***
Ясно, тема закрыта. Больше о Стимпанковом Небосводе ни слова, если только обстоятельства не прижмут к стене. Я верю чутью Ашура: если он питает к ним такую неприязнь, значит, на то есть веские причины. В этом я был уверен.
— А что твой Орден? — спросил я, стараясь перевести разговор на тему, которая могла быть ему приятнее.
— А? Ну да, пожалуй, об этом беседовать куда интереснее, — Ашур на мгновение замер, и мне показалось, будто в этот миг он обращался вовсе не ко мне. Впрочем, наваждение быстро прошло. Он выдернул кирку из земли и повернулся ко мне всем корпусом. Покопавшись в сумке, он выудил горсть семян — скорее всего, тыквенных. — Сперва я покажу тебе, как правильно засевать грядки, потом перейдем к валке леса, и там я продолжу рассказ.
Я наблюдал, как он мастерски распределяет семена по вскопанной земле, и видел, что настроение его снова улучшилось.
— Вот увидишь, дня через три у нас будет отличный урожай.
— Три... дня? — я не скрывал изумления.
— Угу, большинству растений здесь хватает трех дней, чтобы созреть, — Ашур сокрушенно покачал головой. — Это, пожалуй, самая тяжелая часть фермерства: смотреть на сочные овощи и знать, что они еще не готовы. Настоящая пытка, честное слово.
— Дома растениям требуется куда больше времени, — объяснил я, с нарастающим шоком наблюдая, как семена на глазах начинают пускать корни в почву. В этом не было ничего нормального, но чего еще ждать от места, где по ночам летают гигантские глазные яблоки? — На те же тыквы иногда уходит по нескольку месяцев.
— Припоминаю, кто-то из твоих предшественников упоминал об этом. Ума не приложу, как вам удавалось кого-то прокормить при таком черепашьем росте... — пробормотал Ашур, убирая кирку в сумку. Инструмент был явно длиннее самой сумки, но скользнул внутрь без малейшего сопротивления. — Идем, подберем подходящее дерево.
Я покосился на свою сумку на бедре и сглотнул. Столь явная магия вызывала у меня смутное беспокойство, но я подавил его и тоже спрятал инструменты в «бездонное» хранилище. Снаружи остался только короткий меч на поясе.
***
— Главное — работать корпусом, но и угол удара важен, — наставлял Ашур, отходя от только что поваленного ствола.
В его исполнении всё выглядело подозрительно просто: он методично обрушивал топор на древесину, чередуя углы так, чтобы дерево упало ровно туда, куда он задумал.
— И никогда не стой на пути падения. Пару раз я чуть не лишился пальцев на ногах из-за собственной глупости, так что учись на моих ошибках, идет?
— Кажется, я понял, — ответил я, наблюдая, как он подходит к поверженному дереву со своей сумкой.
Ствол на мгновение вспыхнул и на моих глазах начал рассыпаться, точно детали сложного конструктора. Часть за частью он втягивался в маленькую сумку, не встречая никаких преград. Эти мешки были за гранью понимания. Я опасался даже применять «Структурный анализ», боясь ненароком что-нибудь сломать. Раньше мне никогда не доводилось держать в руках настоящие мистические коды, так что опыта в обращении с подобными вещами у меня не было.
Очевидно, это была еще одна грань алхимии Ашура: чары, наложенные на обычную ткань, превращали «захваченный» материал в энергию, которая хранилась внутри и принимала исходную форму лишь по желанию владельца. Если закрыть глаза на безумность самой концепции и на то, что Ашур отдал мне такой артефакт даром, вещь была невероятно полезной. По крайней мере, это объясняло, как он в одиночку отстроил свою хижину. Что именно значило «захватить» предмет, я так и не понял, но Ашур не смог объяснить это доступнее.
Он указал на следующее дерево, и на этот раз настала моя очередь. Расставив ноги пошире, я приложил лезвие медного топора к коре, примериваясь. Затем с хриплым выдохом нанес удар. Металл глубоко вошел в древесину, и во все стороны брызнули щепки. Я удивленно моргнул, вырывая топор. Оказалось куда легче, чем я ожидал.
