Старик, опираясь на трость, брёл по улице, нетвёрдо переставляя ноги. Внезапно он поднял голову и заметил впереди Эйрда.
Не придав этому особого значения, старик лениво махнул рукой в знак приветствия:
— Доброго дня, Эйрд! Как поживает твой дядюшка?
Эйрд снял шляпу и с натянутой улыбкой ответил:
— Благодарю за заботу, сэр, у него всё неплохо. Только вот время неудачное — в прошлом месяце его снова перевели в Средиземноморский флот на ротацию. А не то он непременно был бы сегодня на приёме и смог бы вас увидеть.
Старик слегка кивнул и перевёл взгляд на стоявшего рядом Артура.
— А это кто?
Эйрд поспешно представил его:
— Это мой друг, Артур Гастингс. Он учёный, которого генерал Кодрингтон пригласил сегодня в качестве гостя, а также суперинтендант Скотленд-Ярда.
— Полицейский? — недовольно скривился старик. — Терпеть не могу полицейских.
Сказав это, он, не обращая больше на них внимания, прошаркал мимо, опираясь на свою трость. Вскоре из гостиной донёсся шум, похожий на переполох в курятнике.
— Генерал Смит, как вы здесь очутились?
— А что, мне нельзя?
— Я не это имел в виду. Просто я слышал от коллег из Адмиралтейства, что вы переехали в Париж, вот и подумал, что в Лондоне вас не застать.
— Вы что, не знаете, что в Париже революция? Там сейчас неспокойно, а я старый человек, мне такие встряски ни к чему. Вот и вернулся в Лондон, переждать в тишине. Как только там всё уляжется, так сразу обратно. Хм… А это кто? Ого, Кокрейн?! Ты же, щенок, клялся, что твоей ноги больше в Британии не будет! Что, по твоему виду, сдался Адмиралтейству?
— Это всё в прошлом, генерал Смит. Вспомните, как я в парламенте до хрипоты поддерживал вас и генерала Пеллью по поводу блокады Тулона. Сжальтесь, придержите язык.
— Тулона? Да как у тебя язык поворачивается упоминать Тулон, сукин ты сын?! Это не ты ли предложил Адмиралтейству направить на Тулон эскадру брандеров, начинённых взрывчаткой, для самоубийственной атаки? Конечно, ведь не тебе эскадрой командовать! Ты хоть понимаешь, что за дерьмовый совет ты дал? Слава богу, у Адмиралтейства в тот раз хватило ума тебя не слушать. А то пустили бы все корабли на таран, и чем бы я тогда командовал, сардинами, что ли?
— Да, это было моё предложение, но вы должны учесть его обоснованность. Ранее в битве на Баскском рейде я как раз применил атаку брандерами и успешно разгромил французский флот Бреста под командованием Альмана. Если бы только этот ублюдок Гамбиер не приказал мне отступить, я бы уничтожил все одиннадцать французских линкоров и одержал бы победу, сравнимую с Трафальгарской, или, по крайней мере, не уступающую битве при Абукире. Но Гамбиер, этот сукин сын! Он ещё до начала боя отверг моё предложение об атаке брандерами, заявив, что «это жестокий метод ведения войны, противоречащий христианской морали». А когда увидел, что моя атака принесла ошеломительный успех, тут же запретил преследование и приказал флоту немедленно отступить. А самое смешное, что после боя он отдал меня под военный трибунал! Скажите на милость, ну не ослом ли он рождён?!
— Ладно, ладно, остынь, двадцать лет прошло. Но я с тобой согласен, Гамбиер и впрямь ублюдок. В этом вопросе мы с тобой и генералом Элиабом Харви сходимся во мнении: у Джеймса Гамбиера нет ни военных талантов, ни элементарных способностей для командования флотом. Он просто высиживал звания. Повезло ему, что он вступил в Королевский флот в 1768-м, отбыл стажировку в море, а тут как раз война за независимость в Америке в 1775-м подоспела. Вот он, едва сдав экзамены в Адмиралтействе, и получил под командование корабль. Но даже при том, что война шла постоянно, ему понадобилось почти двадцать лет, чтобы с капитана фрегата дорасти до капитана линкора, и то лишь в 1794-м. А потом он, сукин сын, за выслугу лет дослужился до контр-адмирала. А дальше эта собака и вовсе перебралась в штаб Адмиралтейства протирать штаны. Дальнейшее тебе известно. Наш скромный и честный генерал Гамбиер, словно поцелованный Богом, всего за десять лет проделал путь от контр-адмирала до адмирала. Кстати, я слышал от Кодрингтона, что в этом году Гамбиера вместе с Уильямсом-Фрименом и Чарльзом Поулом произвели в адмиралы флота. В Адмиралтействе совсем с ума посходили?
