С самого первого дня личного похода императора мне было очень скучно. Все развлечения в кругу женщин сводились к тому, чтобы выпить по бокалу вина или посмотреть пекинскую оперу. Однако, когда вечером нагрянули евнухи и передали просьбу Его Высочества наследного принца явиться к нему в Павильон Пунгуйвон, я подумала, что уж лучше бы мне и дальше было скучно.
Госпожа Пом снова прослезилась — ей было невыносимо горько расставаться с дочерью, с которой она толком и поговорить-то не успела после долгой разлуки.
— И всё же матушка спокойна, видя, что с Вашим Высочеством всё в порядке. Будь моя воля, я бы и сейчас ни на шаг от вас не отходила, но нельзя же вести себя столь опрометчиво. Раз Его Высочество ждёт, скорее ступайте в Павильон Пунгуйвон. Вы пробудете здесь ещё несколько дней, так что мы обязательно найдём время для беседы.
Она посмотрела на меня глазами, полными бесконечной нежности. Словно материнским чутьём прозрев моё недовольство, она мягко наставила меня:
— Ваше Высочество, прошу, будьте покорны наследному принцу. Проявите кротость и добродетель, подобающую жене. Тогда очень скоро Его Высочество разглядит ваши достоинства.
Заметив, что я помрачнела ещё сильнее, госпожа Пом улыбнулась и понизила голос:
— То, что Его Высочество зовёт вас — добрый знак. Это значит, что он хочет видеть вас рядом. Не упрямьтесь. А то чего доброго Его Высочество и впрямь сбежит с госпожой Кан, что вы тогда будете делать?
Должно быть, госпожа Пом сказала это, чтобы поднять мне настроение, но мне было совсем не до смеха.
Хоть он и не говорил об этом прямо, Чжэсон определённо сомневался в моей личности. Честно говоря, будь я на его месте, я бы тоже не могла не подозревать ту, что не помнит даже лица родной матери.
До сих пор он оставлял меня прозябать в Восточном дворце в роли соломенной вдовы (что меня вполне устраивало), а теперь вдруг присылает евнухов, чтобы вызвать к себе в Павильон Пунгуйвон. Это и есть доказательство. Он боится, что я сболтну лишнего и раскрою, что я — фальшивая Госпожа Чжан.
Ах, как же тоскливо на душе. Поведение Чжэсона, который, кажется, следит за каждым моим шагом, натянув нервы до предела, ужасно раздражает. А ласковые улыбки и любовь этой женщины тяготят меня, словно одежда с чужого плеча.
Что же мне делать? Даже если это моё тело, правильно ли так жить?
Распрощавшись с госпожой Пом, я вышла за средние ворота и вместе с Нокри медленно направилась к Павильону Пунгуйвон. И надо же было такому случиться, что именно в этот момент мы увидели госпожу Кан, входившую в покои прямо по соседству с павильоном. Нокри тут же яростно заскрежетала зубами.
— Какой подлец так распорядился покоями! Почему эта девка, госпожа Кан, здесь?!
В отличие от Нокри, которая от негодования не находила слов и дрожала всем телом, я не могла не восхититься, глядя на заросли фиолетового бамбука, стоявшие между двумя домами словно живая изгородь.
Уж не знаю, кто занимался размещением гостей, но это просто гениально. Идеальное место для тайных свиданий любовников, просто идеальное.
У входа в покои нас встретил евнух. Он сообщил, что Чжэсон находится в кабинете. Судя по тому, как он подчеркнул это, меня приглашали именно туда. Оставив Нокри, я вошла в кабинет одна.
Внутри было светло, горели огни. Чжэсон с бесстрастным лицом читал книгу. Даже когда я вошла, он не оторвал взгляда от страниц и холодно спросил:
— Ну и как всё прошло?
— Ничего особенного не случилось.
Услышав мой ответ, Чжэсон поднял голову и взглянул на меня. В тот же миг я поняла, что мой тон был излишне жизнерадостным, и мысленно отругала себя. Эх, в следующий раз надо быть осторожнее, я и так под подозрением.
Впрочем, Чжэсон тут же снова склонился над книгой. Страницы переворачивались, но как-то слишком медленно. Было очевидно, что он только делает вид, будто читает, а сам витает в своих мыслях.
