С другой стороны цветочного рынка, у самого перекрёстка, стояли две молодые женщины в простых полотняных одеждах. За ними суетились кучка детей — то толкались, то вертелись, а сами женщины, разговаривая, то и дело одёргивали малышей.
— Да в городе этих правил — как грязи! На улице даже телегу с быком поставить нельзя. Интересно, найдут ли наши мужики, где пристроить повозку…
— Найдут, конечно, — отозвалась вторая, чуть постарше. — Не в первый же раз они саженцы в город везут. Где-то поблизости точно есть стоянка для повозок. Подождём тут — и всё.
— Четвёртый, если ещё раз побежишь — убью на месте! — рявкнула она тут же, обернувшись к одному из пацанов, носившему гордое прозвище Эр Гоу (Собачка).
— Сяо Ву, назад! — подхватила первая. — Здесь не деревня, тут людей полно! Ещё схватит кто — и уведут!
Слово за слово, младшая вдруг озабоченно спросила:
— А стоянка эта… за неё ведь платить надо?
— Ну и пусть, — махнула рукой старшая. — Ты не слышала, что второй брат говорил? За эту поездку саженцев они хорошо выручат. Не стали бы нас с собой брать, если бы прибыли не было.
Та расплылась в довольной улыбке:
— Эх, раз уж в город выбрались, надо чего-нибудь хорошего купить, потом всем в деревне покажем!
Заговорив о покупках, невестки сразу оживились — лица засияли, разговор пошёл весёлый, оживлённый. Вскоре на перекрёстке показались двое молодых мужчин. Схожие черты выдавали в них братьев.
Заметив жён с детьми на краю улицы, старший сразу повысил голос:
— Мы же велели вам где-нибудь сесть! Чего на улице торчите?
Старшая недовольно взглянула на него:
— Мы же не местные, не знаем, где что! А если бы ушли, вы бы нас и не нашли!
Старший рассмеялся, неловко почесал затылок, тут же схватил за руки двух малышей:
— Всё, пошли! Папка вас в ресторан поведёт!
Услышав слово «ресторан», ребятишки заорали в восторге:
— Ура! Будет вкусненькое!
— Папа, я хочу сладкие пирожки!
— Дядь, мне тоже!
Пока дети радовались и прыгали от возбуждения, старшая невестка вдруг нахмурилась…
— Посмотрите на него! — фыркнула она, — только немного серебра в кармане появилось — и уже в ресторан потащился! Ты знаешь, сколько в городе стоит поесть? Да там за один обед всё, что у тебя в кошельке звенит, и улетит!
Младшая тоже поддакнула:
— Мы же с собой лепёшек прихватили. Сядем где-нибудь у чайной, возьмём по чашке чая, да перекусим — и хватит. Тяжело вам эти деньги достаются, не стоит зря тратить.
Но второй брат только улыбнулся и, взяв на руки малыша, подмигнул:
— Да потратим — так ещё заработаем! Вы ж не каждый день в город выбираетесь, хоть раз поешьте чего хорошего — вы это заслужили.
Жёны спорить не стали — видели, что уговорами не возьмёшь. Смирились, взяли детей и пошли следом.
Хотя братья и выглядели щедрыми на словах, но, проверив за пазухой увесистость кошеля, всё же начали озабоченно осматриваться по сторонам, приглядывая, нет ли где закусочной поскромнее и подешевле.
И тут до них донёсся весёлый, звонкий голос:
— Свежайшие жареные речные креветки! Порция — всего пять вэней! Такая возможность — не упустите, пробуйте скорей!
— Ароматная жареная утка! Всего пять вэней за тарелку! Попробуешь — и ещё захочешь!
— За пятнадцать вэней наешься досыта, за двадцать — как богач! Приходи в «Мэй Юань Цзи» — тут каждый обед в радость!
Семейка дружно повернула головы на голос.
