Лиса, ничего не подозревая, миновала дверь, за которой он прятался, и вышла в коридор.
Ноэль, наблюдая за ней со спины, тихо последовал за ней.
Ее прекрасные платиновые волосы сияли даже в темноте. С каждым шагом они колыхались, словно тихие волны.
От страха она крепко обхватила себя руками, но при этом не останавливалась и решительно шла вперед.
«Она такая милая, просто до смерти… Ха, ну как можно быть такой милашкой?»
При взгляде на нее уголки его губ растянулись в широкой ухмылке.
Ему хотелось прямо сейчас выскочить перед ней и сыграть роль ее доблестного рыцаря.
Он жаждал хоть как-то облегчить ее страх, но сейчас иного выхода не было.
Было очевидно: стоит ей заметить его присутствие, и она снова бросится наутек.
«Это… Выставочный зал. Неужели она соскучилась по гробу, в котором мы провели ночь?»
Он ловко и бесшумно последовал за Лисой.
Затем он затаился за металлической скульптурой в форме человеческой фигуры, стоявшей в углу.
Теперь он собирался понаблюдать, что она будет делать.
Добравшись до Выставочного зала, я перевела дух.
Я шла, ни разу не оглянувшись, боясь, что в коридоре снова появятся те жуткие твари.
Меня преследовало леденящее чувство чьего-то присутствия, от которого хотелось содрогнуться в безумном порыве.
К счастью, в коридоре было пусто.
Стоило действовать осторожнее и осмотрительнее, но от спешки я совсем потеряла счет времени, не понимая, утро сейчас или вечер.
«Нашла!»
Около стеклянной витрины я отыскала Красный самоцвет и крепко сжала его в руке. Из-за холодного пота гладкий камень скользил в ладони.
Тут же развернулось видение, и передо мной предстал маленький Ноэль, выставленный в стеклянной витрине.
Почему-то сейчас он выглядел иначе, чем раньше. Он бессильно опустил голову.
Оглядевшись, я подумала, не перерыв ли это, но увидела аристократов, которые прогуливались группами по двое-трое, осматривая экспонаты.
Ноэль, который должен был улыбаться, выглядел печальным, а его взгляд потерял фокус.
В это время призрачные фигуры аристократов вокруг стеклянной витрины зашушукались.
— Почему у него сегодня такой покойницкий вид? Я проделал такой долгий путь вовсе не для того, чтобы смотреть на это.
— От этого унылого выражения лица мне и самому становится тоскливо. Я бы хотел встретиться с хранителем выставки.
Они не беспокоились о маленьком Ноэле, видя его глубокую печаль.
— Вы все ничего не смыслите в искусстве. Посмотрите внимательнее. Разве это полное скорби лицо не пробуждает инстинкты?
Впрочем, если бы эти люди были способны на сочувствие, они бы вообще не пришли на подобную выставку…
Я осторожно обратилась к маленькому Ноэлю:
— Ноэль…! Ты в порядке? Что случилось?
Тогда он наконец поднял голову.
Его глаза все еще были расфокусированы, но он с трудом разомкнул губы.
[Мне всё-таки очень грустно… От того, что Рима, который был со мной, умер. Я тоже так умру?]
Неужели он смог выдержать все в пыточной только потому, что вложил свои надежды в этого Риму?
— Ты потерял друга, верно? В таком случае грустить — это естественно.
Я понимала, что искренне сопереживать ему невозможно, но, быть может, я смогу искренне постараться его понять.
[Естественно? Вот как. Значит… ты меня понимаешь.]
Его слова звучали совсем по-взрослому. А ведь он в том возрасте, когда полагается капризничать и жаловаться.
— Когда ты выплачешь всю свою печаль, к тебе снова вернутся силы. Поэтому сейчас ты можешь грустить сколько угодно.
Я не могла сказать ему «не грусти», когда на душе у него было тяжело.
Напротив, если бы ребенок оставался спокойным, это напугало бы меня еще больше, так что такой его вид был куда лучше.
[Да… Мне очень… очень грустно. Теперь рядом со мной никого нет.]
Оказавшись в моем нынешнем положении, я быстро осознала горькую правду этих слов.
Слова о том, что рядом никого нет.
Если бы со мной был хоть кто-то один, мне бы не было так смертельно страшно.
Я думала об этом много раз, доходя до отчаяния.
Поэтому в этот раз я могла полностью его понять.
— Прямо сейчас я рядом с тобой!
Неважно, что он был лишь видением.
Если бы я могла обрести хотя бы одного сторонника, я была бы готова принять даже призрака.
[Ты правда будешь со мной? ……Навсегда?]
— На… навсегда?
Проблема была в том, что после таких трогательных моментов всегда проскакивало некое чувство дискомфорта.
[Обещаешь?]
Он произнес это с таким тоскливым лицом, что всё мое напряжение мгновенно улетучилось.
— К-конечно. Обещаю.
Сказав это, словно под гипнозом, я тут же пожалела. Но ведь обещание не означает, что всё так и будет… Наверное?
Наконец, на его лице расцвела яркая улыбка.
В этот момент, не выдержав негодования аристократов, появился хранитель выставки.
Этот человек огромного телосложения показался мне знакомым.