Я молча наблюдала за ним, пока он, наконец, не утратив самообладания, снова не посмотрел на меня.
— Хочешь что-то сказать?
— Скорее это Его Высочество хочет о чём-то меня спросить, не так ли?
После моего встречного вопроса Чжэсон на мгновение заколебался, но затем спросил:
— Почему ты не узнала даже своих домочадцев?
Вопрос был каверзным. Поэтому я снова ответила вопросом:
— А почему у Его Высочества при себе жизнеописания членов клана Чжан?
Чжэсон как-то странно усмехнулся и ответил невпопад:
— В книге под названием «Удивительные истории нашего мира» есть такой рассказ. У господина Цзяо, жившего в Южной гавани, была дочь, которая изменилась в одночасье. Она не узнавала ни родственников, ни друзей, ни даже собственных родителей, а её слова и поступки стали иными. Все думали, что она просто потеряла память, но проходивший мимо даос сказал, что в тело этой женщины вселился коварный демон. И единственный способ изгнать его — сжечь её заживо.
От его слов я вздрогнула.
— Неужели вы собираетесь сжечь меня?
Чжэсон продолжил, будто и не слышал вопроса:
— Но супруги Цзяо так дорожили дочерью, что побили даоса и прогнали его. Девушка же просто лишилась памяти, и никаких бед, что обычно приносят одержимые демонами, не случалось. Тем не менее, люди считали её проклятой, и никто не засылал к ней сватов.
Ох, везёт же людям. Хоть Чжэсон и не это имел в виду, я в глубине души позавидовала той девушке. Если бы такое случилось со мной на пару лет раньше! Не пришлось бы проводить дни в вечном напряжении, просто состарилась бы старой девой, и всё.
— Но я уже вышла замуж за Его Высочество, что же теперь делать? Собираетесь выгнать меня обратно к родителям?
На мой вопрос Чжэсон ответил размеренно, ни медленно, ни быстро:
— Брак наследного принца — это государственное дело. Изгнать уже принятую наследную принцессу практически невозможно.
Он немного помолчал, а затем заговорил снова:
— Однако позже госпожа Цзяо встретила Чжэн-гуна Хань Хуэйчэна. Тот человек не боялся демонов. Он взял её в жёны и всегда ладил с ней. Видя это, люди говорили, что только такой сильный духом человек, как Чжэн-гун, способен подавить её сущность. Однако вскоре после этого Чжэн-гун внезапно заболел и умер.
Ого, а сюжет-то принимает странный оборот.
Я вздрогнула и переспросила:
— Неужели демон, живший в госпоже Цзяо, наслал проклятие на мужа? И из-за этого он умер?
Чжэсон фыркнул, словно насмехаясь надо мной:
— Какое ещё проклятие! В подобное верят разве что деревенские бабы. Большинство помнит лишь то, какие выдающиеся военные подвиги совершил Чжэн-гун. И госпожа Цзяо очень помогла ему в этом.
— Какой прок в помощи, если Чжэн-гун в итоге скоропостижно скончался?
На моё возражение Чжэсон покачал головой:
— Чжэн-гун не умер. Он просто притворился мёртвым и сбежал.
Наступила тишина. Я смотрела на Чжэсона, гадая, зачем он рассказывает мне всё это. А он молча смотрел на меня. Ответ не приходил на ум, и Чжэсон, видимо, устав ждать, заговорил первым:
— Тебе нечего сказать?
Подумав, я спросила, как и прежде:
— Скорее, что именно Его Высочество желает услышать?
Чжэсон снова замолчал, и эта ситуация стала по-настоящему неловкой. Да говори уже! Что ты хочешь услышать? Каких слов ты от меня ждёшь!
Я нарочно зевнула и медленно поднялась. Раз я не могу точно угадать, какой ответ ему нужен, любые слова будут против меня.
— Долгий путь в личный поход императора утомил меня. Если у Его Высочества нет иных распоряжений, я бы хотела вернуться и отдохнуть.
Чжэсон, кажется, разгадал моё намерение ускользнуть, и его лицо изменилось. В тот момент, когда я уже взялась за ручку двери, он бросил острый вопрос:
— Ты ведь тоже прибыла из тех же мест, что и госпожа Цзяо?
