Когда вы делаете добро другим, вы в первую очередь делаете добро себе
Бенджамин Франклин
Поворот действительно оказался незаметным. Причём настолько, что я бы точно прошёл мимо, если бы меня вовремя не проинформировали. А ведь я знал, что он должен быть и искал его и всё равно пропустил. Впрочем, как я узнал из пояснения старушки, деревню построили беженцы из разных концов Южных Земель и для них вопрос безопасности – один из самых важных.
К слову, моя попутчица представилась Софией. Она покинула родную деревню вместе со всей семьёй, когда до них начали доходить слухи о том, как солдаты соседнего княжества поступают с мирным населением.
– Я то ладно, – вздыхала женщина, – старая уже, мне и бояться то нечего. А вот дочке моей, Ханне, точно бы туго пришлось. Она у меня красавица и сердцем добрая. В общем, как услышали мы, что в округе твориться, решили уходить. Собрали всё, что могли, на телеги уложили, да и ушли всей семьёй.
– И далеко ушли? – поинтересовался я.
– Ох, внучек, далеко. Мы же с самых восточных окраин Южных земель пришли. А тут, за хребтиной то уже и Хаф – город портовый. А дальше только Белое море.
– Белое море?
– Его так моряки прозвали, из-за того что там постоянно неспокойно. Волны все вспенены, поэтому и белое. Ох, гляди-ж ты. Уже и добрались. Не зря говорят, за беседой дорога пролетает незаметно.
Присмотревшись, я вновь воздал хвалу тому, кто занимался сокрытием деревни от посторонних глаз. Дорога, которая больше походила на колею, едва заметную в густой траве, вела прямо к стене их деревьев. Присмотревшись, я понял, что это самый настоящий частокол, замаскированный ветвями и плющом. Да и вся простирающаяся впереди чаша была естественной стеной, за которой, судя по всему, и располагалась деревня.
Когда мы почти подъехали к тупику, в который упиралась колея, в стене бесшумно открылся проём шириной метра три и высотой в два. Причём открылся, как самые настоящие двустворчатые ворота. В проходе возник кряжистый мужчина в потёртой, но добротной кожаной броне.
– Кто таков? – хмуро уставившись на меня пробасил он, положив руку на рукоять меча.
– Штерн - странствующий волшебник, – представился я.
– Волшебник, значит, – ещё сильнее напрягся мужик, – Зачем пришёл?
– Эммм, – недоумённо посмотрел я на него и, отступив в сторону, чтобы тот увидел сидящую в телеге старушку, произнёс, – Вот.
– Ох, – всплеснула руками София, – Шверт! Штерн не враг нам. Видишь, помог мне, телегу дотащил и меня вылечил.
– Священник? – вопросительно глянул на меня страж.
– Скорее, волшебник широкого профиля, – поправил я, – Но исцелением тоже владею, – и в доказательство использовал магию Богини, отчего руки засветились зелёным светом.
– Хорошо, – кивнул немногословный здоровяк и отошёл с дороги, давая проехать.
Деревенька оказалась небольшой, но довольно симпатичной. Одно и двухэтажные домики привычной фахверковой постройки прятались под кронами высоченных деревьев. В некоторых местах были прорыты и обложены камнем каналы, по которым, весело журча, бежала кристально чистая вода.
– Кажется, нас встречают, – произнёс я, увидев бегущих к нам на всех порах девушку лет двадцати восьми и двух пацанят.
Первыми к нам буквально подлетели ребята, и с криками: "Бабушка Софи!", влезли на телегу и кинулись обниматься. Затем подоспела и девушка, которая, со слезами на глазах, тоже присоединилась к сеансу групповых обнимашек.
Я же незаметно отошёл в сторонку, чтобы не мешать семейному воссоединению. Впрочем, скоро ко мне подошёл молодой мужчина, на вид ровесник обнимающей Софию девушки.
– Больше вам спасибо! – с волнением в голосе произнёс он, – Когда Софи не приехала в урочное время, мы уже не знали, что и думать!
– Мне было нетрудно помочь. Просто выскочивший из леса волк напугал осла. Тот вырвался из упряжи и убежал в лес. Надеюсь, ослик - не единственное тягловое животное у вас?
