Глава 5 — Глава 5: Мир, в котором мы живём

Наступило долгожданное утро понедельника. — Ого… Чханян замерла перед зданием, уходящим в бесконечную высь. — Невероятно… На ветру развевались флаги. Знакомый логотип корпорации приковывал взгляд. Здание в футуристичном стиле идеально отражало философию компании: простое, но изысканное. Чханян, не смея даже сделать шаг, стояла с разинутым ртом и смотрела на небоскреб снизу вверх. — Не заходишь? Джиан встал рядом с ней и тоже посмотрел на здание, проследив за её взглядом. Солнце палило так нещадно, что было трудно даже открыть глаза. — Господин Управляющий директор, это всё — здание одной компании? Её подавили столь ошеломляющие масштабы. — То есть они не занимают там пару офисов, а всё это здание принадлежит одной фирме, верно? — Старший управляющий директор Нам любит кривые линии, поэтому у здания слегка скругленная форма. Личные предпочтения. Дизайн целого здания был определён лишь этим. Чханян сглотнула, почувствовав, как столкнулась лицом к лицу с реальностью своих страхов, которые прежде казались туманными и пугающими. Джиан безучастным взглядом смотрел на сверкающие окна фасада. Прежде он всегда смотрел сверху вниз, и сейчас впервые стоял вот так, вглядываясь ввысь. Для него, годами ежедневно ездившего сюда на работу, это пространство не имело особого значения. По крайней мере, так было до недавнего времени. — Я сейчас просто в ужасе. Такое чувство, будто вдохнула воздуха, и он застрял в горле, — негромко произнесла Чханян. Стоило ей оказаться перед этим зданием, как она почувствовала себя бесконечно маленькой, словно космическая пылинка. — Что с тобой? Это совсем не в духе Чон Чханян. «Не в моём духе». Эти слова прозвучали так, будто их сказал человек, который знал её очень долго. — Каким… вы меня видели человеком? …Воспоминания нахлынули волной. Она думала, что после окончания университета окажется в такой солидной компании. Верила, что к тридцати годам у неё будет машина, дом, муж, дети. Слишком скромное будущее, чтобы называть его мечтой. Она считала, что такая жизнь — нечто само собой разумеющееся. Даже когда она видела статьи о кризисе трудоустройства, ей казалось, что это её не касается. Верила, что огромные очереди на ярмарках вакансий не имеют к ней отношения. И хотя все говорили, что они живут в эпоху поколения «о-пхо», отказавшегося от пяти благ, она верила, что ей не придётся ни от чего отказываться. — Вы говорили, что на Пути к Жёлтым источникам мы были довольно близки. Каким же человеком я была там? …Мне двадцать восемь. Десятки проваленных собеседований. Кредит за обучение, больше половины которого всё ещё не выплачено, ежемесячная арендная плата, осточертевшие обеды из круглосуточных магазинов. Времена, когда было страшно заканчивать университет, дни, когда она приходила на ярмарки вакансий раньше всех. Реальность, где свидания были лишь роскошью, а брак — сказкой из далекой страны. — Мне любопытно. Была ли я такой же трусихой, когда шла по Пути к Жёлтым источникам? Она не помнила. Неужели она всегда была такой? — Чон Чханян, которую видел я… Какая же я на самом деле? — Жутко громкая и запредельно близкая? — Что это ещё такое?! — Название фильма. Есть и книга. Рекомендую. Вот же! Он что, издевается над ней?! Стоило Чханян сердито зыркнуть в его сторону, как Джиан слегка махнул рукой. Не стоило ей долго оставаться в этом оцепенении, застыв как камень и не в силах сделать ни шагу. — Ты ведь хотела носить пропуск сотрудника. — Ах… пропуск… Да-да… точно… он мне нужен… пропуск… Чханян, словно под гипнозом, подошла ближе к Джиану. Её глаза заблестели. — Тебе нужно пройти через эти двери, чтобы его получить, разве нет? — А… входим. Прямо сейчас… Сейчас… немедленно… — Запомни хорошенько. Если не продержишься