В «Приюте Увядшего Листа» почти все свечи уже погасли. Когда Гуань Мовэнь вернулся, Бай Чжунъань в одиночестве играл в го.
— Ну как? — спросил он.
Гуань Мовэнь почтительно поклонился и ответил:
— Похоже, они ничего не заметили.
Бай Чжунъань беззвучно усмехнулся.
— Птенцы, не видевшие мира.
— Именно, — с улыбкой подтвердил Гуань Мовэнь. — Фея Юэ, кажется, впервые покинула орден. Господин Хо хоть и поопытнее, но тоже ненамного.
Бай Чжунъань передвинул несколько камней на доске, вспоминая, с каким выражением лица троица вошла во двор.
Хо Чунсяо и Юэ Юньцяо явно не поняли, что за диковины они видят, и лишь с любопытством поглазели по сторонам. А вот его внучатая племянница...
— Как вторая девочка вела себя все эти годы?
Гуань Мовэнь на мгновение задумался.
— Если мне не изменяет память, вторая госпожа — самая одарённая из всего младшего поколения. Возможно, из-за того, что её отец рано ушёл, она повзрослела раньше других. Если кто-то из наших детей и сможет пройти вступительные испытания в орден, то это будет она.
Бай Чжунъань был весьма удивлён.
— Вот как? Выходит, будущее нашего клана зависит от неё.
Гуань Мовэнь усмехнулся.
— Об этом говорить ещё слишком рано. Сможет ли вторая госпожа достичь ваших высот — большой вопрос. Этот клан по-прежнему держится на вас, господин!
Бай Чжунъань слабо улыбнулся и повернулся к старому слуге:
— Цинжу, отнеси ей ту самую кисть для талисманов из моей сокровищницы. Подбери также немного чернил и бумаги, да добавь горсть духовных камней. Без присмотра старших ей, должно быть, не хватает денег.
Он никогда не вникал в мирские дела, и такая щедрая награда была первой на памяти клана.
На лице Гуань Мовэня промелькнуло удивление.
— Господин очень к ней благосклонен, — произнёс он.
Бай Чжунъань усмехнулся и перевёл взгляд во двор.
Под Древом Жёлтых Источников Зонт Инь-Ян, словно что-то почувствовав, вдруг закрутился, всё быстрее и быстрее...
Тем временем Бай Мэнцзинь вернулась в свои покои.
В этом маленьком дворике, расположенном вдали от центральной оси поместья, жили всего три человека. Приставленная к ней старуха уже спала, сотрясая воздух богатырским храпом. Девочка-служанка лет десяти сидела на низкой табуретке и, клюя носом, ждала её у двери.
Увидев хозяйку, девочка сонно пробормотала «госпожа» и поднялась, чтобы приготовить ей воды для умывания.
Бай Мэнцзинь махнула рукой, велев ей идти спать, и умылась сама.
Едва она закончила, как доставили награду из «Приюта Увядшего Листа». Её двоюродный дед, будучи заклинателем уровня Золотого Ядра, в сне уже не нуждался и, естественно, не собирался считаться с тем, что кому-то с низким уровнем развития ещё требовался обычный человеческий отдых.
Старый слуга, улыбаясь, произнёс:
— Эта кисть была дарована наставником из ордена Пурпурной Зари. Глава клана берёг её в своей сокровищнице. Надеюсь, вторая госпожа оправдает его отеческую заботу.
Бай Мэнцзинь изобразила крайнюю степень изумления и, рассыпаясь в благодарностях, проводила его до двери.
От такого события у маленькой служанки весь сон как рукой сняло. Она взволнованно закружилась вокруг хозяйки:
— Госпожа, глава клана наконец-то вас заметил? Теперь никто не посмеет вас обижать?
Бай Мэнцзинь ничего не ответила. Она молча дала девочке духовный камень и отправила её отдыхать.
Служанка была на седьмом небе от счастья. Духовный камень! Да это же больше её полугодового жалованья! Какая щедрая у неё госпожа.
Закрыв дверь, Бай Мэнцзинь при свете лампы рассмотрела подарки.
Кисть для талисманов и впрямь была первоклассной. Даже в ордене Пурпурной Зари такую вещь мог достать далеко не каждый ученик. Чернила и бумага тоже были отменного качества, куда лучше тех, что продавались в лавках. Духовных камней было около сотни — для неё в её нынешнем положении это было целое состояние.
Бай Мэнцзинь небрежно бросила всё на стол и с непонятной усмешкой хмыкнула.
Это что, плата за молчание?
Она молча посидела некоторое время, но в конце концов открыла подарочную шкатулку и достала её содержимое.
