Одни истошно вопили, другие падали на землю с подкосившимися ногами, третьи просто стояли в оцепенении. На их фоне те, кто в панике пытался бежать, выглядели даже предпочтительнее.
Реакция Магического дивизиона, погубившего бесчисленное множество наших солдат, была хуже, чем у только что призванного новобранца. И дело было не только в том, что у них не хватило времени перенастроить подготовленную бомбардировочную магию.
Они никогда не держали в руках ни меча, ни копья, а потому не знали, что кровь – красная. Никогда не носили даже самой простой брони, а потому не чувствовали, что смерть стоит у самого порога.
Смотрите.
Смотрите на эти чистые ладони, протянутые так, словно ими можно остановить натиск тяжёлой кавалерии. На эти белоснежные робы, не запятнанные ни единым пятнышком.
Ладони без единой мозоли были символом их невежества, а белоснежные робы – знамением их высокомерия.
И я безжалостно растоптал эти символы невежества и высокомерия.
— …!
Сбитый тяжелым боевым конем маг с коротким вскриком отлетел в сторону. Его белоснежная роба больше не была белой. Бросив взгляд на мага, укрытого грязной алой тканью, словно саваном, я вонзил копье в другого.
Это было несложно. Те, кто привык прятаться вдали от поля боя и обрушивать на врага свою бомбардировочную магию, никогда не видели воочию сотворенных ими же ужасов. Их отношение к войне было отношением зрителей. Но теперь все изменилось. На поле боя нет бесплатных зрительских мест.
Я продолжал мчаться вперед, истребляя магов. В этот момент любые приказы были излишни. Синие мундиры, натерпевшиеся от Магического дивизиона, и без моих указаний не оставили бы в живых ни одного из них.
— Держать скорость! Держать скорость! — тем не менее, я продолжал кричать до хрипоты. — Вперед! Не останавливаться!
Я с силой метнул копье. Охранник, приставленный к Магическому дивизиону, рухнул с копьем в груди. Синие мундиры, последовав моему примеру, тоже метнули свои копья, и жидкий строй арбалетчиков был смят.
— Отходим! Отходим!
Времени на то, чтобы подсчитать, скольких мы убили и сколько выжило, не было. Крылатые копейщики уже дышали нам в спину. Мы потеряли скорость, прорываясь через Магический дивизион, а они все еще неслись карьером. Еще немного – и их уродливые длинные копья вонзились бы в спины наших солдат.
— Младший лейтенант! Может, лучше развернемся и примем бой?! — отчаянно выкрикнул Джамаль.
— Не останавливаться, вперед!
Мой ответ, разумеется, был прежним.
— Черт! Отряд, скорость!
Выругавшись, Джамаль повторил приказ.
Вдалеке виднелся Шурельград. Мы были уже близко. Проблема была в том, что копья «куриных голов» вот-вот должны были впиться мне в спину. Хотя, конечно, этого не случилось.
Я поднял забрало. Сузившееся поле зрения резко расширилось. И только тогда я увидел землю, изрытую воронками от магии.
— Отряд, рассеяться!
Прямо перед чудовищной воронкой я резко развернул коня.
— Рассеяться! Рассеяться!
Синие мундиры, надрывая глотки, повторяли мой приказ и сворачивали кто влево, кто вправо. Нам удалось избежать падения в последний момент, но расслабляться было рано. Местность, на протяжении нескольких недель подвергавшаяся магическим обстрелам, была худшим местом для маневров кавалерии. Один неверный шаг – и можно было рухнуть в яму вместе с тяжелым боевым конем.
Нельзя было отвлекаться ни на секунду. И все же я не удержался и оглянулся.
Крылатые копейщики, что неслись за нами, зажав под мышками свои уродливые копья и готовясь сокрушить наш арьергард, не смогли совладать со скоростью и один за другим падали в воронки.
— Младший лейтенант! Впереди!
По предупреждению Джамаля я резко повернул коня, в последний момент избежав очередной ямы.
Больше я не оглядывался и мчался прямо к крепости. Но весь мой слух был обращен назад. Оттуда доносились несмолкаемые крики людей и ржание лошадей. Вскоре они стали стихать. А когда крики прекратились совсем, я и Синие мундиры уже были у самых стен Шурельграда.
— Кавалерия Шурельграда! Младший лейтенант Яник! Задание выполнено, возвращаемся!
— С-свои! Открыть ворота! Открыть!
Гарнизонные солдаты, до этого не понимавшие, что происходит, засуетились и начали открывать ворота. Мы пересекли подъемный мост и въехали в крепость.
Едва миновав ворота, я кубарем свалился с коня и рухнул на землю.
— Ух-х-х, — стон сам собой вырвался из груди.
