Глава 12 — Глава 12

— Эх-х… И как теперь до Совета Старейшин тащиться? Прием должен был состояться в Совете Старейшин. От Павильона Скрытого Облака это было довольно далеко, так что я, наскоро собравшись, вышел наружу. Все-таки этот Глава Совета Старейшин – та еще проблема. Раз уж пригласил, мог бы прислать повозку или хотя бы лошадь, верно? Он же прекрасно знал о моем положении. Павильон Скрытого Облака долго пустовал. Я въехал туда только вчера, и многого еще не хватало. Например, не было даже лошади для поездок. А куда делась та, на которой я приехал из Ланьчжоу, – неизвестно. Что ж поделать? Придется идти пешком, пусть и далеко. — А? Это еще что? Так, ворча себе под нос, я шел к Совету Старейшин, когда вдруг наткнулся на повозку. Роскошные украшения и тигровый флаг, на котором была вышита цифра «пять». Это была повозка Пятого Ученика Чхонма, Юк Чжахына. «То что надо!» Я бросился к повозке и крикнул: — Эй! Окно повозки открылось, и из него высунулось хмурое лицо Юк Чжахына. Судя по бледному цвету лица, вчерашние раны еще давали о себе знать. — Чего тебе? Пэк Сугён? — Он самый. — «Он самый»? Надо говорить «к вашим услугам». — Между нами это было бы слишком официально. Юк Чжахын нахмурился еще сильнее. — А что между нами? — Что за вопрос? Мы же старший и младший братья-ученики. — Не смеши. Ты же так не думаешь. — Заметно, да? — Эх, вот же наглец. Кучер, останови-ка повозку, — скомандовал он. Повозка остановилась. Подойдя к окну, я спросил Юк Чжахына: — Куда направляешься? — На твой прием. И какого черта меня вообще позвали из-за такого, как ты? Я едва сдержал усмешку. В предыдущей жизни никто не получал от этого приема большего удовольствия, чем он. Именно Юк Чжахын издевался надо мной жестче всех. А теперь делает вид, будто его заставляют идти. Неужели то, что я изменился, повлияло и на его отношение? — А ты что тут делаешь? Почему пешком? — А на чем мне еще добираться? Ехать не на чем. В общем, удачно вышло. Подбрось меня. Юк Чжахын нахмурился. — С какой стати тебе ехать в моей повозке? — Что-то нездоровится. Нога болит после твоего вчерашнего внезапного нападения. Я принялся картинно потирать ногу, изображая боль. Хоть у нас с ним и скверные отношения, но если можно его использовать, то надо использовать. — Эй, я же тебя даже не ударил! — Нет, ударил. Вот, смотри. Я закатал штанину и показал ему голень. Разумеется, на ней не было ни царапины, что привело Юк Чжахына в полное недоумение. — Ты что за тип вообще? — Мы же старший и младший братья-ученики. — Ха. Так хочешь прокатиться? — Угу. — Тогда, если будешь и дальше так же вежливо называть меня старшим братом, я подумаю… Эй, ты чего! Пока Юк Чжахын разглагольствовал, я залез в повозку. — Спасибо, старший брат. — Я еще не разрешал! — Не будь таким мелочным. Прояви великодушие, как и подобает старшему брату-ученику. Поехали! Я постучал по стенке повозки. Юк Чжахын смотрел на меня с ошеломленным видом, но вскоре, кажется, смирился, покачал головой и пробормотал: — Черт. И угораздило же какому-то странному типу затесаться ко мне в младшие братья. Пропустив его слова мимо ушей, я весело присвистнул. Свежий ветерок, влетавший в окно, приятно холодил лицо. Мы ехали молча, когда мой взгляд упал на флягу-горлянку, висевшую у него на поясе. Как я и велел, он прикрепил к ее узкой части нефритовое кольцо. — Хорошо смотрится. — Не заглядывайся. Мое, — произнес Юк Чжахын, инстинктивно прикрывая флягу. — Кто на нее заглядывается? Носи всю жизнь. Тебе идет. — Хе-хе, и ты так думаешь? — Юк Чжахын едва сдержал улыбку. — Честно говоря, очень идет. Я как в зеркало посмотрел, так и обомлел. Будто другим человеком стал. И знаешь что? Люди стали смотреть на меня с большим почтением, стали вежливее. — …Может, тебе просто кажется? Думаешь, из-за одной фляги-горлянки к тебе стали относиться иначе? — Именно! Они, должно быть, инстинктивно чувствуют, что эта фляга