— Разумеется, Ваше Величество, — подтвердила я, немного ошеломлённая. — На Ваших плечах лежит благополучие всего королевства. Я всегда молюсь и за Ваше здоровье, и за процветание нашей земли.
Король тихо усмехнулся:
— Тогда не смею обесценить ваши молитвы. Буду особенно тщательно следить за своим здоровьем.
Чем дольше длился этот... обмен любезностями, тем больше меня терзали сомнения. Почему он всё не переходит к делу? Неужели Его Величество проделал весь этот путь просто ради светской беседы? Хотя, если он действительно столь импульсивен, как гласят слухи, то почему бы и нет... Но нет, мой отец — не из тех, кто потакает королевским капризам. Уж кого-кого, а его прихотей он не жаловал никогда.
Следующий вопрос застал меня врасплох.
— Скажи, Каролина, мне любопытно... а у тебя кто-нибудь есть?
— Кто-нибудь?.. — переспросила я, не веря своим ушам.
— Ну да, — подтвердил Его Величество, как ни в чём не бывало. — Такая юная леди из дома Санчес наверняка окружена поклонниками? Может, кто-то признался тебе в любви на выпускном?
Мой мозг просто отключился. Король явился сюда... поговорить о моей личной жизни?
Когда я уже почти решила, что всё это — ничто иное как странная, но безобидная попытка поболтать, мой отец, до сих пор хранивший гробовое молчание, всё-таки вмешался:
— Ваше Величество, довольно пустых разговоров. Вопрос стоит серьёзный.
Слава богам. Значит, цель у визита всё-таки была. Я уже почти вздохнула с облегчением, как Его Величество вдруг полностью переменился. Улыбка исчезла, в комнате резко похолодало.
— Пустых разговоров? Это прозвучало как пустой разговор, по-твоему, Рэймонд? — голос короля стал ледяным. — Ты лучше всех должен понимать, насколько серьёзен был мой вопрос.
Отец стиснул зубы:
— Ваше Величество…
— В конце концов, вы не вправе указывать мне, что говорить, господин премьер-министр. Напоминаю, почему вы здесь — чтобы служить королевству Селестия.
Приветливый и обаятельный монарх в один миг превратился в воплощение холодного авторитета, смотрящего свысока на своего подданного.
Стоя в стороне от этой словесной дуэли, я пыталась понять, в чём тут дело. Что за напряжение между ними? Почему вся атмосфера вдруг стала такой... тревожной?
Но отец не отвёл взгляда:
— Ваше Величество, я не могу вас в этом поддержать. Я, возможно, премьер-министр, но прежде всего — отец этой девушки.
— Ах вот как? Ты готов пойти против воли короны ради неё?
— Да, — ответил он, не колеблясь ни секунды.
Король прищурился, словно оценивая искренность. А затем, к моему изумлению, расхохотался во весь голос:
— Вот это да, Рэймонд! Ты — старый, непреклонный Рэймонд — и вдруг решаешь бросить мне вызов ради дочери! Это просто чудесно!
Он даже хлопнул себя по колену от восторга. Когда приступ смеха немного утих, король протянул руку и дружески хлопнул моего отца по груди:
— Гляди-ка, как ты вырос, старина. Прямо душа радуется — вот он, настоящий человек, даже больше: отец! В честь этого торжественного момента, пожалуй, предложу компромисс.
При слове «компромисс» в глазах отца что-то мелькнуло, но его лицо осталось бесстрастным.
А король, как ни в чём не бывало, продолжил:
— Как только я изложу контекст, мы вернёмся к моему первому вопросу. Согласен? Это ведь приемлемо?
Отец помолчал, затем коротко кивнул, как человек, подписывающий перемирие с ураганом.
Я наконец выдохнула — только теперь поняв, что всё это время не дышала. Пусть я и не имела ни малейшего представления, о чём они, но одно было ясно: буря миновала. А самое последнее, чего мне хотелось — это стать причиной разлада между королевской семьёй и Домом Санчес.