— Послушайте, Альфред, почему экспонат сегодня в таком состоянии?
Тот, кого назвали Альфредом, очень напоминал монстра-великана.
То самое проклятое чудовище, которое заперло меня в стеклянной витрине!
— Надеюсь, в следующий раз вы покажете нам его в лучшем виде.
Недовольные аристократы, судя по всему, хорошо его знали, но Альфред просто игнорировал их слова.
Он держался очень высокомерно и даже не удостоил их ответом.
Он был крупным и выглядел настолько угрожающе, что один его вид внушал страх.
Должно быть, поэтому, когда он подошел ближе, аристократы разбрелись в разные стороны, словно спасаясь бегством.
Альфред тут же вытащил маленького Ноэля из стеклянной витрины и, схватив за шиворот, потащил за собой.
Альфред из видения заговорил впервые. Его голос был грубым и тяжелым, под стать внешности.
— С сегодняшнего дня ты будешь жить вместе с детьми из лаборатории. Там у тебя будет время еще раз хорошенько поразмыслить над своим положением.
— …….
Маленький Ноэль просто обмяк и позволил тащить себя, словно труп.
— А ведь было бы лучше, если бы ты слушался. Говорят, там твои настоящие друзья? Что ж, внимательно смотри, что с ними станет.
Как только Альфред уволок маленького Ноэля, видение исчезло.
Снова воцарилась тишина, и я замерла на месте, переваривая увиденное.
«Что? У него были настоящие друзья? А мне говорил, что рядом никого нет!»
Конечно, в настоящее время рядом с Ноэлем не было никого, кроме Римы.
Значит, всех их ждал трагический конец?
Маленький Ноэль не сказал мне, где произойдет следующее событие. Я знала только то, что это комната подопытных детей.
«Кстати, у меня же была карта».
Я развернула помятую карту.
Детальных пометок на ней не было, но мое внимание привлекла самая большая комната на четвертом этаже, где, как говорили, находились одни лишь лаборатории.
«Может, сначала пойти туда?»
Мне очень не хотелось снова приближаться к лаборатории.
К тому же, «подопытные дети»… Это же не лабораторные крысы.
Кожу на голове неприятно закололо, словно от мурашек.
Я не могла предугадать, что произойдет дальше.
«Пожалуйста, пусть это не будет такой же эксперимент, как в прошлый раз… Кажется, здесь ты вроде и жив, а вроде и нет».
Я как раз собиралась выйти из Выставочного зала.
Тсссссс. Тсссс.
Вместе с уже знакомым звуком в помещение медленно вползло массивное тело.
— Р-Рима?
Рима замер, полностью перегородив вход в Выставочный зал.
— Нуна Лиса! Так ты была здесь?
— А? Ты меня искал?
Перед глазами то и дело всплывал образ Римы, трагически погибшего в результате неудачного эксперимента.
Должно быть, поэтому сейчас мне стало его немного жаль.
Мне даже захотелось проявить к нему сочувствие и сделать что-то хорошее.
К тому же, было удивительно, как он вообще остался жив.
— Да, я обыскался тебя. Где это ты бродишь?
— Да так… Просто осматриваюсь по сторонам.
Даже если я скажу, что выполняю квест, он всё равно не поймет.
— А, вот как…?
Кажется, он хотел что-то сказать, но почему-то медлил.
— Ну, что такое? Говори.
— Да я просто…! Просто искал тебя.
— Просто? Вот как…?
Почему-то разговор не клеился.
Внезапно беседа оборвалась, и атмосфера стала гнетущей.
Инстинкты подсказали мне об опасности, и меня охватило замешательство.
В голове, словно сирена, начал настойчиво звучать голос интуиции.
Нужно притвориться, что мне совсем не страшно.
Но мой голос уже предательски дрожал.
— П-пропустишь меня? Я хочу выйти.
Уголки рта Римы поползли вверх, застыв в натянутой ухмылке.
Однако его широко распахнутые глаза совсем не улыбались.
Тссссссссс.
Его усики вытянулись струной, словно собираясь взмыть в небо.
— Да? Тогда проходи здесь.
Я надеялась, что он отойдет совсем, но он лишь слегка изогнулся, оставив узкое пространство.
Там было настолько тесно, что мне пришлось бы проползать мимо него.
Определенно, этот парень что-то задумал.
Я попятилась назад, чтобы увеличить дистанцию.
Ох, моё сердце…
— Рима, это же я, твоя нуна. Почему ты вдруг так себя ведешь?
В голове постепенно становилось пусто.
— А? Что я делаю?
Эти его искусственно округленные глаза и растянутые губы до смерти пугали меня!
Я впервые в жизни видела этот безумный взгляд, который раньше встречала только у игровых персонажей.
— Рима, мне сейчас не до шуток.
— А я и не шучу с тобой, нуна.
— Тогда, пожалуйста, отойди по-хорошему.
— Ладно. Я отойду… Отойду как следует!
Тсс-тсс-тсссссс!
Как только он договорил, Рима резко рванул в мою сторону.
— А-а-а-а-а!
В ужасе я закричала и бросилась вглубь Выставочного зала.
Обновлено: 08.04.2026