принадлежала Сэнсэю. Юк Чжахын еще долго возбужденно говорил, перечисляя, что изменилось с тех пор, как он получил флягу. Слушать это было странно, но раз ему нравится, то и хорошо. Он откупорил пробку и сделал большой глоток. — Кха-а… Хорошо. Эй, я сейчас пью не алкоголь. Я пью одиночество сильнейшего в Поднебесной. — Это же мои слова. — Теперь мои. На приеме все обалдеют. Уверен, когда Глава Совета Старейшин узнает, чья это фляга, он точно… Юк Чжахын внезапно замолчал. — Почему замолчал? Что «точно»? Вместо ответа он посмотрел на меня каким-то странным взглядом. — Эй. — Что? — Я еще вчера заметил: почему ты такой спокойный? — А что, нельзя? — Нельзя. Ты что, не знаешь, зачем Глава Совета Старейшин устраивает этот прием? — Знаю. — Ничего ты не знаешь. Дать тебе совет как старший брат? — Нет. Я отказался без колебаний. Смутившись, Юк Чжахын почесал щеку. — Да послушай ты, придурок. На приеме ни в коем случае не перечь Главе Совета Старейшин. Он на тебя зуб точит. Я посмотрел на него со странным чувством. Мы ведь ненавидели друг друга. И вдруг он дает мне совет? Причем совет, который был бы весьма полезен, не будь я вернувшимся во времени. Для меня это было непостижимо. «Неужели эта фляга-горлянка обладает такой силой?» Похоже, она ему действительно понравилась, раз он заплатил за нее целых сто двадцать лян. — Точит он зуб или нет – его дело. Мне совершенно не страшно. — Да ты умрешь прежде, чем Сэнсэй успеет тебя спасти! Глава Совета Старейшин – это страшно, но тот, кто стоит за ним, куда страшнее. Знаешь кто это? Старший Ученик! Знакомое имя. За Главой Совета Старейшин стоит Старший Ученик Гык Мухёк, прозванный Демоническим Новым Драконом. Его описывали по-разному: самый вероятный кандидат на пост следующего Главы Церкви, молодой глава сильнейшей из Семи Демонических Семей, обладатель таланта, не уступающего Чхонма. Первые два утверждения были верны, но третье – полная чушь. В прошлой жизни Чхонма в одиночку сокрушил Демоническую Церковь, оставил горы трупов по всему Чунвону и убил Десять Великих Мастеров Поднебесной. В мире не существовало таланта, сравнимого с его. Тем не менее, объективно говоря, Старшего Ученика нельзя было сбрасывать со счетов. Он был коварен, жесток и хитер. И, что самое главное, он был не один. Из Семи Демонических Семей, откуда вышли младшие демоны, было шесть. Но не только две оставшиеся семьи, но и некоторые из этих шести уже присягнули ему. Кроме того, множество организаций внутри Демонической Церкви находились под его влиянием. Глава Совета Старейшин был одним из тех, кто готов пойти на все, чтобы сделать Старшего Ученика следующим Главой Церкви. Этот прием был частью его плана – способом устранить любые потенциальные переменные в борьбе за престолонаследие. — Старший Ученик сейчас в Чунвоне. Он наверняка не знает, что у него появился такой наглый младший брат. Поэтому Глава Совета Старейшин решил прощупать почву. А если ты начнешь дерзить на приеме? Что, по-твоему, сделает с тобой Старший Ученик, когда вернется? Бр-р, даже представлять страшно. Юк Чжахын содрогнулся. Он особенно боялся жестокости Старшего Ученика, ведь тот был отморозком, убивавшим любого, кто ему не нравился. Когда-то я тоже так считал. У меня с ним были счеты похуже, чем с Юк Чжахыном. Кстати, это именно Старший Ученик, издеваясь над моим прерванным потоком ци, дал мне идиотское прозвище «Непобедимый на полчаса». — Эй, да делай что хочешь. Подумал тут… меня это не касается. — Как это? Разве старший брат не обязан защищать младшего? — Какая еще обязанность? Я тебе не Монгхванхвангга. При упоминании этого названия я навострил уши. — Монгхванхвангга? — Есть такая семья среди Семи Демонических. Они недолюбливают Старшего Ученика… Ой, что это я несу? — Юк Чжахын в ужасе прикрыл рот рукой и принялся шлепать себя по губам. Я поднял ладонь. — Помочь? — Черт, не надо! Слушай, забудь, что я сказал, понял? Это