Дрожащей рукой я сорвал шлем и отбросил его в сторону. Мокрые от пота волосы прилипли ко лбу. Дыхание сбилось, а спина и шея невыносимо болели под жесткой броней. Даже сойдя с коня, я все еще чувствовал, как дрожит земля. Полный разгром.
И все же я…
— Пха-ха-ха! — я рассмеялся.
— М-младший лейтенант, вы настоящий псих, — произнес Джамаль, который валялся на земле в таком же плачевном состоянии.
Он был прав. Даже я сам себе казался сейчас психом.
— Серьезно. Я видел много отбитых, но таких, как вы, – никогда.
— Что ж, это высшая похвала!
Синие мундиры смотрели на меня, как на настоящего сумасшедшего. Но мне было все равно, я продолжал смеяться.
Посудите сами. Кавалеристы – это те, кто по одному приказу бросается хоть в самое пекло. Из-за шлема ничего толком не видно, звуки приглушены. В этом узком мирке все вокруг несется на тебя с одной целью – убить, а ты даже не знаешь, следуют ли за тобой свои. Такое давление выдержать в здравом уме невозможно. Не сойдя с ума, этого не сделать. Только псих может быть настоящим кавалеристом.
— Пха-ха… кхек!
От смеха в пересохшем рту я поперхнулся. Как раз вовремя солдаты из крепости принесли воды. Я жадно пил, и кашель наконец унялся. Кажется, я снова мог жить.
— Ч-что здесь, черт возьми, произошло? — появился командующий, которому, видимо, только что доложили о ситуации.
Я с трудом поднялся на ноги. Остальные Синие мундиры последовали моему примеру. Мы вытянулись по стойке смирно. Я вскинул подбородок. Со стен на нас смотрели солдаты. Да и не только они – из-за внезапного переполоха на нас сбежалась посмотреть вся крепость.
— Младший лейтенант Яник и двадцать бойцов! — я перевел дух и начал доклад. — Уничтожено пять обозов, сожжено двадцать семь повозок и телег с припасами!
Я кричал во всю мощь, чтобы слышали все солдаты.
— Разбит Магический дивизион, крылатым копейщикам нанесен серьезный урон!
Чтобы командующий получил тот самый толчок, которого так ждал.
— Потерь среди личного состава нет! Операция прошла успешно! Докладываю командующему!
Мой голос разнесся по всей крепости.
— Что?..
Командующий с ошарашенным видом смотрел то на меня, то на Синих мундиров.
— Кавалерия! Командующему, приветствие!
Не обращая на него внимания, я отдал команду:
— За Тракию!
И отсалютовал.
На несколько мгновений воцарилась тишина. А затем… раздался рев.
— Ура-а-а-а-а!
***
Переместившись в командный пункт, я более подробно изложил ход операции. Командующий слушал мой доклад с неизменно ошарашенным выражением лица.
— Значит, обозы с самого начала были лишь приманкой, чтобы выманить врага, а настоящей целью был Магический дивизион?
Вместо ответа я лишь щелкнул каблуками.
— А что, если бы крылатые копейщики не появились?
— Я бы продолжал атаковать их пути снабжения, пока они не появились бы.
— Но так вы могли попасть в окружение… хотя нет. Глупый вопрос. Результат перед глазами, а предположения теперь не важны.
Я снова щелкнул каблуками.
— Пять обозов, двести пехотинцев, двадцать семь повозок с припасами, а вдобавок разгромленный Магический дивизион и крылатые копейщики…
Он все еще не мог поверить, что все это – дело рук одного кавалерийского взвода. На его лице читалось недоумение.
— Я даже не знаю, как составлять рапорт. Хорошо, если меня не посчитают сумасшедшим. Поразительно. Я и не думал, что вы справитесь настолько хорошо.
— Все это благодаря доверию и всесторонней поддержке господина командующего!
— Оставь лесть при себе. Неужели ты думаешь, что я собираюсь присваивать заслуги подчиненных? Я еще не настолько сгнил. Рапорт я составлю как есть. А решение пусть принимает командование.
Судя по выражению лица командующего, он не лукавил. Для меня, человека, для которого боевые заслуги и награды – прямой путь к обеспеченной старости, не было причин отказываться от его благосклонности.
— Я ошибался на твой счет. Думал, что все эти истории – не более чем выдумка, чтобы отвлечь народ, но, похоже, реальность даже превосходит их.
Еще недавно он подталкивал меня в спину, рассыпаясь в комплиментах о «Гейлардском чуде» и моей репутации в верхах. Но сейчас его слова казались искренними – возможно, потому, что в моей будущей безбедной старости была и его немалая заслуга.
— Если твой доклад – правда, то сегодня мы впервые за долгое время сможем спать спокойно, не опасаясь обстрелов.
