Дверь распахнулась, и Мериэль вошла к нему. Заметив, что он дрожит от сдерживаемого смеха, она надула губы, подошла и, пробормотав что-то, села у его постели.
Когда она сидела, сквозь ее распахнутый халат были видны белые обнаженные ноги. Клаус изо всех сил старался не отводить взгляда от ее лица. Он не видел ни одного другого участка ее кожи, так как шнуровка ее платья была туго затянута.
Клаус открыл рот, чтобы она могла накормить его бутербродом, который принесла. Просто не смог устоять, увидев, как она вспыхнула от смущения.
Он продолжал так сильно смеяться, что ему действительно не подходил титул Чудовищного эрцгерцога.
Она — прекрасная леди.
Она — та женщина, которая была для него всем на свете, и он даже считал ее даром божьим.
Он все это время тосковал по ней. Он обожал в ней все.
— Клаус, дети себя так не ведут.
— ...
— Ты же видишь, что я не ребенок.
— ...
Он считал, что сможет контролировать себя, ведь ее платье было так туго зашнуровано, но она сама ослабила все шнурки.
Она даже высунула язык, облизнула его пальцы и села на него сверху, укусив за ухо. Мериэль пощипала завязки платья.
— А как насчет тебя?
Клаус больше не мог это выносить. Когда ее тепло коснулось его лица, он потянулся к ней. Она была слишком красива, чтобы ее не хотеть.
Несмотря на боль в поврежденной правой руке, он обнял ее за талию.
Клаус не хотел, чтобы она это делала. Кажется, он понял, чего она желала, зачем пришла к нему этим вечером и для чего соблазняла его, раздеваясь.
Она боялась оставаться одна.
Он мог заметить это даже в хижине, когда она, обнимая его, заснула. Похоже, что тревогу и страх, которые она испытала, попавшись в плен к Крейгу прошлой ночью, было не так просто унять.
Она дрожала даже тогда, когда соблазняла его, что и служило для него первым доказательством.
Мериэль явно нуждалась в нем, но казалось, у нее была причина, чтобы так себя вести: ей было необходимо избавиться от страхов, возникших прошлой ночью.
И все же, если бы ее можно было успокоить, он был бы счастлив сделать все, что ей только ни захочется.
— Я здесь, Мериэль.
«Я всегда был с тобой с тех самых пор».
Именно в этот момент, надеясь, что это принесет ей облегчение, он коснулся губами шеи Мериэль. И обратил внимание на красное пятно на ее шее. Это привело его в раздражение, так что он оставил собственную отметину на этом месте.
— Ах!
Мериэль слабо толкнула его в плечо, умоляя остановиться, но он не прислушался. Он испытывал презрение, когда видел на ее теле метки, оставленные другим мужчиной. Он хотел, чтобы она полностью принадлежала ему.
Мериэль дрожала, пока он лизал и ласкал ранку, оставшуюся после того, как он глубоко вонзил зубы в ее кожу.
Мериэль обвила руками шею Клауса, чувствуя, как колотится его сердце.
— Ты, что, ревнуешь?
— Это доказательство.
— Доказательство?
— Да.
Что никто другой не может ранить ее и прикоснуться к ее телу.
Рука, которая обвилась кругом ее, мягко спустилась вдоль внутренней стороны ее руки. Он коснулся ее теплой ноги, спускаясь вниз от тонкой талии.
Несмотря на ее миниатюрность, бедра, которые он обхватил, не были худыми.
— У тебя болит рука.
— Хочешь сказать, чтобы после всего этого я сдержался?
Мериэль озорно улыбнулась, как будто ей было хорошо. Это была совершенно не та улыбка, которую он видел на ее вспыхнувшем лице. Горячо вздыхая, она излучала уверенность.
Клаусу показалось, что он почему-то проигрывает. Однако эти мысли были мимолетными.
— Подожди минутку. Я это сделаю.
— Что? Мериэль!
Развязывая шнурки платья и стягивая нижнее белье, она лучезарно улыбалась.
И так ловко дразнила его рукой, что трудно было поверить, что совсем недавно у нее была первая брачная ночь.
Она начала касаться сначала его мускулистого твердого плеча, потом перешла на грудь и живот. От этого у него кружилась голова.
Она улыбнулась, уставившись на возбужденный орган ниже живота, словно тот вознамерился поддразнить ее.
— Пожалуйста, — с тихой мольбой сказал он.
Мысленно он ожидал, что она ляжет и позволит ему войти в нее в любой момент. Это было так возбуждающе, что у него содрогался живот.
— Поверить не могу, что такое в меня входило, — пробормотала она, игнорируя его мольбы.
Она продолжала свои ласки, осыпая его восхищением. Это она решила его коснуться, но понимала ли, насколько эротично это выглядит?
Клауса возмущало, что он не мог свободно двигать правой рукой.
Затем он выдохнул.
Слегка нахмуренные брови Мериэль сводили его с ума. Он больше не мог этого выносить. Такой долгой игры было достаточно.
Он схватил ее за руку и поцеловал в губы.
Ощутив ее мягкость, он опустился ниже, чтобы слиться с ней.
Его тело сковало невыносимое ощущение.
— А-а!
— Ах!
Он чувствовал ее, когда входил. Мериэль дрожала, и он прислонился к ее плечу. Это возбуждало сильнее, чем в прошлый раз. Он волновался, что желал сойти с ума.
Голос Мериэль пронзил его уши, когда он мягко покачал ее бедрами, усиливая возбуждение. И крепче сжал их одной рукой.
Оставив след от зубов на ее шее, он грубо прикусил ее губы, и она застонала.
Увы, он не мог двигаться так свободно, как ему хотелось бы.
— Ах!
Клаус делал вид, что опытен, хотя на самом деле это было не так, поэтому он притворился застенчивым и спокойным. Его раздражало, что он не мог дать ей больше, так как был не в силах свободно двигать руками.
Его охватила досада, когда он понял, насколько слаб, и почувствовал себя даже хуже, когда отчаянно возжелал ее в этот момент.
Он не удержался и обнял ее одной рукой, в то время как придерживал ее бедра другой и энергично двигал бедрами. Их сплетенные тела танцевали в определенном ритме.
Ими двигали первобытные инстинкты.
Обновлено: 02.02.2026