Когда я вернулась в Павильон Пунгуйвон, мне случайно встретилась госпожа Кан. Почему-то её взгляд, устремлённый на меня, казался иным, не таким, как всегда.
Что это? Неужели и госпожа Кан знает, что сегодня я лишусь невинности? Неужели она смотрит на меня с такой жалостью именно поэтому?
В глубине души мне хотелось обнять её и разрыдаться. Как было бы хорошо, если бы я могла лечь в постель с тобой, а не с Наследным принцем!
— Ваше Высочество, пожалуйста, подождите немного. Я сейчас подам еду.
Пока я была погружена в свои терзания, Нокри, которая всё это время следила за моей реакцией, осторожно окликнула меня.
В этот момент во мне внезапно вспыхнул гнев. Я решительно подошла к столу и до краёв наполнила чашу вином, которое заранее приготовила Нокри. Осушив её залпом, я выпила ещё несколько чаш подряд.
«Да, я просто напьюсь в стельку. Буду лежать в постели так, чтобы меня и пушкой не добудились. А завтра утром всё уже закончится».
С этой мыслью я приложилась прямо к горлышку, когда в комнату вошла Нокри с блюдами в руках.
— Ох, Ваше Высочество! Как же можно пить в одиночестве! — воскликнула она, выхватывая кувшин из моих рук.
Глядя на неё, я жалобно заворчала, едва не плача:
— Это ты виновата! Почему ты так долго?!
Видимо, алкоголь уже начал действовать. Я даже забыла про подобающую Наследной принцессе величественную манеру речи.
— Как же вы умудрились так много выпить!
В голосе Нокри, упрекавшей меня, слышался гнев. И тут я внезапно вспомнила свою бывшую девушку. Каждый раз, когда я пил, она сердилась на меня точь-в-точь как Нокри. От этих воспоминаний мне стало ещё обиднее, и я крепко обняла её.
— Мне страшно… Слышишь, мне страшно!
— Тебе так страшно?
Кто-то спросил меня об этом. Это был низкий, спокойный мужской голос. Кто это? Почему здесь есть кто-то ещё, кроме Нокри?
В тот миг мне стало ужасно стыдно за то, что я, взрослый человек, вцепился в юную девушку и рыдаю. Я вскинула голову и затрясла ею:
— Не… не страшно. С чего это мне… должно быть… страшно…
Когда я, качаясь, стала всё отрицать, он снова заговорил:
— Вот как? Тогда, полагаю, пора начинать.
Как только мужчина договорил, я оттолкнула Нокри и, пошатываясь, взобралась на стул. Со всей силы грохнув кувшином по столу так, что тот разбился, я направила острый осколок в сторону мужчины и закричала:
— Ладно! Давай попробуем! Посмотрим, кто это тут посмеет лечь со мной в постель!
В комнате воцарилась тяжёлая тишина. Почувствовав, что голова кружится всё сильнее, я закрыла глаза. Перед внутренним взором весь мир пустился в пляс. В тот момент, когда я начала оседать, теряя равновесие, кто-то отобрал у меня разбитый кувшин.
— Ваше Высочество!
А-а, это Нокри. Это голос Нокри. Я поспешно развернулась и снова заключила её в объятия. Тело, коснувшееся меня, было стройным и нежным. Убедившись, что это точно Нокри, я со спокойной душой закрыла глаза и с улыбкой пробормотала:
— Нокри, давай спать.
Под моими руками тело Нокри казалось мягким. Но для женщины оно было каким-то… плотноватым. Под одеждой этого не было заметно, но, похоже, Нокри не помешало бы сесть на диету. Впрочем, говорить женщине, что она толстая (даже если она просто пышная), — это грубость, поэтому я решила промолчать.
Но вдруг со стороны Нокри потянулись руки и притянули меня к себе. Почувствовав, что роли мужчины и женщины поменялись, я попыталась сопротивляться. Однако Нокри, всё так же крепко обнимая меня, уложила на свободное место на кровати.
В этот момент я из последних сил потянула её на себя и оказалась сверху. Ласково погладив её по лицу, я зашептала:
— Хе-хе-хе! Красотка, я буду с тобой нежен.
Было немного странно, что Нокри, оказавшаяся подо мной, никак не реагировала. «Ну, наверное, стесняется», — подумала я и коснулась губами её лба. Затем я стала медленно покрывать поцелуями её лоб, переносицу и, наконец, спустилась к губам.
