— Ваше Высочество Кронпринцесса, Её Величество Императрица пригласила вас на чаепитие.
Ну, началось. Я сделала глубокий вдох и ответила:
— Понимаю. Передай Её Величеству, что я приведу себя в порядок и немедленно явлюсь.
— Слушаюсь, Ваше Высочество.
Как только обер-камергер удалился, горничные, словно только этого и ждавшие, бросились ко мне, чтобы помочь с туалетом.
— Достаньте платье, которое сшили недавно.
До сих пор, встречаясь с Императрицей, я одевалась скромно, но сегодня всё должно быть иначе.
— Поторапливайтесь, мы не можем заставлять Её Величество ждать.
— Да, Ваше Высочество. Я позову остальных помощниц.
Мои личные горничные Эльза и Лена кивнули и созвали других служанок, чтобы полностью сосредоточиться на моих сборах.
Благодаря помощи двадцати горничных я была готова всего за пятнадцать минут.
Сегодняшнее платье состояло из трех слоев плиссированной юбки, поверх которой волнами ниспадал темно-синий шелк с золотой нитью.
Волосы я намеренно оставила распущенными, лишь аккуратно заплетя их в полураспущенную косу.
Когда приготовления закончились, горничные, глядя на меня, не скупились на похвалу.
— Ваше Высочество, вы сегодня просто ослепительны!
— Никто не посмеет отнестись к вам с пренебрежением!
— Спасибо за старания.
Я ответила изящной улыбкой и взяла в руки веер.
— Вы все сегодня хорошо потрудились, так что можете взять выходной. Я распоряжусь, чтобы обер-камергер выплатил вам щедрое вознаграждение.
— Благодарим, Ваше Высочество!
Горничные просияли и склонились в поклоне.
Я кивнула и протянула руку Истину, ожидавшему за дверью.
— Идем, Истин.
— Слушаюсь, Ваше Высочество Кронпринцесса.
Сделав глубокий вдох, я в сопровождении Истина направилась в сад, где меня ждала Императрица.
Чаепития в Императорском доме обычно проводятся в садах дворца.
Всего было три места, подходящих для этого, но лишь в одно из них допускались только члены Императорской семьи.
Расположенное в самой глубине, сейчас оно было неописуемо красиво благодаря буйно цветущим нежно-розовым розам.
Императрица ждала меня в беседке посреди розового сада.
Сидя за чайным столиком из ароматного палисандра, она пила чай, и её облик был прекрасен, словно картина.
Однако, глядя на неё, я не могла не нервничать. Чувство было такое, будто я вхожу в комнату к боссу.
Я сглотнула и, приняв достойную и безупречную позу, поприветствовала её согласно этикету.
— Приветствую Её Величество Императрицу.
— Поднимись.
Императрица лишь небрежно кивнула, даже не удостоив меня взглядом.
От этой сцены у меня пересохло в горле. Но я, не подав виду, осторожно поднялась и заняла свое место.
— Прошу прощения за опоздание, Ваше Величество.
— Пустое. Меня предупредили.
Императрица ответила холодным тоном и подала знак обер-гофмейстерине.
Судя по тому, что она сменила непринужденный тон на подчеркнуто официальный, это место определенно было создано для испытания.
— Подай чай и Кронпринцессе.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
Обер-гофмейстерина взяла чайник у стоявшей наготове служанки и налила напиток.
Стоило воде коснуться золотистой чашки, как находившийся в ней белоснежный цветок изящно распустился.
— Это...?
— Это цветочный чай из Плавиша, поднесенный в дар в прошлом году.
О цветах Плавиш я слышала буквально вчера от маркизы.
Это один из немногих цветов, из которых можно заваривать чай, и его преподносят только Императорскому дому и узкому кругу знати.
К тому же я слышала, что из-за климатических проблем в прошлом году их расцвело совсем немного, поэтому они ценились на вес золота.
— Для меня огромная честь, что вы удостоили меня столь редким чаем, который ценится на вес золота, Ваше Величество.
— Похоже, вы хорошо усвоили уроки маркизы,
Когда Императрица кивнула, обер-гофмейстерина вставила слово:
— Доводилось ли Вашему Высочеству Кронпринцессе пробовать этот чай раньше?
Я мельком взглянула на Истина и заметила, как он едва заметно качнул головой.
Я тут же озарила лицо яркой улыбкой и ответила:
— Нет, пробую впервые.
— Вот как.
Обер-гофмейстерина улыбнулась с изяществом, но слова её были холодными:
— Впрочем, Ваше Высочество Кронпринцесса выросли в отдаленных владениях, так что, полагаю, вам еще не доводилось его пробовать. Я очень рада, что сегодня мы подали этот чай не напрасно.