Сяо Ву спросила тонким голоском:
— Папа, мама… а что такое «обнимашки с креветками»?
Второй брат со смехом перевёл взгляд на жену, и та, не удержавшись, прыснула:
— Глупышка, не «обнимашки», а «жареные в масле»! Это когда креветок маслом поливают и на огне обжаривают. Я в детстве тоже креветок ловила, целый таз натаскала! Мама мне тогда их отварила — такая вкуснотища была…
Если даже варёные такие вкусные… а жареные-то, в масле… м-м, так и представляешь, как пахнет! Добавьте сюда ещё и магическое обещание «наесться за пятнадцать вэней», и всё семейство — как по команде, будто ноги сами понесли — дружно шагнуло в двери «Мэй Юань Цзи».
Те Чжу — молодой парень, подрабатывавший зазывалой, — увидев, как в зал вошла целая толпа из десяти с лишним человек, тут же бросился их встречать:
— Здравствуйте, старший брат! Поесть пришли? Вам тут покушать или с собой упаковать?
Старший брат немного опешил — не сразу понял, что значит «здесь» и «с собой». Подумал и сказал:
— Мы прямо здесь поедим.
— Отлично, прошу за мной!
Увидев, что пришли большой семьёй, да ещё и с детьми, Те Чжу проводил их к круглому столу в углу зала — там было поспокойнее. Посадил, объяснил, что еду тут берут сами — у стойки, — и ушёл наливать им чай.
Старший оставил жену присматривать за ребятишками, а сам вместе с братом и невесткой отправился к стойке. А там — прямо перед ними — шесть или семь блюд, только что снятых с плиты, горячие, пар поднимается, запахи… такие, что сразу глаза на лоб лезут. Чего там только нет! Да такие вкусности — даже на свадебных пирах в деревне такого не видели.
Сначала они хотели, как и собирались, по пятнадцать вэней на брата — по скромному обеду. Но тут одно хочется, там другое… Ещё и услышали: мясное блюдо — пять вэней, овощное — три. Ну, и решили не мелочиться — взять всего понемножку.
А креветки… эти жареные креветки! Пахли так, что сносило крышу. Старший брат не удержался и заказал сразу пять порций. Цзюань-нян, девушка у прилавка, сложила всё в один большой поднос и протянула им.
Трое взрослых, неся полные блюда еды, вернулись к столу. Малыши, только что бегавшие и с визгом игравшие вокруг, лишь увидели, что принесли, — и тут же затихли. Каждый поспешил занять место, послушно усевшись за стол.
Запечённая утка с красно-коричневой корочкой источала аппетитный аромат, тушёная в соевом соусе фучжу сверкала золотистым блеском, яркая яичница с помидорами буквально манила взгляд, а салат из огурцов и крахмальной лапши выглядел хрустящим и свежим.
Но больше всего притягивало внимание блюдо, стоящее в самом центре стола — огромная тарелка жареных речных креветок в масле. Креветки были крупные, плотные, с круглыми спинками, покрытые румяной, блестящей корочкой — глядя на них, невозможно было оторвать взгляд.
— Я хочу обнимашек с креветками! — первой не выдержала Сяо Ву, с энтузиазмом воскликнув на свой лад.
Старшие дети уже не могли даже говорить — каждый схватил по креветке и сразу засунул в рот.
Соус был в меру солоновато-сладкий, а мякоть креветки — нежная и сочная. Как только кусаешь — мясо мгновенно отделялось от хрустящей скорлупки, а ароматный соус, смешанный с мягким вкусом свежайших креветок… это было что-то божественное.
Второй брат, подкармливая самого младшего, не удержался: взял одну креветку, откусил — и тут же всё понял. Хрустящая снаружи, нежная внутри — каждая креветка возбуждала аппетит всё сильнее. Сделал один укус… и всё. Ребёнок тут же был забыт. Он уже с жадностью тянулся за следующей.
