Глава 14

Глава 14 Девушка улыбнулась ему, явно довольная произведенным эффектом, и чуть поерзала, все так же беззаботно восседая на нем. — Ты бы слышал, как они трепались! Будто ты тут местная легенда, не меньше, — проворковала она, ее голос стал чуть тише, но не потерял игривости и едва уловимой хрипотцы. — «Парень, что призывает тени». Так тебя теперь кличут шепотом. Боятся и уважают. Аэрон вытер выступившие от смеха слезы, наконец в полной мере осознавая диспозицию. Он откинулся на подушку, все еще не в силах стереть с лица довольную ухмылку, и посмотрел на девушку, на ее блестящие глаза и растрепанные волосы. Он не мог не подивиться своей внезапной удаче. «Не, ну не бывает же так, — подумал он, качая головой. — В любом другом раскладе валялся бы сейчас холодным трупом в той конюшне, а тут… такое…» «А может, этот мир и не так уж плох, — пробормотал он себе под нос с кривой усмешкой. — Кажется, мне здесь начинает нравиться». И только он позволил себе немного расслабиться, предвкушая… возможное продолжение столь приятного утра, как тяжелые шаги в коридоре заставили его напрячься. Шаги остановились прямо у их двери, и в следующую секунду она с оглушительным треском распахнулась настежь, ударившись о каменную стену. Аэрон подскочил на кровати, сердце пропустило удар, а потом заколотилось где-то в горле, готовое выпрыгнуть. На пороге, заполнив собой весь дверной проем, стоял здоровенный стражник. Тот самый, что привел его к Мормонту накануне. Его глаза яростно обшарили комнату и остановились на Райе, которая едва успела прикрыться одеялом, взвизгнув от неожиданности. Лицо стражника побагровело, на нем отразилась целая гамма чувств – от изумления до лютой, испепеляющей ярости. — Райя?! — рявкнул он так, что зазвенело в ушах. Голос его, казалось, заполнил всю тесную каморку, заставив задрожать даже пылинки в луче света. Райя съежилась, вся ее игривость и кокетство мигом улетучились. Глаза ее стали круглыми, как блюдца, и она пискнула тоненько, как мышь: — Батюшка?! У Аэрона снова все поплыло перед глазами. «Батюшка? КАКОЙ ЕЩЕ К ДЕМОНАМ БАТЮШКА?!» Эта полуголая красотка, только что сидевшая на нем верхом, – дочь вот этого разъяренного медведя?! Сердце Аэрона совершило кульбит и ухнуло куда-то в район пяток. «Вот это я попал…» — билась в голове единственная мысль, пока тело его, казалось, окаменело. Стражник, пыхтя от ярости, как раскаленный самовар, шагнул в комнату. Его кулачищи, размером с добрую тыкву, сжались до хруста в суставах. — Какого дьявола, — прорычал он, переводя полный праведного гнева и отвращения взгляд с Аэрона на свою непутевую дочь, — ты делаешь здесь с этим… щенком?! Аэрон, все еще в ступоре, смог только выдавить: — Э-э-э… какого лешего…? На секунду Аэрону показалось, что стражник сейчас бросится на него и придушит голыми руками. Воздух в каморке звенел от напряжения, как натянутая тетива. Но здоровяк с видимым усилием взял себя в руки. Желваки на его скулах ходили ходуном. Взглядом, способным, кажется, плавить сталь, он буравил Аэрона, и, процедив сквозь зубы, прохрипел: — Лорд Мормонт тебя к себе требует. — Каждое слово он выплевывал, как раскаленный уголь. — А то бы я тебя, сучонка, прямо здесь и пришиб, и боги бы мне простили! Райя, алая как маков цвет, соскользнула с Аэрона и торопливо закуталась в одеяло до самого подбородка. Аэрон медленно сел на кровати, и тут в нем что-то щелкнуло. Страх отступил, сменившись холодной, расчетливой дерзостью. Он был уже не тем перепуганным мальчишкой. Он выжил. Он убил. Он получил силу. И эта сила требовала, чтобы ее уважали. Он еще мгновение посидел, взъерошив