— Этот старина Ли… Что за нелепость? — Лю Синьу, главный редактор журнала «Октябрь», положил трубку после разговора с Ли Цинцюанем из «Яньцзинской литературы» и замер в полном недоумении.
Внезапно позвонить, чтобы рассыпаться в благодарностях, да еще и обещать проставиться ужином? С чего бы это Ли Цинцюаню так сходить с ума?
Оба их журнала были столичными изданиями министерского уровня, только недавно возобновившими выпуск. Они находились в состоянии вечного соперничества, и ни один не желал уступать другому в борьбе за звание «номера два» в литературном мире.
Правда, «Яньцзинская литература» объективно чуть теснила «Октябрь», а сам Ли Цинцюань только в начале месяца заступил на пост главного редактора!
Так что этот бессвязный звонок вполне можно было расценить как завуалированную провокацию.
— Что случилось, Лао Лю? Это был Ли Цинцюань из «Яньцзинской литературы»? — Спросила Гу Сюэцин. Она и другие сотрудники редакции как раз собрались в кабинете Лю Синьу, чтобы обсудить верстку сигнального номера. Заметив, что после звонка лицо начальника изменилось, она не удержалась от вопроса.
— Он едва успел сесть в кресло главреда, а уже звонит благодарить «Октябрь» и зазывать на ужин. Что это вообще значит? — Лю Синьу пересказал содержание разговора, надеясь, что коллеги помогут ему разобраться в подтексте.
Редактор Чжан Шоужэнь вскинул голову, его лицо выражало крайнее изумление:
— Ли Цинцюань? Ни праздника, ни торжества – и вдруг приглашает нас отобедать? Какую еще свинью он решил нам подложить!
— Нет, тут что-то не так! — Лю Синьу обошел рабочий стол и подошел к Гу Сюэцин и остальным. — По-моему, здесь кроется какой-то подвох. Кажется, у них в «Яньцзинской литературе» как раз на днях закрывается номер? Учитель Гу, скажите – ваша группа в последнее время не отправляла авторам вежливых отказов с припиской, мол, «попробуйте предложить ваш труд в „Яньцзинскую литературу“»?
Он нахмурился, его осенило:
— Неужели мы упустили какой-то шедевр, который Ли Цинцюань тут же подобрал, и теперь он специально звонит, чтобы поглумиться над нашей слепотой?!
Их издания конкурировали за лучшие рукописи, постоянно соревнуясь в тиражах и качестве текстов. Разумеется, не обходилось и без мелких «ударов в спину».
Например, если присылали откровенно слабую рукопись, которую нельзя было пустить в печать, но и прямо сказать автору «вы пишете бездарно, не тратьте наше время» не позволяла вежливость, редакторы использовали изящную формулу:
«К сожалению, в данный момент текст не вполне соответствует требованиям нашего издания. Рекомендуем вам попытать удачу в журнале „Яньцзинская литература“».
Лю Синьу представил худшее: кто-то из редакторов просмотрел сильную вещь, ее перехватил Ли Цинцюань и узнал, что «Октябрь» сам отправил автора к конкурентам. Отсюда и этот издевательский звонок с «благодарностью»!
В океане рукописей, стекавшихся со всей страны, упустить один достойный рассказ – дело житейское. Обычные тексты среднего уровня кочевали из журнала в журнал, и в том, что «Яньцзинская литература» принимала то, что отверг «Октябрь», не было ничего из ряда вон выходящего.
Но чтобы Ли Цинцюань специально звонил и звал в ресторан! Значит, добыча была поистине крупной.
Если по литературным кругам пойдет слух, что «Октябрь» проворонил сокровище, они станут посмешищем. Ли Цинцюань будет годами травить этот анекдот, и о том, чтобы обойти конкурента в рейтингах, можно будет забыть.
Чем больше Лю Синьу об этом думал, тем меньше ему верилось в простое совпадение. Он буквально не мог усидеть на месте.
— Не бери в голову, Лао Лю, — попытался успокоить его Ван Шиминь, руководитель группы редакторов. По его мнению, начальник слишком уж всполошился из-за одного звонка. — Ли Цинцюань просто позвонил, не стоит сразу впадать в панику. Может, он и правда решил поблагодарить старых друзей? В конце концов, его только что реабилитировали и вернули в столицу руководить журналом.
Он добавил с уверенностью:
— Мы проверяем рукописи очень тщательно. Каждый текст проходит перекрестное первичное чтение. Как при такой системе Ли Цинцюань мог что-то перехватить?
Гу Сюэцин, теща Чэн Сюэминя, тоже возмутилась словами Лю Синьу:
— Раз он звонит благодарить и звать на обед, то какую же «жемчужину» мы должны были упустить? Я, Гу Сюэцин, могу разок ошибиться, но не могли же в нашей редакции ослепнуть сразу пять-шесть пар глаз?!