Сяо Ву, увидев, как папа её игнорирует, обиделась и, надув губы, громко заревела:
— Папа! Мама! Я тоже хочу есть!
Жена второго брата в это время как раз мешала рис с яичницей и помидорами. Услышав плач, тут же повернулась и поспешно сунула дочке в руки чашку:
— Не плачь, пятая! Вот, на, поешь риса!
И тут же, не раздумывая, со звонким шлепком ударила мужа по затылку:
— Сказано же — корми ребёнка! А ты сам уже полную пасть набил!
Второй брат лишь промямлил что-то неразборчивое с набитым ртом — видно было, что оплеуха его совершенно не впечатлила: креветки летели в рот одна за другой.
Жена второго брата, глядя, как он уплетает креветок с таким аппетитом, что аж причмокивает, сама невольно сглотнула слюну.
Ну, пятая дочь ведь уже получила свою порцию… Может, и ей тоже попробовать одну?
Только она об этом подумала — старшая невестка уже пододвинула ей креветку:
— Ешь скорее! А то сейчас всё сметут — и не останется!
Посмотрев на детей, которые вели себя за столом как голодные волчата, она сразу поняла, что это вовсе не шутка. И не мешкая, тоже начала есть. Как только креветка коснулась её языка, она тут же поняла, почему её муж даже на подзатыльник не отреагировал. Это было… это было слишком вкусно! Слишком!
Прошло всего несколько минут — и от огромной тарелки жареных в масле речных креветок не осталось ни единой. Даже соус вычерпали дочиста.
Сяо Ву, которая сперва получила свою креветку, потом была благополучно забыта собственным отцом, немного повозмущалась, но тут же отвлеклась на рис с яичницей и помидорами. Маленькая чашечка в её руках быстро опустела — она уплетала за обе щёки.
Но вот поела, подняла голову — и увидела, что от креветок, которые так ей понравились… осталась лишь пустая тарелка.
Воспоминание о том вкусе тут же нахлынуло, и девочка снова расплакалась:
— Маааам! Я хочу ещё креветок!
В этот момент жена второго бртаа почувствовала укол совести. Съела, не подумав — а ведь могла бы оставить ребёнку ещё пару штук. Но не смогла устоять!
А за столом царил хаос — кто-то облизывал пальцы, кто-то уже скреб по дну чашек, а кто-то, как Сяо Ву, громко возмущался.
Второй брат бросил осторожный взгляд на старшего брата — всё же он старший, может… предложит заказать ещё?
— Боже правый! — выдохнул Те Чжу, подбежавший посмотреть, что происходит. — Сколько же вы съели креветок?!
Он и сам был весь в делах по залу, но каждый раз, когда оборачивался, видел, как старший брат снова и снова идёт к стойке за очередной порцией. Любопытство, наконец, пересилило, и он подошёл поближе взглянуть.
За столом детвора сидела, откинувшись на спинки стульев, с круглыми от сытости животами и блаженными выражениями на лицах. На столе — только пустые тарелки, горы креветочных голов и панцирей. Даже капли соуса не осталось — всё вылизано до блеска.
Те Чжу был потрясён:
— Да сколько же вы съели?! Это ж… рекорд какой-то!
Старший брат почесал затылок и, чуть смущённо, но всё же с некоторой гордостью ответил:
— Всего-то… тридцать пять порций.
— Т-тридцать пять?! — чуть не присел от удивления Те Чжу.
Пусть по пять монет за порцию — креветки ведь! — вроде бы и не очень дорого, но в сумме это больше ста семидесяти монет. А если ещё приплюсовать прочие блюда, это уже была солидная трата — особенно для семьи из деревни, где на такие деньги можно было жить несколько дней.
К счастью, рис стоил всего две медные монеты за большую чашку — только так они и смогли наесться досыта.
Услышав разговор, сидевший поблизости Эр Гоу поднял голову и посмотрел на Те Чжу.
