Глава 6 — Глава 6

«Глава 6» Подноготная горе-безбилетников (5) Косясь на лезвие, прижатое к самому кадыку так плотно, что любое движение в пару миллиметров сулило кровопускание, я произнес голосом, который прозвучал на удивление спокойно даже для меня самого: — Я понимаю ваше беспокойство, но для начала успокойтесь и уберите меч. Уф, до сих пор не пойму, откуда во мне взялась такая дерзость… Как бы там ни было, мой невозмутимый ответ заставил мужчину помедлить, и в конце концов он убрал клинок. — Во-первых, слухи о вас двоих уже вовсю гуляют по порту. — …Мы не изменники. — Господин рыцарь, сейчас важно не это. Важно то, что на кону жизни не только ваши, но и всех на этом корабле. — Хм… Что касается награды, то она будет достойной… Ну и тугодум. Какой толк в награде, если нас всех прихлопнут прямо сейчас? — О награде будем судить, когда выживем. — И что же ты предлагаешь? — Как я уже сказал, сегодня мы выходим в море. Когда стемнеет, вам нужно будет сменить укрытие вместе со мной. — Хорошо. — И еще: избежать досмотра будет трудно. Я подготовлю кое-что. Если дела примут дурной оборот, вы должны делать в точности то, что я скажу. Я подробно разъяснил им план действий и то, что потребуется от них самих, велел сидеть тише воды ниже травы, так как здесь будет шастать много народу, и развернулся, чтобы уйти. Прямо перед дверью до меня донесся голос принцессы, до этого хранившей молчание: — Кто ты такой? — Простите? Что вы имеете в виду? — Твои манеры не соответствуют этикету, но речь и поступки рассудительны. Ты хладнокровно анализируешь ситуацию, планируешь действия и ищешь способы защиты. Обычный матрос не может вести себя так. Кто ты? А принцесса-то оказалась непростой. Я не видел ее толком, но ей на вид лет восемнадцать, в прошлой жизни была бы обычной школьницей, а какая поразительная проницательность. Я никогда не встречал благородных дам лично, но, основываясь на слухах и предрассудках о европейских аристократках средневековья, относился к ним с пренебрежением. Видимо, стоит пересмотреть свои оценки. — Неважно, кто я. Важно лишь то, что я не донес на вас, и только если вы двое благополучно покинете это судно, мы тоже останемся живы. — Но доверять тебе трудно. Честно говоря, мне кажется, что правильнее было бы убить тебя прямо сейчас и сбежать с корабля. Ну да, если бы я был на их месте и увидел, что какой-то матрос ведет себя подобным образом, у меня бы тоже подозрения расцвели буйным цветом. Как я уже не раз говорил, большинство матросов – люди, мягко говоря, не самого большого ума. — Сейчас день, корабль готовится к отплытию, кругом суета. Если попытаетесь бежать сейчас, вас гарантированно обнаружат. — Даже так, это лучше, чем сидеть в этой тесноте и ждать, пока нас схватят. — На этот счет можете быть спокойны. Если бы я хотел донести, я бы сделал это вчера. И уж точно не стал бы приходить сюда снова. И еда эта, поверьте, влетела мне в копеечку. — Звучит так, будто ты что-то скрываешь. — Это значит, что скрывать мне нечего. Я просто… матрос на этом корабле. Просто чуть сообразительнее остальных. * * * * * Аллен какое-то время сверлил взглядом закрывшуюся дверь, за которой исчез матрос, оказывающий им – пусть и под угрозой – столь неожиданно полную поддержку, и тихо спросил: — Принцесса, как поступим? Если он кажется вам подозрительным, то прямо сейчас… Принцесса Эллиан, в раздумьях покусывая губы, на мгновение замерла, а затем ее лицо смягчилось. — Нет, сэр. Он прав. Сейчас нам остается только довериться ему. Но как человек, не являющийся ни аристократом, ни ученым, ни торговцем, может так… — Может, он беглец или у него есть какая-то тайна? Согласен, на обычного человека он не похож. — Как бы то ни было, если верить его словам, шансы на успех нашего побега значительно возросли. — Да. Признаться, я даже не думал о таком способе, и это беспокоило меня больше всего… Если мы сможем безопасно добраться до окрестностей Порта Розе, можно будет немного перевести дух. Эллиан, совершенно не сведущая в морском деле, забралась