— Да, хватка у тебя есть, — одобрил Ашур, опершись на свой железный топор, как на трость. Он внимательно следил за тем, как я повторяю его движения, стараясь максимально расширить срез за кратчайшее время. — Так что ты хотел узнать об Ордене Проводников?
— Если это поможет скоротать время за работой, — ответил я, не сводя глаз со ствола.
— Если вкратце, это печальная история. Орден состоял из ученых, посвятивших себя сохранению древних легенд и знаний. К ним шли, когда нуждались в мудрости или... да в чем угодно, по большому счету, — начал Ашур, присев на пень. — Они давали советы и беднякам, и королям, полагаясь на древние тексты, магию и дар предвидения. Меня подкинули к их порогу еще младенцем, и они меня приютили.
— Ты говоришь о них в прошедшем времени? — я прервался, заметив, как помрачнел мой спутник. — Что с ними случилось?
— Их больше нет. Я — всё, что осталось. Те книги, что ты видел у меня в доме, — лишь малая часть знаний, которую мне удалось спасти после резни.
Он глубоко вздохнул. Я поморщился, понимая, что затронул болезненную тему, но вопросы требовали ответов. Впрочем, спрашивать не пришлось — Ашур всё понял по моему лицу.
— Знаю, о чем ты думаешь: как они могли погибнуть, если видели будущее? У меня нет точного ответа, я ведь так и не унаследовал этот дар. Но есть две теории. Первая: они знали о своей участи, но верили, что попытка избежать смерти принесет миру больше вреда, чем пользы.
Я не мог даже вообразить, каково это — видеть собственное будущее. Что чувствует человек, знающий точный день своей кончины? Утешение или первобытный ужас? Что почувствовал бы я сам?
— И вторая: тот, кто пришел за ними, был неподвластен судьбе. Звучит жутко, но, зная его, я не могу исключать такой возможности, — закончил Ашур и перевел взгляд на дерево, с которым я уже почти расправился. — Не перенапрягайся, времени до заката еще полно.
— Но зачем кому-то истреблять мирных ученых? — не унимался я. Сама мысль о бессмысленном убийстве вызывала отвращение. — Ты говорил, они помогали всем безвозмездно. Разве это не выгодно всем?
— На них напали именно потому, что эта выгода была слишком очевидна, — Ашур повернул голову в сторону далеких гор, чьи пики терялись в облаках. — Это случилось лет десять назад. Тиран Джунглей как раз начал свое завоевание планеты... Пожалуй, это самая долгая из моих историй. Прости, сейчас я не готов пересказывать её в подробностях. Может, как-нибудь в другой раз.
Довольно тактичный способ уйти от разговора. Но мои мысли уже зацепились за услышанное. Тиран Джунглей? Сам титул рисовал в воображении образ правителя, который держит мир в ежовых рукавицах и с ледяным спокойствием жертвует подданными ради своих целей. Тот тип людей, которых я презирал по определению.
— Он потребовал, чтобы Орден поклонился его военной машине. Те отказались, и он вырезал их всех до единого — мужчин, женщин и детей, — чтобы никто не смог помочь его врагам, — Ашур поджал губы. — Насколько я знаю, выжил только я. Поэтому я и прячусь здесь: не хочу, чтобы он пришел за мной, если я окажусь слишком близко к остаткам цивилизации. Мои учителя, наверное, разочаровались бы во мне — в том, что я сбежал, а не продолжил их дело. Но я просто не хочу умирать. Это моя главная цель — остаться в живых.
— Тогда... почему ты помог мне? — я не выдержал и отложил топор.
Желание жить — это естественно, и я никогда бы не посмел осуждать за это. Презирать кого-то за страх смерти — значит самому перестать быть человеком. Тот, кто не боится конца, делает шаг в сторону от человечности к монструозности. Но я был магом. Нас учили ходить рука об руку со смертью, принимать её как неизбежность, которая в любой момент может забрать тебя или тех, кто тебе дорог. И всё же Ашур, при всей его осторожности, рискнул всем ради незнакомца.
Обновлено: 03.02.2026