Слышала, что скоро должен состояться саммит, и, судя по всему, речь шла о пустынном королевстве.
Наверняка ему приказали пробраться сюда и разузнать обстановку в Империи Никс. Интересно, этот приказ отдал его брат? Младший брат, обладающий талантом, достаточным для заключения контракта с Королем духов, не мог не представлять для него угрозы.
«Похоже, он надеялся, что ты попадёшься и умрёшь, но вот незадача. Я решила тебя спасти».
В чаше скопилась кровь. Использовать такую антисанитарию было нельзя, поэтому я тут же выплеснула её и щелкнула пальцами.
— Свежей воды.
Тут же чаша наполнилась чистой, прохладной водой. Помощь духа.
Я опустила туда платок, выжала его и первым делом принялась стирать запекшуюся кровь. Не думала, что окажусь в такой ситуации, но хорошо, что всё-таки взяла платок, который ранее протянул мне Дерик.
Когда я очистила кожу вокруг ран, откуда-то подул ветерок. Увидев принесенные ветром травы, я быстро рассортировала их на полезные и ненужные.
— Эй. Это же ядовитая трава. Ты убить его вздумал?
Мальчик, который до этого был настороже, словно натянутая струна, в какой-то момент потерял сознание.
«Тем лучше».
Я поспешила закончить работу, пока он не пришел в себя и снова не устроил переполох. Наложила шины на треснувшие кости, перебинтовала места, где всё еще сочилась кровь. В процессе я невольно заметила, что на теле мальчика было бесчисленное множество шрамов.
Я нахмурилась, глядя на то, в каком ужасном состоянии была кожа в районе лопаток и позвоночника, которая должна была быть гладкой, словно песчаные дюны в пустыне.
«В таком состоянии... он почти ничем не отличается от боевого раба».
Нет. Даже с боевыми рабами в таком возрасте так не обращаются. Общеизвестно, что взрослый раб ценится дороже ребенка. Поэтому работорговцы не посылают недорослей на поле боя без крайней нужды. Однако этому мальчику, похоже, пришлось сражаться с самых ранних лет лишь потому, что он родился с пугающими способностями. И, судя по всему, он даже не получал должного лечения.
— Эй, Вода. Разве сородичи бога солнца не обладают крепким здоровьем? Я слышала, что их раны затягиваются мгновенно, стоит лишь применить правильное лечение.
Капли воды беспорядочно задвигались, словно не желая мне отвечать. Я изогнула бровь и указала на мальчика:
— Я не буду его продолжать лечить, ясно?
Угроза сработала безотказно. Ставшие послушными капли воды сложились в воздухе в слова.
[Мой контрактор никогда не получал лечения.]
Предложение было несложным, но я не сразу смогла его осознать, перечитывая несколько раз. Как же нужно обращаться с обладателем такой ценной крови, чтобы он не получал даже элементарной помощи?
Я с сомнением принялась густо наносить мазь поверх шрамов. Я знала, что это бесполезно, ведь шрамы были старыми, но мне было просто по-человечески жаль этого мальчишку, которого гнали и гнали на смерть, пока он не оказался здесь.
— На моем месте я бы так с тобой не обращалась. Я очень дорожу тем, что принадлежит мне.
Тихо пробормотав это, я раздавила лечебные травы с анестезирующим эффектом и нанесла сок на самые глубокие раны. Мне предстояло зашивать крупные порезы, так что было даже хорошо, что он в обмороке.
Сделав короткий глубокий вдох, я принялась за дело. Поскольку по натуре я была довольно воинственной, мне частенько приходилось зашивать собственные раны. Поначалу это было непривычно, но за две сотни лет практики начинаешь накладывать швы, совершенно не задумываясь.
«Правда, это когда я была в своем настоящем теле...»
Сейчас же требовалась предельная концентрация. Наконец, закончив с последней раной, я размяла затекшие плечи и потянулась. Интересно, сколько времени прошло снаружи? Наверное, все уже не на шутку разволновались.
