«Он меня не похвалил…»
Оставшись одна, Камилла поникла. Слуги на миг встревожились, заметив эту внезапную перемену, но тут же вернулись к делам.
«Наладить контакт не так просто, как казалось…»
Прежде, когда возникали недоразумения, их всегда удавалось уладить — стоило лишь объясниться. Но теперь они снова и снова проходили мимо друг друга, и даже простая попытка сблизиться начала пугать. Люк, должно быть, тоже считает ее проблемной женой.
«Кстати, куда пропал Люк?»
Он выглядел так, будто уже переоделся после работы — в ванную он явно не собирался. Велев ей идти вперед, Люк задержался, и Камилла, замешкавшись в коридоре, вдруг услышала его голос. Доносился он со стороны кухни.
«Он разговаривает с ними? С теми, кого назвал бывшими товарищами?»
При Камилле Люк редко проявлял эмоции. Но со старыми друзьями, наверное, можно быть собой. Решив, что вмешиваться невежливо, она уже собралась уйти, как вдруг до нее донеслось:
— …Эти рукава. В них даже нормально есть невозможно.
Камилла замерла.
В голосе мужа звучал гнев, и внутри у нее все похолодело.
— Это всего лишь рюшечка, а она только мешает. Хотелось бы, чтобы она немного больше думала…
— Ах!
Камилла зажала рот обеими ладонями, чтобы не вскрикнуть.
«Только мешает. Хотелось бы, чтобы она больше думала. Значит, Люк… жаловался на меня им?»
Дыхание со свитом вырвалось сквозь пальцы. Она изо всех сил сдерживала рвущийся наружу всхлип. Жжение в уголках глаз — ей показалось, или это просто игра воображения?
В столовую Камилла не пошла. Вместо этого она бросилась наверх, в свою комнату. Горничная, убиравшая там, удивленно обернулась.
— Миледи? Его светлость вернулся?
— Д-да, — ответила Камилла, выдавив улыбку. — Вернулся. Просто стало жарко, я решила снять верхнее платье.
Ей стало совестно перед женщиной, которая так старательно ее одевала, и, расстегивая расшитый корсаж, она продолжала улыбаться. На самом деле в комнате было скорее прохладно, но оставшееся на ней платье — с облегающими рукавами и скромным вырезом — вполне подходило для обеда.
Камилла опустила глаза, и горничная, кажется, ничего не заподозрила.
— Для осени и правда тепло, — согласилась она, принимая из рук госпожи тяжелую ткань. — Я позабочусь об этом.
— Хорошо, — кивнула Камилла.
Она знала: это платье она, скорее всего, больше никогда не наденет.
Когда Камилла спустилась в столовую, Люк уже был там. Едва она переступила порог, он резко вскочил — стул с шумом царапнул по полу.
— Леди Камилла! Где вы были? И этот наряд…
— Простите, что заставила ждать, — с трудом сохраняя улыбку, проговорила она. — Мне стало жарко, я сняла верхнюю одежду.
Он выглядел взволнованным, но, услышав объяснение, кивнул.
— Понимаю.
Люк проводил ее к столу. Казалось, он ничего не заподозрил.
Они сели друг напротив друга. Слуги внесли блюда, но настоящего разговора не вышло. Камилла тянулась к тарелкам, опускала глаза, и даже когда их взгляды случайно встречались, первой отводила взгляд.
Ей хотелось поговорить. Она убеждала себя, что должна, как старшая, протянуть руку первой.
Но стоило в памяти всплыть словам Люка: «Хотелось бы, чтобы она немного больше думала…» — как пальцы начинали мелко дрожать. Боясь, что он заметит, Камилла заставляла себя механически двигать ножом и вилкой.
Когда неловкий обед закончился, Люк остановил ее:
— Сегодня вечером я хотел бы кое-что обсудить. Поэтому и вернулся пораньше.
В его глазах была такая серьезность, что отказаться она не смогла. Скрепя сердце, Камилла последовала за ним в гостиную.
Горничная принесла чай на двоих и удалилась. Люк заговорил первым:
— Буду краток. Меня назначили в экспедицию. Примерно на два года.
— …Что?
Новость оказалась настолько неожиданной, что Камилла лишь молча смотрела на мужа, пока тот ровным голосом продолжал:
— Я на время покину столицу. Но у меня достаточно сбережений, чтобы вы ни в чем не нуждались. Путешествия тоже возможны, так что мы сможем переписываться. И еще…
— Подожди, Люк.
Она подняла руку, останавливая его, и прижала пальцы к виску, словно пытаясь унять мысли.
«Экспедиция? Два года? Мне ничего не говорили…»
— Мы женаты всего ничего, а ты уезжаешь на целых два года?
— Да. Возможно, вам будет одиноко, леди Камилла, но я вернусь с результатами. Его Величество сказал: если я проявлю себя в этом походе, у меня появится шанс получить повышение.
— Повышение?..
— Да. До графа, конечно, далеко, но титул виконта вполне достижим.
Перед глазами Камиллы все поплыло.
Верно. Он ведь с самого начала был недоволен, что ему досталось только баронство. Женись он на Памеле — стал бы графом Бересфордом. Не пришлось бы ввязываться в опасные авантюры, обивать пороги. Памела, воспитанная при дворе, сама управляла бы поместьем, и они бы жили спокойно, наслаждаясь первыми месяцами брака.
А из-за Камиллы вся его жизнь пошла наперекосяк. Все, что он зарабатывал, уходило на нее. А теперь, чтобы добыть титул, он вынужден отправиться в долгую и опасную экспедицию. Потому что женился на ней.
«Я просто тяну вниз этого мальчика, у которого было такое блестящее будущее…»
— …Когда ты уезжаешь? — тихо спросила она.
Раз решение уже принято, оставалось лишь узнать сроки. Люк загнул пальцы, прикидывая:
— Думаю… дней через пять.
— Пять дней?
— Отряд собрали внезапно. Я бы обсудил это с вами, но времени не оставалось. Я принял решение сам. Простите.
— …Не извиняйся.
Это она должна извиняться. Ему бы сейчас работать, радоваться жизни, а не тянуть лямку обязанностей день за днем. И все из-за нее. Через пять дней Люк покинет столицу. Вернется только через два года.
На самом деле ей хотелось крикнуть: «Не нужен тебе никакой титул! Мне все равно, граф ты или барон! Просто не уезжай!» Хотелось попросить: «Давай поговорим, давай проведем это время вместе, давай узнаем друг друга…»
Но, глядя в его решительные глаза, она понимала: эгоизм непозволителен. А потом в голову пришла другая мысль — тихая и острая, как лезвие. Если за два года брак так и не будет завершен, это станет законным поводом для развода. Через два года Камилле исполнится двадцать шесть. Люку — восемнадцать, самый расцвет. Он станет еще привлекательнее. Брак, оставшийся неконсуммированным*, можно расторгнуть. Люк обретет свободу.
«…Возможно, это единственное, что я могу для него сейчас сделать».
Камилла улыбнулась и кивнула:
— Хорошо. Если ты решил, я не стану перечить.
— Леди Камилла… спасибо.
— Возвращайся живым и невредимым. Мне больше ничего не нужно.
Если Люк вернется здоровым, Памела тоже сможет спать спокойно. А через два года Камилла отпустит его.
По крайней мере, сейчас она в это верила.
П.п. *брак, в котором супруги не вступали в половые отношения
Обновлено: 20.02.2026