в искусно замаскированное убежище за штабелями ящиков со старым хламом и с трудом сдержала подступившие слезы. Благодаря помощи сэра Аллена, который всегда любил ее как родную дочь, ей удалось зайти так далеко, но ситуация оставалась гнетущей. Порт Розе? Даже если они благополучно прибудут туда, что это даст? Ее добрый старший брат мертв, а страна, кажется, полностью перешла под власть второго брата. Она даже не знала, живы ли ее младшие братья и сестры. Надеяться на снятие обвинений в измене и восстановление в правах было нереально. Хоть она и королевской крови, но она женщина – примет ли ее кто-нибудь? Аллен нацелился на маркизат Скотта в Королевстве Беллокина – родовое поместье ее покойной матери, но сама она была настроена скептически. Мать умерла от болезни, когда Эллиан было всего два года, и она ее даже не помнила. У старшего брата Фреда хотя бы сохранились детские воспоминания, и он иногда тосковал по ней, а у Эллиан не было даже этой тоски. Претия и Королевство Беллокина поддерживали довольно дружественные отношения, послы часто навещали их, но все внимание этих послов было приковано к первому принцу Фреду. Зачем им заводить дружбу с принцессой, которая, скорее всего, покинет королевскую семью ради династического брака, когда есть наследник престола? Говоря прямо, если не считать кровного родства, они были совершенно чужими людьми. С какой стати дому маркиза радушно принимать внучку, чье лицо они никогда не видели и которая даже не помнит их дочь? Тем более сейчас, когда в дело вмешалось Королевство Иллед, политическое бремя стало непомерным. Но у нее не хватало духу сказать об этом честному рыцарю, который пожертвовал всем, видя в ней лишь тень своей госпожи. * * * * * Прямо перед тем, как отдать швартовы и завершить подготовку к выходу, мы увидели запыхавшихся портового смотрителя и стражников, бегущих к нам. Капитан скривился, не скрывая своего раздражения, но в итоге приказал снова установить уже убранный забортный трап. Задыхающийся смотритель поднялся на борт и, пытаясь восстановить дыхание, обратился к капитану: — Хе… кха… ох, как же тяжело. Неужели нельзя было подождать немного? — Господин смотритель, разве все документы на выход не оформлены? — Гм… Поступило специальное распоряжение свыше: все суда, покидающие порт, должны пройти досмотр. Боцман, стоявший рядом, вспылил и влез в разговор: — Да мы же только что проходили проверку при погрузке! Всего пара часов прошла… — Боцман! Капитан прикрикнул на него, и боцман, скрипнув зубами, отступил и извинился: — Виноват, господин капитан, господин смотритель. Руки стражников легли на эфесы мечей, на лице смотрителя отразилось недовольство, но, к счастью, ситуация не обострилась. — Вы думаете, мне это в радость? Мне тоже неохота возиться, так что давайте поскорее. Бросив эту фразу, смотритель растолкал матросов и быстрым шагом направился к складу. Я посмотрел на капитана с боцманом, чьи лица выражали крайнюю степень досады, на мечущегося штурмана, и, слегка поклонившись, сказал: — Я их сопровожу. — А, ну давай. Присмотри, чтобы эти олухи товар не попортили. — Будет сделано~. Ну и как я их остановлю, если даже капитан, высшая власть на этом судне, для них пустое место? Слова боцмана были сказаны сгоряча, а мой ответ был лишь данью вежливости. Куда важнее было, чтобы они не наткнулись на принцессу. Пересчитав матросов для проверки личностей и перевернув каюты вверх дном, смотритель добрался до склада и принялся вскрывать аккуратно уложенные ящики с хлопком. Вдруг его глаза азартно блеснули: — Стоять! — В чем дело? — Там, за теми ящиками с хламом! Подозрительно! Едва он договорил, как стражники разом выхватили мечи и окружили указанное место. Когда оцепление замкнулось, смотритель махнул мне рукой: — Эй, ты! А ну, убери ящики. Вздумаешь шутить – дырку в шее проделаю. — Да там ничего не… — Молчать! Живо убирай! В итоге мне ничего не оставалось, кроме как нехотя побрести к ящикам внутри оцепления. … … Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!