— ...Ах, а что делать с пальто?
Оно всё было в крови, так что надеть его снова я не могла. Но еще большей проблемой было мое платье. Я осмотрела свой плачевный вид, и на моем лице отразилось замешательство. И Дерик, и госпожа Бертольт в обморок упадут, а у меня даже оправдания нет.
«Что же делать?»
Я в изнеможении опустилась на землю, как вдруг капли воды забурлили и закружились вокруг меня.
— О, хочешь помочь? Благодарю.
Мастерство духа было поистине поразительным. От рукавов до меховой отделки подола — всё в мгновение ока стало чистым. С облегчением я растянулась прямо на земле.
Не самое подобающее поведение для Императрицы, но я всегда так жила. Нет ничего плохого в том, чтобы вести себя как обычно, когда никто не видит, верно? Спасение умирающего человека вымотало меня до предела.
— Я немного посплю, разбуди меня. Буквально через час...
Духи — это все-таки очень удобно. Если бы это было возможно, я бы и сама заключила контракт с Королем духов, но для Демона это немыслимо. Погруженная в пустые мысли, я свернулась калачиком и слегка похлопала мальчика по плечу. Из-за обилия событий сон навалился мгновенно.
«В теле появилась легкость».
Сколько времени прошло? Распахнув глаза, мальчик первым делом проверил свое состояние. Пальцы двигались нормально, в бедрах чувствовалась сила. Решив, что сможет встать, он медленно приподнялся.
Боль всё еще была, но слабая. Для обычного человека такие раны потребовали бы месяца восстановления, но регенерация мальчика была поразительной. К тому же его болевой порог был гораздо ниже, чем у других, так что причин не двигаться не было. Возле него тут же засуетились капли воды. Их прислал Король духов, с которым он заключил контракт.
— Я в порядке.
Мальчик, Мерем, не улыбался. Он просто не знал, как это делается. Вместо этого он протянул руку к каплям, чтобы погладить их.
— М-м...
Но в этот момент чужой голос, которого не должно было быть в этом пространстве, коснулся его слуха. Если бы капли воды не преградили ему путь в ту же секунду, он мог бы принять гостью за врага и убить её.
— ...Она меня вылечила?
Благодаря объяснениям духа он умерил жажду крови, но не ослабил бдительность. В конце концов, обычный человек не мог попасть в подпространство Короля духов.
— ...
Но как сказать. Глядя на это тихо спящее лицо, Мерем почувствовал себя глупцом. Женщина выглядела хрупкой. Он чувствовал, как пульсирует её сонная артерия. Кровь текла медленно, а сердцебиение было едва уловимым. Словно она могла угаснуть в любой момент. Кожа белая, как снег, который тает от малейшего солнечного луча, тонкие запястья. Маленькая фигура.
Эта женщина казалась неспособной причинить вред, она выглядела так, будто и за собой-то уследить не может. Мерем невольно нахмурился, почувствовав, что её густые золотистые волосы ослепляют его.
«Странная женщина».
Кстати, это меховое пальто было не его. Значит, она действительно уложила его здесь и вылечила раны. А потом уснула от усталости.
Сделав этот медленный, но четкий вывод, Мерем поднялся с мехового пальто. По его воле капли воды очистили одежду, после чего Мерем осторожно взял женщину на руки. Она была такой легкой, что, казалось, вот-возлетит, поэтому Мерему пришлось невольно сжать руки крепче.
— Эта женщина... она поцеловала меня в лоб?
Уложив её на очищенное от крови пальто, внезапно спросил Мерем. Она говорила какую-то странную вещь о том, что платой за лечение будет «поцелуй на ночь».
Однако капли воды разлетелись в разные стороны. Это означало «нет».
«Значит, её слова о том, что она сначала вылечит меня, не были ложью».