Ого, какой проницательный! Хоть я и ругаю тебя за то, что в делах с госпожой Кан твоя голова — лишь украшение, иногда ты пугающе умён.
Замерев спиной к нему, я перевела дух и, нацепив на лицо беззаботную улыбку, обернулась:
— Ваше Высочество, должно быть, вы в последнее время очень переутомились. Госпожа Цзяо из Южной гавани, а я родом из Сондо, как же мы можем быть землячками?
Чжэсон молча смотрел на моё лицо, которое сводило судорогой от натянутой улыбки. А потом вдруг усмехнулся:
— Вот как.
Он согласился на удивление легко, но смысл его улыбки был очевиден: «Я не настолько прост, чтобы купиться на твою нескладную игру слов».
— Желаю вам Высочайшего почивания. Увидимся завтра.
Нарочито широко улыбнувшись, я повернулась к Чжэсону спиной и вышла из кабинета.
Даже не надейся. Думаешь, я признаю, что от Госпожи Чжан осталась одна оболочка?
Мне больше некуда возвращаться. Это тело, в котором я нахожусь — моё, и это место — моя единственная обитель, нравится мне это или нет.
Так что я ни за что не признаюсь.
А если не нравится — предъяви доказательства, хм!
Бух!
За закрытой дверью послышался шум. Должно быть, Чжэсон швырнул книгу.
Ну и характер. У кого он только научился швыряться вещами, когда всё идёт не по его воле? Ох, я так себя вести не буду. Зрелище жалкое.
Вернувшись в спальню, я не обнаружила Нокри. Только я хотела спросить у приставленной к покоям служанки, куда она делась, как Нокри вернулась.
— Всем выйти.
По приказу Нокри служанки покинули комнату, и она тут же придвинулась ко мне вплотную.
— Где ты была в такой час?
Нокри прошептала мне прямо на ухо:
— Я расставила своих людей. Чтобы, если Его Высочество вздумает пойти к этой коварной девке Кан, пока мы здесь, мне тут же доложили.
Я в изумлении уставилась на Нокри. Девочка, ты где страх потеряла? Где это видано, чтобы подчинённый ловил начальника на прелюбодеянии!
— Несмотря на то, что Его Высочество прибыл вместе с Вашим Высочеством в личный поход императора, он не ложится спать рядом с вами. Это наверняка из-за этой Кан. В императорском дворце за ней легче уследить, но здесь её покои слишком близко, трудно помешать. Поэтому мне пришлось приставить охрану.
Я просто лишилась дара речи. Я и раньше знала, что Нокри порой бывает до безумия смелой, но не слишком ли это опасно?
— Нокри.
— Да, Ваше Высочество.
— Чему именно ты собралась мешать?
Услышав мой вопрос, Нокри посмотрела на меня так, будто я спрашивала очевидное.
— Конечно же, госпоже Кан.
— А зачем ей мешать?
— Так ведь эта девка вертит хвостом перед Его Высочеством и соблазняет его.
— А как же Восточный дворец?
— Что?
— Разве Восточный дворец не полон женщин, которые спят и видят, как бы соблазнить Его Высочество?
Лицо Нокри вмиг стало отсутствующим. Казалось, об этом она даже не задумывалась.
— Ты ведь прекрасно знаешь, сколько в Восточном дворце ян-вон, наложниц второго ранга и сынми. Почему же ты оставляешь их в покое и так яростно ополчилась именно на жену Принца Чжао? Ты думала о причине?
Глядя на Нокри, которая после моих вопросов стояла как воды в рот набравшая, я невольно улыбнулась.
Нокри из тех, кто не может одновременно думать и говорить. Раз уж в голове у неё всё запуталось, язык на время затихнет. Моя голова и так готова взорваться, и я не в силах выносить ещё и болтовню Нокри, так что лучше оставить её наедине со своими раздумьями.
Вскоре кто-то подошёл к покоям и позвал Нокри. Нетрудно было догадаться, кто это. Тот самый соглядатай, которого она приставила.
Нокри выскочила наружу и вернулась быстро, бледная как полотно, как я и предполагала.
— Говорят, Его Высочество зашёл в бамбуковую рощу. Что же делать, Ваше Высочество?