секрет. Если до меня дойдут слухи, что Юк Чжахын болтает за спиной, будто кто-то не любит Старшего Ученика, то нам обоим крышка! Нет, только тебе! Я тебя убью! Пропустив его угрозы мимо ушей, я задумался. «Монгхванхвангга недолюбливает Старшего Ученика?» До этого я думал только о том, как бы насолить Главе Совета Старейшин. Но теперь, услышав это, я понял, что можно пойти дальше. Мне все равно нужно было рано или поздно посетить Монгхванхвангга – там находился предмет, необходимый для лечения моего прерванного потока ци. Признаться, я немного переживал на этот счет, так как думал, что они заодно с Главой Совета Старейшин. В прошлой жизни я видел, как они вместе прислуживали Старшему Ученику. Но если слова этого болвана – правда, то можно найти лазейку. «Нужно будет понаблюдать за их реакцией». Юк Чжахын, который, сам того не ведая, оказал мне неоценимую услугу, все еще шлепал себя по губам. Я обратился к нему: — Так боишься Старшего Ученика? — Еще бы! — Тогда зачем дал мне совет? — Зачем? — Его глаза забегали из стороны в сторону. Наконец, сделав нарочито мужественное лицо, он произнес: — Я же старший брат, щенок. — Тоже мне, старший брат нашелся. Я усмехнулся его бахвальству, но в то же время почувствовал что-то странное. Возможно, потому, что именно этих слов я так хотел услышать в прошлой жизни. Тем временем повозка прибыла к месту проведения приема. Из-за того, что мы не торопились, назначенное время уже приближалось. Перед залом толпились воины Совета Старейшин, источавшие зловещую ауру. Видимо, хотели напугать меня еще до входа. Я молча вышел из повозки. Стоя перед залом, я вспомнил, что было в прошлой жизни. Они делали вид, что чествуют меня, а сами спаивали, проверяли, провоцировали на ошибки и выставляли идиотом. «И избивали». — Ты чего на меня уставился? — вздрогнул Юк Чжахын, вышедший следом. — Чувствуешь мою жажду убийства? — Что ты несешь? — Будь осторожен. — С чего бы?! По крайней мере, теперь он меня не тронет. Но наверняка найдется кто-то другой, кто захочет меня проверить. Глава Совета Старейшин это устроит. «Пока что сосредоточусь на нем». Половина влияния Главы Совета Старейшин исходила от Старшего Ученика, но другая половина была его собственной заслугой. Это означало, что если я попаду к нему в немилость, проблем не оберешься. Все, что у меня было, – это нэгон, накопленный за три с половиной года, и воспоминания из прошлой жизни. Но этого достаточно. Я покажу Главе Совета Старейшин, кто я такой. И я дам понять всем собравшимся, что веревка, за которую они держатся, не обязательно должна вести к Старшему Ученику. Когда я покину этот зал, мое положение сильно изменится. — Заходим. Я пошел вперед. Юк Чжахын что-то ворчал сзади о том, почему это я иду первым, когда он старший брат. Пропустив это мимо ушей, я вошел в зал. «Много же их собралось». Просторный зал был заставлен столами и забит гостями. Их было заметно больше, чем в прошлой жизни. Вероятно, из-за слухов о том, что я победил Юк Чжахына и Ви Соран. Даже те, кому я был безразличен, захотели увидеть меня своими глазами. «Главы Семи Демонических Семей, Глава Защитного Дворца, Глава Призрачного Отряда, Лорд Кровавого Демона…» Здесь собралась практически вся верхушка Демонической Церкви. Я внимательно посмотрел на главу семьи Монгхванхвангга. Неужели за этим суровым взглядом скрывается неприязнь к Старшему Ученику? Если так, то я должен дать ему понять, что есть младший демон, у которого еще нет покровителя, – тот, кто может изменить его жизнь. Сегодняшний вечер станет для этого легкой разминкой. — А вот и главный герой нашего приема. Добро пожаловать, Седьмой Ученик. Зал стих. Голос Главы Совета Старейшин, наполненный нэгоном, разнесся по всему помещению. — Уверен, многие из вас видят Седьмого Ученика впервые. Ну как, разве не внушительная у него аура? А эта благородная внешность? Поистине, он – тот, на кого могут