— Дядь, — спросил он, — вы, горожане, каждый день вот так вкусно едите?
Для деревенского мальчишки вроде Эр Гоу сегодняшний день стал настоящим открытием. Оказалось, что в городских ресторанах такое количество блюд, и все такие вкусные!
Те Чжу, услышав это, с гордостью расправил плечи:
— Да не в том дело, что в городе едят вкусно каждый день — просто у нас хозяйка Мэй готовит хорошо! Я вот именно ради её стряпни и остался тут работать помощником!
Услышав его слова, вся ребятня разом уставилась на него с восхищением.
— Папа, когда я вырасту, я тоже стану городским!
— Папа, а я когда вырасту, буду работать помощником, тогда тоже каждый день буду вкусное есть!
— Дядя, у вас в заведении ещё берут помощников? Я хоть и маленький, но мне не надо платить, только бы кормили!
Очарованные вкусом жареных креветок, дети уже в столь юном возрасте обрели светлые мечты: ты станешь помощником, я стану помощником — у нас у всех будет светлое будущее.
Услышав последнюю фразу, Те Чжу вдруг ощутил приступ тревоги.
— Без денег нельзя! — поспешно воскликнул он. — Дети, еда — это хорошо, но вам ещё одеваться надо, родителей почитать, потом жениться, приданое копить и всё такое, так что без денег не пойдёт!
А то, если все станут работать за еду — не видать ему больше места помощника!
Но ребятишки были непреклонны — говорили, что главное, чтобы вкусно кормили, а остальное — хоть служба хоть женитьба — всё неважно, лишь бы поесть вкусненького!
Дети, наперебой болтая, подняли страшный галдёж. Те Чжу уже начал хвататься за голову от боли, как вдруг кто-то дёрнул его за рукав.
— Эй, дружок, — раздался голос, — ты говорил, что все эти блюда готовит некая хозяйка Мэй?
Те Чжу посмотрел на Второго брата, в первый момент не совсем поняв, к чему тот ведёт.
— А?.. А, да! Эту лавку открыла наша хозяйка Мэй! А готовит она — закачаешься! К тому же красивая, умница — ну просто чудо!
Второй брат слушал со всё большим воодушевлением и поспешно спросил:
— А она уже обручена?
Те Чжу хоть и работал здесь недолго, но уже слышал кое-что о разрыве помолвки Мэй-нян. Он помедлил, понимая, что такие вещи не стоит обсуждать с посторонними:
— Это…
Он ещё не успел придумать, как выкрутиться, как вдруг молодая женщина рядом резко вскочила и, не говоря ни слова, швырнула в мужа палочками, а затем кинулась на него с кулаками.
— Второй брат, ты совсем с ума сошёл?! Думаешь, я уже померла, что ли? Я вот сижу перед тобой, а ты уже на девиц засматриваешься? Ты бы вначале в лужу глянул — может, увидел бы, какой ты урод!
Второй брат закрыл голову руками, отмахиваясь, и жалобно завопил:
— Я ж для нашего третьего брата хотел узнать, не занята ли она! Сумасшедшая стерва, ты чего напала-то?!
— Ты меня ещё и сумасшедшей назвал?! Да я тебя сейчас прикончу! — взвилась его жена, отбросила палочки, вцепилась в мужа обеими руками и начала щедро щипать и царапать. — Родители твои живы-здоровы, старший брат тут, как штык сидит, а ты уже про женитьбу младшего взялся думать? Да ты, я смотрю, совсем распоясался!
Супруги в мгновение ока сцепились не на шутку. Старший брат, видя, как его младшего буквально сбили с ног, а невестка восседает у него на груди и лупит со всех сторон, как ни старался, не решался вмешаться — как-никак, он ей деверь. Он поспешно дёрнул за рукав свою жену, прося разнять дерущихся. Но старшая сноха даже не шелохнулась, сидела себе за столом и медленно потягивала горячий чай.
