─ Завтра уже сессия начнется, ты как, подготовился? ─ Вэнь Дунцзюнь уныло посмотрел на Фэн Юя.
─ Да нормально, не скажу, что блестяще, но и не провалюсь. А вот ты, судя по виду, в своих силах совсем не уверен. Ну и на сколько мест планируешь подняться в рейтинге на этот раз? ─ Фэн Юй вскинул брови и искоса глянул на друга. Кто там хвастался, что с каждым разом обгоняет по нескольку человек и к выпуску станет лучшим учеником школы? Продолжай заливать.
─ Прогресс точно будет, из последней десятки класса я всяко выберусь. Вот только до середины списка мне не хватает еще позиций десяти… И что мне делать? ─ Вэнь Дунцзюнь сокрушенно вздохнул, его боевой дух явно пребывал в упадке.
Фэн Юй с любопытством спросил: ─ Дядя Вэнь поставил условие, чтобы в этом семестре ты добрался до середины?
─ Да нет. Если я удержу нынешние баллы, то и так смогу поступить в бакалавриат. Дело не в родителях, а в другом человеке, ─ пробормотал Вэнь Дунцзюнь и украдкой бросил взгляд вперед.
«Мать твою, этот придурок заглядывается на мою девчонку?» ─ Фэн Юй вскипел. Ему показалось, что Вэнь Дунцзюнь смотрел на Ли На. Но, поразмыслив, он понял: быть того не может. Друг не из таких, да и Ли На не стала бы менять привязанности как перчатки.
Неужели… да ну тебя! Неужели Вэнь Дунцзюню приглянулась Пышка?
Фэн Юй вытаращил глаза и уставился на друга. Вроде не пришелец в маскировке. Наверное, вчера ему голову дверью прищемило!
Вэнь Дунцзюнь рассердился: ─ Чего ты на меня вылупился?
─ Тебе… нравится Пышка?
Фэн Юю стало даже немного совестно перед товарищем. Всякий раз, когда он звал Ли На погулять, Пышка увязывалась следом. Фэн Юй использовал Вэнь Дунцзюня как живой щит, чтобы тот отвлекал ее. Но кто бы мог подумать, что он в нее влюбится? Это… это просто умора!
─ А что, нельзя? И хватит называть ее Пышкой, это неуважительно. У нее есть имя ─ Чжан Хань!
─ Ладно-ладно. Значит, тебе нравится Чжан Хань? А я-то гадал, почему ты перестал бегать за первой красавицей из соседнего класса. Оказывается, нашел себе другую. И ради нее решил взяться за ум? Но тебе не кажется, что она… ну, самую малость полновата? ─ Фэн Юй показал пальцами крошечный зазор, едва сдерживая смех.
─ И что с того? Я в детстве тоже был колобком, а сейчас вон как исхудал. Чжан Хань пообещала, что за эти зимние каникулы сбросит минимум десять килограммов.
─ Что ж, совет да любовь. Раз она взялась тебя подтягивать по учебе, неудивительно, что ты уверен в успехе. Спортивный организатор и культурный сектор ─ отличная пара! ─ Сбросит десять кило? Фэн Юй в это не верил, а если бы и сбросила, при ее нынешних восьмидесяти она всё равно осталась бы Пышкой.
─ Слушай, а как думаешь, она правда похудеет за каникулы? ─ вкрадчиво спросил Вэнь Дунцзюнь.
─ За месяц вряд ли, а за год ─ точно. Верь в себя, ты обязательно вдохновишь её на диету, ─ Фэн Юй похлопал его по плечу с самым ободряющим видом.
На самом деле он понимал: если Чжан Хань не похудеет, червячок сомнения в душе Вэнь Дунцзюня будет только расти, и ничего у них не выйдет. А если и похудеет… ну, в такое чудо Фэн Юй не верил.
Сам Фэн Юй учился неплохо: по русскому языку высший балл, по литературе тоже всё отлично, с математикой порядок, а физика и химия ─ на среднем уровне. История с географией, где нужна память, шли на ура. В лидеры класса он не метил, но в десятке лучших держался крепко, так что сессия его не пугала.
Экзамены начались в срок. В школе практиковали смешанную рассадку учеников разных классов, чтобы исключить списывание у старших товарищей.
Первые предметы Фэн Юй сдал успешно, даже физика с химией дались легко. После последнего экзамена по политике он потянулся: на этот раз результаты должны быть достойными, будет чем отчитаться перед родителями. К себе-то Фэн Юй всегда был снисходителен, зато к другим ─ строг!
Выйдя из аудитории, он столкнулся с сияющим Вэнь Дунцзюнем. Неужели этот охламон тоже хорошо сдал? Невероятно. В точных науках он еще что-то смыслил, но гуманитарные предметы, где нужно зубрить, всегда сдавал на грани фола. Откуда такая уверенность?