Неожиданно. Мерем еще не встречал людей, которые бы не лгали. Далеко и ходить не надо — взять хотя бы это задание.
Опустившись рядом с женщиной, он провел рукой по своей груди, где вместо ран остались лишь тонкие красные линии, и стиснул зубы. В том, что он оказался в таком состоянии, был виноват его сводный брат.
Его заданием было проникнуть в императорский дворец Империи Никс перед саммитом и добыть сверхсекретную информацию об Императрице. В пустынном королевстве приказы Императора абсолютны, и неповиновение невозможно. Чтобы доказать свою преданность, нужно было выполнить пять заданий, данных Императором.
Дети из знатных семей обычно получали безопасные поручения, но Мерему, у которого не было матери и, соответственно, поддержки, доставались лишь опасные миссии.
И всё же Мерем не жаловался. Он прекрасно знал, как сильно опасается его Император, его сводный брат. Он был как кость в горле — и избавиться сложно, и оставить нельзя. Его было жаль убивать, ведь он владел таким активом, как Король духов, но и держать рядом опасно. Поэтому его посылали куда-нибудь подальше в надежде, что он умрет сам.
Mерем выживал, даже когда его отправляли через границу в вулканические земли или в заснеженные поля. Каждый раз, когда он возвращался, его никто не ждал, но Мерем всё равно возвращался в пустынное королевство. Потому что другого места, которое он мог бы назвать домом, у него не было.
Конечно, и этого места он мог лишиться из-за внезапно ниспосланного «Откровения»...
Потерев лицо руками, Мерем постарался прогнать ненужные мысли. Если убивать в себе эмоции снова и снова, настанет день, когда он перестанет чувствовать что-либо вовсе. Обязательно настанет.
Словно давая себе обещание, он вспомнил того, кто нанес ему эти раны.
«Тот парень был монстром».
Вся предварительная информация о Никс, данная Мерему, была ложной. Карта дворца — тоже подделка. Он и так не особо верил в неё, но в итоге столкнулся с Императором, пока бродил по дворцу. Он старался вести себя максимально тихо, но тот как-то его учуял и без колебаний занес меч.
Отразив первый удар, Император, казалось, удивился, но тут же обрушил на него стремительную атаку, используя невероятную божественную силу. Благодаря выдающимся физическим способностям и рефлексам Мерем сохранил жизнь, но был ранен настолько тяжело, что не смог бы вернуться в пустыню, поэтому Король духов создал барьер, чтобы защитить его.
«Это случилось уже три дня назад».
Тот человек был жесток и не колеблясь забирал жизни. В его темных глазах не было ни капли сострадания.
«Если бы мы сражались в пустыне, силы были бы равны».
Всё-таки вдали от родной страны силы значительно слабеют. Сжимая и разжимая кулаки, Мерем пристально посмотрел на безмятежно спящую женщину. Её спокойное лицо странным образом дарило умиротворение и ему.
Зная, что стоит сделать шаг из этого пространства, и его снова ждет ад, было ли это потому, что он впервые оказался с человеком, который не желал ему смерти? Для Мерема, который никогда не слышал слов «тебе стоит жить», тот факт, что кто-то вылечил и спас его, стал своего рода потрясением.
— Этот поцелуй на ночь... нужно просто коснуться губами лба?
Спросил он тихим голосом, боясь её разбудить, и капли воды тут же разразились чистым смехом. Заметив в их смехе явную насмешку, Мерем притворно-угрожающе зарычал:
— Не смейтесь. Я никогда этого не делал и никогда не получал сам.
От одних только мыслей об этом всё тело зудело. Затылок горел, и хотелось немедленно куда-нибудь убежать. Он совершенно не понимал, зачем вообще касаться кого-то губами, но сделка есть сделка.
Он зажмурился и легонько прижал губы к её ровному лбу.
Он не мог дышать.
Обновлено: 20.02.2026