Глава 11 — Глава 11: Художник (2)

Белита стояла у задней двери, подслушивая их разговор. В конце концов, не выдержав духоты момента и не в силах подавить инстинкты демона, она решила вмешаться. — До этого я снимала комнату неподалеку. Белита заговорила, выдержав театральную паузу. Ромен издал низкий вздох, будто только этого и ждал. — Ах… В то же время Сильвестр, не обращая внимания на реакцию Ромена, завороженно смотрел на Белиту. «Она просто говорит, но почему же…» Белита действительно была демоном, обладавшим талантом очаровывать людей. Именно о таких, как она, говорят: «умеет пользоваться своей внешностью». Сильвестру казалось, что сейчас Белита похожа на таинственную путешественницу, чье происхождение окутано мраком. Зрелый образ, присущий только ей, никак не вязался с обычной человеческой натурой. Из-за этого она казалась печальной чужестранкой, волею судеб оказавшейся в этой глуши. Ему даже почудилось, что она похожа на мираж. Тот, что может внезапно исчезнуть в любой момент… — …… Это мгновение показалось вечностью. Хербилл прервал затянувшееся молчание, переспросив: — Неподалеку… говорите? Белита указала на свой портрет. — Именно. Я потеряла его во время путешествия и забрела сюда, выслеживая его след. На губах Белиты заиграла едва заметная печальная улыбка. — Эта вещь была для меня… довольно ценной. Она была демоном, который в совершенстве владел искусством лжи — исконной прерогативой их рода. — О боже, как же вас занесло в такое гиблое место… На самом деле ее утраченные столетия действительно были своего рода «путешествием» во времени, так что она не совсем лгала. — …Пока я жила здесь, поняла, что Сильвестр — человек куда более достойный, чем кажется. Мы сошлись характерами и стали любовниками. Тем более, мне все равно некуда было возвращаться. Белита окончательно поставила точку. Она ясно дала понять: «Я женщина с непростой судьбой, которой некуда идти, так что прекратите свое неучтенное любопытство». — Ах… вот оно как. Услышав это, Ромен снял шляпу и прижал ее к груди. Кратко представившись, он непринужденно отодвинул стул и сел перед Белитой. Он передал шляпу слуге и, не сводя с нее взгляда, стянул перчатки. А затем взял ее руки в свои, крепко сжав их. Белита была поражена тем, насколько естественно и плавно он проделывал все эти манипуляции. — Но неужели это правда? Слышу это из ваших уст, но всё равно не могу поверить. Как такая леди могла оказаться в подобном месте… Ромен бегло осмотрел обстановку дома и снова перевел взгляд на Белиту. «Честно говоря, дом Сильвестра и впрямь в плачевном состоянии. Но я и в местах похуже проводила столетия». Ромен осторожно наклонился к ней, явно намереваясь что-то сказать. В этот момент глаза Сильвестра недобро сверкнули. Но Белита даже не взглянула на него. Не выказывая беспокойства, она позволила гостю приблизиться. Ромен прильнул к ней и заговорщически прошептал: — Скажите… вас здесь не удерживают силой? Если это так, прошу, позвольте мне помочь вам, леди. «Ну надо же…» Ошибся, да еще как серьезно. Белита прошептала ему в ответ на ушко: — Нет. Со мной все в полном порядке, виконт. «Я остаюсь здесь, потому что сама того хочу». Прошептав это тоном, полным дистанции, Белита откинулась на спинку кресла. Застигнутый врасплох ее холодностью, Ромен сконфуженно кашлянул и тоже надменно выпрямился. — Что ж, рад слышать, что это не так. — Да, благодарю за заботу, но ваше воображение зашло слишком далеко. Надеюсь, вопросов больше нет? — Какие могут быть вопросы к леди… — Честно говоря, мне было неприятно чувствовать себя так, будто меня допрашивают. Отрезав таким образом разговор, Белита грациозно сменила позу и поднялась. Этой короткой беседы было достаточно. Если