— А что тут поделаешь? Адмирал флота Гамбиер ведь в хороших отношениях с его величеством королём. Ты же знаешь, наш монарх прослужил в Северной Америке двенадцать лет…
Эйрд повернул голову к гостиной с таким выражением лица, будто увидел привидение.
Вскоре из комнаты, вытирая пот со лбов, вышли трое морских капитанов, которые до этого находились там.
Артур, увидев их, не удержался от улыбки:
— Господа, тоже за спичками вышли?
Трое капитанов обменялись вымученными улыбками.
— По сравнению с пребыванием в гостиной, поход за спичками — сущая благодать, — произнёс капитан Фицрой.
— Когда же придёт генерал Кодрингтон? — проворчал Франклин. — Только он сможет утихомирить этих двоих.
Сэр Эллиот на это лишь беспомощно вздохнул:
— Не думаю, что это поможет. Адмирал Томас Кокрейн, хоть и моложе по званию, в своё время и приказам адмирала флота Гамбиера не подчинялся. А когда его отдали под трибунал, он прямо в зале суда обругал Гамбиера трусом и мямлей, а потом ещё и в парламенте клеймил Адмиралтейство за коррупцию и косность. Что до генерала Сиднея Смита, то он по выслуге старше генерала Кодрингтона и ушёл в отставку в чине адмирала. А главное, когда он служил на Средиземном море, то и самого Нельсона ни в грош не ставил. Его эскадра ходила где вздумается, заходила в египетские воды, не спрашивая разрешения у Нельсона, который был командующим в том регионе. А потом ещё и несколько раз через голову Министерства иностранных дел заключал сепаратные мирные соглашения с французами. Генерал Кодрингтон справится с османами, но с этими двумя ему точно не совладать.
Эйрд тоже не удержался и пробормотал:
— А разве генерал Смит прославился только этим? Я слышал, в молодости он, кажется, обрюхатил королеву Каролину?
Капитан Фицрой, услышав это, сурово зыркнул на него:
— Помалкивай об этом. Там дело тёмное, до конца неясно. Генерал Смит был лишь одним из замешанных, кроме него под подозрением были сэр Томас Лоуренс и сэр Джордж Каннинг.
Эйрд от удивления чуть не поперхнулся:
— Что?! И они тоже?
Артур, услышав это, поспешно потащил Эйрда к выходу, на ходу извиняясь перед капитанами:
— Прошу прощения, нам нужно отлучиться. Мы с Эйрдом должны купить спички для адмирала Кокрейна.
С этими словами он быстро вывел Эйрда из особняка Кодрингтона. Только оказавшись на улице, под лучами клонящегося к закату солнца, среди снующих экипажей, Артур замедлил шаг.
Они остановились у красной кирпичной стены. Артур достал свою трубку и коробок спичек, глубоко затянулся.
Когда дым взвился в воздух, он бросил коробок Эйрду.
Эйрд собрался было прикурить, но не успел чиркнуть спичкой, как Артур спросил:
— Так что там насчёт королевы Каролины?..
При одном упоминании этого имени Эйрд едва не обжёг пальцы.
Он сплюнул и буркнул:
— Если тебе так интересно, зачем ты меня оттуда утащил?
Артур пожал плечами:
— Так ведь главный фигурант сидит внутри. Я забеспокоился, что, если он услышит, это может повредить твоему блестящему будущему.
Эйрд, впрочем, не придал этому значения.
— Да ничего особенного, — ответил он. — Наш старый король Георг IV, ещё будучи принцем Уэльским, не ладил с принцессой Каролиной. Они разъехались почти сразу после рождения принцессы Шарлотты. А когда он стал королём, то и вовсе попытался от неё избавиться. Ты же знаешь, королева Каролина долго судилась за свой титул. Душевная и телесная пустота… разве не естественно, что она искала утешения в чужих объятиях?
Артур задумчиво кивнул, потирая подбородок.
— Звучит логично. Продолжай.
Получив одобрение Артура, Эйрд с воодушевлением принялся пересказывать слухи, собранные им из самых разных источников.
— Как ты уже слышал, у королевы Каролины было трое предполагаемых любовников. Сэр Джордж Каннинг в то время был самым блистательным политиком Британии. Сэр Томас Лоуренс — признанным лучшим портретистом Англии. А генерал Сидней Смит — яркой звездой флота, не уступавшей Нельсону, и известным чудаком в Адмиралтействе. Конечно, слухи могут быть и ложными. У всех троих из-за их характеров и достижений было полно врагов. Возможно, эти сплетни распускали их политические противники. Однако два факта не вызывают сомнений: в период раздельного проживания с королём королева Каролина забеременела, и в это же время она очень тесно общалась с этими тремя господами. А уж кто из них был отцом, теперь не разберёшь. Но, по моему личному мнению, наиболее вероятным кандидатом был всё-таки генерал Сидней Смит.