волосы пятерней. Напряжение в комнате можно было черпать ложкой. «А, да хрен с ним», — пробормотал он себе под нос. С обреченным вздохом он спустил ноги на холодный каменный пол и потянулся к своей рваной одежонке. Разъяренный взгляд стражника буравил его спину, пока Аэрон неторопливо натягивал рубаху и штаны. При этом он даже не пытался скрыть наглую усмешку, игравшую на его губах. — Ну что, отец, веди, — бросил Аэрон с откровенным вызовом в голосе, смело встречая испепеляющий взгляд. Затем он обернулся к Райе и подмигнул ей с самой нахальной из своих усмешек. — Еще увидимся, красотка, — протянул он так, чтобы расслышал и ее папаша. Райя вспыхнула до корней волос, но Аэрон успел заметить ответную улыбку, скользнувшую по ее губам. Кулаки стражника сжались так, что костяшки побелели. Аэрон это видел, и его ухмылка стала шире. «Если бы лорд Мормонт желал моей смерти, этот папаша давно бы меня на ремни порезал. Значит, я ему еще нужен живым. А раз так… можно и поиграть». — Похоже, милорд желает видеть меня целым и невредимым, а, папаша? — с плохо скрытым весельем протянул Аэрон, глядя прямо в налитые кровью глаза стражника. И он отвесил ему легкий, издевательский поклон. Лицо стражника исказила такая гримаса, что Аэрон невольно подумал, не хватит ли того удар. Но тот лишь злобно засопел, круто развернулся и зашагал прочь. Аэрон, насвистывая под нос какую-то мелодию, последовал за ним, ощущая, как по жилам бежит веселый огонек наглости и куража. Тяжелый стук сапог стражника гулко отдавался в пустых каменных коридорах. Они шли мимо закопченных факелов, бросавших пляшущие тени на холодные стены. Стражник резко затормозил у массивной дубовой двери. Не стуча, он с силой толкнул ее плечом. В просторной, но сурово обставленной комнате за широким столом сидел лорд Мормонт. Перед ним лежала большая карта Севера. На нем были простые, но крепкие кожаные доспехи, видавшие виды и не одну битву. От всей его фигуры веяло спокойной, уверенной силой. Аэрон вошел и коротко кивнул. — Лорд Мормонт. Мормонт поднял руку, останавливая его. — Оставь, — голос его был тверд, но в нем слышались теплые нотки. — Ты спас мне жизнь, парень. Значит, ты друг. А друзьям эти церемонии ни к чему. К тому же, я здесь за главного лишь до возвращения леди Лианны Мормонт. При имени «Лианна Мормонт» у Аэрона внутри все похолодело. Это имя обрушилось на него, как удар молота. Осознание пришло мгновенно, и было оно ошеломляющим. Это не просто имя. Это маркер времени. Точка на карте истории. «Лианна Мормонт… Та самая маленькая воительница! Десятилетняя девочка, что поставила на место всех лордов Севера. Значит… я попал аккурат перед началом Войны Пяти Королей. Смерть Джона Аррена, поездка Роберта в Винтерфелл, Ланнистеры, Старки... Белые Ходоки. О, боги... Это меняет абсолютно все!» Весь сюжет, все интриги, все смерти и предательства пронеслись в его голове за одну секунду. Он теперь был не просто попаданцем в случайный фэнтезийный мир. Он был в эпицентре надвигающейся бури, о которой знал все. Это знание было и его величайшим оружием, и его самым страшным проклятием. Он мог бы спасти Неда Старка. Предупредить Робба. Попытаться изменить ход войны. Но каждое такое действие могло привести к непредсказуемым последствиям, сделать все только хуже. Он был песчинкой, но песчинкой, знающей путь урагана. Внешне, однако, он сумел сохранить невозмутимость, не выдав своего потрясения. Годы, проведенные за покерным столом в прошлой жизни, научили его держать лицо. — Как скажете, — ровно ответил он, и его голос не дрогнул. ---------------------------------------------