— Слушай, ты только не вмешивайся, — лениво бросила она. — У него ж и жена, и дети тут, а он себе дозволяет о чужой девке справки наводить — так ему и надо!
Невестки у них были дружны, и в этом вопросе солидарны: мужик только-только заработал немного денег — и уже туда же, то в ресторан прётся, то глазки на чужих барышень строит. Если сейчас ему не задать трёпку, он совсем в узду не полезет! Один за другим — все вообразили, что из себя что-то представляют. Так что этот глупец второй брат получил вполне заслуженно!
Старший брат, поняв, что помощи от жены не дождаться, решил сам пойти утихомирить дерущихся. Но не тут-то было: жена второго брата, сытая и довольная, вошла в раж — колотила с утроенной силой и не собиралась слушать никаких уговоров. Старшая невестка вместо того, чтобы вмешаться, ещё и мужа своего обратно усадила.
— Ты чего, моих слов не понимаешь, что ли? Я ж ясно сказала — не суйся! Или ты, может, как и твой брат, захотел с ума сойти?
Глядя на окровавленную физиономию второго брата, у старшего по спине прошёл холодок. Он выдавил самую безмятежную улыбку, на какую только был способен, и сказал:
— Жёнушка, ты наелась, а? Может, я тебе ещё креветок прикуплю?
Старшая невестка окинула его оценивающим взглядом и сказала:
— Наелась уже. Деньги свои прибереги, потом ведь ещё за покупками идти.
Пока двое обсуждали, куда ещё сходить за покупками, они и взгляда не бросили на дерущихся второго брата с женой. В итоге только Те Чжу, сжалившись, подошёл и оттащил второго брата из-под разъярённой супруги, тем самым спасая его от её "любовных объятий".
— Хватит уже! — взмолился он. — Я вам так скажу, не важно, вы за второго брата или за третьего — и не думайте о нашей хозяйке Мэй!
Эх, ну что же за человек эта мисс Мэй? Ещё даже на глаза никому не попалась, а её стряпня уже сводит народ с ума и мысли к свадьбе подталкивает!
Второй брат сидел на полу, лицо всё исцарапано, вид у него был унылый. Ну чего он такого хотел? Просто подумал: если бы его младший брат смог жениться на этой мастерице кухни, тогда бы их семья всю жизнь ела бы такую вкуснятину. Разве это плохо?
А жена почему-то его не поняла. Вот ведь: волосы длинные, а ум короткий!
Мэй-нян услышала, что где-то посреди зала уже дерутся за едой, и поспешила с У Сином посмотреть, что происходит. Увидев, что Те Чжу уже успел разнять дерущихся, а заодно и услышав, как кого-то зовут "старший брат" и "второй брат", она не выдержала и, уцепившись за столб, тихо расхохоталась.
Она давно знала, что в древности к выбору имён относились куда проще, чем в её прошлом мире. Многие называли детей просто по счёту или по дате рождения — например, Сы Цзю говорил, что родился в день "сы цзю" (четыре-девять). Она уже старалась привыкнуть к этим странным для неё обычаям, но всё равно часто слышала такие имена, что не могла удержаться от смеха.
К примеру, как можно не улыбнуться, услышав кого-то по имени Лао Лю, Ван Сяо Ба или, как сегодня, Сюн Да и Сюн Эр? Эти имена придавали её жизни в древности особое очарование.
У Син, боясь, как бы с сестрой чего не случилось, бегом прибежал за ней. Но, увидев, что она не только в порядке, а ещё и заливается смехом, сам слегка растерялся и непонимающе на неё уставился.
— Вторая сестра, ты чего смеёшься? — спросил У Син.
Мэй-нян с трудом сдержала улыбку и ответила:
— Ничего, просто вспомнила одну очень смешную вещь.
У Син ничего не понял, только кивнул:
— А-а… ну ладно.