─ Узри, дружище! Кажется, в этот раз я войду в первую десятку класса! ─ Вэнь Дунцзюнь задрал подбородок, так и лучась самодовольством.
Фэн Юй приложил ладонь к его лбу: ─ Жара нет. Перестань нести чепуху.
Вэнь Дунцзюнь оттолкнул его руку и выкрикнул: ─ Кто несет чепуху? Я серьезно! Ты же видел, как я подтянул русский, пока сидел с тобой? А математика с физикой у меня и так получше твоих будут. Что же до истории и прочего… мне просто повезло с человеком!
─ В каком смысле?
─ Ну ты и тугодум! Я сидел за одним столом с парнем из выпускного класса, причем гуманитарием. Всё, чего я не знал, знал он. Когда он закончил свою работу, то взял мой черновик и набросал ответы. Сказал, что у него по истории и политике всегда высшие баллы!
«Вот же черт!» ─ Фэн Юй лишился слов. Какое поразительное везение: встретить на экзамене гения, который согласился подсказать. Если по гуманитарным предметам у него будут высокие баллы, Вэнь Дунцзюнь и впрямь может влететь в десятку. Что ж, все каникулы он будет этим хвастаться, посмотрим, как он запоет в следующем семестре!
─ Пошли. Вечером в ДК кино показывают. Поедем на машине, я угощаю!
В этот раз к ним присоединился Лю Кунь. Завтра начинались каникулы, и Фэн Юй планировал отвезти друзей домой на машине, чтобы не пришлось спозаранку стоять в очереди за билетами, так что сегодня можно было погулять подольше.
Лю Кунь был типичным отличником: даже в Третьей средней школе он входил в тройку лучших на потоке и был первым в классе. Гордость учителей и тот самый «соседский ребенок», которого родители всегда ставили в пример. Фэн Юй и Вэнь Дунцзюнь тоже частенько попадали в примеры родителям, но только как антиподы.
Фэн Юй часто прогуливал, и ходили слухи, что его семья связана с триадой, а Вэнь Дунцзюнь после уроков первым делом несся на баскетбольную площадку, даже если у него было всего пять минут. Разве такие дети могут поступить в университет? Родители предостерегали своих чад: «Не вздумайте с ними водиться, иначе ноги переломаем!»
В кинотеатре при ДК Фэн Юй сел рядом с Ли На. Он опустил руку и незаметно накрыл своей ладонью её маленькую ручку. Ли На попыталась высвободиться, но, не сумев, густо покраснела и затихла. Фильм она почти не смотрела ─ всё переживала: а что, если Фэн Юй полезет целоваться? Стоит ли сопротивляться?
К её легкому разочарованию, до самого конца сеанса Фэн Юй больше ничего не предпринял. Она слышала от соседки по общежитию, что та со своим парнем уже целовалась взасос.
Вэнь Дунцзюнь сидел с Чжан Хань. Он не решался взять её за руку, но она сама запросто положила голову ему на плечо, отчего сердце парня забилось как сумасшедшее. Странно, но с каждым разом она казалась ему всё милее.
И только бедный Лю Кунь, сидевший в одиночестве в углу, по-настоящему насладился сюжетом. На выходе он пытался обсудить с друзьями перипетии сценария, но те слушали невнимательно. По мнению Фэн Юя, таким правильным мальчикам в будущем светит только знакомство по расчету: сам он себе девушку никогда не найдет!
У подъезда дома Чжан Хань Вэнь Дунцзюнь разыграл целую сцену трогательного прощания. Фэн Юй только глаза закатил. Подумаешь, каникулы, не на вечность же расстаются.
Он совсем забыл, как сам начинает тосковать по Ли На, стоит не увидеть её пару дней. Сейчас его больше всего занимало одно: какое лицо будет у Вэнь Дунцзюня, если в следующем семестре Чжан Хань станет еще толще!
Предвкушение было весьма приятным…
─ Примечание: Под «целоваться взасос» в оригинале используется иносказание, надеюсь, вы поняли. В дальнейшем, если встретите подобные намеки, домысливайте сами. Благодарю wangking12 за донат и sone_轻雨 за указание на ошибку в прошлой главе. У автора «Четвертого» учитель математики в старшей школе раньше преподавал физкультуру ─ клянусь, это чистая правда. Его перевели к нам из городской сборной по баскетболу, и как он превратился из физрука в математика ─ загадка. Ходили слухи, что они с директором одноклассники, и это просто кумовство! А ведь у нас была образцовая школа государственного уровня, гордость провинции.
Обновлено: 19.02.2026