Разложила бумагу, развела чернила и принялась медленно, штрих за штрихом, выводить талисманы.
Её нынешний уровень развития был низок, но, к счастью, сила талисманов от него не зависела, что могло хоть как-то восполнить недостаток её собственной мощи.
На следующее утро Бай Мэнцзинь разбудил шум.
— Старшая сестра Юэ? — Увидев, кто стоит перед ней, она потеряла дар речи. Энергии у этой Юэ Юньцяо было хоть отбавляй. Вчера провозились до полуночи, а сегодня она уже с утра на ногах.
— Младшая сестра Бай, почему ты так долго спишь? Ты не повредила вчера свой дух? — с беспокойством спросила Юэ Юньцяо.
— Нет, — ответила Бай Мэнцзинь, протирая глаза. — У меня вчера ещё были задания, вот и легла поздно.
— Какая ты сознательная! — восхитилась Юэ Юньцяо. Она терпеть не могла делать домашнюю работу.
Раз уж её разбудили, Бай Мэнцзинь встала и умылась.
Столько лет не жила как простая смертная, как-то даже непривычно.
Приведя себя в порядок, она наказала служанке:
— Сходи в школу и скажи, что меня не будет. Я принимаю гостей.
Девочка кивнула и с радостью побежала исполнять поручение. Госпожа получила награду от самого главы клана! Самое время пойти и похвастаться, чтобы всякие бестолковые больше не смели их задирать.
Хо Чунсяо уже ждал их на улице. Увидев девушек, он виновато сказал:
— Госпожа Бай, мы вас не потревожили? У моей сестры нетерпеливый характер, сколько ни просил её подождать — ни в какую.
Бай Мэнцзинь покачала головой:
— Я бы всё равно пошла на занятия.
— Куда пойдём? — с энтузиазмом спросила Юэ Юньцяо. — В городе Цинъюнь есть интересные места?
Бай Мэнцзинь задумалась.
— Может, в Храм Свахи? Говорят, он очень чудотворный, туда многие ходят.
Для заклинателей все эти боги и духи были не более чем выдумкой, но это не мешало им уважать верования простых смертных. Людям нужна была надежда, чтобы жить было хоть немного веселее.
Храм Свахи находился рядом с рынком. Вдоль всей улицы тянулись торговые ряды. В конце улицы росло Дерево Судьбы, сплошь увешанное красными ленточками с желаниями.
— Сколько их! — поразилась Юэ Юньцяо. — И что, правда помогает?
Торговка ленточками, сидевшая рядом, с улыбкой принялась расхваливать свой товар:
— Девушка, нашему Дереву Судьбы уже несколько сотен лет, все говорят, что оно чудотворное. Напишите на ленточке имя своего возлюбленного, и Сваха поможет вам связать ваши судьбы.
— Но у меня нет возлюбленного, — честно ответила Юэ Юньцяо.
— Да? — Торговка переводила взгляд то на Хо Чунсяо, то на Бай Мэнцзинь, не в силах понять, в каких отношениях состоит эта троица, и сменила тактику: — Тогда можешь написать другое желание. Боги — они на то и боги, чтобы во всём помогать.
— И так можно?
— А почему нет? — оживилась торговка. — Вон, видишь ту ленточку? Её повязал старина Цзэн с Улицы Акаций. Он — сын почтительный, мать у него захворала, так он все храмы в городе обегал. Ничего не помогало. В Храм Свахи он пришёл уже от отчаяния. И что ты думаешь? Через пару дней его матушка как огурчик стала!
— Да-да-да, — подхватила торговка холодным чаем. — А ещё госпожа Лю с Бамбуковой улицы. Муж её проигрался в кости и хотел её продать. Она два дня молилась в храме, и что вы думаете — он всё отыграл!
Подобные байки всегда привлекали народ. Вокруг них собралась толпа, и все наперебой принялись рассказывать свои истории.
В самый разгар этих рассказов кто-то крикнул:
— Смотрите, госпожа Лю пришла с благодарностью!
Бай Мэнцзинь обернулась и увидела ту самую госпожу Лю. Женщина была худой, но одета очень богато, что создавало странное, неуместное впечатление. Впрочем, это вполне соответствовало истории о внезапном богатстве.
Но лицо стоявшего рядом Хо Чунсяо вдруг стало серьёзным.
Госпожа Лю выглядела цветущей и полной сил, но над её лбом вилась тёмная аура.
Начнем Поле
Монстр Приближается
Городская Охота
Вечное Бессмертие
Обновлено: 03.02.2026