Командующий махнул рукой, давая понять, что я могу идти. Но я не сдвинулся с места.
— Что-то еще? Пропустил что-то в докладе?
Я выпрямился и перевел дух.
— Есть предложение. Дело не терпит отлагательств.
— …Что?
— Предлагаю, пользуясь моментом, перейти в наступление!
Лицо командующего вытянулось от удивления.
***
— Я одобряю предложенный тобой план.
Разрешение пришло меньше чем через полдня. Видимо, мои боевые заслуги произвели на него такое впечатление, что он сработал гораздо быстрее, чем я ожидал.
— Выступать!
С рассветом наши пехотные полки покинули крепость. Под звуки боевых рогов они двинулись прямо на врага. Астонийская армия, в свою очередь, спокойно приняла вызов под бой барабанов.
Вначале бой шел на равных. Но это продолжалось недолго. Наши пехотные полки начали колебаться, а затем и вовсе отступать. Враг же, наоборот, теснил нас все сильнее, намереваясь, видимо, захватом крепости смыть вчерашний позор.
Тщетные мечты.
— Ура-а-а!
— Смерть астонийцам!
Из слепых зон, из воронок со всех сторон на астонийскую армию внезапно набросились наши солдаты. Это были пехотные роты, которые по моему предложению под покровом ночи залегли в ямах, присыпавшись землей, и провели там всю ночь, словно мертвецы. В масштабах битвы, где сходились целые корпуса, это была лишь горстка людей, но этого хватило, чтобы посеять хаос в рядах врага.
Из-за наших солдат, выскакивавших отовсюду и устраивавших суматоху, плотный строй астонийской армии пошатнулся. А стоило ему пошатнуться, как дальше все пошло как по маслу. Бой перерос в хаотичную свалку. В свалку, где обе стороны сражались без поддержки магии.
А, как я уже говорил, в индивидуальном мастерстве солдаты тракийской армии – одни из лучших на континенте. Особенно в подобной рубке, где им, пожалуй, не было равных.
Раздался торопливый бой барабанов, и астонийцы бросились бежать.
— Астонийская армия бежит!
— Мы победили!
Победные кличи разнеслись по всему полю боя.
Я, наблюдавший за битвой со стен крепости, так как из-за ужасного состояния местности не мог принять в ней участие, тихо покинул свой пост. Направившись на юг, я присоединился к кавалерийским взводам Шурельграда, ранее отправленным в тыл. Мы выбрали подходящее место и устроили засаду.
Нашей целью был вражеский партизанский отряд, действовавший в нашем тылу. К этому времени до них уже должны были дойти вести из-под Шурельграда, так что они наверняка в панике готовились к отступлению.
Разведчик из Синих мундиров подал условный знак, и я, до этого лежавший на шее коня, выпрямился.
Через заросли травы, доходившей до головы взрослого мужчины, показались астонийцы с вытаращенными от удивления глазами. Привет. Наконец-то вы здесь. Мы вас заждались.
Я поприветствовал их на тракийском языке, которого они все равно не поняли, и пришпорил коня. Отовсюду, словно из-под земли, начали появляться наши Синие мундиры. Враги, побелев от ужаса, спешно готовились к бою. Но мы были быстрее.
— В атаку!
Синие мундиры растоптали вражеский партизанский отряд. Раз, другой, третий… Мы топтали их снова и снова, безжалостно. Это была безоговорочная победа.
— Младший лейтенант Яник и пятьдесят бойцов! Вражеский партизанский отряд полностью уничтожен, возвращаемся!
Вернувшись в крепость и доложив обстановку, я уже собирался наконец-то отдохнуть, как вдруг…
— К крепостным воротам прибыл вестник астонийской армии!
Нежданный гость.
Вестник с белым флагом, подъехавший к самым стенам, что-то выкрикивал на тракийском языке с ужасным акцентом.
— …Младший лейтенант.
— Что?
— Вас ищут.
Джамаль, который, как и другие солдаты, высунулся со стены, чтобы посмотреть вниз, неожиданно произнес это.
— Кто здесь командир кавалерии?! — отчетливо выкрикнул вестник.
— Это не меня.
Командир кавалерии – это старший офицер, как минимум майор, чин несравнимо выше моего, младшего лейтенанта. Так что искали точно не меня.
…По крайней мере, я так думал.
— О, доблестный командир кавалерии Тракии, что потешился над отважными крылатыми копейщиками и истребил верных магов Астонии!
Я так думал, пока вестник на ломаном тракийском не начал перечислять мои боевые заслуги.
— Великий главнокомандующий Астонии передал для тебя послание!
Что это еще за чертовщина?
Обновлено: 22.01.2026