В отличие от мечущейся Нокри, я не почувствовала ни удивления, ни гнева. Но осадок остался. Горько было осознавать, что все мои наставления, которые я давала Чжэсону по пути в резиденцию Чан, не возымели никакого действия.
Пока я хмурилась в тягостных раздумьях, служанка снаружи доложила:
— Ваше Высочество, Принц Чжао просит аудиенции.
Видимо, когда ситуация становится совсем абсурдной, остаётся только смеяться.
В этот глухой час Чжэсон отправился на встречу с женой Принца Чжао, а сам Принц Чжао пришёл ко мне? Реальность и впрямь драматичнее любого спектакля.
Направляясь в гостиную, где меня ждал Принц Чжао, я строила разные догадки о его намерениях. Если он пришёл просто излить душу, это ещё полбеды. Но если он предложит накрыть любовников на месте преступления — это будет проблемой. Нельзя позволить интрижке одной парочки разрушить мой грандиозный план — стать Вдовствующей императрицей.
Войдя в гостиную, я увидела Принца Чжао, сидевшего ровно, как по линейке. Увидев меня, он тут же встал и отвесил учтивый поклон.
— Ваше Высочество наследная принцесса!
В его приветствии чувствовалась какая-то близость. Должно быть, они с Госпожой Чжан были дружны.
Улыбка, с которой он смотрел на меня, была немного печальной. В этот миг я прониклась к нему сочувствием. Мало того что жена наставляет рога, так ещё и соперник — человек такого положения, которому и слова поперек не скажешь. Будь я на месте Принца Чжао, я бы, наверное, лопнула от злости.
И вот, пока я раздумывала, как бы его получше утешить, он внезапно заговорил со мной:
— Ваше Высочество, за последние несколько дней в Сондо (столице Южной Ся) произошло много забавных случаев. Ночью мне совсем не спится, а хранить такие истории в секрете — просто преступление, вот я и осмелился нанести вам визит, чтобы поделиться ими.
— Вот как. Что ж, рассказывайте, Принц Чжао.
Я благосклонно кивнула, понимая, что он использует это как предлог, ведь заговорить о Чжэсоне и своей жене напрямую ему было тяжело. И я приготовилась слушать.
Вопреки моим ожиданиям, Принц Чжао и впрямь начал нести всякую чепуху.
То о том, как третий сын из дома цензора Има женился на старшей дочери из дома академика Чо, и не прошло и месяца, как они в пух и прах разругались и подрались. То про одного богача, который взял сразу семерых наложниц, и когда те выстроились подавать чай старшей жене, очередь растянулась до самых ворот.
При этом Принц Чжао постоянно подливал себе чаю. А я уже была готова взвыть. Конечно, говорят, что нет ничего интереснее пожара и чужих сплетен, но всему же есть предел.
Когда мои глаза начали слипаться и слушать дальше стало выше моих сил, я поманила Нокри и шепнула ей на ухо пару слов. Нокри кивнула и вышла, а Принц Чжао продолжил свой бесконечный рассказ о чужих делах.
Вскоре Нокри вернулась и снова прошептала мне:
— Его Высочество вернулся.
Только тогда я пришла в себя и поднялась с места. Посмотрев на Принца Чжао, я сказала:
— Принц Чжао, уже очень поздно. Не пора ли вам вернуться в свои покои?
Спокойное лицо Принца Чжао вдруг дрогнуло.
— Уже поздно?
— Да, определённо поздно.
— Тогда Ваше Высочество тоже вернётся в покои и изволит почивать?
— Если вы хотите поговорить ещё, я могу позвать Его Высочества наследного принца. Не будет ли это прекрасным поводом укрепить братские узы?
Услышав это, Принц Чжао поспешно вскочил и замахал руками:
— Нет-нет, что вы. Я зайду в другой раз.
— Не провожаю. Доброго пути!
Едва выставив Принца Чжао, я поспешила в спальню и рухнула на постель. Сметливая Нокри тут же подошла и принялась массировать мне плечи и ноги. Она точно находила уставшие мышцы, хотя сил ей поначалу не хватало. Но стоило мне указать на это, как она быстро освоилась.
Вскоре под приятный массаж Нокри я погрузилась в глубокий сон.
Обновлено: 20.02.2026