Том 1 Глава 26 — Глава 26

— Хм-м… После того, как Ашер едва не погиб, Кассия терпеливо начала объяснять детали своего видения. Это… было не то, чего он ожидал. Он был уверен, что окажется в нём. В конце концов, он считал, что неплохо справляется. Однако о нём не было ни слова. С задумчивым видом Ашер уставился в землю. Мыслями он был далеко. «Это потому, что я чужак?» Нет, не может быть. Он был там. Он был в этом уверен. Но видение, описанное Кассией, отличалось от того, что он помнил из новеллы. Не радикально, но всё же. Одна деталь выделялась: она упомянула изуродованный труп в золотых доспехах, а перед ним — темноволосую фигуру. Его взгляд незаметно метнулся к Санни. Если догадка верна, то в этой версии событий Гунлауга каким-то образом убил Санни. Не Нефис. Он не знал, как это произошло и что к этому привело, но такое незначительное изменение намекало на куда более серьёзный сдвиг в причинно-следственной цепи. В её видении были и другие крошечные отличия — мелкие, но значимые. Эффект бабочки оказался реален, и этой бабочкой был он. А затем голос Кассии стал более нерешительным. — В конце я увидела колоссальный, ужасающий Багровый Шпиль. У его основания семь отрубленных голов охраняли семь замков. А на вершине… умирающий ангел, которого пожирали голодные тени. Когда я увидела, как ангел истекает кровью, я внезапно почувствовала, будто… нечто бесценное, невыразимое словами, отрывают от меня. Её голос дрогнул и перешёл в шёпот. — Но это было не всё. Я… Я… — Голос Кассии сорвался, она вздрогнула и умолкла. Санни вздохнул и отвернулся. Нефис мягко положила руку на плечо Кассии, а затем повернулась к Ашеру. — На этом она остановилась и для нас. Полагаю, ей потребуется время, прежде чем она будет готова поделиться остальным. Ашер медленно кивнул. Ему, конечно, было ужасно любопытно, но один взгляд на Кассию говорил, что она не готова. Давить на неё — значило лишь ранить. И всё же его мысли неслись вскачь. «Моё присутствие изменило ход событий… Повлияло на поведение Нефис и Санни? Это единственное логичное объяснение. Видение немного изменилось, потому что здесь существую я». Это было единственное логичное объяснение. Он не был с Санни и Кассией, когда они добрались до врат. Он не появился в её видении. И тем не менее, видение было другим. Что-то сдвинулось. — Как всё сложно, — наконец пробормотал Ашер, устремив взгляд в ночное небо, усеянное незнакомыми звёздами. В то же время Санни разочарованно выдохнул: — Те два панцирных монстра… они направлялись на запад. Моя тень последовала за ними. На группу опустилось тяжёлое молчание. Запад. То самое направление, в котором они двигались. Лица у всех помрачнели. Кроме Ашера. Ему не нужно было гадать, что ждёт их впереди. Он уже знал. И от этого было только хуже. ***​ Наступило утро. Нефис сидела, скрестив ноги, в глубокой медитации. От неё веяло спокойствием и сосредоточенностью. Мягкая аура пульсировала вокруг неё, словно дыхание спящего клинка. Неподалёку Санни и Кассия о чём-то тихо переговаривались, их голоса сливались с утренней тишиной. Ашер тем временем обнаружил, что ему совершенно нечем заняться. Руки так и чесались что-нибудь сделать. После недолгого внутреннего спора он с ухмылкой направился к Нефис. — Редко увидишь, как эти двое болтают, — небрежно заметил он, кивая в сторону Санни и Кассии. Нефис медленно открыла глаза, выдыхая через нос. — Ты прервал мою медитацию, — ровно сказала она. Ашер неловко рассмеялся: — Ой. Моя вина? Её светлые глаза холодно блеснули. — Ты что-то хочешь? — Ничего особенного, — ответил он, всё ещё ухмыляясь. — Тогда уходи. Грубо. Ашер отступил на шаг, картинно утирая воображаемые слёзы. — Ой. Ты настолько хочешь, чтобы я ушёл? Нефис колебалась. Выражение её лица изменилось — едва заметно, но всё же. Она слегка отвернулась, опустив взгляд. — Н-нет… Я просто… предпочитаю уединение, — пробормотала она. Ашер склонил голову набок, глядя на неё. Тёплая улыбка тронула его губы. — Уединение, да? — пробормотал он. — Ладно, ладно, я