в компании три месяца, я отберу и зарплату, и пропуск. Поняла? — Разумеется! Конечно! Я буду очень стараться. Даже если заставят окна мыть, я справлюсь. Главное, чтобы я была штатным сотрудником. — Хорошо. Тогда скорее заходи. Старший управляющий директор Нам — человек, для которого пунктуальность важнее жизни. Опоздаешь. — Да! Я вхожу! …Этот мужчина мастерски умеет дрессировать людей. Вновь обретшая боевой дух, Чханян решительно зашагала вперед, словно видя в самом здании воплощение пропуска. Глядя ей в спину, Джиан издал короткий смешок и последовал за ней через главный вход. В кабинете старшего управляющего директора её уже ждал секретарь Юн. Чханян покинула штаб-квартиру на автомобиле, предоставленном секретарём Юном. Когда она прибыла в ресторан при отеле неподалеку от компании, где её ждала Старший управляющий директор Нам, её провели в уединенный зал, скрытый от посторонних глаз. От волнения Чханян сжала кулаки. Сотрудник открыл дверь, и она увидела сидящую в кресле Старшего управляющего директора Нам — Хёнджу. Хёнджу поднялась со своего места. — Госпожа Чон Чханян? — А, а, а! — …Простите? — А, а! «А?» Хёнджу удивленно округлила глаза. — З-здравствуйте! Меня зовут Чон Чханян! Запинаясь, Чханян выпалила приветствие громогласным голосом. …М-да. Сгорать от стыда пришлось Джиану. — Да. Приятно познакомиться. Я Нам Хёнджу. Как только Хёнджу вышла из-за стола и протянула руку, Чханян подскочила к ней и крепко вцепилась в неё обеими ладонями. — Госпожа Чон Чханян, дорога не была утомительной? — А, а, нет! Я доехала с большим комфортом! Ох! Дыхание перехватило, сердце, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди! Чханян широко раскрыла глаза, её лицо залилось пунцовой краской. Можно с уверенностью сказать: даже если бы она встретила мужчину своей мечты, она не дрожала бы так сильно. — Может быть, присядем? — Да! Да-да-да! Садимся! Хёнджу, наблюдая за тем, как суетливо усаживается Чханян, негромко рассмеялась. Наверное, это был её первый смех с тех пор, как её брат потерял сознание. — Вы не против еды? — Да! — Прошу прощения, если не учла ваши вкусовые предпочтения. — Я-я-я ем всё! Чханян, с растерянным лицом, плотно сжала губы и неловко улыбнулась. Её мышцы лица так одеревенели от напряжения, что улыбка вряд ли могла показаться красивой. [Ты в себе? Мне даже смотреть на это стыдно.] Джиан отвернулся, не в силах больше на это смотреть. «Помолчите… я и сама сейчас с ума сойду…» — Вы звали? — Пожалуйста, распорядитесь подать обед. — Да, будет исполнено. Секретарь Юн, который вошёл вместо официанта, снова вышел. Чханян крепко сжала кулаки под столом и прерывисто выдохнула. Перед тем как прийти сюда, она мельком видела статью о том, что Нам Хёнджу была выбрана молодежью как «руководитель, с которым больше всего хотелось бы пообедать». …И вот она сидит напротив такого человека и собирается обедать. Удушающее давление вызывало головокружение, будто её подвесили вверх ногами. Зря она читала ту статью. — Вы ведь лично знакомы с Управляющим директором Намом? — Да, всё верно, госпожа Старший управляющий директор. — Понятно. Хёнджу не была классической красавицей, но от неё исходило невероятное благородство и достоинство. В ней чувствовалась та аура, которая заставляет собеседника невольно напрягаться и мешает вести себя непринужденно. — Если не секрет, какие у вас отношения с нашим Управляющим директором? От вопроса сестры у Джиана пересохло в горле, и он поднял стакан Чханян, чтобы отпить воды. Однако для Хёнджу стакан оставался на месте. Хотя Джиан пил жадно, количество воды не уменьшалось. Всё, что он делал, видела, двигала и чувствовала только Чханян. — Мы познакомились в светском клубе. — В каком именно клубе? — Это клуб, созданный в то время, когда Управляющий