позволить этому типу остаться дольше, это принесет лишь усталость. — Итак… что там? Заказ завершен? Я неважно себя чувствую и хотела бы отдохнуть. Это был прямой приказ убираться. Мол, вы все мне надоели, проваливайте. Ромен не посмел настаивать. Он был довольно красив, но сейчас на его лице застыла приторно-сладкая улыбка, скрывающая истинную натуру. Он протянул руку. — …Тогда позже я пришлю за вами человека. Работа займет немало времени, так что вам лучше пожить в моем поместье. Я пришлю свой экипаж. Поскольку он протянул руку не для рукопожатия, Белита не шелохнулась. Тогда Ромен сам взял ее руку и запечатлел поцелуй на тыльной стороне ладони. — …… Заметив это, Сильвестр подошел сзади и положил руку на левое плечо Белиты. Он полностью закрыл ее собой, не давая Ромену больше прикасаться к ней, и с суровым видом проводил гостя. Белита почувствовала, как его хватка на ее плече становится всё крепче. — С нетерпением жду нашей скорой встречи, леди. Вы обязательно должны прийти вместе! Поднимаясь на подножку кареты, Ромен картинно взмахнул рукой. Кто-нибудь мог бы принять его за театрального актера. Экипаж тронулся, и вслед за ним ушел Хербилл, который всё это время чувствовал себя не в своей тарелке между аристократом и Сильвестром. Только когда двор опустел, Белита наконец усмехнулась Сильвестру. — С рукой всё будет в порядке? Тот на мгновение замешкался, не понимая, имеет ли она в виду поцелуй. Сильвестр уже хотел ответить, что, конечно же, нет, но тут понял, что она говорит о его руке, которую он порезал клинком. — …Пустяки. Сильвестр не стал смотреть на рану, а лишь молча уставился на Белиту. Перед тем как он отдал ей ключи, чтобы она могла спрятаться, Белита успела позаботиться о его порезанной руке. Она сказала, что благодаря заключенному контракту теперь может использовать немного силы. Конечно, глубокая рана не затянулась полностью. Но под действием ее магии края кожи сошлись, и кровь остановилась. Он был благодарен ей за то, что она потратила силы ради него, и был рад, что она вмешалась и разрешила ситуацию. Но на душе всё равно было на редкость скверно. — Как войдешь, первым первым делом вымой руки. Причина этого странного чувства была вполне очевидной. Ему не нравилось, что Белита привлекла внимание другого мужчины. И еще больше не нравилось, что тот бесцеремонно притянул ее изящную руку к своим губам. — Я не трогала ничего грязного. — Тот человек поцеловал вас. — Ну… Белита посмотрела на тыльную сторону ладони, к которой прикоснулся Ромен. Он ведь не облизывал ее жадно, в конце концов… — Ладно… помою. «Кажется, ты стал слишком чувствительным?» — бросила она в ответ и ушла в ванную. — Ха… Сильвестр мрачным взглядом проводил ее. Его мысли о том, что она похожа на мираж, не были беспочвенными. Белита везде вела себя уверенно и буквально сияла. Она знала, что сказать даже такому аристократу, не тушевалась и спокойно реагировала на чужие слова. Даже когда Ромен придвинулся вплотную, шептал ей на ухо и целовал руку, она и бровью не повела, будто это было в порядке вещей… «Могла бы и отстраниться в такой момент». Такая Белита, которая прекрасно справлялась со всем сама, наверняка не нуждалась в нем. Она могла в любой момент бросить его и исчезнуть, словно мираж, ничего при этом не теряя. «Скорее уж обрадуется, что избавилась от обузы». — …… Белита была во многом не похожа на него. Сильвестр устало побрел к столу и бессильно опустился на стул. Он раздраженно подпер подбородок рукой. Почему-то ему казалось, что он проиграл и Ромену, и Белите. Сцена их близости продолжала колоть сердце. Этот раздражающий поцелуй, тайный шепот, и Белита, которая так же близко наклонилась к нему в ответ. «Я ведь