Столичный особняк Кранца, в отличие от резиденций других аристократов, располагался на окраине. Вместо рядов элитных поместий его окружали густые леса и вековые деревья. Но больше всего в глаза бросался просторный передний двор, раскинувшийся там, где обычно разбивают пышные сады. Этот поразительно пустой и широкий двор был настолько велик, что мог бы без труда вместить несколько сотен человек.
— К-какой огромный…
Передний двор столичного особняка превратился в трибуны и арену. При виде этого редчайшего зрелища — сотни мужчин, которые сначала выкрикивали боевые кличи, а затем стройно выстроились в ряды — Анжелика невольно пробормотала, побледнев от изумления.
— Мужчины рода Кранц стараются не прекращать тренировки нигде и никогда. Благодаря этому здесь, в столичном особняке, вместо сада появилось огромное тренировочное поле.
Ольга, которая вместе с мужем Йозефом приветствовала тех, кто сидел на «почётных местах», произнесла это с улыбкой. Сама по себе она казалась миниатюрной и хрупкой, но стоя рядом с Йозефом, выглядела ещё изящнее. Анжелика быстро взяла себя в руки и лучезарно улыбнулась.
— Благодарю за приглашение, госпожа маркграфиня. Турнир… я впервые буду видеть подобное вживую, так что сгораю от нетерпения.
Глядя на неё, Ольга мягко улыбнулась:
— Это не обычный турнир. Это турнир «Крантис».
— Простите?
В этот момент у входа на трибуны стало шумно — видимо, прибыли другие гости, — поэтому продолжить разговор им не удалось.
— Ха-ха, мне нужно ненадолго отлучиться!
Йозеф весело рассмеялся, подмигнув Анжелике и Селене, и ушёл вместе с супругой встречать прибывших. Оставшиеся дамы переглянулись и пожали плечами. Затем они снова перевели взгляд на поле.
— А, сэр Рен вон там.
Следуя за словами Селены, Анжелика тоже отыскала Рена среди участников, стоявших посреди поля. В отличие от банкета, он был в обычной одежде, но стоял с бесстрастным лицом, сохраняя свою характерную безупречную осанку.
— Посмотри, какие широкие плечи… В рубашке это ещё заметнее. Кажется, все смотрят только на него.
Как и сказала Селена, его привлекательная внешность и высокий рост приковывали взгляды благородных дам на трибунах. Анжелике на мгновение показалось, что их глаза встретились, и она поспешно отвернулась.
— К-кстати, Крантис — это ведь старое название земель Кранц? Что же это за турнир такой…
— О боже, Рика. Ты что, совсем не наводила справки о сегодняшних состязаниях? Это же основы. Даже если ты недолюбливаешь рыцарей, нельзя же быть настолько беспечной.
Селена взмахнула веером, изображая крайнее удивление. Анжелика, которой нечего было возразить на замечание сестры, неловко кашлянула.
— Раз сказали «турнир», я и подумала, что это обычное дело. Наверняка рыцари будут скакать на конях и сражаться на копьях. Мне это неинтересно.
— Нет. В этой битве не будет ни коней, ни копий. И никаких требований к сословию участников.
— Что?
Когда Анжелика в замешательстве переспросила, Селена снова замахала веером.
— Помнишь уроки истории? Несколько сотен лет назад земли Кранц были маленьким государством под названием Крантис. Оно располагалось между нашим Эльферионом и Кадиром на востоке.
— Помню. Нас учили, что это была крошечная страна, населённая доблестными воинами.
Однако зажатый в суровых горах Крантис оказался под давлением соседей, расширявших свои территории, и пришло время принимать решение. Около трёхсот лет назад король Крантиса предпочёл подчиниться западному Эльфериону и стал маркграфом Кранцем. Историки Эльфериона называют это «почётным выбором Крантиса, почитающего справедливость». Конечно, историки Кадира рассказывают эту историю иначе.
— Фестиваль Крантис — это традиция маркграфства, идущая с тех самых времён. Огромное событие, которое проводится уже сотни лет. А турнир Крантис — главное состязание этого фестиваля.
— И что в нём особенного?