директор Нам был в Канаде. — А-а. Вспоминая сценарий, который Джиан подготовил заранее, Чханян ответила, и Хёнджу легко приняла этот ответ. — Вот как. Значит, был такой клуб. Хотя она только сегодня узнала о существовании какого-то клуба у брата, она быстро согласилась. Раз они познакомились в светском обществе, доверие к Чханян немного возросло. Судя по характеру брата, это не могло быть какое-то пустяковое или несерьезное сборище. — Когда вы в последний раз виделись с Управляющим директором Намом? — Это было… как раз перед аварией, когда он вернулся из Гонконга. — Вы знаете и о том, что он летал в Гонконг. Поскольку это была неофициальная поездка, ответ звучал весьма убедительно. Узнав всё необходимое, она решила больше не расспрашивать об их отношениях. — Авария с Управляющим директором Намом произошла в очень важный для корпорации момент, и сейчас дела в компании идут не лучшим образом. — Думаю, у вас сейчас много трудностей. — Моим сотрудникам приходится тяжелее, чем мне. Ведь это отсутствие лидера в рабочем процессе. Хёнджу начала разговор о текущем положении дел в корпорации. Она не была из тех, кто судит о людях только по их послужному списку, но Чханян, с которой она сначала познакомилась через резюме, казалась сомнительным бизнес-партнёром для её брата. Поскольку здесь велась ожесточённая подковёрная борьба за власть, нельзя было легко верить или полагаться на кого-либо. Каким бы проницательным ни был её брат, выбрав эту женщину, проверка была необходима. — Как вы знаете, в прошлом году убытки от инвестиций были значительными. Подали блюда. Глядя на сменяющие друг друга тарелки, Чханян почувствовала, как в голове всё помутилось. Единственное, что она узнала, — это головы креветок в ярко-красном супе. — Давайте поговорим не спеша за едой. — Да, госпожа Старший управляющий директор. Ох. Что же это за еда такая? Чханян украдкой следила за действиями Хёнджу. Не выдержав, Джиан заговорил рядом с ней: [Эта вилка для основного блюда, тебе нужно взять вилку для салата.] Чханян вздрогнула и перевела руку в сторону. «Эту? Или эту? А если не эту… то эту?» [Окей. Эту.] Как только Джиан дал добро, рука Чханян, словно на конвейере по проверке брака, пронеслась над приборами и ловко подхватила нужную вилку. [Это не едят.] Тюк — Чханян ткнула в голову креветки и тут же её отложила. «Да почему же их не едят? Это же самая суть креветки! Если не едят, зачем тогда положили? Странные люди». [Не перемешивай, аккуратно зачерпывай и ешь. Просто ешь как есть.] Чханян продолжала трапезу скованными движениями. Во рту разлилось что-то воздушное и кремовое. «Что это?» — хотелось спросить ей, но она решила сдержаться. — Скоро произойдет реорганизация. Убыточные дочерние компании будут поглощены, и постепенно мы перейдем к вертикальным перемещениям. — А… вот как? — Это необходимо для будущего контроля над управлением. Думаю, вы и сами догадываетесь, госпожа Чон Чханян. «Нет… я ни о чем таком не догадываюсь…» Дзынь, дзынь — звук посуды был слишком громким. Чханян дрожащей рукой взяла стакан с водой. У любого наблюдателя от этой картины вспотели бы ладони. — Не желаете бокал вина? — Ах, да-да. Я не против. Госпожа Старший управляющий директор. Хёнджу, глядя на явно нервничающую Чханян, снова невольно улыбнулась. Похоже, та казалась ей милой. — Я вас смущаю? — Да… «А-а-а! Зачем я так быстро ответила! Как будто только этого и ждала!» Чханян была готова прикусить себе язык. Джиан же, словно наблюдая за пожаром с другого берега реки, молча пил воду. — Прошу прощения, госпожа Старший управляющий директор. Т-трудно не в смысле «трудно», а в смысле… ну, понимаете… — Всё в порядке. Я понимаю. — Управляющий директор Нам говорил, что вы еще более робкая, чем он… «А… что за чушь я несу…» Чханян