Может, вторая сестра просто так радуется — всё же сегодня дела идут на загляденье! Речные креветки были раскуплены вмиг, и это, конечно, повод для радости.
Хотя, несмотря на хорошую выручку, у всех всё же осталось небольшое сожаление — креветок раскупили подчистую, а самим работникам даже попробовать не довелось.
Услышав от Те Чжу и Сы Цзю, как все наперебой нахваливали жареные креветки, Мэй-нян решила снова отправиться на южную улицу — вдруг ещё можно где-нибудь купить свежих. Хотелось приготовить немного и угостить домашних.
С трудом ей удалось найти ещё одного торговца креветками, но было уже после обеда, и креветки не были такими уж живыми и прыгучими, как утром — свежесть, увы, уже не та.
Тем не менее, она купила их, вернулась домой и велела тётушке Юй очистить креветок. Сама же занялась мясной начинкой: мелко порубила мясо.
Затем она замесила тесто.
Чем усерднее вымешивается тесто, тем оно становится более гладким и эластичным, а значит, и тесто для вонтонов будет более упругим.
Замесив тесто, она оставила его немного «отдохнуть», а в это время в мясной фарш добавила рубленый зелёный лук, соль, белый перец и большую ложку масла.
Держа палочки в одной руке, она начала аккуратно мешать мясной фарш в одну сторону, чтобы он стал вязким и упругим. Затем вновь принялась за тесто: вымесила его, отщипнула небольшие кусочки и раскатала их в тонкие, ровные лепёшки — тоньше, чем для пельменей.
В каждую лепешку она положила немного мясного фарша, добавила креветку, аккуратно защипнула края, а потом соединила два конца — так получился вонтон в форме золотого юаня.
В кастрюле закипела вода, и Мэй-нян опустила в неё вонтоны. Когда они всплыли на поверхность, это означало, что они готовы.
В миску она положила соль, соевый соус, кунжутное и ароматное масло, добавила половник бульона от варки вонтонов и размешала — затем опустила туда отваренные вонтоны, сверху посыпала зелёным луком и кинзой.
У Син уже пообедал, но, увидев, как Мэй-нян возится на кухне, не смог удержаться — всё кружил у порога, выглядывая. Когда вонтоны были готовы, он сам вызвался отнести их на стол.
Все уже давно поели, кто-то считал выручку, кто-то продолжал дела, и когда увидели, что Мэй-нян приготовила столько вонтонов, были искренне удивлены.
— Вторая сестра, ты ведь и так каждый день у плиты, устаёшь, зачем снова столько готовить? — с волнением сказала Цзюань-нян. — Лучше бы отдохнула.
Мэй-нян позвала тётушку Чан, тётушку Юй, Сяо Ба, Сы Цзю и Те Чжу, и с улыбкой сказала:
— Сегодня все не успели попробовать креветки, я хотела купить ещё, но на рынке они были не слишком свежие, вот и решила приготовить немного вонтонов — пусть каждый съест по чашке. Эти дни вы все так старались.
В последнее время дела шли на ура, хоть и прибавилось помощников, но нагрузка всё равно оставалась высокой, каждый трудился изо всех сил. Мэй-нян чувствовала себя неловко и хотела хоть чем-то отблагодарить — приготовить небольшую вкусную закуску в качестве поощрения за труд.
Узнав, что после обеда всех ждут вонтоны, все были приятно удивлены. Десяток человек сели тесным кружком, с аппетитом поедали вонтоны и пили наваристый бульон, чувствуя, как не только тело, но и душа расслабляются и согреваются. С такой доброй хозяйкой — хоть горы сворачивай!
Как раз в этот момент, когда за столом царила тёплая болтовня, вдруг от ворот послышался стук. Все переглянулись — на лицах застыло изумление.
Хотя на дворе стоял белый день, сейчас как раз не было часов работы заведения, и все окрестные жители и постоянные посетители это знали. Кто же мог прийти в "Мэй Юань Цзи" в такое время?