Когда я плотно прижалась своими губами к её губам, Нокри, лежавшая до этого как бревно, вздрогнула и проявила реакцию. Решив, что пришло время показать всё моё мастерство, я довольно усмехнулась.
Помогая застенчивой Нокри, я начала снимать с неё одежду. В ответ она тоже протянула руки и помогла мне раздеться.
О, а Нокри довольно активна. Мне это нравится. С трепетом в сердце я коснулась её обнажённой груди, но… ничего не нащупала.
Ого, меня надули. Я думала, там персики, а оказался изюм. Разочарование было огромным, но я не подала виду.
В моём затуманенном взоре фигура Нокри двоилась и троилась. Она слегка нахмурилась, на её лбу выступил пот. Радуясь, что она реагирует на мои ласки, я лучезарно улыбнулась ей. В этот миг Нокри, крепко обхватив меня, перевернула нас одним движением.
Оказавшись на спине, я всё так же глупо улыбалась, глядя на нависшую сверху Нокри. Что ж, мне всё равно. Я не против и женского доминирования.
— Давай, детка.
После этих слов Нокри начала страстно двигаться. Склонившись, она горячо целовала меня и без устали ласкала каждый сантиметр моего тела. Это было так приятно, что я то и дело издавала томные вздохи, наслаждаясь моментом.
Ах, как хорошо. Всё было безупречно, если не считать того, что тело Нокри, придавившее меня, было тяжеловатым. Когда она снова навалилась на меня всем весом, я прижалась губами к её уху и примирительно прошептала:
— Полегче! Да, вот так. А-а, не возбуждайся так быстро! Ха-а, не кусайся. Не кусайся, больно же!
Говорят, что сильное отрицание — это на самом деле утверждение. Несмотря на стоны боли, я продолжала задыхаться от восторга, отвечая на каждое движение Нокри.
— А, нет. Поза не та… Не… нельзя. Так не… войдёт…
Тело словно взмыло над облаками, и сознание окончательно помутилось. Казалось, будто я вижу сон. Ой, нет. Это действительно сон? Странно. Я же только что была с Нокри…
В этом сне не было ни змеи, ни корейской дыни. Только тёмно-синее море и маленькая лодка, мерно качающаяся на его волнах.
Ах, какой странный сон. Действительно странный…
Кое-как разлепив веки, я обнаружила, что в комнате слишком темно, и ничего не видно даже на расстоянии вытянутой руки. На мгновение я расстроилась, подумав, что события прошлой ночи были лишь сном, но тут же почувствовала рядом тепло другого тела.
Ах, это был не сон! Какое облегчение.
С довольной улыбкой я потянулась к Нокри и взяла её за руку. Но что-то было не так. Рука, коснувшаяся моей, хоть и была тёплой, имела слишком длинные пальцы и выдающиеся суставы для женщины. Это совершенно не походило на руку Нокри, которую я уже успела изучить.
В ужасе я подскочила и села на постели. И тут же решила проверить, кто именно лежит рядом со мной.
— Кха!
Такое чувство, будто меня схватили за горло. Поражённая до глубины души, я на мгновение забыла, как дышать, тупо глядя на безмятежно спящее лицо Чжэсона.
Нет, это мне кажется, потому что я ещё не проснулась. Этот человек не может быть Чжэсоном. Ни за что на свете.
— Есть кто на улице! Огня… Живо зажгите огни!
Когда я в истерике закричала, за пологом кровати послышалось движение. Вслед за этим один за другим зажглись светильники.
Как только яркий свет проник сквозь полог, я снова посмотрела на лицо лежащего рядом. Трагедия заключалась в том, что это был Чжэсон, и сомневаться не приходилось.
— Ах!
Услышав мой вскрик, Чжэсон приоткрыл глаза, несколько раз моргнул и, не вставая, встретился со мной взглядом. Не отрывая глаз, он медленно сел. Его волосы мягко рассыпались по плечам, обрамляя крепкое мужское тело.
Нелепо, конечно, но даже в такой ситуации я подумала о том, какой же Чжэсон красавец. Но вскоре рассудок мой остыл. Какая разница, насколько он красив, если он мужчина?
Как только эта мысль пришла мне в голову, я больше не могла оставаться на месте. Я поспешно спрыгнула с кровати и, обнаружив в груде одежды штаны, натянула их. Это был инстинктивный порыв — прикрыть самое важное. Но штаны оказались настолько велики, что тут же свалились. Чёрт, это были штаны Чжэсона.