– Что вы, нет конечно! У нас ещё есть несколько лошадей, просто они захворали, вот и пришлось брать осла.
– Штерн, – представился я, протянув руку
– Ох, я же даже не представился! Прошу меня простить! Меня зовут Курт. Я кожевенник, – смущённо произнёс мужчина, отвечая на рукопожатие, – А там мои дети: Шварц и Тео. И конечно, моя дорогая жена, Ханна.
– Рад познакомиться с вами, – улыбнулся я, – К слову, не подскажите, куда поставить телегу? А то посреди улицы она наверняка будет мешать.
***
– Ещё раз спасибо, что спасли мою маму! – в сотый раз поблагодарила меня Ханна, расставляя на столе незатейливую посуду.
Я загнал телегу во двор симпатичного двухэтажного домика. Меня провели на кухню и усадили за круглый стол. В левом углу чернела топкой плита на дровяном топливе, на которой стоял большой чугунок с чем-то приятно пахнущим. По правую строну практически всё пространство занимали крепкие прямоугольные столы, на которых стояла различная кухонная утварь. В целом довольно аскетично, но мне понравилось.
– Пожалуйста, – так же в сотый раз ответил я и улыбнулся.
– Ханна, ты так совсем нашего гостя засмущаешь, – попеняла дочери старушка, сидевшая от меня по левую руку.
– Но ведь ты была совсем одна! В лесу! А если бы тот волк вернулся? А если бы на тебя наткнулись лихие люди? А если...
– Ханна! – построжев голосом произнесла Софи, – Уже не имеет смысла думать о том, что было бы, да если бы. Меня нашёл Штерн и привёз сюда, живую и здоровую. Даже телегу с товарами буквально на себе допер.
– Спасибо вам за это, господин Штерн! – снова начала было свою речь девушка, но вмешалась старушка.
– Ты лучше, вместо пустых благодарностей, сходи к мельнику, да обменяй пару тканей из телеги на свежий хлеб.
– Ох, сейчас! – тут же переключилась Ханна и подхватив стоящую неподалёку корзинку, направилась на выход из дома.
Проводив в окне её удаляющуюся фигурку, к которой присоединились ещё две по меньше, Софи повернулась ко мне и произнесла:
– Ты уж прости за её навязчивость, внучек. Добрая она, за всех переживает, а за семью и того больше. Так рвётся всем помочь, что уговорила нашу местную травницы учить её всяческим премудростям. Мечтает лекарем стать.
– Чистая душа, – мягко улыбнулся я, – Ещё ни разу не встречал кого-то, настолько же добродетельного. Даже среди служителей Богини не попадалось никого, такого же искреннего и светлого. Скажи Софи, неужели здешний священник не заметил такое сокровище?
– Да как же ему заметить, если у нас его и не было никогда, – пожала плечами старушка.
– Вот как, – удивлённо поднял я брови, – А почему?
– Да не шибко много у нас церквей, в южных то землях. Стоит объявиться человеку, кто исцелением владеет, так местные благородные его тут же к себе переманить пытаются.
– Вот как... – я задумчиво потёр подбородок, – Стало быть, священники где и есть, то только в крупных городах, а то и при дворе местных князьков.
– Истинно так, – вздохнула Софи, – Часовенка то у нас есть, и изображение Богини тоже - местные умельцы написали, а вот священника...
– Понятно. А скажи...
Следующие, по субъективному ощущению, минут тридцать, я расспрашивал женщину о местных порядках и укладах. Как и в ранее встреченных мною деревнях, главным здесь был староста, которого выбирали коллективным голосованием. Так же был отряд охотников-сборщиков, что занимались добычей мяса и шкур животных, и собирали грибы, ягоды и коренья.
Были здесь и свои ремесленники, в число которых входил и Курт, муж Ханны, кожевенных дел мастер. Так же был и кузнец с подмастерьями, и плотник со своей артелью. Даже камнетёс имелся! Тот самый мужик, что встретил нас на входе в деревню. Из-за того, что его дело было не так часто востребовано, как у других ремесленников, он, чтобы не сидеть без дела, занимался охраной границ деревни и других на это дело натаскивал.
– Он же раньше воином был. В отряде князя капитаном служил, – поведала мне Софи.
– А почему ушёл? Военное дело в ваших краях довольно востребовано. И подняться в чинах можно сильно.
– Тёмная история, – погрустнела женщина, – Князь приказал деревню наказать, за то, что те налоги вовремя не платят. А как их платить, если денег в деревне почти и нет, а продукты солдаты забирают? Но да разве ж князя такие мелочи заботят, Вот и велел он старосту повесить, а тех, кто работать не может - в сарае запереть, да поджечь. Шверт отказался такой приказ исполнять. Он хоть и звероват на вид, но сердце у него на месте. Князь вроде бы отказ принял, а ночью солдаты напали на дом Шверта и убили его жену. Тот в ярости проник во дворец и вырезал всю княжескую семью и гарнизон стражей. А потом ушёл в лес.
– И что же, его никто не искал?
– Да куда там. Все как узнали, что князя больше нет, начали власть делить. Потом соседи подоспели и совсем не поисков стало. Его только Курт искал. И нашёл.
– Курт? - удивился я
– Ага. Жена Шверта его родной сестрой была. Да и Курт его с детства знал.
– Какая грустная история, – покачал я головой.
– Эх, внучек, самое грустное, что она такая не одна. У каждого живущего здесь есть подобная. Это нас и объединило. Устали мы бегать. Хотели жить спокойно. Вот деревеньку и поставили. Зато теперь мы как одна большая семья. Денег у нас нет, всё трудом или обменом расплачиваются. А пару раз в месяц кто-нибудь из нас в ближайший город на рынок ездит, наши товары продать, да что-нибудь нужное купить
– Интересно. А кто забор так мастерски спрятал? Да и поворот к вам довольно легко пропустить.
– А-а-а-а... Так это травница наша - Лауб. Умная женщина. Ведает много и даже магией владеет!
– Вот как, – заинтересовался я, – А что за магия?
– Даже и не знаю, как сказать то, – задумалась Софи, – Она пошепчет что-нибудь, а от её слов и урожай лучше растёт, и деревья зеленеют.
– И так только с растительностью? - уточнил я.
– Верно. Она в них хорошо разбирается, в растениях то. Готовит из них лекарства да примочки всякие. Оттого её травницей и кличут. Она нам этот забор вокруг деревни и вырастила. Сейчас вот пшено растить помогает, да дочурку мою учит. О, а вот и Ханна возвращается! Надо бы на стол накрывать.
***
За обедом собралась вся семья. Дети с любопытством поглядывали на загадочного гостя, молва о котором уже разлетелась по всей деревне.
После окончания трапезы Штерн решил задать вопрос, который вертелся у него в голове ещё до встречи с Софи.
– Хотел спросить, не знаете ли вы короткого маршрута через горы? А то напрямик дня три пути от силы, но из-за горной гряды обход растянется на месяцы.
– Ну, – задумался Курт, – раньше были горные тропы, что огибали основные пики и выводили почти к стенам Хафа, да только лет десять назад произошёл обвал и тропы засыпало. Так что единственный путь только по тракту.
– Хм... Чтож, печально, но ожидаемо.
– Можно попробовать через пещеру страха! – не вытерпев, воскликнул старший из сыновей кожевенника.
– Шварц! – грозно нахмурив брови, одёрнула пацана Ханна.
– Пещеру страха? – удивлённо переспросил Штерн.
– Да, – неуверенно кивнул Курт и пояснил, – Наша деревня одной стороной прилегает к горному склону и в нём пещера. Куда она ведёт - мы не знаем, но насколько хватает взгляда - она идеально прямая. Вот местные и придумали байку, что по этой пещере можно пройти весь хребет насквозь.
– А почему пещера страха?
– Из-за ощущений, что возникают, когда в неё заходишь. Становится очень неуютно, а если пройти дальше, то возникает сильное желание убежать.
– Ага! А кто дальше сможет зайти - тот самый крутой! – снова влез Шварц.
– Вы что, опять с мальчишками в пещеру лазили?! – разозлилась Ханна.
– Ну ма-а-а-м! Мы совсем чуть-чуть, – заныл мальчуган, явно опасаясь родительского гнева.
– Боюсь, мой юный друг, твоя мама совершенно права в своих опасениях на счёт подобных развлечений, – покачав головой произнёс Штерн, – Вполне вероятно, что где-то в глубине пещеры находится вход в подземелье.
– Подземелье? – обеспокоенно повторил Курт.
– Это лишь предположение, – развёл руками волшебник, – Но идеально ровный проход - скорее всего, следствие применения магии, а те ощущения, что возникают у всех входящих в пещеру - пассивная защита. Страх ведь испытывают все без исключения?
– Да, – ответила Ханна, – Наставница говорит, что из пещеры веет опасностью и строго запрещает туда ходить, – вновь грозный взгляд на сына.
– Понятно, – кивнул я, – Чтож, звучит довольно интересно! Покажете?
Выйдя из дома, мы направились к тому концу деревни, где деревья резко уходили вверх, а после и вовсе пропадали, уступая место каменным склонам, что словно уходили высоко-высоко в небо. Величественное зрелище.
Углубившись в лес, мы наконец добрались до поляны, окружённой со всех сторон вековыми деревьями, а на противоположном конце чернел зев пещеры.
– Так это, стало быть, и есть пещера страха? – поинтересовался Штерн у своих сопровождающих.
– Верно, волшебник. Она и есть, – раздался незнакомый голос и на поляну словно бы из ниоткуда вышагнула седовласая женщина, что в одной руке держала корзинку с травами, а другую положила на пояс, за которым был заткнут небольшой ножик.
– Наставница! – воскликнула Ханна.
– О! Так вы - Лауб? Травница? Рад знакомству. Я Штерн - странствующий волшебник.
– Приветствую вас, – травница слегка склонила голову, – Вижу, вы заинтересовались пещерой.
– Да, может там и нет сквозного пути через горный хребет, как гласят местные байки, но мне всё же интересно, что скрывает в себе эта пещера.
– Сквозной путь есть, но где-то в глубине горы сокрыто что-то ужасное. Сюда долетают лишь отголоски, эхо. Но даже этого достаточно, чтобы напугать местных до дрожи и седых волос.
– Вот как... – удивлённо посмотрел на женщину Штерн, – Вы поэтому никого не пускаете?
– Верно. Я дорожу этим местом и людьми и не хочу, чтобы они сгинули где-то в недрах пещеры, – согласно кивнула Лауб и взглянув прямо в глаза Штерну, добавила, – Но вам, я думаю, вполне по силам пройти этот путь. Вы – самый сильный волшебник, которого я встречала за всю свою жизнь. Хоть вы и довольно умело скрываете свой истинный потенциал.
– Кхм... Понятно, – ещё более удивлённо ответил Штерн, – Ну, пожелайте мне удачи!
– Она вам не понадобится. Всё, что с вами произойдёт – зависит только от ваших решений.
– Понятненько, – произнёс совсем сбитый с толку полудемон и направился к пещере. Не доходя до неё пары метров он развернулся и обратился к провожавшей его семье кожевенника:
– Чтож, друзья, пришла пора прощаться. Рад был познакомиться со всеми вами. Ханна. Я был искренне поражён чистотой твоего сердца и помыслов, а потому хочу кое-что передать тебе.
С этими словами Штерн извлёк из пространственного кармана книгу и передал её в руки девушки. Та открыла её и пробежав глазами по первым строкам, подняла затуманенный слезами взгляд и дрожащим голосом произнесла:
– Г-господин Штерн... Э-это в-ведь...
– Святое писание, где описана магия Богини, что доступна простым смертным. С её помощью ты сможешь научиться лечить даже серьёзные болезни и сможешь помочь многим людям. Но я надеюсь, что ты подойдёшь к вопросу изучения ответственно, как и к маскировке своих способностей. Злые люди не преминут воспользоваться подобной силой в своих целях. Впрочем, твоя наставница тебе всё более подробно объяснит.
– Спасибо вам! Я буду очень стараться!
– Ну, а вы присматривайте тут за всем, – состроив серьёзное лицо обратился Штерн к сыновьям Ханны, – И больше во всякие страшные пещеры не лазьте.
– ДА! – с такими же серьёзными мордочками кивнули ребята.
Улыбнувшись и склонив голову в знак прощания, Штерн развернулся и вошёл под своды пещеры.
Обновлено: 01.02.2026