ухожу. Он повернулся, лениво махнув рукой через плечо. Но не успел он и шагу ступить, как почувствовал, что на его плечо легла твёрдая рука. Он замер. Медленно обернувшись, он увидел Нефис. Глаза у неё были холодными, но губы тронула лёгкая усмешка. — Две тысячи взмахов мечом, — ровно произнесла она. Ашер побледнел. — Погоди. Что? Её взгляд стал острее. — Сейчас же. ***​ — …1462… — …1463… Его взгляд метнулся в сторону. Нефис больше не держала тренировочную палку. Теперь у неё был настоящий меч. Заметив его взгляд, она одарила его спокойной, безмятежной улыбкой. Ашер вздрогнул. «И-ик! Жутко!» Ашер прибавил темп. Та Нефис вернулась. Нужно было поскорее от неё избавиться, а самый быстрый способ — закончить эту муку. — …1998… — …1999… — …2000… Ашер наконец позволил мечу выскользнуть из дрожащих пальцев и с хрипом рухнул на землю. — КАССИ! ВОДЫ! — прохрипел он. Прежде чем Кассия успела ответить, Нефис опустилась рядом с ним, протягивая знакомую флягу. Ашер без колебаний схватил её, жадно глотая воду. Он вытер рот, тяжело дыша, и повернулся к заходящему солнцу. — Эй, Неф. — М-м? — ответила она, её тон смягчился. — Ты серьёзно говорила… что предпочитаешь уединение? — спросил он, положив подбородок на колени. Нефис проследила за его взглядом. Выражение её лица было непроницаемым. — Не знаю, — вздохнула она. По правде говоря, она сказала это сгоряча. Но теперь, поразмыслив, она действительно не знала. — Понятно, — его взгляд опустился. — Лично я думаю, что никто не предпочитает уединение. — Нефис перевела взгляд на Ашера. «Какие у него длинные ресницы…» — рассеянно подумала она. Ашер посмотрел вниз, на одинокого раненого падальщика, искавшего убежища в тени статуи. — Многих обстоятельства просто вынудили уединиться, и они отказываются из него выходить. — Нефис тоже посмотрела на падальщика. Измученный и раненый, он зарылся в неглубокую яму, спасаясь от сородичей. Она слишком хорошо понимала это чувство. Убийства. Предательства. Кровь близких, впитывающаяся в пол. Было время, когда выход из комнаты означал верную смерть. Но не только поэтому она перестала выходить. Нет. Настоящая причина была… — Они боятся. Зрачки Нефис сузились. Ашер продолжил: — Боятся, что если выйдут, придётся нести ответственность. Если выйдут, они больше не смогут сбежать от реальности. — Ашер прищурился и криво улыбнулся, глядя на восход. — Если они выйдут, люди могут снова причинить им боль… . . . На какое-то время между ними повисло молчание. — Понятно… — наконец произнесла Нефис, вставая. Её губы тронула лёгкая улыбка, взгляд задержался на Ашере. «Мы и вправду похожи…» Ашер продолжал смотреть на яркое солнце. Он казался далёким, погружённым в свои мысли. Нефис открыла рот, чтобы заговорить, но слова застряли в горле. Она знала, что хотела сказать, но не знала, как. Ашер нарушил тишину смущённым смешком. — Прости. Я, кажется, испортил всю атмосферу. Хочешь чего-нибудь поесть? Он встал и пошёл было прочь, но остановился, когда Нефис окликнула его: — Эй. Он обернулся. Она шагнула ближе. Выражение её лица было неловким, но искренним. Затем, едва заметно дёрнув пальцами, она неуверенно подняла большой палец вверх. Голос её был твёрд, хоть глаза и выдавали более глубокие чувства. — Я… я буду тебя защищать. Ашер застыл. На мгновение мир пошатнулся. За спиной Нефис мелькнула тень — старое, мутное воспоминание, непрошено поднявшееся из глубин его разума. На полу лежала женщина, вся в глубоких ранах, истекающая кровью. Она прижимала к себе ребёнка, его крошечная фигурка дрожала в её объятиях. Раздался дрожащий голос, который, как он думал, давно забыл: — А-Ашер… н-не волнуйся! Мама тебя… защитит! Его рука дрогнула. Прошлое ворвалось в настоящее. — В-всё в порядке, — пробормотал он, выдавив из себя улыбку. — Тебе не нужно… Но Нефис покачала головой. — Буду, — просто повторила она. Затем, повернувшись туда, где стояла Кассия, она добавила тихим, твёрдым голосом, в котором слышалось что-то невысказанное: — Потому что я так хочу.