Артур, оперевшись о красную стену, выпустил кольцо дыма.
— С чего ты взял?
Эйрд с видом знатока продолжил свой анализ:
— Посуди сам, Артур! Слухи о беременности королевы Каролины поползли примерно в 1802 году. В то время сэр Каннинг был недавно женат и с головой ушёл в парламентские баталии, атакуя кабинет виконта Сидмута, чтобы вернуть к власти Уильяма Питта Младшего. Зная подлый нрав Сидмута, вполне возможно, что это он распустил эти слухи, чтобы ударить по Каннингу. К тому же, в последующие годы эти сплетни никак не повредили его политической карьере: он был и министром иностранных дел, и даже премьер-министром. Подумай только, он ведь сын актрисы, и кроме дяди-банкира за ним никого не было. Если бы он действительно состоял в связи с королевой, разве ему позволили бы так гладко приземлиться? Что до сэра Томаса Лоуренса, то, хотя он и был влиятельной фигурой в мире искусства, скандал его тоже не затронул. Герцог Веллингтон, маркиза Лондондерри, граф Абердин, папа Пий VII и даже сам король продолжали заказывать у него портреты, пожаловали ему титул и сделали президентом Королевской академии художеств. Так что и с ним всё в порядке. А вот генерал Сидней Смит — единственный, кого во время скандала вышвырнули из Британии. Его тогда уже уволили из Королевского флота за неподчинение приказам, но слухи разрастались, и Адмиралтейству пришлось, скрепя сердце, восстановить его в звании и тут же отправить в Атлантику — остудить пыл морским ветром.
Услышав это, Артур взглянул на Эйрда с долей уважения.
— Эйрд, кажется, я наконец-то разглядел твой талант. Если ты не пойдёшь в разведку, это будет пустой тратой твоего усердия и скрупулёзного внимания к деталям!
Эйрд от неожиданности вздрогнул.
— Что? Ты предлагаешь мне после кругосветного плавания пойти в Департамент географической съёмки и топографической информации Адмиралтейства? Они как раз занимаются морской разведкой. Но я слышал, там строгие требования, а я такой вольный и недисциплинированный… не знаю, справлюсь ли.
— Справишься, ещё как! — усмехнулся Артур. — Послушай меня, разве я могу тебя обмануть?
Не успел Артур договорить, как почувствовал, что кто-то толкнул его в бок.
Он резко обернулся и увидел перед собой маленького мальчика лет десяти в рваной фетровой шляпе, с грязным лицом, протягивающего сложенные ладони.
Мальчик, моргая, произнёс с явным шотландским акцентом, отличавшимся от лондонского говора:
— Сэ… сэр, по… пожалуйста, сжальтесь… я уже два дня ничего не ел.
Артур огляделся, убедился, что поблизости нет полицейских, и, достав из кармана монету, вложил её в ладонь мальчика.
— Паренёк, если будешь попрошайничать в Вест-Энде, лучше избегай этой улицы. Полицейские патрулируют здесь очень часто. Если они тебя поймают, в тюрьму, может, и не бросят, но пару раз дубинкой огреют или отправят в работный дом.
Мальчик уставился на серебряную монету в своей ладони, не веря своей удаче.
Это была полкроны, два с половиной шиллинга.
— Это… это правда мне? Сэ… сэр, я никогда не видел таких щедрых господ.
Артур лишь усмехнулся и кивнул на стоявшего рядом Эйрда:
— Я щедрый? Нет, ты так думаешь, потому что не знаком с этим джентльменом. Вот он тебе покажет, что такое настоящая щедрость.
Эйрд хотел было умыть руки, но слова Артура, а также брошенный искоса взгляд на нескольких дам, с улыбкой наблюдавших за ними, сходя с экипажа, не оставили ему выбора.
Дрожащая рука нашего мистера Эйрда полезла в карман и извлекла монету ещё крупнее, чем у Артура, вложив её в ладонь мальчика.
— Возьми это, целая крона, в знак моей признательности, дитя моё. Купи себе что-нибудь вкусное.
Лицо мальчика расплылось в счастливой улыбке. Он снял шляпу и поклонился.
— Благодарю вас, добрый сэр.
Уже собираясь уйти, сияя от радости, чтобы как следует потрапезничать, он вдруг услышал за спиной окрик Эйрда.
— Подожди-ка, малыш!
Эйрд подскочил к мальчику, убедился, что дамы уже отошли на приличное расстояние, и смущённо забрал из его руки серебряную полкроны, данную Артуром.
— Парнишка, ты забыл дать мне сдачу.
Обновлено: 13.02.2026