***
— Да, — Ади Галлия тяжело вздохнула и кивнула. — Всё это — лишь примеры злоупотреблений и некомпетентности Сената.
— Именно, — подхватил Дуку, развивая успех. — Внешнему Кольцу необходим Храм, который понимает реальное положение дел в регионе. Он не должен быть подотчётен Сенату, иначе чиновники снова всё погубят. Как граф Серенно, я в силах возвести этот Храм и содержать его на собственные средства.
— Кое-кто может возразить, что это лишь способ избежать надзора, — заметила Ади.
— Надзор будет, — парировал Дуку. — С твоей стороны и со стороны остального Ордена.
— И всё же я не понимаю, почему это мешает обучать твою дочь здесь, на Корусанте.
— Потому что на то есть воля Силы, — твёрдо отрезал Дуку.
Он замолчал, позволяя тишине подчеркнуть значимость своих слов. Ади выглядела колеблющейся, но Дуку хранил спокойствие. Он высказал все аргументы и знал, что сейчас нельзя проявлять излишнюю настойчивость — иначе она решит, что он уже опасно привязан к ребёнку.
— Ты прав, Дуку, — наконец ответила Ади. — Не знаю, воля ли это Силы или нет, но одно я чувствую точно: пришло время что-то менять.
— Значит, я могу рассчитывать на твой голос?
— Да, — выдохнула она, словно испытав облегчение от того, что мучительный выбор остался позади. — Что бы ни случилось, я верю, что тебе можно доверять.
Четвёртый голос был в кармане.
***
По совету мужа Атемина отправилась с Тан'ей во внутренний дворик, чтобы взглянуть на дерево — единственное настоящее дерево, которое большинство джедаев видели в своей жизни до того, как впервые покидали Храм. Даже в Зале тысячи фонтанов самым крупным растениям было далеко до этого исполина, поэтому одинокое дерево на крыше имело для Ордена особое духовное значение. Атемина понимала почему: большинство джедаев воспитывались в стальных недрах Корусанта с младенчества.
Самой же Атемине дерево показалось… маленьким. Оно росло в довольно неглубоком слое почвы, высоко над землёй, довольствуясь лишь блёклым солнечным светом. В сравнении с величественными лесами Раксуса или Серенно оно выглядело почти трогательно в своей хрупкости.
«Странный, затворнический народ эти джедаи», — в недоумении покачав головой, пробормотала Атемина.
— Так оно и есть, по-твоему?
Атемина вздрогнула и резко обернулась. Прямо за её спиной стояла крошечная зеленокожая фигурка Гранд-мастера Ордена джедаев.
— Простите, я не хотела…
— Истину говоришь ты, — Йода негромко рассмеялся, и его высокий голос стал ещё звонче. — Для тех, кто вне Ордена, странными кажемся мы.
— Я вовсе не хотела вас обидеть, просто… Ну, вы правы. Джедаи действительно кажутся мне очень необычными.
Йода медленно подошёл ближе, и его трость мерно застучала по камню. Атемина и сама не понимала, как могла не заметить его раньше — этот маленький старик умудрился подкрасться к ней совершенно бесшумно.
— Задать вопрос тебе я желаю, если позволишь.
Этого не было в их планах. Атемина похолодела: одна ошибка, и Йода проголосует против них. Голоса должен был собирать Дуку — сейчас он как раз беседовал с Пло Куном. Гранд-мастер не должен был искать встречи с ней лично.
Атемина инстинктивно закрыла собой дочь и отвела взгляд.
— Что вы хотели спросить?
Зелёный человечек помедлил, прежде чем произнести:
— Прости меня. Напугать тебя не хотел я.
— Всё в порядке, — быстро ответила она. — Я просто не ожидала. Спрашивайте.
Йода посмотрел на неё с затаённой печалью и тихо спросил:
— Хорошо ли с тобой Дуку обращается?
— Это… личное, — почти шёпотом ответила Атемина.
Йода на мгновение задумался.
— Прости старого учителя. Любопытствовать не смею я. Но Дуку… падаваном моим когда-то был.
Атемина украдкой взглянула на него. Будь перед ней кто-то другой, она бы промолчала, но этот хрупкий старик выглядел искренне обеспокоенным судьбой того, кто был ему дорог. Выражение его лица тронуло её. Разум твердил, что лучше промолчать, но она не смогла не дать ему хоть какой-то ответ.