равняться все демонические воины. Я был даже немного впечатлен. Атака с первой же секунды, без передышки. Если перевести его слова, получится примерно следующее: «Как видите, он – ничтожество. Не прискорбно ли, что Глава Церкви взял в ученики такого?» Как и ожидалось, по залу прокатились смешки. — Так это и есть Седьмой Ученик? А я-то думал, какой-то слуга вошел. Ха-ха-ха! Кто-то перешел черту. Это был молодой человек, нелепо обмахивавшийся веером. «Чжин Симён». Сделав вид, что не знаю его, я спросил: — Прошу прощения, как ваше имя? Чжин Симён криво усмехнулся и ответил: — Я Чжин Симён из семьи Хёквольчжинга. Вы, должно быть, не слышали обо мне, ведь вы здесь новичок. — Кое-что я знаю. В каком районе находится Хёквольчжинга? — В Канмубу. Канмубу был одним из двенадцати районов Демонической Церкви. Я понимающе кивнул. — А, Канмубу! Там же знаменита Монгхванхвангга. Лица нескольких человек, включая Чжин Симёна, окаменели. Монгхванхвангга и Хёквольчжинга были давними врагами. Из-за того, что их территории находились рядом, стычки между ними были обычным делом. Я мельком взглянул на представителей Монгхванхвангга – они едва заметно улыбались. Благодаря Чжин Симёну я заработал пару очков. Сделав вид, что ничего не понимаю, я громко пробормотал: — Надо же. Я слышал о Задёнъюкга, Маджонгыкга, Монгхванхвангга и других, но о Хёквольчжинга – впервые. Прошу прощения. Лицо Чжин Симёна мгновенно побагровело. Он смерил меня ледяным взглядом. — Похоже, вы еще не знакомы с культурой нашей Церкви, но такая дерзость может быть очень опасна. Надеюсь, вам не придется на собственном опыте узнать, какова сила Хёквольчжинга. Вот это да. Хоть я и новичок без всякой поддержки, но я все-таки младший демон. И он смеет угрожать мне на людях? «Вот же дурак, какую ошибку совершает». Я порылся в памяти. Вспомнился один случай, связанный с ним. Улыбнувшись, я подошел к Чжин Симёну. Когда я оказался совсем близко, я очень тихо прошептал на ухо сверлившему меня взглядом наглецу: — Скажите, а что это за желтый порошок у вас на рукаве? Чжин Симён, который смотрел на меня так, будто готов был сожрать, тут же спрятал рукав. Его лицо стало мертвенно-бледным. Он, должно быть, подумал, что я раскрыл его тайну. Хоть Демоническая Церковь и была сборищем безумцев, некоторые вещи здесь были под строгим запретом. Например, вещества, чрезмерно затуманивающие разум. И Чжин Симён, которому чего-то не хватало в жизни, был зависим от одного из таких. Я помнил об этом, потому что позже из-за этого разразился скандал, который потряс всю Церковь. Он тогда с огромным трудом выкрутился благодаря влиянию семьи и взяткам. — Похоже, это вы не знакомы с культурой нашей Церкви. Не следить за чистотой рукавов может быть очень опасно. Ведь может появиться кто-то вроде меня, кто заметит что-то лишнее, — продолжил я. — … — Отвечайте. — В-вы правы. Я буду внимательнее. — Вот и хорошо. Я удовлетворенно улыбнулся. Был ли на его рукаве желтый порошок на самом деле, я не знал. Да и он сам, скорее всего, не знал. Но одно он понял точно: у меня есть способ в любой момент разрушить его жизнь. — Ведите себя хорошо. Я похлопал Чжин Симёна по плечу. Тот, словно завороженный, кивнул. — Что это с господином Чжином? — О чем они там шептались? Все в зале с недоумением смотрели в нашу сторону. Они, конечно, не могли понять, почему такой заносчивый Чжин Симён вдруг стал смирным как ягненок. Я сел на свободное место рядом с Главой Совета Старейшин. — Это мое место, верно? — …А? Да, твое. Удобно устроившись, я с торжествующим видом оглядел зал. Атмосфера изменилась с моего появления, стала более напряженной. «Ну, давайте, попробуйте тронуть меня еще раз. Я этого так не оставлю», – подумал я. Усмехнувшись, я постучал по пустому столу и, посмотрев на Главу Совета Старейшин, сказал: — Что сидим? Кормить не собираетесь? Выражение лица Главы Совета Старейшин было непередаваемо.