У Син ел быстрее всех — к этому моменту он уже доел свою чашку вонтонов, вскочил с места и поспешил открыть дверь.
Когда он распахнул ворота и увидел стоящего за ними человека, его изумление только возросло.
— Господин Ли? Как это вы здесь?
Услышав, что это Ли Тао, Мэй-нян подняла голову — и тут же встретилась с его взглядом.
Заметив её, Ли Тао сразу расплылся в улыбке. Он миновал У Сина и направился прямо к ней.
— Мисс Мэй, я специально пришёл к вам.
Мэй-нян встала и сказала:
— Господин Ли, присядьте вон туда, я сейчас принесу вам чаю.
— Не стоит утруждаться… — Ли Тао только открыл рот, чтобы сказать, что не хочет чаю, как его взгляд упал на чашки, стоящие перед другими.
В бледном бульоне плавали изумрудные полоски зелёного лука и кинзы, в нём покачивались аккуратные вонтоны, похожие на маленькие золотые слитки, а в воздухе витал насыщенный мясной аромат.
Увидев выражение его лица, Мэй-нян всё поняла. Она слегка улыбнулась:
— Подождите немного, я принесу вам чашку вонтонов.
Сегодня в ресторане было много людей, поэтому она заранее приготовила больше обычного — как раз хватит, чтобы угостить и Ли Тао.
Он уже давно не ел домашнюю стряпню от Мэй-нян, и, услышав её слова, пришёл в восторг, не стал отказываться и сразу прошёл к столику у окна.
Вскоре Мэй-нян подошла, неся в руках поднос. На нём стояли большая чашка с дымящимися вонтонами, блюдце с ярко-красным острым маслом чили и кувшинчик с уксусом.
Она аккуратно поставила чашку и приправы перед Ли Тао, а сама села рядом.
Увидев вонтоны, Ли Тао тут же отбросил все мысли о цели своего визита. Он поднял ложку, зачерпнул бульон, немного подул на него и отпустил в рот. Неизвестно, какие именно специи были добавлены в бульон, но он оказался совершенно не жирным, а на удивление насыщенным и вкусным.
Зачерпнув один вонтон с полупрозрачным тонким тестом, Ли Тао откусил половину — скользкая оболочка, нежнейшая мясная начинка, сочный и мягкий креветочный кусочек — всё это смешивалось в восхитительный вкус, не поддающийся описанию.
Попробовав один, он сразу же вылил всё красное масло чили в чашку с вонтонами.
Смешавшись с острым маслом, вонтоны стали ещё более пикантными, ароматными и шелковистыми. Ли Тао залпом съел всё, чувствуя, как тело наполняется удовольствием и лёгкостью.
Он достал носовой платок, вытер лоб и с удовлетворением вздохнул.
Затем он поднял взгляд на Мэй-нян и не сдержался:
— Мисс Мэй, это лучшие вонтоны, что я когда-либо ел!
Мэй-нян лишь улыбнулась и сказала:
— Господин Ли пришёл по делу?
Только тогда Ли Тао вспомнил, зачем он пришёл. Подумав немного, он спросил:
— Мисс Мэй, вы ведь управляете такой большой лавкой, наверняка у вас полно дел? Не знаю, найдёте ли вы ещё время, чтобы поработать поваром на стороне?
Мэй-нян спросила:
— Неужели господин хочет устроить у себя банкет?
Ли Тао поспешно замахал руками:
— Нет-нет, не у нас, а в доме моего дяди. Сейчас лето, стоит сильная жара, а моя кузина страдает от отсутствия аппетита и уже давно не ест как следует. Я подумал, если бы вы смогли прийти к ним и приготовить что-нибудь вкусное, быть может, у неё появился бы интерес к еде.
*Вонтоны с креветками 虾仁馄饨
Обновлено: 18.01.2026