Король выпрямился и повернулся ко мне:
— Раз уж у нас есть согласие твоего отца, давай сразу к сути. С чего бы начать… Ах да. Пожалуй, с последних событий, касающихся нашего королевства и... — он бросил на меня многозначительный взгляд, — Империи Малкосии.
Я широко раскрыла глаза. Вот уж чего я точно не ожидала услышать.
Империю Малкосия, также известную как Рубиновая Империя, боялись и уважали. Она занимала почти весь континент, процветала в магии, культуре, истории — и, разумеется, в вооружённых силах. По сути, это был такой себе хорошо экипированный магический бегемот, способный раздавить наше скромное королевство не то что ненароком — просто по настроению.
— Хотя с империей у нас бывали мелкие разногласия, обе стороны предпочитали делать вид, что ничего не случилось, — продолжал Его Величество. — Однако на этот раз всё куда серьёзнее. Один из наших... умудрился оскорбить одну герцогиню. И не абы какую — сестру самого императора. Любимую сестру, добавлю. Думаю, ты уже понимаешь, почему это не тот случай, когда можно отделаться словами вроде «ну что вы, бывает».
Я слушала его с лицом, застывшим где-то между шоком и а это точно не сон? Что бы там ни сотворил этот таинственный «один из наших», если речь шла уже о дипломатическом кризисе, то простое «извините, мы больше не будем» явно не прокатит.
И всё же... причём тут я?
— Знаю этот взгляд, — кивнул король с видом просветлённого мудреца. — Ты сейчас думаешь: «А при чём тут вообще я?» Верно?
Я не смогла скрыть удивлённого вздоха — к удовольствию Его Величества. Он даже весело рассмеялся, довольный своей точностью.
— Терпение, Каролина. Вот сейчас и начинается твоя часть. Приготовься.
— Д-да, Ваше Величество…
Несмотря на весь его показной добродушный тон, я почувствовала, как в нём затаилась сила, почти как от заклинания. Инстинктивно выпрямилась, мышцы напряглись, как перед экзаменом.
Король встал и медленно начал расхаживать вокруг меня, словно разглядывал товар на королевском аукционе. Атмосфера ощутимо сменилась — теперь я чувствовала себя под пристальным вниманием.
— Несколько дней назад прибыло посольство из империи. Они сообщили о герцогине, инциденте и всём таком. Уверили, что не намерены обострять отношения… однако — тут он эффектно сделал паузу, — они также дали понять, что просто так это не оставят. И предложили... вариант. В качестве жеста доброй воли и компенсации… — он остановился прямо передо мной, — ...мы должны выдать замуж достойную кандидатуру. За не кого-нибудь, а за их второго принца.
В завершение он щёлкнул пальцами — будто только что вытащил кролика из шляпы. Увы, я была слишком занята паникующей частью мозга, чтобы оценить это театральное завершение.
Принц Эдвард Руби Мартинес — второй принц Империи Малкосии и командир-основатель элитного рыцарского ордена под названием «Огненное Перерождение». Маг, мечник, стратег — всё при нём. Под его руководством орден обрёл блестящую военную репутацию, и, казалось бы, Эдварда следовало бы называть национальным героем.
Но нет. Его народ называл его совсем иначе.
Его боялись. За жестокость, за расправы, за войну ради войны. Его называли «Кровожадным принцем» — прозвище, куда более подходящее антагонисту в трагедии, чем наследнику трона. И если уж свои люди дали ему такое прозвище… ну, думаю, дипломатии здесь придётся постараться.
— Так вот, — продолжал Его Величество, — как ты понимаешь, положение у нас... деликатное. И времени на поиски подходящей невесты у нас совсем немного.
— Но разве это действительно так сложно? — вставила я. — Разве не достаточно просто выбрать высшую по рангу незамужнюю аристократку? Например... принцессу из королевской семьи?
Обновлено: 03.02.2026