Ей было неприятно слышать предложение Лао Лю провести «самопроверку» и выяснить, не уплыл ли какой шедевр к конкурентам. Шедевр упущен? Если это так, значит, она совсем потеряла чутье!
— Ну что вы, учитель Гу, — стушевался Лю Синьу под ее напором. — Я просто беспокоюсь, как бы Ли Цинцюань не прижал нас к стенке. Наверное, я и правда накрутил себя. Раз он вернулся в Яньцзин, то логично, что хочет собрать старых друзей.
Он попытался разрядить обстановку улыбкой:
— Ладно, пусть угощает! Я вытяну этого хитреца на встречу и прозондирую почву.
— Вот и славно, — подытожила Гу Сюэцин, но в глубине души все равно затаила тревогу. Она повернулась к Ван Шиминю:
— Старина Ван, давай все же пересмотрим почту за прошлый месяц. Не хватало еще, чтобы Ли Цинцюань действительно нажился на нашей ошибке, а мы оставались в неведении.
— Хорошо, учитель Гу, сделаем. Хотя я уверен, что повода для беспокойства нет, — согласно кивнул Ван Шиминь.
Один невнятный звонок Ли Цинцюаня заставил всю редакцию «Октября» ходить на цыпочках. Тем временем Чэн Сюэминь уже завершил переговоры в «Яньцзинской литературе».
Журнал оказался действительно богатым. За оба произведения – «Пастух» и «Сердце малой травинки» – ему предложили высшую ставку, полагавшуюся известным мастерам слова: семь юаней за тысячу иероглифов!
Общий объем двух рукописей составлял чуть более сорока пяти тысяч знаков. Редакция округлила цифру до сорока шести тысяч, и итоговый гонорар составил триста пятнадцать юаней.
— Сюэминь, договорились! — Сказала Чжоу Яньжу. — Рассказ «Пастух» мы ставим в этот номер как передовицу.
— «Сердце малой травинки» тоже великолепно, — продолжила она. — Мы планируем сделать его передовицей в следующем номере. Согласно твоей просьбе, оба текста будут опубликованы под псевдонимом Лао Сюй. Согласен?
Ли Цинцюань ушел пораньше на совещание в издательство «Хуаньвэнь», оставив решение текущих вопросов на Чжоу Яньжу и редактора Чжан Дэнин. Когда вопрос с деньгами был улажен, Чжоу Яньжу с улыбкой изложила график публикаций.
Оба текста были настолько сильными, что Ли Цинцюань, наслушавшись кулуарных сплетен, просто не удержался от того самого звонка главреду «Октября».
Разумеется, такие козыри нельзя было выбрасывать одновременно. Ли Цинцюань перед уходом лично распорядился: «Пастух» идет в текущий номер на первую полосу, «Сердце малой травинки» – в следующий, тоже главной статьей.
Было очевидно, что Ли Цинцюань намерен сделать нового автора знаменитым в кратчайшие сроки. А заодно и показать Лю Синьу из «Октября», на что способен их новый протеже. Словно хотел сказать в лицо конкуренту: «Смотри, смотри внимательней! Эти два шедевра с первых полос прислал нам зять вашего „Октября“!»
— Конечно, учитель Чжоу, я согласен, — кивнул Чэн Сюэминь. Если уж «Пастух» идет передовицей, то терять нечего – пусть и второй рассказ забирает себе все лавры. В конце концов, эти вещи в свое время брали первые премии на национальных конкурсах, и было бы несправедливо по отношению к их истинным авторам давать им меньше места, чем на первой полосе.
А если теща все же узнает… Что ж, своя рубашка ближе к телу. В крайнем случае, он выставит вперед свою «неблагодарную дочь» Фэн Цзяю, пусть она принимает удар на себя.
— Вот и отлично, — улыбнулась Чжоу Яньжу. — «Сердце малой травинки» почти не требует правки, пойдет как есть. А вот в «Пастухе» есть пара моментов, Дэнин поможет тебе их доработать.
Она добавила:
— Что касается гонорара – мы выплатим его за обе работы сразу. Но сейчас не расчетный день, так что в конце месяца мы вышлем деньги почтой вместе с авторскими экземплярами журнала.
— На чье имя выписывать квитанцию на гонорар? На твое или на Цзяю?
— На мое, на мое! — Не дав мужу вставить и слова, выкрикнула Фэн Цзяю. Ее глаза при упоминании денег мгновенно азартно блеснули. — Тетушка Чжоу, пишите квитанцию на мое имя!
Чэн Сюэминь только закатил глаза. «Учитель Чжоу, ну зачем вы вообще об этом спросили?» – подумал он. Нельзя было просто молча написать его имя и отправить?
Вообще-то он планировал зайти за деньгами лично. Ради такой суммы он бы не поленился прогуляться лишний раз.
…
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 10.07.2026