«Раз ты из захолустного рода маркиза, где такой чай не достать, цени оказанную честь» — вот что это значило.
Хоть она и выразилась завуалированно, эта прямолинейная колкость на мгновение лишила меня дара речи.
И не только меня. Даже лицо Истина окаменело.
Каким бы высоким ни было положение обер-гофмейстерины, говорить подобное будущей Кронпринцессе было верхом дерзости.
Однако я быстро взяла себя в руки и мило улыбнулась.
— И то верно. Для меня это честь на всю жизнь — отведать чай, который даже вам, госпожа обер-гофмейстерина, вряд ли доводилось пробовать.
Меня прилюдно задели за живое, неужели я буду молчать?
Я ответила колкостью на колкость: «Разве я только что не получила чай, который недоступен даже вам?»
Но обер-гофмейстерина лишь невозмутимо улыбнулась и склонила голову.
Я грациозно подняла чашку и перевела взгляд на Императрицу.
И выпад обер-гофмейстерины, и мой ответ на самом деле выходили за рамки дозволенного в присутствии Императрицы.
Ведь обер-гофмейстерина открыто оскорбила будущую Кронпринцессу, упомянув её провинциальное происхождение, а я в ответ фактически заявила, что она ничем не лучше меня.
В мужском мире это было бы равносильно брошенной в лицо перчатке с криком: «Дуэль!»
Однако Императрица продолжала пить чай, и глазом не моргнув.
«Ну и суровое же вы устроили испытание».
Я успокоила сердце, глядя на трехъярусную подставку с десертами.
На полках в форме птичьей клетки лежали нарезанные на один укус сэндвичи с яичным салатом, которые могли заменить обед, канапе с сыром и оливками, малиновые макароны и различные виды тортов, порезанные аккуратными квадратиками.
— Похоже, вы прилежно учились у наставницы. Я рада видеть, что за столь короткий срок вы неплохо освоили этикет.
— Я польщена вашей похвалой.
С чего бы это она вдруг начала с комплимента?
Но недоумение длилось недолго: Императрица без промедления перешла в атаку.
— Однако вам еще многого не хватает. Уделяйте больше внимания углу наклона запястья и своим движениям.
Во время чаепития по правилам не полагается делать замечания собеседнику, независимо от его возраста и статуса.
Но некоторые дамы из высшей аристократии намеренно критикуют молодых дебютанток, чтобы сбить с них спесь и опозорить.
Если вспылить и начать спорить, тебя тут же сочтут невоспитанной и легкомысленной девицей, не знающей элементарных приличий.
Императрица, конечно, знала это, а значит — испытывала моё терпение.
Но даже если разум всё понимает, сердцу не всегда легко смириться.
Хоть это и была неофициальная встреча, столь откровенная проверка означала, что в её глазах я выгляжу совершенно необразованной.
Гордость была задета, но я заставила себя мягко улыбнуться.
— Прошу прощения. Я буду стараться еще усерднее.
Терпи, нельзя давать ей повода для придирок.
Бог с ним, с моим положением, у меня ведь есть цель, которую нужно достичь.
«К тому же сейчас я — Изель».
Если я совершу ошибку, позор ляжет на имя Изель. Эта мысль мгновенно привела меня в чувство.
Когда я кротко приняла замечание, Императрица улыбнулась и взяла с нижнего яруса сэндвич.
Это был знак, что полноценное чаепитие началось.
— Кажется, повар сегодня особенно постарался над закусками. Что скажете, Кронпринцесса?
Я аккуратно взяла сэндвич и осторожно, но грациозно откусила кусочек.
— В начинке, кажется, только яйца, но благодаря хлебу, щедро смазанному маслом, вкус просто великолепный. Как и сказала Ваше Величество, чувствуется рука мастера.
Императрица кивнула на мои слова и посмотрела на обер-гофмейстерину.
— Обер-гофмейстерина, передай обер-камергеру, чтобы повару выдали награду.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
Тем временем я взяла еще один сэндвич, наслаждаясь его вкусом.
Пусть чаепитие и не было самым приятным, но изысканные закуски немного подняли мне настроение.
Однако взгляд Императрицы, направленный на меня, стал странным.
— ...Кронпринцесса, какой бы частной ни была эта встреча, не стоит терять бдительность.
— Простите?
О чем это она?
Я была в замешательстве, но тут меня осенило. Я взяла салфетку и слегка промокнула губы.
Как и ожидалось, на белой ткани осталось крошечное пятнышко от яйца. Его было так мало, что можно было и не заметить.
«Неужели даже за такое делают замечания?»
Но теперь я знала, как отвечать.
