Глава 16 — Глава 16. Безумный метод.

[Безумец. Настоящий безумец.] Система в сознании Ли Тяньвэя поначалу, когда увидела его разочарование из-за кажущейся невозможности успеть к сроку стодневного Заложения Основ, даже обрадовалась. Она надеялась, что в этот момент Ли Тяньвэй осознает свою истинную природу и перестанет творить дичь. В глубине своих цифровых недр система лелеяла надежду на его «просветление». Но этот псих, не задумываясь о последствиях, начал выжигать саму суть своей жизни и долголетия лишь для того, чтобы мельком взглянуть на мощь высших уровней. И, стоит признать, при поддержке Неувядающего Тела Жертвенного Дао у него это действительно получалось. Наблюдая за чередой этих немыслимых манипуляций, система невольно вспомнила странности во время теста духовного корня. В этот миг ей и впрямь начало казаться, что Ли Тяньвэй обладает какой-то сверхъестественной способностью воплощать свои фантазии в реальность. [Пусть этот мир просто сгорит! Я умываю руки. Делай что хочешь.] Система окончательно сдалась. Если система пребывала в прострации, то Бай Мусюю было ещё хуже. Почувствовав, как аура Ли Тяньвэя сначала взлетела, а затем рухнула до состояния «одной ногой в могиле», он вихрем взлетел на вершину Пика Тяньмэнь. Его лицо искажала тревога. Приземлившись, он увидел Ли Тяньвэя, сидящего с воздетыми к небу ладонями. Вокруг юноши клубилась энергия, описать которую Бай Мусюй просто не находил слов. Пятицветная Ци, аура разрушения, бьющая через край жизненная сила — всё это смешалось в невообразимый коктейль. Обычный практик умер бы сотню раз в таких условиях, но Ли Тяньвэй не только оставался жив, но и продолжал наслаивать эти состояния друг на друга, явно готовясь к прорыву. — Это... это... Бай Мусюй даже протёр глаза. На мгновение ему, мастеру стадии Трансформации Бога, показалось, что он видит на лице ученика печать скорой смерти. Но Ли Тяньвэй дышал, и его пульс был на удивление твердым. Бай Мусюй хотел было вмешаться и помочь, но побоялся нарушить это хрупкое и безумное равновесие, что могло привести к мгновенной гибели юноши. «Что же мой ученик сотворил с собой?» Бай Мусюй был не просто в замешательстве — он не мог понять, как Ли Тяньвэй ухитряется прогрессировать в состоянии, которое противоречит всем законам культивации. Если бы система могла читать мысли Бая, она бы ответила: «Чтобы повторить такое, нужно быть таким же безумным, фанатичным и самоуверенным». В этот момент Ли Тяньвэй словно окаменел. Лишь он сам знал, что делает. С помощью запретных техник он искусственно поднял свою мощь до девятого уровня Очищения Ци, чтобы прочувствовать его суть. Сейчас он жадно впитывал ощущения этой силы. Стоило ему полностью её осознать — и он сможет совершить истинный рывок, минуя долгие месяцы тренировок. Ли Тяньвэй сидел с закрытыми глазами. Бай Мусюй, наблюдая за ним, понимал: мешать нельзя. — Теперь всё зависит только от него. — Это плод его гениальности или попытка мира спасти самого себя? — Бай Мусюй задумчиво посмотрел в хмурое небо. Прошли дни. С момента грандиозных знамений на Пике Тяньмэнь миновало уже немало времени. Новое поколение учеников Священных Земель Линсюй постепенно осваивалось на пути бессмертия. На разных пиках новички уже начали проявлять свои таланты: кто-то за короткий срок достиг четвёртого уровня Очищения Ци, а кто-то так и не смог переступить порог. На Пике Мусюй Ли Тяньчэнь, благодаря своему Высшему Двойному Корню Огня и Дерева, стал личным учеником Линь Мояна. Как главная обитель алхимии и травничества в Северном Регионе, этот пик обеспечивал своих подопечных лучшими ресурсами. — Наконец-то пятый уровень. На это ушёл целый месяц, — Ли Тяньчэнь глубоко вздохнул и выдохнул облачко мутной Ци. Открыв глаза, он первым первым делом коснулся кольца на пальце. — Старец Лин, смогу ли я при таком темпе совершить стодневное Заложение Основ и сформировать Дао-Основание? — мысленно спросил он. — Это очень