сама испугалась своих слов и зажмурилась. Прощайте… Это был хороший обед… [Расслабься. Всё нормально, так что, пожалуйста, прекрати.] Джиан вмешался, не в силах больше наблюдать за этим. Битва Чон Чханян была настолько жалкой, что на неё больно было смотреть. — Джиан так сказал? Что я более робкая, чем он? — Ах… как я смела такое ляпнуть… — Похоже, вы с нашим Управляющим директором действительно близки. Раз он говорит вам такие вещи. Хёнджу заправила прядь волос за ухо и мягко улыбнулась. Слушать такие личные истории о брате от других людей было невыразимо приятно, какими бы они ни были. Она и не подозревала, что брат сейчас сидит напротив неё. И не догадывалась, что он смотрит на неё с сочувствием. Обед с вином постепенно подходил к концу. — Вам понравилась еда? — Да. Всё было очень вкусно. Время от времени Хёнджу задавала вопросы об общих аспектах бизнеса, и с помощью Джиана Чханян отвечала — медленно, но верно. Она лишь озвучивала слова Джиана, по сути, её собственный мозг в этот момент был отключен. Наконец, обед завершился. Хёнджу опустила взгляд на стол, а затем снова посмотрела на Чханян. Разговор прошел более-менее гладко, и подруга брата давала весьма разумные ответы, но… — Госпожа Чон Чханян. Она всё ещё не понимала, почему брат поверил этой женщине и выбрал именно её. — Да, госпожа Старший управляющий директор. — Наша группа готова приложить все усилия, чтобы преодолеть этот кризис. В глазах Хёнджу читалась вся тяжесть её слов. Чханян сглотнула, а Джиан пристально посмотрел на лицо сестры, занимавшей пост руководителя. Она выглядела изможденной. — Чтобы справиться с трудностями, я намерена прибегнуть к агрессивному менеджменту. Если мы не выправим ситуацию, то, как предсказывают некоторые, может наступить эрнингс-шок. — Слушаю вас. — Буду ждать от вас активных действий. Хёнджу встала. Чханян тоже вскочила вслед за ней. — Спасибо… что поверили в меня. — Я верю Управляющему директору Нам Джиану. Хёнджу, как и в начале, протянула руку для рукопожатия, и Чханян, помедлив, пожала её. Глядя на то, как неловко Чханян держит её руку, Хёнджу вдруг подумала, что в одном она точно уверена. Эта женщина действительно друг её брата. — До встречи, госпожа Чон Чханян. — До свидания, госпожа Старший управляющий директор. Опасения, что это какая-то подозрительная пассия брата, не подтвердились. — Та-да! Скорее поднимайтесь. Ну как, круто же? Что бы вы ни воображали, ночной вид здесь круче в сто раз. Тем временем солнце уже клонилось к закату, и она вернулась домой. Чханян с воодушевлением представила Джиану крышу, сплошь выкрашенную в зеленый цвет. Джиан, пригнувшись, прошел через дверь на крышу и без особого интереса огляделся. Чханян, только что вышедшая из душа, бодро заговорила, размахивая пакетом. На голове у неё было накручено полотенце, а сама она расхаживала в домашнем платье с мышонком. — Арендную плату подняли на целых пятьдесят тысяч вон, но я терплю всё это только ради этой крыши. Стоит сесть здесь с баночкой пива, и никакой рай земной не нужен. Это была её единственная радость. Чханян особенно любила это место в сумерках, когда дул легкий ветерок. Время года и погода не имели значения. Будь то дождь или ясное небо. — Так, садитесь. Этот топчан я тоже сама притащила с ближайшей площадки для раздельного сбора мусора. Классно же? — Какого сбора? Раздельного? — Да есть такая штука. В общем, садитесь. Садитесь же. Боясь, как бы её высокородный спутник не начал возмущаться, что его усаживают на мусор, Чханян поспешно усадила его. Затем она с освежающим звуком открыла банку пива и выложила на закуску странного вида сушёную рыбу. — Что ещё за «одари»? Раз у неё много ног, почему она называется «одари» — пять ног? — Это? Это лучшая закуска по соотношению цены и