— Прошу прощения. Ваше Величество оказали мне столь теплый прием и угостили такими редкостями, что я, должно быть, слишком расслабилась.
После моих смиренных извинений взгляд Императрицы немного смягчился.
— Кронпринцесса, на плечах Императрицы лежит огромная ответственность. Нельзя давать себе волю даже в частной обстановке. Если вы намерены в будущем стать Императрицей великой империи, вам нужно закалять свой дух.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
Императрица строго посмотрела на меня, а затем снова отхлебнула чаю.
Глядя на неё, я внезапно решилась задать вопрос, который пришел мне в голову.
— Ваше Величество, осмелюсь спросить об одном.
— О чем же, Кронпринцесса?
Услышав её дозволение, я осторожно спросила:
— Только что вы дали мне бесценный совет. Означает ли это... что вы признаете меня Кронпринцессой?
Если бы я ей совсем не нравилась, она бы уже давно покинула это место.
Но Императрица, хоть и выказывала недовольство, дала мне наставление: «Если намерены стать Императрицей, закаляйте дух».
Разве это не было признанием?
— А если и так?
— Я стала главой рода Адрия совсем недавно. И почти сразу была названа Кронпринцессой. Благодаря вашим наставлениям я узнаю, как должна вести себя Кронпринцесса... но я не уверена, на верном ли я пути.
Я замолчала, ловя её реакцию. Императрица едва заметно кивнула.
Это означало, что я могу продолжать.
— Поэтому я бы хотела узнать, какой, по мнению Вашего Величества, должна быть Кронпринцесса. Если вы научите меня, я сделаю это своей основой и буду стремиться к идеалу.
Интересно, какого человека она видит в этой роли?
В ответ на мой вопрос она на мгновение опустила глаза, глядя в чашку, а затем заговорила:
— Думаю, маркиз Адрия осведомлен о нынешнем положении Императорского дома.
Я была на мгновение ошарашена внезапной сменой обращения, но Императрица продолжала:
— Его Величество Император из-за болезни не может исполнять свои обязанности, и принцы разделились в борьбе за трон. Министры также ведут фракционные войны, ставя на кон будущую власть.
— Да.
— Но я верю, что именно Кронпринц взойдет на престол.
Значит ли это, что Императрица поддерживает Нексуса?
Заметив моё замешательство, Императрица выгнула бровь, но не стала делать замечание.
— Я знаю, что вокруг законности прав Кронпринца ходит много споров. Но, если не считать одного изъяна, никто не может отрицать его легитимность и способности. Полагаю, вам известно об этом изъяне.
Императрица назвала тот факт, что Нексус стал Чернокнижником, всего лишь «изъяном».
Однако и я, и она прекрасно понимали, что это не то слово, которым можно просто отмахнуться.
— Да, Ваше Величество.
— И принято считать, что Кронпринц должен унаследовать трон. Если, конечно, не возникнет непредвиденных обстоятельств. Трон можно защитить кровью... но нет нужды множить трагедии между братьями.
Мне было несложно понять скрытый смысл этих слов.
В империи после коронации Кронпринца другие принцы либо получают титул Герцога и становятся независимыми, либо отправляются в другие страны под предлогом обучения.
Это необходимо, чтобы иметь «страховку» на случай, если у Императора не будет наследника.
Конечно, если они проявят изменнические намерения, их казнят, но в противном случае они могут сохранить свои жизни.
Но что если Второй принц свергнет Нексуса и взойдет на трон?
Где гарантия, что Третий или Пятый принцы не поступят так же?
Чтобы укрепить свою власть, Второму принцу придется либо убить, либо заточить Нексуса, а также Третьего и Пятого принцев.
Четвертая принцесса, возможно, сохранит жизнь, будучи женщиной, но ей не избежать участи быть выданной замуж в другую страну, словно в изгнание.
А Четвертая принцесса и Пятый принц — дети нынешней Императрицы. Было очевидно, что она негласно принимает сторону Нексуса, чтобы защитить своих собственных детей.
— Однако перед Кронпринцем слишком много препятствий. Я хочу, чтобы Кронпринцесса была человеком, способным поддержать его и стать ему опорой. Тем, кто сможет помогать Императору и заботиться о народе. И тем, кто сможет благополучно продолжить наш род в следующем поколении.
Договорив, Императрица пристально посмотрела на меня.
В этом взгляде читался немой вопрос: «Ты действительно веришь, что справишься?»
Я тоже хотела, чтобы Нексус стал Императором. Но на слова о «следующем поколении» я не нашла в себе сил ответить сразу.
Поколебавшись мгновение, я с трудом выдавила ответ:
— ...Я приложу все усилия.
Следующее поколение... Это прозвучало для меня как гром среди ясного неба.
Обновлено: 09.04.2026