Глава 39 — Глава 39.

*Глава 39.* Герцог пристально посмотрел на Лириэт и положил руку на её круглую голову: – Спокойной ночи. – Да. Пусть завтрашний день будет приятным, – улыбнувшись, девочка вышла. – …… В комнате, откуда ушёл маленький ребёнок, повисла тишина. Оливия заговорила первой: – Лауренсио, кажется, Лириэт пока трудно общаться с тобой. – Это всего лишь приветствие. – Она обняла меня и даже подставила щёку, а тебе просто поклонилась. Как и всем остальным. – Разве это не потому, что матушка потребовала, чтобы Лириэт приветствовала её так? – Потребовала. Если другие услышат это, то подумают, что я отдаю ей приказы. Я просто сказала, что было бы лучше, если бы мы приветствовали друг друга без страниц этикета. И Лириэт согласилась, потому что думает так же. Другими словами, это милое приветствие было выбором девочки. – Очевидно, ведь я – бабушка, а ты – Герцог, – сказала женщина, поднимая уголки губ в знак победы. – Ясно, что Лириэт чувствует себя комфортнее со мной, чем с тобой. Лауренсио ничего не возразил. Однако Оливия, его родная мать, видела, как сильно задрожали голубые глаза сына. ***** Встретившись сегодня с Герцогом на танцевальной практике, Лириэт недоумённо опустила брови. ***Я ошиблась? Кажется, Герцог не в самом лучшем настроении.*** На первый взгляд Лауренсио ничем не отличался от себя обычного. Его точёные черты лица и сапфирово-голубые глаза были холодными и невыразительными. ***Но между бровями очень тонкая морщинка. Никто другой не замечает, но я вижу!*** Лириэт, остро заметившая перемену в Герцоге, осторожно спросила: – Герцог, не сделать ли нам сегодня перерыв в танцах? Морщинка между бровей Лауренсио увеличилась (*Естественно, это заметила только Лириэт, пристально вглядывающаяся в его лицо*): – Почему ты вдруг предлагаешь это? – Кажется, Герцог не в настроении заниматься танцами. Не хочу, чтобы Вы переусердствовали из-за меня. Эти слова имели глубокое сожаление, о котором не каждый мог знать в своём детстве. Однако Лауренсио почувствовал нечто иное, чем восхищение или благодарность за внимание Лириэт. ***Точно. Она всегда такая.*** ***Прошло уже полгода с тех пор, как Лириэт приехала в замок. До сих пор она никогда не просила меня ни о чём, кроме «****Позвольте мне остаться в замке****».*** ***Нет, было ещё кое-что.*** – *Пожалуйста, позвольте мне покинуть замок Винджоайс, когда я захочу.* – *Если Герцог разрешит, я хочу, чтобы Госпожа Оливия обучала меня.* ***Всё это далеко от желаний маленького ребёнка.*** ***Поиграй со мной, купи мне игрушки, хочу шоколадный торт и многое другое. Лириэт никогда не высказывала подобных детских просьб.*** ***Ни разу.*** – Как и сказала матушка, тебе со мной некомфортно, – пробормотал Лауренсио низким голосом. – Что? – Лириэт посмотрела на Герцога, который выглядел так, словно хотел что-то сказать, но молчал. Хотя уже сказал ребёнку что-то бесполезное. – Нет. Начнём занятие танцами. Лириэт, которая обычно ответила бы утвердительно, покачала головой: – Я хочу услышать чуть больше о том, что Вы только что сказали. Вы говорите, что мне неудобно с Вами, Герцог? – Я ошибся, поэтому не беспокойся. – Но это касается меня. – …… – Не знаю, почему Вы так подумали, но я совсем не чувствую неудобства рядом с Герцогом. Наоборот, я искренне уважаю, люблю и ценю Вас. ***И, конечно, я думала, что Герцог знает об этом.*** Хоть Лириэт была очень спокойной, она всегда честно выражала свои чувства. Спустя некоторое время Лауренсио заговорил с выражением лица, по которому читалось, что он озвучивает скрытую внутреннюю мысль, которую не хотел никогда раскрывать: – Тогда почему ты не называешь меня отцом? – ……! ***Естественно, я знал, что сменить обращение будет непросто. Особенно на особое обращение «отец».*** ***Поэтому совсем не возражал, когда Лириэт называла меня Герцогом.*** ***Но……*** – Матушку ты сразу назвала бабушкой. Видя это, я решил, что проблема не в смене обращения, и подумал, что, скорее всего, она связана со мной. Глаза Лириэт расширились от удивления. ***Я никогда не думала, что Герцога это волнует.