— Ты точно не видела объявление о наборе участников, которое вывесил род Кранц. Там было сказано, что участвовать может любой храбрец, независимо от происхождения. Это рукопашный бой, так что оружие не требуется, а призовой фонд весьма велик. Думаю, здесь собрались все силачи столицы.
Возможно, поэтому среди участников виднелось немало личностей с довольно устрашающей внешностью. Похоже, здесь были не только военные и рыцари, но и люди, смахивающие на обычных головорезов. Анжелика вздохнула, осознав, что видит перед собой столько людей того круга, с которым ей в жизни не суждено было бы пересечься.
В это время перед участниками, стоявшими строем посреди поля, распорядители начали выносить какие-то предметы. Это были круглые коричневые плоды размером в два-три кулака. Перед каждым участником положили по одному такому плоду. Анжелика в недоумении наклонила голову.
— Что это?
— Ха-ха, квалификационное испытание началось!
Закончив приветствия, Йозеф и Ольга вернулись и сели на соседние места. Услышав слова маркграфа, Анжелика вопросительно на него посмотрела.
— Простите?
Прозвучал колокол, возвещающий о начале. Участники быстро подхватили лежащие перед ними плоды. И начали нещадно бить по ним голыми руками. Анжелика захлопала глазами, и Йозеф пояснил:
— Это плод под названием кран, он растёт в наших краях. Если из него приготовить ликер кранжу, получается очень вкусно. В общем, только те, кто сможет разбить его голой рукой, получат право участвовать в турнире.
Однако плоды выглядели невероятно прочными. Нет, они казались твёрдыми как камень. Некоторые участники со всей силы били плодом о землю или наступали на него ногами, но те даже не думали трескаться.
— А-а-а!
Один из участников, яростно колотивший плод кулаком, закричал от боли — видимо, повредил руку. С окровавленной кистью распорядители вывели его с поля. Другой пытался разбить кран головой, и теперь по его лицу струилась кровь из рассечённого лба. Анжелика поморщилась. Что это за испытание такое?
Её взгляд невольно упал на Рена. Она вздрогнула от неожиданности, увидев, что он уже стоит и безучастно держит в руках разбитый сверху плод.
«Уже?!»
Вскоре снова пробил колокол. Те, кто не успел разбить плод к тому времени, покинули арену. Оставшиеся же поднесли разбитые плоды к губам и начали пить содержимое. Даже на трибунах чувствовался кисловатый и резкий аромат, похожий на запах вина, исходящий от разбитых кранов.
— Господин маркграф, а зачем они это пьют?
— Сок крана вызывает легкое опьянение. Можно сказать, это делается для того, чтобы немного замедлить движения участников. Старая традиция, призванная предотвратить серьезные травмы или несчастные случаи со смертельным исходом во время схватки.
— …
Иными словами, это состязание настолько опасно, что в нём можно получить увечья или вовсе погибнуть. Что это за варварские развлечения? Анжелика старалась сохранять лицо, натянуто улыбаясь. Но когда она мельком взглянула на Рена, её глаза округлились.
Рен пил сок, запрокинув голову. Тонкая струйка багровой жидкости стекала по подбородку, пачкая его шею и белую рубашку. Видеть подобную сцену после его вечной сдержанности и безупречности было странно и волнительно. Но в следующий миг она изумилась ещё больше.
— Ах!
— О боже!
Среди дам на трибунах пронёсся вопль, почти переходящий в визг. Рен, допив сок, отшвырнул пустую скорлупу на землю, вытер рот тыльной стороной ладони и принялся расстёгивать пуговицы на рубашке.
— …Вау.
Когда он без колебаний скинул рубашку, Анжелика услышала восхищенный вздох сидящей рядом Селены.
Широкие плечи и крепкий торс, скрытые до этого одеждой, предстали во всей красе. Его тело можно было назвать идеальным. Честно говоря, Анжелика и раньше считала, что рыцарская форма сидит на нём как влитая, но теперь она осознала причину этого до глубины души.
— Рика, прикрой рот. Слюнки потекут.
Анжелика вздрогнула от шепота сестры и поспешно закрыла лицо веером. Наверняка у неё только что был совершенно отсутствующий вид. С порозовевшим лицом она неловко кашлянула.
— Кхм-кхм!