Отбросив их, я лихорадочно отыскала свои вещи и кое-как надела их. Даже не успев толком завязать пояс, я выскочила наружу.
В душе я хотела сбежать за тысячи ли, но это было невозможно, так как Нокри подлетела ко мне и обняла, словно только и ждала моего появления.
— Ваше Высочество, поздравляю! Искренне поздравляю!
В этот момент у меня потемнело в глазах.
В бане, наполненной паром, было просторно и уютно, но моё лицо, пока я сидела в ванне, доверившись рукам Нокри, выражало истинное отчаяние.
Мне и так было паршиво, а Нокри буквально светилась от счастья. Не в силах смотреть на её радость, я опустила голову и заметила на своём теле рассыпанные тут и там тёмные пятна. Это были за засосы — следы, которые, как я думала, могу оставлять только я сам, но никак не получать на своё тело.
«Чжэсон, ты просто животное!»
Не в силах сдержать горечь, я с раздражением спросила Нокри:
— Тебе мой вид кажется таким забавным?
Заметив, что мне не до шуток, Нокри быстро опустилась на колени и склонилась передо мной:
— Простите, Ваше Высочество. Ваша рабыня просто растрогана за вас, я ни в коем случае не смею над вами насмехаться.
Понимая, что не стоит срывать злость на Нокри, я замолчала и закрыла глаза. Однако внутри всё равно продолжало всё кипеть.
Закончив купание и вернувшись в покои, я увидела Чжэсона, который, прислонившись к спинке кровати, о чем-то глубоко задумался.
Увидев его, я невольно попятилась. Но тут же спохватилась: «Что я такого сделала, чтобы бегать от него?»
Хоть на душе всё ещё было гадко, дело уже сделано. Будем считать, что меня укусила бешеная собака. Впредь нужно просто быть осторожнее, чтобы такого не повторилось.
Заметив моё присутствие, он медленно поднял голову. Мне ничего не оставалось, как встретиться с ним взглядом.
Судя по мокрым растрепанным волосам, он тоже только что из бани. Из-за небрежно запахнутого ворота на его мощной груди виднелось бесчисленное множество синих и багровых следов. К моему прискорбию, их было гораздо больше, чем на мне.
Шокирующая правда, которую не хотелось признавать, но пришлось:
Оказывается, я была ещё тем животным…
Что ж, видимо, придётся считать, что мы вничью.
Сохраняя максимально невозмутимый вид, я подошла к нему и демонстративно села за стол возле кровати. Я стойко выдержала его пристальный взор.
Я смотрела на него, ожидая хоть каких-то слов, но он продолжал хранить молчание. В конце концов, мне пришлось заговорить первой.
— Полагаю, мысли Вашего Высочества не слишком отличаются от моих, но всё же стоит прояснить ситуацию.
При этих словах Чжэсон молча приподнял бровь. Глядя ему прямо в глаза, я продолжила:
— Я бы хотела, чтобы подобное больше никогда не повторялось. Одного раза между нами более чем достаточно, не так ли?
Только тогда Чжэсон разомкнул плотно сжатые губы:
— Кто ты такая?
Ах, опять началось. Это проклятое: «Кто ты?».
Я устало закрыла глаза на мгновение, а затем снова открыла их. Я не могу сказать правду, а если и скажу, он всё равно не поверит — от этого становилось только тоскливее. Мелькнула пакостная мыслишка ошарашить его, сказав: «На самом деле я мужчина, так что прошлой ночью ты спал с мужиком!», но это были лишь пустые мечты.
Чжэсон всё так же смотрел на меня. Его взгляд был острым, как у ястреба. Но, возможно, из-за следов поцелуев, беспорядочно усеявших его грудь, он уже не казался таким пугающим, как раньше.
Заметив, что я в упор рассматриваю его грудь, он поспешно запахнул одежду. Видимо, решив, что его секундная суета выглядела недостойно, он опустил руки и снова холодно взглянул на меня.
— Отвечай! Кто ты, чёрт возьми, такая?
От его бесконечных банальных вопросов во мне вскипел гнев. Слышь, парень! Если тебе так любопытно, почему не спросил вчера, прежде чем всё начать?
Мне стало лень реагировать на каждый его выпад, и я ответила без особого интереса:
— Вы спрашиваете, потому что не знаете? Ваша рабыня — супруга Вашего Высочества.
Такому дураку бесполезно что-либо говорить. Он слышит только то, что хочет слышать.
— Твой ответ воистину нелеп. Ты что, за идиота меня принимаешь?