качества. Один раз попробуете — и будете в шоке. От того, как это вкусно. О боже. Стоило Чханян открыть пакет, как нос пронзил неописуемо странный и неприятный запах. — Хотите кусочек щупальца? Джиан скривился и слегка отодвинулся. — Нет. Не суй это мне под нос. Воняет же. — Пф-ф. Не хотите — как хотите. Мне же лучше, конкурентов меньше. А если их рассасывать и жевать, это вообще объедение. — Даже не думай чавкать и рассасывать это при мне. А не то я выкину весь пакет вместе с тобой. — Эй, ладно-ладно. Буду просто жевать. «Ну и придирчивый же тип», — пробормотала Чханян и сделала большой глоток пива. — Кх-а! Вот это вкус! То, что надо! Господин Управляющий директор, не хотите глоточек? — Обойдусь. — Серьезно, пиво здесь — самое вкусное в мире. Так жаль, что я не могу дать вам это почувствовать. …Закат был прекрасен, а ветер свеж. Казалось, если вот так замереть здесь, то время мира и терзания души на мгновение остановятся. — Какое ещё пиво, тебе же завтра на работу. — Я много не выпью. Только одну баночку. Ровно одну. Чханян запрокинула голову и жадно глотнула пива, а Джиан украдкой взглянул на её пальцы. Всю дорогу домой она молчала. Привычным шагом зашла в круглосуточный магазин, долго стояла перед холодильником с напитками и в итоге взяла пару банок пива. То, как она, понурив плечи, снова поднималась по крутому переулку, и её нынешняя внезапная болтливость казались Джиану отчаянной попыткой скрыть свои истинные чувства. Она выглядела более уставшей, чем обычно, не такой, какой он привык её видеть. Глядя на Чханян, которая старательно болтала без умолку, Джиан проглотил вопрос, который так и не решился задать. «Что-то случилось?» — Ох, сегодня прямо отлично идет, само льется. Просто фантастика. Кх-а-а. Чханян снова отпила пива. Джиан, почувствовав её горечь, устремил взгляд вдаль. Вечерний Сеул сиял всё ярче по мере того, как сгущались сумерки. Чханян, поджав колени на топчане, посмотрела на банку пива. И вспомнила лицо Старшего управляющего директора Нам Хёнджу, которую видела днем. — Сегодня я выглядела просто жалко, да? Если честно, ей было стыдно. — Не знаю, что на меня нашло. Госпожа Старший управляющий директор была очень добра ко мне, но меня просто раздавило её аурой. Настолько, что я начала нести всякую чушь. — Ничего. Было стыдно, но терпимо. — …Вот как. Чханян тихо улыбнулась и отпила пива. Нам Хёнджу была мягкой, но в то же время твердой. Не принуждала, но обладала решительностью. Казалось, такую атмосферу нельзя получить только по праву рождения в семье чеболей. — Я же сказал — всё нормально. Нам Хёнджу хоть и более робкая, чем кажется, но она не такая злопамятная, как все думают. — Просто… понимаете. Мы обе женщины, обе живем в Корее, сидели за одним столом и ели одну и ту же еду, но… …В какой-то момент ей стало завидно. Завидно способностям Хёнджу, её уверенности, её высокой самооценке. Тому, чем она обладает, чем управляет, тому, что она принимает как должное, — всему, что было создано специально для неё. Сидящая напротив Хёнджу казалась героиней фильма, и Чханян невольно подумала, что тоже хотела бы так пожить. — Было такое чувство, будто между нами какая-то преграда. Плотная, несокрушимая стена, которую мне никогда не пробить. Стильная, элегантная, благородная… Я впервые почувствовала такую энергетику от другого человека. Но эти фантазии были слишком несбыточными, поэтому они не задержались надолго. В тот момент, когда она почувствовала, что никакими усилиями этого не достичь, навалилось бессилие. Когда она признала, что, что бы она ни делала, ей никогда не стать таким человеком, жизнь показалась ей нелепой. Оттого что это признание далось так легко и его невозможно было оспорить, внутри неё раздался безмолвный крик. Чханян издала слабый смешок. — Старший