Класс зельеварения.
Ева настояла на этом. Если она преподаёт «коммуникации», ей нужна правильная атмосфера. Не пыльный класс для трансфигурации, а место, где что-то кипит, булькает и пахнет. Подземелья Снегга подходили идеально. Сам Снегг, разумеется, был в ярости от такого вторжения на его территорию, но приказ Дамблдора был непреклонен. Сейчас он стоял в самом тёмном углу, скрестив руки на груди, и источал ауру чистой ненависти, исполняя роль немого наблюдателя. Его присутствие делало воздух густым и наэлектризованным.
На урок собрали «сборную солянку» из старшекурсников — Слизерин и Гриффиндор. Напряжение между факультетами можно было резать ножом. Гарри Поттер хмуро смотрел в стол, стараясь не встречаться взглядом с Малфоем, который сидел, развалясь, как лорд в своём поместье, и с презрением оглядывал всех присутствующих.
Ева вошла в класс плавно, бесшумно. На ней была всё та же чёрная мантия, но сегодня пояс был затянут чуть туже, а верхняя завязка «случайно» развязалась, открывая вид на бледную кожу ключиц. Она положила на стол не стопку свитков, а один-единственный предмет — ярко-красное, идеальное яблоко.
— Добрый день, класс, — её голос был низким, бархатным, он заставил всех инстинктивно замолчать и повернуться. — Мой предмет называется «Невербальные техники влияния». Проще говоря, я учу вас получать то, что вы хотите, без использования заклинаний.
По классу прошёл скептический смешок. Малфой что-то язвительно прошептал сидящей рядом Пэнси Паркинсон.
Ева сделала вид, что не заметила. Она взяла яблоко.
— Сегодняшняя тема: «Создание Желания», — она медленно провела пальцем по глянцевой кожуре яблока. Движение было откровенно чувственным. — Желание — это самая могущественная магия в мире. Оно заставляет людей совершать глупости. Начинать войны. И покупать вещи, которые им не нужны. Тот, кто управляет желанием, управляет миром.
Она обвела класс взглядом, который, казалось, заглядывал каждому прямо в душу.
— Пример, — она подняла яблоко. — Это просто яблоко. Фрукт. Но я хочу, чтобы вы его захотели. Не просто съесть. А обладать им.
И она начала свою демонстрацию.
Она не говорила о магии. Она говорила о маркетинге, но на языке соблазнения.
— Во-первых, — её голос стал тише, почти интимным, — ограничение. Это не просто яблоко. Это единственное яблоко. Оно — уникально. Второе такое вы не найдёте.
Она медленно повернула его в руках, показывая со всех сторон. Свет от факелов играл на его красной поверхности.
— Во-вторых, обещание. Это яблоко не просто утолит голод. Оно подарит вам… опыт. Оно слаще мёда, но с лёгкой кислинкой, которая заставит вас вздрогнуть. Его сок… — она сделала паузу, облизнув губы, — потечёт по вашему подбородку. Вы запомните этот вкус навсегда.
В классе стояла гробовая тишина. У Рона Уизли громко заурчал желудок. Пэнси Паркинсон перестала хихикать и смотрела на яблоко горящими глазами.
— И в-третьих, — Ева подошла к краю стола, её бёдра качнулись под мантией. Она приблизилась к тому месту, где сидели Гарри и Малфой. — Запрет.
Она посмотрела сначала на Гарри, потом на Драко.
— Это яблоко… не для всех. Его получит только тот, кто действительно его достоин. Тот, кто не боится… попробовать что-то новое.
Она положила яблоко на стол прямо между ними.
И в этот момент произошло нечто странное.
Гарри, «избранный», герой магического мира, вдруг почувствовал иррациональную, почти животную потребность забрать это яблоко. Не потому, что он был голоден. А потому, что это казалось… правильным. Словно это был ещё один золотой снитч, который он должен поймать.
Драко Малфой, чистокровный аристократ, который презирал всё простое и маггловское, смотрел на этот фрукт с откровенной жадностью. Получить то, что не для всех, доказать, что он достоин, — это было сутью его натуры. Это яблоко стало для него символом статуса.
Они посмотрели друг на друга. Во взглядах двух заклятых врагов на мгновение промелькнуло одно и то же — желание. Желание обладать этим проклятым яблоком.
Ева отошла назад к своему столу, наблюдая за произведённым эффектом.
Снегг, стоявший в углу, перестал дышать.
Он только что стал свидетелем чего-то невозможного. Эта женщина, не используя ни палочки, ни единого заклинания, за пять минут создала в его классе поле такой ментальной и эмоциональной напряжённости, какого он не добивался и самыми сложными зельями. Она не приказывала. Она не проклинала. Она просто… говорила. И двигалась. Она заставила Поттера и Малфоя, двух антагонистов, захотеть одного и того же с одинаковой силой. Это была высшая форма Империуса, нематериальная, неосязаемая и, судя по всему, абсолютно не блокируемая окклюменцией.
— Урок окончен, — мягко сказала Ева. — Подумайте над этим. Яблоко можете оставить себе. Если, конечно, сможете договориться.
Она развернулась и вышла из класса, оставив за собой шлейф своих духов, ошарашенных студентов и двух заклятых врагов, которые теперь сверлили друг друга взглядами над несчастным красным яблоком.
А Снегг, провожая её взглядом, почувствовал нечто, чего не чувствовал уже очень давно. Не просто ненависть. Не просто подозрение.
Страх.
Он боялся её. И, что было в тысячу раз хуже, он с ужасом осознал, что тоже… хочет это проклятое яблоко.
Обновлено: 22.01.2026