Зелье, вылитое на спину Чейзера, мгновенно впиталось, стирая синяки и заживляя раны по всему телу, а оставшаяся половина, попав внутрь, на время подхлестнула регенерацию.
— Похоже, вам не привыкать? — Марина с любопытством наблюдала за Чейзером, который выпил зелье как обычную воду и даже не удивился тому, как быстро восстановилось его тело.
Технологии производства существовали давно, но алхимия славилась своей медлительностью в развитии. Рецепты и ингредиенты для Красного и Синего зелий не менялись столетиями, а цена оставалась баснословной. Ингредиенты стоили дорого, а ведьм или алхимиков, способных их изготовить, было наперечет.
Поэтому вместо зелий чаще использовали упрощенные свитки. Благодаря развитию маготехники, свитки с частицами исцеляющей магии отлично подходили для экстренных ситуаций, например, чтобы остановить кровотечение. Впрочем, и они стоили недешево.
Марина искренне поражалась тому, с какой легкостью Чейзер расходовал зелья, которые даже рыцари носили по одной-две бутылочки на крайний случай и не тратили на пустяковые раны. Насколько она знала, этот молодой человек еще пару месяцев назад пахал землю в деревне, прежде чем попасть в войска.
Но для Чейзера все было в порядке вещей. Красное зелье восстанавливает здоровье – разве это не непреложная истина?
— Сроки немного сдвинулись, но завтра я точно закончу.
Марина обеспокоенно кивнула. Вчера он говорил то же самое, а сегодня вернулся с еще более тяжелыми ранами. Ей казалось, что он перегибает палку. Однако на кону в этом поручении стояло слишком много. Теперь нельзя было ни отменить сделку, ни остановить его.
Не зная, что именно происходит внутри, она могла лишь надеяться на благополучный исход.
***
На следующий день Чейзер направился вглубь лабиринта. Красная зона исчезла, а вместе с ней пропали и красные слаймы, и доппельгангеры. Монстры, которых он выкашивал накануне, испарились, и лишь многочисленные «ядра лабиринта», которые они носили в себе или на себе, в беспорядке валялись повсюду.
— И когда мне это все разгребать…
— Ха-ха-ха, работай, Чейзер!
— Волнуюсь. Какой же в итоге результат?
Наконец Чейзер добрался до сектора E – места, которое было сердцем лабиринта. Здесь все еще стоял шум, но уже не тот оглушительный грохот, от которого вчера раскалывалась голова.
— Бум… Бум…
«Великий меч Грокса».
Огромный и грубый двуручник раз за разом обрушивался на окончательно смятый доспех. А вокруг…
— Потрясающее зрелище.
Проблемы, которые не могли решить решалы с их высокоуровневой магией, фехтованием или благословениями, были повержены. Множество лишившихся силы «ядер лабиринта» лежали грудой осколков там, где раньше стоял доспех.
— Ощущение, будто смотрю на развалины драконьего логова.
— Если бы это не были ядра лабиринта, можно было бы сказать, что гора бесценных сокровищ превратилась в мусор.
— А разве не говорили, что за каждое уничтоженное ядро полагается награда?
— Точно. Спенсер обещал платить за каждое убранное ядро лабиринта.
— Отличный сервис в этом заведении.
— Ха-ха, пора признать: Чейзер чертовски хорош.
— Согласен.
Наконец меч пробил доспех насквозь. Со свистом выскочив обратно, он отбросил потерявший сияние Полный латный доспех Дегранда на гору обломков.
— Лязг!
Спасибо. Не ожидал, что ты продержишься так долго. Доспех сломан, но это не беда. Согласно списку Баммера, на третьем этаже есть броня еще лучше.
— А ты сможешь туда пройти?
Да, на третьем этаже что-то шевелилось. Но главное – там есть годный доспех. Способ найдется, всегда находится. Так Чейзер успокаивал себя, глядя на утраченную броню.
— Все правда в порядке. У меня нет ни малейшего желания снова танцевать против воли.
Это не было попыткой убедить себя, как лиса в басне про виноград. Ему действительно было не жаль. Чейзер с усилием отвел взгляд от доспеха.
— Эх, хороший был парень.
— И преданный.
— F.
— Скупо заслезились глаза…
— На него можно было положиться.
Сам Чейзер был изрядно поражен. Он и подумать не мог, что доспех не только выдержит натиск стольких ядер, но и сам их переломает. Причин могло быть много, но, похоже, вещи с других этажей и правда на порядок прочнее. В реальности даже разница в одну единицу твердости дает колоссальный разрыв. Разница между 8 и 9 баллами по Моосу – двукратная, а между 9 и 10 – уже четырехкратная.
Насколько же прочнее вещи с разных уровней склада? Пока сюда не заглянет современный минералог с приборами, точного ответа не будет, но по этой ситуации можно судить: разница как минимум в сотни раз. Чейзер не силен в местных законах физики, но здравый смысл подсказывал: если бить вещью о что-то более твердое, она неизбежно сломается. И если колотить достаточно долго предметом с определенным весом и прочностью, любая преграда падет.
Но он не ожидал увидеть именно это. Этот свирепый пергамент всю ночь безумно вбивал небьющийся доспех в бесчисленные ядра лабиринта. Одно ломалось – он посылал следующее, пока наконец не прикончил броню.
Чейзер глубоко вздохнул. Холм из мертвых ядер и бессильно лежащий на нем Полный доспех Дегранда вызывали тоскливое чувство – в этом виделась доблесть героя, павшего после истребления сотен врагов, прекрасная жертвенность и любовь к хозяину.
— Просто скажи, что тебе жалко шмотку, Чейзер.
— Да, Чейзер, признай это.
Крушить ядра лабиринта другими ядрами… По сути, он нашел способ справляться с мощными аномалиями, хотя вряд ли решалы не додумались до этого раньше. Просто те ядра, которые можно было использовать как снаряжение, наверняка были менее прочными, чем те, что использовать нельзя, а значит, затея теряла смысл.
Да и самому Чейзеру, который мог их надевать, не хватало физической силы. Чем сильнее проклятие, тем труднее экипировать вещь, а доступные ядра недостаточно крепки. В итоге бить ядрами ядра практически невозможно, и эта ситуация была уникальным исключением. Заставить такие мощные аномалии атаковать друг друга – задача не из легких.
Но случай определенно стоил того, чтобы занести его в анналы. Чейзер сделал запись в планшете, после чего подошел к «Пергаменту Хопена».
— У-у-унг.
Заметив Чейзера, «Пергамент Хопена» слабо запульсировал. Великий меч, крушивший доспех, взмыл в воздух, охраняя свиток, и нацелился на Чейзера. Но тот не почувствовал угрозы.
Пергамент Хопена был истощен. Исчезла та пылающая аура, заставлявшая думать, что он вернулся из самого ада. Меч-защитник тоже был при смерти. Его грубое лезвие покрывала густая сеть трещин, похожая на паутину.
Просто удерживаясь в воздухе, «Великий меч Грокса» выглядел так, будто вот-вот рассыплется, но, не в силах противиться яростному приказу пергамента, он снова бросился в атаку и…
— Ква-а-анг!
… рухнул, не долетев до Чейзера приличное расстояние. Чейзер встал перед мечом, вонзившимся в пол. Стоило коснуться рукояти, как клинок и гарда рассыпались в прах. Бросив оставшийся эфес на кучу обломков, Чейзер довольно произнес:
— Плюс один.
Он подошел к «Пергаменту Хопена». Зловещий свет мерцал из последних сил. Огромная мощь, ощущавшаяся вчера, иссякла, и свиток легко дался в руки. Однако исчезновение магической энергии лабиринта не означало, что исчезло и заложенное в ядре проклятие. Как только Чейзер взял его, «Пергамент Хопена» привычно попытался наложить свои чары. Но проклятие шифрования, атакующее разум, не возымело на Чейзера никакого эффекта.
Поручение было выполнено.
— Конец. — Сказал он.
— Ура!
— Ну и живучая же дрянь.
— Разве это не интереснее, чем если бы все было легко и просто?
— Интереснее всего решать сложные задачи простыми методами. Хе-хе.
Он аккуратно убрал пергамент за пазуху и заснял окрестности на планшет. Кадры с руинами лабиринта, которые зрители назвали «грандиозными», сохранились в памяти устройства.
Чейзер вышел со склада. Солнечный свет ослепил его. Непривычно ранний уход со службы, но на лице Чейзера читалась лишь уверенность. Когда он вернулся в казарму, Марина уже ждала его.
— Сегодня вы рано?
К тому же Чейзер выглядел совершенно здоровым после вчерашнего лечения. Она вспомнила его слова: «Сегодня все закончится».
Не обманув ее ожиданий, Чейзер достал пергамент и напутствовал:
— Позаботьтесь о нем.
— О-о-о, у вас получилось! — Она просияла, искренне радуясь успеху. — Но вы в порядке? Хватать такое голыми руками…
Впрочем, восторг быстро сменился ужасом. Она в изумлении уставилась на ладонь Чейзера, сжимающую пергамент. Видимо, она ожидала, что он принесет его в каком-нибудь контейнере, а не будет касаться напрямую.
Сама она надела весьма внушительные перчатки. Сияющие, с рубинами на тыльной стороне ладони – с первого взгляда было ясно, что это сокровище.
«Бессмысленное касание»…
Перчатки, собственноручно сплетенные королевой фей из крыльев возлюбленного. Все, к чему они прикасаются, временно теряет смысл.
— Знай она, что в нем течет человеческая кровь, никогда бы не полюбила его.
‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗‗
Вещь определенно была ценнейшая. Марина в этих перчатках указала тонким пальцем на руку Чейзера.
— Он же прямо сейчас вас атакует!
— А? Да он смирный… — Наоборот, это ключ вечно бесится, а этот притих, как только понял, что проклятие не действует. Ключ, который после снятия доспеха снова стал невыносимо наглым, валялся где-то у входа на склад.
— Он вгрызается в саму душу, отчаянно пытается ее процарапать. В любом случае, спасибо.
Ей, видимо, было больно на это смотреть, поэтому она поспешила забрать «Пергамент Хопена» из рук Чейзера.
— Вы ведь точно от него избавитесь?
— Да. Как я и говорила, он послужит подношением для высшей алхимии. Больше вы его не увидите.
— Тук-тук.
Раздался стук в дверь. Чейзер обернулся на звук, а когда посмотрел назад, кошка уже перемахивала через подоконник.
— Мяо.
Хвост качнулся, словно прощаясь. До следующей встречи.
Так она и исчезла.
— Да, иду! А, капрал Габи.
— О, ты уже вернулся? Все нормально?
— Конечно.
Габи бегло осмотрел Чейзера и, убедившись, что тот здоров, кивнул. Адъютант Спенсер велел ему присматривать за парнем.
— Я чего зашел: скоро новобранцы переедут в казарму.
— А, вот как.
— Ага. Период подготовки еще не закончился, но остальное – сплошная идеология да теория в учебке. Завтра придут те, кто будет жить с тобой в одной комнате, так что имей в виду.
— Понял. Спасибо.
Капрал махнул рукой и вышел. Скорее всего, заглянул проверить его из-за раннего возвращения, а про казарму сказал просто к слову. Где это видано, чтобы капрал бегал к рядовому объяснять такие мелочи?
— Все-таки он добрый человек.
Чейзер повалился на кровать и закрыл глаза. Напряжение спало, и его мгновенно сморил сон.
***
— Да. Докладывай.
Спенсер не ждал от этого отчета многого. Прошло всего несколько дней, требовать результатов было бы странно.
— Сейчас он со стула рухнет.
— Предвкушаю. Какая же будет реакция?
Чейзер спокойно изложил события прошедшей недели.
— На данный момент я перенес в планшет вот такой объем информации из журнала Баммера. Буду продолжать работу.
Когда Чейзер показал собранные данные, Спенсер скупо похвалил его:
— Неплохо.
Для такого короткого срока объем проделанной в одиночку работы впечатлял. Чейзер продолжил доклад. Когда зашла речь о проникновении ведьмы на территорию, Спенсер лишь буднично кивнул.
— Знаю, ведьма пробралась незаконно.
Благодаря благословению «Взирающее око», он знал о каждом ее визите на склад. Ведьмы – существа, с которыми лучше не связываться без нужды. К тому же ее целью было ядро лабиринта, и он просто наблюдал за развитием событий.
Попытайся она выкинуть что-то неподобающее, он бы устранил ее любым способом и стер все улики, но, к счастью, она оказалась не проблемой, а гостьей. Он подумывал вмешаться, когда она подошла к Чейзеру, но те каким-то чудом за один день превратились в заказчика и исполнителя.
— Я знаю, что ты ее наемник. И знаю, что она – тот полезный человек, который избавит нас от «Пергамента Хопена». Так что давай к следующему пункту.
Для Спенсера ее незаконное вторжение не имело значения. Важен был результат. Если проблем не возникло, не возникает и не возникнет впредь – значит, все в порядке.
Чейзер кивнул и продолжил:
— …Таким образом, лабиринт внутри склада ликвидирован, а «Пергамент Хопена», бывший ядром «Красной зоны», передан ведьме.
— …
— Также нейтрализовано 984 «ядра лабиринта». С учетом «Пергамента Хопена», который сейчас у ведьмы, итого 985.
Спенсер поднял ладонь и спросил с недоверием:
— То есть ты хочешь сказать, что в одиночку разобрался с лабиринтом на складе?
Чейзер уверенно кивнул:
— Именно так.
Он выложился на полную и мог говорить о своих достижениях без тени смущения. Даже если это выглядело как самохвальство. Чейзер вывел на экран планшета фотографии интерьера склада в качестве доказательства.
Спенсер тут же скомандовал:
— Перешли мне.
Слегка дрожащей рукой Спенсер открыл данные, поступившие на его «Древнее новейшее записывающее устройство».
Обновлено: 23.01.2026