. Если не он, то оставался только один человек.
Его дочь. Нора Вик.
Хаммер слегка ссутулился, словно из него разом выкачали всю энергию. Впервые он выглядел на свой возраст — уставшим стариком.
В повисшей тишине был слышен только звук разрываемого мяса со стороны Квифта.
Наконец Хаммер вздохнул:
— Я досконально во всем разберусь.
Чэнь Мин прищурился. Старик все еще пытается выгородить дочь.
Чэнь Мин постучал пальцем по столу:
— В этот раз не утаивай информацию. Сейчас даже если миссия провалится, у меня проблем не будет. Заказчик скрыл детали задания, значит, в случае неудачи моя репутация не пострадает. Верно, Клефман?
Бородач кивнул. Таковы были негласные правила индустрии.
Хаммер снова замолчал, затем тяжело кивнул:
— В любом случае, все обещанное я выплачу.
— Ха!
Квифт рассмеялся:
— Думаешь, этого достаточно?
Хаммер вздохнул:
— Я увеличу награду еще на миллион кредитов.
Квифт покачал головой:
— Я не об этом. — И он перевел взгляд на Бородача.
Заметив это движение, Хаммер нахмурился еще сильнее.
Бородач кашлянул:
— Твой племянник сегодня помог семье Куросаки с вторжением. Скажу прямо: целью Куросаки был перебежчик из «Куросаки Хэви Индастриз», проживающий в номере 17А. Маршрут атаки Куросаки пролегал через номер 19А, откуда они спустились в 17А. А жильцом номера 19А был твой племянник. Он помог Куросаки проникнуть в отель «Гастингс».
Хаммер беспомощно покачал головой:
— Можно мне увидеть доказательства?
Бородач указал подбородком на терминал:
— Там аудиозапись, оставленная твоим племянником.
Это была та самая запись разговора Куросаки и Линна.
Прослушав её, Хаммер страдальчески закрыл лицо рукой, массируя переносицу:
— Мне очень жаль. Мне нужно время, чтобы дать вам ответ.
Бородач молча кивнул. Они с Хаммером были друзьями, но в нынешней ситуации дружба дружбой, а табачок врозь. То, что сделал Линн, переходило все границы.
Линн помог Куросаки вторгнуться в «Гастингс». Это был удар по репутации, которую Бородач выстраивал десятилетиями. Все могло рухнуть в одночасье.
Лицо Бородача помрачнело еще сильнее, он покачал головой:
— Ты должен меня удовлетворить. Мои убытки весьма существенны. Ты обязан компенсировать мне ущерб.
Чэнь Мин поднял глаза к потолку. Это его не касалось, это были игры больших людей. Ему оставалось только наблюдать.
Хаммер вздохнул и посмотрел на Чэнь Мина:
— Что касается моей дочери, я все выясню.
— Возможно, я смогу дать вам эту часть информации, — внезапно заговорила механическая кукла.
Бородач растерялся и машинально спросил:
— Эни?
— Нет! — Кукла покачала головой. — Я — Черный Кит.
Кукла отодвинула соседний стул, плюхнулась на него, вальяжно развалившись, и указала пальцем:
— Вот, это мне передал один друг.
В следующее мгновение из терминала перед Хаммером раздался женский голос, быстрый и сдавленный.
Лицо Чэнь Мина потемнело. Он примерно догадывался, кого Черный Кит называет «другом».
Лицо Хаммера сначала побелело, потом почернело, а затем снова побелело. Остатки его жизненных сил, казалось, испарились окончательно.
Черный Кит, управляя куклой, покачал головой:
— Твоя дочь и племянник затейники, однако. Запретная любовь.
Услышав ключевые слова, брови Бородача и Квифта поползли вверх. Кажется, они услышали что-то очень интересное. Запахло жареным скандалом.
Чэнь Мин чувствовал себя неловко.
Глаза Бородача забегали:
— Черный Кит, у тебя все в порядке?
Когда Черный Кит внезапно отключился, Бородач проверял сеть и обнаружил защитный замок вторжения с явной меткой «Улья». Эта отчетливая эмблема пчелы указывала на хозяина.
Хоть Бородач и сам был наполовину Сетевым дайвером и часто серфил в Глубинной Сети, обладая первоклассными навыками, до самой верхушки топа он не дотягивал. Против «Улья», второго в мире, он был бессилен.
Однако сейчас Черный Кит выглядел так, будто битва окончена, и результат вполне неплох.
— Нормально, все прошло удачно. «Улей» убрался, поджав хвост.
Чэнь Мин кивнул. Он был свидетелем той войны. Это было действительно зрелищно, и победителем действительно вышел Черный Кит.
Взгляд Черного Кита встретился с взглядом Чэнь Мина, и механическая кукла улыбнулась. Чэнь Мин замер, не понимая, почему Черный Кит улыбается ему.
Черный Кит отвел взгляд и посмотрел на Бородача:
— Твое дело должно было выгореть.
Бородач усмехнулся странной, дерзкой и даже хищной улыбкой. Он провел ладонью по воздуху, разворачивая проекцию.
На ней был изображен филиал «Куросаки Хэви Индастриз» в Городе Рассвета.
В следующий миг в небо взметнулся столб огня. Даже через проекцию чувствовалось, как содрогнулась земля. Здание «Куросаки Хэви Индастриз» взлетело на воздух.
Терминал Чэнь Мина внезапно завибрировал. Глядя на имя контакта, Чэнь Мин почувствовал отчаяние и громко вскрикнул, обращаясь к Бородачу:
— Бородач, ты вернул «Парламент»?!
На экране появилась ухмыляющаяся физиономия мужчины с безумной семицветной прической в стиле «взрыв на макаронной фабрике». Фоном ему служило пылающее здание «Куросаки».
А затем Чэнь Мин поднял голову и увидел фейерверк, вылетающий с крыши разрушенного небоскреба. Взрываясь, огни складывались в строку текста, написанную идеальным каллиграфическим почерком.
У Бородача и Чэнь Мина задергались веки.
Надпись гласила:
«Искусство взрыва подвластно лишь мне, Великому Мастеру! Вы взорвали Черный рынок, не позвав меня! Это ваше упущение. — Парламент!»
P.S. Приветствую всех желающих заказать взрывные работы. По всем вопросам обращайтесь к Бородачу.
В этот момент у всех жителей Города Рассвета, увидевших эту новость, потемнело в глазах.
Существовала ли вероятность, что Черный рынок взорвали люди Куросаки, а заказ на подрыв Черного рынка поступил... от самого Куросаки на Черный рынок, который принадлежит Бородачу?
Семья Куросаки сошла с ума или с ума сошел Бородач? Как ни крути, ситуация была абсурдной.
Бородач закрыл лицо руками и протяжно застонал:
— Этот психопат... Я уже начинаю жалеть.
Обновлено: 12.07.2026