Участники один за другим снимали верхнюю одежду и передавали её распорядителям. Ольга любезно объяснила, что по правилам нужно сражаться с обнаженным торсом, чтобы доказать отсутствие спрятанного оружия.
Перед началом распределения по группам участникам дали немного времени на отдых. Некоторые из них начали рисовать что-то на своих лицах и телах оставшейся в плодах густой красной жидкостью. Когда дамы удивленно переглянулись, маркграф весело рассмеялся.
— У доблестных воинов Крантиса была традиция так украшать себя перед битвой. Это означает: «Я окрашу своё тело кровью врага»!
— Вот оно как…
Рен с тем же бесстрастным лицом тоже наносил сок на своё тело. Когда те, кто, видимо, был родом из маркграфства, начали этот обряд, остальные участники последовали их примеру. Вскоре они стали похожи на древних воинов, с ног до головы залитых кровью.
— Надо же, не ожидала, что они будут без рубашек, — прошептала Селена, прикрываясь веером.
— …Как дикари, — чопорно отозвалась Анжелика.
Тот человек, что стоял в безупречной форме, и этот мужчина на поле казались ей совершенно разными личностями. И пока она изо всех сил старалась не смотреть на разрисованный красным торс Рена, к ним кто-то подошел. Это было место, пустовавшее до этого момента.
— П-простите за опоздание… Я впервые в столичной резиденции Кранца, поэтому кучер немного заплутал.
Молодая девушка, сказавшая это, вежливо поклонилась Йозефу и Ольге. Лица супругов посветлели от радости при виде неё.
— О, проходи, Имельда!
Анжелика с любопытством взглянула на новую гостью. Девушка, которую назвали Имельдой, была с каштановыми волосами, собранными в простую прическу, и в скромном сером платье. Её наряд выглядел очень просто на фоне окружающих аристократов.
— Это Имельда, дочь моего близкого друга, баронета Бисли. Имельда, поздоровайся с леди Анжеликой и маркизой Дельмиер.
— Здравствуйте… Меня зовут Имельда Бисли.
Имельда представилась тихим, застенчивым голосом. Она была хрупкой и скромной девушкой, невольно привлекающей внимание своей мягкостью. Анжелика приветливо улыбнулась ей в ответ.
— Рада знакомству.
Баронет Бисли. Анжелика, прекрасно знавшая всё Светское общество, никогда не слышала этого имени, хотя титул был невысоким. Она бросила взгляд на Селену, но та лишь пожала плечами, давая понять, что тоже слышит о них впервые. Кем же была эта леди для семьи Кранц, если её пригласили на «почётные места» рядом с четой маркграфа?
Заметив, видимо, озадаченный взгляд Анжелики, Имельда застенчиво заправила прядь волос за ухо и неуверенно заговорила:
— Ах, вы… вы наверняка нас не знаете. Наша семья живет рядом с маркграфством, и наши отцы дружат, но мы — бедный провинциальный род… Я приехала в столицу по делам, и меня пригласили сегодня сюда.
Имельда объясняла это, запинаясь от явного волнения, и Анжелика подбадривающе ей улыбнулась:
— Понимаю. Должно быть, вы устали после долгой дороги.
— Да. Но я слышала, что Рен участвует спустя долгое время, и… Ой.
Имельда, непринужденно назвав его по имени, спохватилась и прижала руку ко рту. Затем она в замешательстве посмотрела на Анжелику.
— Ах, нет, между нами ничего нет! Рен… то есть, сэр Рен — мы просто старые друзья детства, мы вовсе не близки или что-то в этом роде…!
— Да-да. Я понимаю.
Анжелика улыбнулась, стараясь успокоить девушку, которая начала торопливо оправдываться, хотя её никто ни о чем не спрашивал.
«Вот как?»
На банкете он и глазом не повел в сторону благородных дам, а у него, оказывается, есть такая подруга детства. Это было неожиданно, но Анжелику не касалось, какие отношения связывают эту леди и Рена. Она хмыкнула и снова перевела взгляд вперед. Похоже, распределение по группам закончилось, и участники выстроились в ровные шеренги.
— Итак, начинаем индивидуальные поединки!
После слов ведущего трибуны взорвались восторженными криками.
Обновлено: 08.04.2026