сложно, почти невозможно... — вздохнул Старец Лин из кольца. — В нынешнем мире лишь единицы достигают этого без небесного корня. Здесь мало одного упорства. Нужны удача, озарение и невероятное стечение обстоятельств. Услышав это, Ли Тяньчэнь лишь покачал головой. Он и сам чувствовал, что после четвёртого уровня сложность возросла многократно. Чтобы достичь шестого, ему потребуется ещё месяц. К сотому дню он в лучшем случае доберется до восьмого уровня, что само по себе было бы выдающимся результатом. — Но не унывай. Хотя стодневное заложение увеличивает шансы на вознесение, сам путь к вершине не ограничивается лишь качеством фундамента. Говорят, что возносятся чаще те, кто успел в сто дней, но не забывай: такие люди изначально одарены запредельно. Твой путь зависит только от тебя, и «позднее» Дао-Основание тоже может быть крепким. Старец Лин подбодрил ученика, а затем, чтобы отвлечь его, перевёл тему на другого человека. — Для сравнения: твой старший братец тоже пытается успеть в сто дней. Очищение Ци за сто дней для носителя ложного корня — о таком я за тысячи лет даже не слыхивал. Упоминание Ли Тяньвэя заставило Ли Тяньчэня невольно усмехнуться, но на душе стало легче. Однако где-то в глубине сердца кольнуло странное предчувствие. Ли Тяньвэй всегда казался ему «неправильным». Сначала эта история с Камнем Проверки, потом — старейшина Сюй, прикрывающий его обман. Ли Тяньчэнь привык считать брата посмешищем, но теперь даже Старец Лин не мог прощупать истинный корень Ли Тяньвэя сквозь маскировку. А значит, даже если Ли Тяньчэнь захочет разоблачить его перед орденом, у него ничего не выйдет. События сплетались в причудливый узор, и Тяньчэнь невольно вспомнил знамения над Пиком Тяньмэнь в день их прибытия. — Надеюсь, мне просто кажется... Пик Юньсяо. На тренировочной площадке в позе лотоса сидел юноша. Белое одеяние и красивое лицо с резкими, решительными чертами придавали ему благородный вид. — Младший брат Фан, это Плод Тысячелетнего Нефритового Кедра, учитель велел передать его тебе, чтобы помочь в накоплении Ци. К Фан Мочэню подбежал старший ученик, Линь Сюянь. Фан Мочэнь открыл глаза и принял дар. — Благодарю, старший брат Линь. — Как успехи? Насколько ты уверен в стодневном Заложении Основ? — Линь Сюянь с воодушевлением почувствовал, что Фан уже достиг шестого уровня Очищения Ци. — Шансы примерно три из десяти, — честно ответил Фан Мочэнь, прикинув свои силы. — Старайся, наш Пик Юньсяо сделает всё возможное, чтобы помочь тебе создать фундамент. — Не слышно ли чего о Ли Тяньвэе, который поступил вместе со мной? — Фан Мочэнь невольно сжал пальцы на плоде кедра. — Младший брат, об этом ничего не известно. С того дня, как он вошёл в обитель, Пик Тяньмэнь закрыт для посещений. Насколько я знаю, старейшина Бай и раньше брал учеников, пытаясь вырастить гения стодневного заложения, но у него есть жесткое условие: нельзя использовать никакие пилюли или плоды, искусственно повышающие уровень. Поэтому до сих пор у него никто не справился. — Не использовать ресурсы для повышения уровня? — Фан Мочэнь помрачнел. Он уже достиг шестого уровня, но сделал это во многом благодаря Плоду Тёмной Тени, который съел ранее. — В этом есть какой-то скрытый смысл? — задумался он. На Лестнице Испытания Сердца Фан Мочэнь осознал всю тяжесть пути. Он остановился на 997-й ступени. Оставалось всего три шага, но эти шаги показались ему непреодолимыми. В тот миг он словно прожил тысячи жизней в бесконечном цикле перерождений, пытаясь закалить своё Дао-Сердце, и в итоге сдался. А Ли Тяньвэй? Фан помнил, как тот прошагал последние ступени, даже не замедлившись. Словно тысяча ступеней была пределом Лестницы, а не пределом его возможностей. — В таком случае... я тоже больше не прикоснусь к ресурсам, дарующим силу. В Фан Мочэне вскипело упрямство. Он хотел доказать, что не хуже Ли Тяньвэя. — Дао-Основание будет моим. Чего бы это ни стоило. Фан Мочэнь крепко сжал кулаки.