На миг я вздрогнула.
А! Как он узнал? Неужели я неосознанно произнесла свои мысли вслух?
Вероятно, моё испуганное лицо лишь подстегнуло подозрения Чжэсона, и его глаза стали ещё темнее и глубже.
— Раз Ваше Высочество так говорит, то какой именно ответ вы хотите от меня услышать?
— Что?
Мой вопрос застал его врасплох, и, воодушевившись его замешательством, я продолжила:
— Я — ваша супруга. Сколько бы вы ни спрашивали, мой ответ останется прежним. Конечно, если вы хотите услышать: «Ваша рабыня — не госпожа Чжан», я могу сказать и так. Но какой в этом смысл? Даже если я так скажу, очевидно, что вы и этому не поверите. И какая вам разница, госпожа Чжан я или нет? Ведь то, что вам нужно — это поддержка клана Чжан, а не я сама как человек!
Видимо, Чжэсон и в страшном сне не мог представить, что услышит от меня такие слова. Глядя на его слегка ошарашенное лицо, я высокомерно задрала подбородок. На душе стало так легко, будто я разом избавилась от многолетней тяжести.
Слышь, у тебя, видимо, предвзятое мнение, но думать, что у женщины с большой грудью нет мозгов — огромная ошибка. Большая грудь не является признаком глупости. Ты что, один такой умный на всём свете? Тоже мне, лягушка на дне колодца!
— Принц Чо сказал, что хочет жениться на моей второй сестре. Если это случится, она станет его супругой, и клан Чжан снова породнится с императорской семьёй. Если у вас есть время размышлять о том, кто я такая, лучше потратьте его на то, как сделать так, чтобы клан Чжан не бросил вас. Вам ясно?!
К этому времени на лицо Чжэсона вернулось обычное холодное выражение.
— Как глупо. Клан Чжан не может бросить меня. Ведь это всё равно что бросить тебя.
Это было меткое замечание. Вновь осознав, что он не самый простой противник, я спокойно перевела дух.
— Слова Вашего Высочества, если перефразировать, означают, что и вы не можете бросить меня. Ведь именно вы лучше всех знаете, что для того, чтобы стать Императором, вам абсолютно необходима сила клана Чжан. Так что сейчас я нахожусь в более выгодном положении, чем вы. Впрочем, можете не слишком расстраиваться по этому поводу. Когда вы взойдёте на престол, ситуация изменится. Вряд ли вы или ваши люди оставите меня в живых, когда я перестану быть полезной, верно?
Чжэсон, гневно дернув бровью, огрызнулся:
— Что ты задумала? Если я прикажу тебе умереть после того, как взойду на престол, ты что, просто покорно умрёшь?
— Это будет зависеть от того, как вы поступите.
От моего невозмутимого ответа брови Чжэсона сошлись на переносице ещё сильнее.
— Что ты сказала?
— Конечно, посидеть на месте Императрицы было бы неплохо, но я не думаю, что это стоит того, чтобы отдавать за это жизнь. Поэтому я просто брошу вас первой. Пока я и сила моего клана не будут на вашей стороне, вы не взойдёте на престол. Вы лучше меня знаете, каков конец Наследного принца, не ставшего Императором, так что я не буду опускаться до грубостей. Но я — другое дело. Пока за моей спиной стоит клан Чжан, я смогу сохранить свою жизнь в любой ситуации. И если я стану вдовой, мне плевать. Меня от мужчин уже тошнит, так что другого искать я не стану. Если не верите — скажите заранее. Отправляясь на тот свет, я захвачу с собой свою поминальную стелу добродетельной вдовы и лично покажу её вам, когда вы там окажетесь.
По мере того как Чжэсон слушал меня, его лицо становилось всё более кровожадным. Казалось, он прямо сейчас выхватит меч и снесёт мне голову. Но я до самого конца сохраняла спокойствие, будучи уверенной, что он не сможет меня убить.
К тому же, как бы обидно и унизительно это ни было для Чжэсона, мы находимся в резиденции Чан. Где найдётся смельчак, настолько безумный, чтобы убить отпрыска клана Чжан на их же собственной земле!
Я встретила его взгляд с холодной улыбкой, ничуть не уступающей его собственной.
Самолюбие его, конечно, уязвлено, но Чжэсон не может бросить ни меня, ни клан Чжан. Будь у него на то смелость, он бы не примчался в мои покои и не разделил бы со мной ложе сразу после того, как выслушал угрозы моего отца.
Обновлено: 20.02.2026