— Наши отношения… изменились. В начале брака он был постоянно занят, и я боялась даже заговорить с ним. Но теперь… Что ж, он всё так же занят, но я стала частью его жизни. Он иногда улыбается, нам хорошо вдвоём. Теперь он говорит со мной не только о делах или о Тан'е — он делится своими мыслями и чувствами. Я больше не боюсь его. Кажется… я помогла ему. Исцелиться, если можно так выразиться.
— Исцелиться? — переспросил Йода.
Атемина в нерешительности прикусила губу, не зная, стоит ли договаривать.
— Мне кажется, Орден его сломил.
Йода отвернулся, и его лицо мгновенно омрачилось. Какое-то время они стояли в полном молчании.
— Прости, что потревожил тебя, — наконец произнёс он.
Старик развернулся и ушёл, и стук его трости долго ещё эхом отдавался в тишине дворика.
***
«Пятый и шестой», — отметил про себя Дуку. Пло Кун и Сининфа согласились поддержать его предложение, и теперь оставалось лишь найти время для разговора с Йодой. Покинув тренировочный зал, где проходила беседа, граф направился к центральному лифту. Он как раз раздумывал, как лучше подступиться к бывшему учителю, когда его окликнули:
— Мастер Дуку, могу я переговорить с вами?
Граф обернулся, удивлённый тем, что услышал этот голос, но тут же улыбнулся представившейся возможности:
— Конечно, мой старый друг. Для тебя у меня всегда найдётся время.
***
На заседании Совета Йода был рассеян. Вокруг него Магистры приводили аргументы «за» и «против» предложения Дуку, но Йода не слышал ни слова. Обычно он хранил молчание, позволяя остальным высказаться, и брал слово лишь в самом конце — он давно заметил, что если Гранд-мастер высказывает своё мнение первым, остальные члены Совета часто не решаются ему противоречить. Поэтому сегодня никто не заметил, что мысли Йоды витают далеко отсюда.
Орден сломил Дуку. Так утверждала его юная жена. Неужели это правда?
Как и любой джедай, граф умел скрывать свои чувства. Вполне возможно, что Дуку долго таил обиду в глубине души, но разве Йода, который практически вырастил его, мог не заметить таких перемен в своём падаване? Дуку был недоволен Республикой, это знали все, он часто конфликтовал с Советом перед своим уходом, но неужели отчаяние поглотило его без остатка?
Атемина знала мужа едва ли год, но была убеждена: Орден оставил Дуку с разбитой верой и пустотой в сердце. Она не владела Силой настолько, чтобы закрыть свой разум, и Йода сумел почерпнуть из её эмоций и намерений гораздо больше, чем она хотела показать.
Опустошён. Она верила, что в день их свадьбы Дуку был совершенно опустошён.
Йода помнил ярость Дуку после Галидрана. Были и другие миссии, предшествовавшие его уходу — провальные задания, о которых судачил весь Храм.
Но в том-то и дело. Порой миссии заканчиваются крахом. Каждый раз, переступая порог Храма, джедай оказывается в опасной галактике, полной предательства. Любое задание — это риск, шанс никогда не вернуться домой. Каждый джедай понимает это. Что тут можно изменить?
Но Дуку всегда был горд. Быть может, он действительно верил, что в одиночку способен исцелить всю Галактику?
Йода печально вздохнул. Пожалуй, в этом всё и дело. Его ученик был невероятно талантлив, а талант порождает гордыню — веру в то, что ты добьёшься успеха там, где другие потерпели неудачу.
В конечном счёте всё сводилось к одному. К гордости.
Несколько неудачных миссий пошатнули его уверенность, и Дуку убедил себя, что виноват кто-то другой: Совет или сама Республика. Сейчас уже поздно что-то менять, но Йоде следовало вмешаться гораздо раньше, пока мальчик был моложе и податливее.
Поистине, это вина Йоды, что он не…
— Что вы думаете, Гранд-мастер? — голос Ки-Ади-Мунди заставил его вздрогнуть.
Йода моргнул, возвращаясь к реальности. Заседание Совета. Спор о судьбе ребёнка Дуку. Даже не следя за ходом дискуссии, Йода уже знал, как проголосует. И сколь бы болезненно это ни ударило по гордыне его бывшего ученика, риск доверить ему обучение собственной дочери был слишком велик.
Обновлено: 03.02.2026