*** Лауренсио добавил нехарактерные для себя слова: – Конечно, я не тот человек, которого ребёнок может с готовностью назвать отцом…… Наоборот, обычно дети просто смотрели в глаза Герцога и кричали. А затем начинали плакать. Некоторые робкие дети теряли сознание. А всё из-за ледяной ауры, которая исходила от его огромного тела. Даже идеальное скульптурное лицо, приводившее в трепет женщин, совсем не помогало в общении с детьми. Скорее, их страх только усиливался. ***Может, мне стоит потренироваться у Симона улыбаться?*** – Это не так. Герцог очень замечательный! – закричала Лириэт серьёзно задумавшемуся Лауренсио. – …… – Герцог высок, как медведь, и красив, как Принц из сказки. Ест столько же еды, сколько великан, и невероятно силён, чтобы победить сотни отвратительных монстров. ***Это действительно то, что нравится детям? ***– Лауренсио прищурился от сомнительных комплиментов. Однако его глаза расширились от следующих слов девочки. – Но что важнее, рядом с Герцогом я чувствую себя в полной безопасности. Такое ощущение, словно меня обнимают самым тёплым, большим и прочным одеялом в мире. ***Он защитит меня.*** ***Не будет злиться на меня.*** ***Будет любить меня.*** Лириэт без сомнений приняла привязанность Герцога и свою к нему. – Единственная причина, по которой я не могу назвать Герцога отцом…… – продолжила девочка с красным, как яблоко в осенний день, личиком. – Я смущаюсь. Поверьте мне. Откровенное признание ребёнка заставило уши Лауренсио запылать. Спустя некоторое время он положил ладонь на круглую голову Лириэт: – Спасибо за твою честность, – Герцог посмотрел девочке в глаза и продолжил. – Обычно я думаю, что обращение не так уж важно. Однако, похоже, в уголке моего сердца живёт желание, чтобы ты называла меня отцом. ***Так по-детски и мелочно.*** – Я узнал эмоции твоего сердца, поэтому теперь всё в порядке. Пожалуйста, не стесняйся звать меня, как раньше. ***Любое обращение подходит.*** – Неважно, назовёшь ли ты меня Ледяным Монстром или Убийцей Монстров. – Не хочу! Смотря на серьёзно нахмурившуюся Лириэт, Лауренсио слегка приподнял уголки губ: – Если тебе не нравится это, то обращение Лауренсио тоже будет нормальным. Личико девочки чуть просветлело: – Это тоже довольно сложно. Как я могу называть Герцога по имени? – Тогда, как и прежде, обращение «Герцог» будет лучшим, – Лауренсио мягко улыбнулся и погладил Лириэт по волосам. Однако под его большой ладонью девочка растерянно улыбалась. ***** Той же ночью Лириэт лежала в постели и думала. ***Герцог разрешил продолжать называть его Герцогом.*** Однако девочка понимала, что если она продолжит делать это, то создаст трудности. ***Теперь я – Лириэт фон Винджоайс.*** ***Я стала настоящей дочерью, имя которой официально внесено в семейный реестр.*** ***И на банкете в ближайшие дни обо мне объявят всему миру.*** ***Только люди сочтут странным, если я продолжу так называть Герцога даже на банкете.*** ***Будет много пересудов.*** – *Почему маленькая Принцесса не называет Его Высочество Герцога отцом?* – *Поскольку она – внебрачный ребёнок, рождённый на улице, Его Высочество Герцог не позволил бы ей называть себя так.* – *Возможно, она не чувствует Его Высочество Герцога в качестве своего отца. Он из тех людей, которые могут лишь излучать очень угрожающую ауру.* – *А не может ли быть так, что она просто ненастоящая дочь Его Высочества Герцога, и всё так, как говорит Первосвященник в Столице?* Было понятно, что ничего хорошего из этого не выйдет. ***Что важнее, Герцог хочет услышать это, ***– личико Лириэт покраснело, когда она вспомнила момент признания Лауренсио. Девочка с решительным лицом сжала свои маленькие кулачки и начала бормотать: – Отец, отец, отец. Отец…… На следующий день, Лириэт побежала к Герцогу. И произнесла слова, которые она репетировала всю ночь. – Доброе утро, о…… Однако в тот момент, когда Лириэт встретилась с голубыми глазами Лауренсио, смотрящими на неё сверху вниз, она потеряла дар речи. ***Нет, не могу!*** Лириэт набралась смелости и вновь заговорила: – Какое у нас меню на завтрак? *– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –*