Ночь третьего дня похорон.
В деревне проводы в последний путь – дело хлопотное, особенно когда провожают своего, местного: каждый придет подсобить.
Шумные дневные обряды закончились, и к ночи люди разошлись.
Траурный навес и прочее помогали ставить односельчане, похоронный оркестр и поваров для поминок тоже нашел деревенский староста – откуда бы двадцатидвухлетнему парню вроде Чэнь Яня знать все эти тонкости?
За эти три дня Чэнь Янь почти не плакал.
Во-первых, когда горе достигает предела, слезы исчезают. Эмоции будто застревают комом в груди, и лишь спустя время, когда осознание случившегося медленно просочится в душу, можно будет выплакаться вволю.
Во-вторых… все эти дни он только и делал, что бил поклоны. Стоило прийти гостю, как полагалось сопровождать его земным поклоном, выражая почтение за усопшую.
В клане Чэнь из близких остался он один, а у старушки и вовсе не было родни.
В огромном траурном зале только Чэнь Янь нес вахту в белых одеждах.
За три дня он отвесил не меньше сотни поклонов, так что голова совсем пошла кругом.
Сидя этой ночью на коленях перед алтарем, Чэнь Янь чувствовал, будто все происходящее – лишь затянувшийся сон.
Он смотрел на гроб, в котором лежала старушка.
На свитки с соболезнованиями и траурные венки, заполнившие комнату.
У самого входа стоял самый большой венок с надписью: «Память о тебе пребудет в веках».
И подпись: «Маленький Ма с Западного озера».
Когда босс Ма пришел почтить память усопшей, он вел себя крайне скромно. Лишь уходя, с каким-то сожалением долго жал руку Чэнь Яню и что-то втолковывал. На прощание он вручил визитку, сказав, что это его личный номер.
Однако, расспросив парня и узнав, что Чэнь Янь не перенял способностей старушки и является лишь «чистым и наивным» выпускником текущего года, босс Ма заметно охладел.
Чэнь Янь отчетливо почувствовал эту перемену в его отношении.
·
События последних дней прокручивались в голове, словно кадры из кинофильма. Чэнь Янь чувствовал смертельную усталость.
Сказать по правде, он не смыкал глаз уже двое суток.
Сейчас, когда миновала полночь, Чэнь Янь, опустившись на циновку в траурном зале, ощутил, как тело наливается слабостью.
За все время он почти ничего не ел. Единственным, что попало ему в рот, была та самая свинина с бобами, которую старушка приготовила перед смертью.
Он съел все до последней крошки, не оставив ни единого боба.
Следующие два дня кусок не лез в горло. Грудь сдавило так, что голода он просто не чувствовал.
И теперь, стоя на коленях, он ощущал, как в глазах начинает темнеть.
В этот момент внезапный порыв ледяного ветра ворвался в зал, заставив Чэнь Яня вздрогнуть всем телом.
Он поднял взгляд на двери – те были плотно закрыты.
Откуда же взялся этот ветер?
Не успел он об этом подумать, как створки парадных дверей бесшумно распахнулись…
Клубы морозного тумана с воем хлынули внутрь!
Глухая полночь, двери открываются сами собой, могильный холод…
И все это в зале для поминок!
Разве не жутко?
Чэнь Янь с трудом сглотнул слюну, пытаясь сохранить самообладание. Он хотел было встать и закрыть дверь.
Но в следующую секунду его спокойствие разлетелось вдребезги от увиденного.
Там, во дворе…
Посреди пустого пространства, словно из ниоткуда, возникли две фигуры и замерли на мгновение.
А затем они плавно, едва касаясь земли, поплыли к входу.
Именно поплыли! Ног под их одеждами было не разглядеть.
Тот, что слева, был в черной шапке, черном халате и с черным лицом. Тот, что справа – во всем белом и с лицом бледным, как мел.
Чэнь Янь остолбенел.
Черный и Белый…
То, что он не опозорился на месте, было лишь заслугой того, что сегодня он почти не пил воды.
Ноги стали ватными, он не мог даже пошевелиться и просто привалился к стене позади себя.
Рот открылся, но ни единого звука не вырвалось из пересохшего горла.
Не стоит смеяться над его трусостью.
Полночь, траурный зал и двое таких гостей. Очутись вы на его месте – и сами бы не сдержались!
·
Незваные гости вплыли в зал, принося с собой пронизывающую стужу.
Задрав головы, они уставились на поминальную табличку перед гробом.
Горло Чэнь Яня судорожно сжалось, сердце бешено колотилось в груди.
И вдруг эти двое разом склонились перед табличкой в глубоком поклоне.
Низко, до самой земли!
Чэнь Янь замер в недоумении.
Это еще что?
Зачем такие почести?
Внезапно спазм в горле отпустил, а напряженные мышцы расслабились.
— Почтенные! — Из горла Чэнь Яня наконец выдавился звук. — Вы… вы пришли за душой моей старушки?
Услышав это, фигуры синхронно обернулись и посмотрели на него.
— Почтенный потомок, что ты такое говоришь? — Подал голос тот, что был в черном.
Чэнь Янь сглотнул и, набравшись храбрости, повторил:
— Я спрашиваю, вы пришли пленить душу моей старушки?
На этот раз они расслышали отчетливо. Но, к удивлению парня, оба гостя вздрогнули всем телом, будто услышали нечто невообразимо кощунственное.
Тот, что в белом, замахал руками:
— Ох! Помилуйте, помилуйте! Как можно употреблять слово «пленить»!
На мертвенно-черном лице его спутника даже проступило подобие заискивающей улыбки.
Переглянувшись, они снова посмотрели на Чэнь Яня и заговорили на удивление вежливо:
— Мы прибыли, дабы встретить почтенную госпожу и сопроводить ее к месту вступления в должность.
Чэнь Янь лишь хлопнул глазами:
— Встретить? Сопроводить? Вступление в должность?!
Он почувствовал, что окончательно перестал что-либо понимать.
·
В следующее мгновение Чэнь Янь увидел, как из гроба, проходя сквозь дерево, медленно поднимается прозрачная фигура. Это была его старушка!
Вид у нее был весьма… кхм!
В общем, выглядела она совсем как живая.
Только вся светилась и была полупрозрачной.
Старушка опустилась на пол, и тут…
Черный и Белый одновременно согнулись в поясе и – бац! — Оба знаменитых призрачных посыльных рухнули на колени!
Ого!
Вот это прием!
Чэнь Янь совсем лишился дара речи.
Что это за сцена такая? Даже если бы перед ними стоял сам Янь-ло, вряд ли бы они выказывали такое почтение!
Неужели старушка и впрямь умерла? Отчего же кажется, что после смерти она стала еще величественнее, чем при жизни?
«Сопроводить на должность»…
Трагедия на глазах превращалась в какой-то героический эпос!
·
Старушка окинула посыльных долгим взглядом, затем кивнула, взмахнула рукой и плавно заскользила к выходу.
Чэнь Янь смотрел ей вслед. Он инстинктивно протянул руку, хотел что-то сказать, но во рту пересохло, и он не смог выдавить ни слова.
В этот миг старушка обернулась и ласково улыбнулась внуку.
И тут прямо в ушах у него раздался ее голос.
Звук был зыбким, то далеким, то близким… Точь-в-точь как говорят призраки в фильмах ужасов.
«Милый внук, я же говорила тебе – не горюй.
Я оставила тебе кое-какие вещицы. Ступай к колодцу, что у нас во дворе. Отсчитай от него десять шагов строго на юг и копай».
Голос смолк, не добавив больше ни слова.
На глазах у Чэнь Яня старушка в сопровождении Черного и Белого покинула двор, и три тени растворились в ночи.
Вскоре все исчезло.
·
Чэнь Янь вздрогнул и резко пришел в себя.
Он все так же сидел, привалившись к стене. Зал был пуст, двери плотно закрыты.
Он поднялся, толкнул створки и вышел. Во дворе царила ночная тишина, ни души. Где же те призрачные гости?
Коснувшись спины, он почувствовал, что рубашка насквозь промокла от пота.
Ночной ветерок обдал холодом.
Чэнь Янь попытался успокоить дыхание. Это что, был всего лишь сон?
Он вспомнил увиденное – все было слишком осязаемым, слишком четким!
Теперь он и сам не знал, привиделось ему это или случилось наяву.
Вообще-то Чэнь Янь считал себя атеистом.
Да, именно так.
Но… как и большинство современных молодых людей, он был атеистом до первой встречи с чем-то жутким. Одно другому не мешает!
·
Спустя несколько мгновений, поддавшись странному порыву, Чэнь Янь вскочил, вытащил из угла лопату и бросился к колодцу.
Он в точности помнил слова старушки из «сна»: десять шагов на юг от колодца!
Плюнув на ладони, он принялся за дело.
Час спустя Чэнь Янь, тяжело дыша, сидел на земле, воткнув лопату рядом.
Яма подле него была пуста.
Вырыл он глубоко, старался вовсю. Если копать дальше – в этой яме самой можно будет воду брать.
— Видно, и впрямь приснилось, — с горькой усмешкой пробормотал он.
О чем я только думал?
На что надеялся?
Но где-то в глубине души что-то не давало ему покоя, не позволяло просто так сдаться.
Слишком уж странным и ясным был тот сон. Обычно люди помнят лишь обрывки сновидений, а тут – каждая деталь перед глазами.
Чэнь Янь задумался: а что, если старушка на старости лет что-то перепутала? Может, не на юг, а на север?
Собрав остатки сил, он отмерил десять шагов на север и снова принялся копать.
Прошло полчаса…
Пусто!
Чэнь Янь перевел дух.
Неужели на запад? Или на восток?
Прошел еще час…
Небо на востоке начало светлеть, в деревне пропел первый петух.
Весь двор вокруг колодца теперь напоминал кольцевой оборонительный ров. Но кроме пары дождевых червей, он не нашел ровным счетом ничего!
— Значит, все-таки сон? — Чэнь Янь хмуро посмотрел на дом.
В зале со своего портрета ему кротко улыбалась старушка.
Вдруг Чэнь Янь хлопнул себя по лбу.
Кажется, до него дошло!
Ну конечно! В этом-то и вся соль!
Беда в том, что…
Старушка-то ростом не вышла, и ножки у нее коротенькие!
В ней и полутора метров не было, а в нем – все метр восемьдесят.
Разве могут ее десять шагов равняться его шагам?!
На этот раз он заново прикинул расстояние и начал копать в семи шагах к югу от колодца.
Через полчаса лопата со звонким лязгом наткнулась на что-то твердое!
Сердце Чэнь Яня екнуло.
Есть! Нашел!
Значит… это был не сон?!
Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Бросив лопату, он упал на колени и принялся лихорадочно разгребать землю руками, пока не вытащил небольшой сундучок.
Сжимая находку в руках, он вернулся в дом и запер за собой дверь.
С пересохшим горлом и в полном смятении Чэнь Янь открыл крышку.
Первым делом на глаза ему попалось письмо.
·
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 20.02.2026