Он помнил лаборатории, формулы и холодный свет экрана, где оживали чужие истории. Теперь эти знания стали его оружием. Он существует в промежутках, в скрипе пера по бумаге, в случайных словах, принятых за шепот судьбы, в снах, которые не забываются. Он не герой и не злодей. Он непрошенный советчик, невидимый архитектор лучшего будущего.

Он помнил лаборатории, формулы и холодный свет экрана, где оживали чужие истории. Теперь эти знания стали его оружием. Он существует в промежутках, в скрипе пера по бумаге, в случайных словах, принятых за шепот судьбы, в снах, которые не забываются. Он не герой и не злодей. Он непрошенный советчик, невидимый архитектор лучшего будущего.