управляющий директор была лучшей женщиной из всех, кого я встречала. …Сегодня я. Увидела настоящую «золотую ложку», при виде которой пропадает всякое желание сражаться. — Ох, не знаю. Если честно, меня просто накрыло осознанием реальности. Словно весь боевой дух испарился. — Твой боевой дух оказался на удивление низкого уровня. Видимо, при твоем телосложении производительность хромает? — Она была настолько великолепна, что я невольно сжалась, что я могла поделать? Вам, наверное, не понять. — Подумаешь, один раз пообедала, а сколько нытья. — И не говорите. Самой странно. Пробормотала Чханян и сделала еще глоток. Она всего лишь встретилась с руководством компании, но почему-то почувствовала себя такой маленькой — сама не понимала. Почему её жизнь, которую она считала обычной, вдруг показалась ей ничтожной — решительно неясно. — Ух, и почему же пиво в такой момент такое вкусное, а? Слов, способных выразить её чувства, было немного, поэтому оставалось только пить. Чханян безостановочно глотала пиво и постепенно, в конце концов, успокаивала сердце. Это был своего рода добровольный контроль эмоций, основанный на опыте: долго держать в себе такие мысли вредно для здоровья. — Знаете что, Управляющий директор. Что же она хочет сказать? Стянув мешающую повязку для волос, Чханян негромко позвала Джиана. От её всё еще влажных волос пахло приятным шампунем. — Я прекрасно знаю, что сравнивать себя с другими бесполезно. Поэтому я буду жить по-настоящему усердно. Действительно усердно. …В выражении лица Джиана, который безучастно слушал её, произошли едва заметные изменения. Это были слова, которые она по привычке твердила в Потустороннем мире. — Усердно, в своем собственном стиле. Пусть я не во всём хороша, но буду бодрой и энергичной. Тогда, на перепутье между живыми и мертвыми, в той беспросветной тьме… Она клялась себе, словно загадывала желание, что если сможет вернуться в реальный мир, то будет жить усерднее всех. — Пусть завтрашний день перед сном кажется пугающим, но прожитый сегодняшний день должен быть без сожалений. …И вот теперь она повторяет то же самое обещание. Словно говорит это впервые. — Я буду жить усердно, ни о чем не жалея, и, если бы мне суждено было родиться заново, я бы снова родилась Чон Чханян. Потому что хочу снова быть дочерью своих родителей. Оттого что он помнил это один, От этой внезапной радости, Он на мгновение улыбнулся. — Господин Управляющий директор, хоть я такая робкая трусиха, да еще и мои способности под вопросом, я буду очень стараться. Чтобы не доставлять вам проблем. Когда она неожиданно взглянула на него, на губах Джиана на мгновение промелькнула легкая улыбка, которая тут же исчезла. Сохраняя невозмутимое выражение лица, он едва заметно кивнул. — Я постараюсь прижиться в компании. Общительности мне не занимать. — Что ж, буду ждать. — И я очень надеюсь, что преступника, который пытался вас убить, обязательно поймают. Так! Давайте поднажмем! Файтинг! Чханян широко улыбнулась, потряхивая уже пустой банкой. — Господин Управляющий директор, в знак нашего общего «файтинга», можно мне еще одну баночку? Закуска-то осталась. — Сегодняшний лимит — одна банка. Прекращай, пока я не выкинул твои щупальца. — Да-да. Поняла. Пойдемте уже вниз. — …Послушай, Чон Чханян. «Да?» Чханян, собрав мусор, уже собралась уходить, но обернулась. В этот миг закат, окрасивший всё за её спиной, и ветер, развевающий её волосы, казались исполненными надежды и благодати. Джиан, словно от яркого света, слегка сощурился и надолго замолчал. — Вы это… ну, подбодрить меня хотели? — Зачёт. Вместо слов он показал большой палец, а она в ответ озарила всё вокруг сияющей улыбкой. Закат в тот день был краснее и жарче, чем когда-либо. Это было время, которое стоило запомнить.