даже руку ей не целовал». Взгляд Сильвестра потемнел. «И так близко ничего не шептал». Если уж придираться, то у него с Белитой была куда более тесная физическая связь. До прихода Ромена и Хербилла они сплетались языками, смешивали слюну и даже делили кровь. А еще раньше — страстно делили ложе. «Мне это не нравится». Но какой прок в том, что было между ними? Перед лицом искушенного Ромена и снисходительной Белиты всё это не приносило Сильвестру ни малейшего утешения. Он вспомнил голос Белиты, когда она так искусно лгала: «Я потеряла его во время путешествия и забрела сюда, выслеживая его след». Весьма правдоподобное оправдание. «Эта вещь была для меня… довольно ценной». Женщина, путешествующая по миру в одиночку. В какой-то момент кто-то подарил ей портрет, а она его потеряла и, расспрашивая людей, добралась до этого места… — …… «Подарок, значит». Внезапно взгляд Сильвестра упал на портрет, стоящий у стены. «Если так, значит… кто-то, кроме меня, уже рисовал Белиту». На самом деле, когда он впервые получил эту картину от Хербилла, ему было очень любопытно, кто создал такой шедевр. Потом его заинтересовала личность на портрете, а затем и повод, послуживший причиной для его создания. Но он не слишком задумывался о том, насколько стара эта картина и в каких отношениях состояли художник и владелица портрета. Ведь это был просто антиквариат неизвестного происхождения. Просто в какой-то момент он поймал себя на том, что сам рисует Белиту. Картину, на которую обычно уходило три-четыре дня, он писал долгие месяцы, вкладывая в неё всю душу. Он вспомнил особенности того, ныне исчезнувшего портрета. «Цвета были бледными и тусклыми, похоже на натуральные красители. Судя по слою лака, вещь была очень старой». Кто же нарисовал этот портрет? В каком далеком прошлом, когда достать пигменты было гораздо сложнее, чем сейчас… Кто же автор картины, в которой Белита была заперта… — …… На душе стало тоскливо. Сильвестр взъерошил волосы, пытаясь сосредоточиться. Если человек писал ее портрет… Вероятно, это был заказ? Или они были близки? Семья, друг, муза… «Но почему тогда в картине, написанной таким человеком — в собственном портрете, — она оказалась заперта?» Сильвестр грубо откинул челку со лба. Настроение было паршивым. У Белиты было слишком много прошлого, о котором он ничего не знал. Он не знал, почему был написан ее портрет и почему она оказалась в нем в ловушке. «…Вы совсем не похожи». «Простите, я впервые вижу, чтобы кто-то так плакал… Да, простите, что не похожа…» И в тот день, когда Белита вышла из портрета… «…Что?» «Я сказал, не похожа». Он не знал и того, почему она плакала. — Что ты делаешь? В этот момент… — А. Сильвестр вздрогнул от неожиданного холода. Белита приложила к его затылку руку, только что вымытую в холодной воде. Должно быть, он слишком глубоко ушел в свои мысли, раз не заметил ее приближения. Он потер шею и посмотрел на Белиту. — Белита. — О чем ты так серьезно задумался? Ее нынешнее озорное лицо наложилось на образ того дня, когда она безутешно рыдала. Сильвестр уклонился от прямого ответа. — Да так… — Если о том мужчине, Ромене, то не волнуйся. Вряд ли возникнут проблемы. Его кое-что мучило, но когда он попытался спросить, горло перехватило. Сильвестр замялся. — …Дело не в этом. — Тогда в чем же? — …… — Ну, говори же. Он отвел взгляд. Стоит ли это произносить? — …Это не самая приятная тема. — Рассказывай. Взгляд Белиты так и подгонял его, требуя удовлетворить ее любопытство. — …… Он не понимал, почему в горле так пересохло. — …У меня есть один вопрос. Игнорируя нарастающую жажду, Сильвестр почесал затылок. — Какой? Он набрался смелости и спросил: — Тот человек, что нарисовал твой портрет. Кто это?