Горло Чжоу Кунчжи пересохло.
— Я не хотел... — с трудом выдавил он, пытаясь оправдаться.
Бо Минь спокойно смотрел на него, но в его глазах промелькнула насмешка. Что ж, яблоко от яблони... Лицемерное желание снять с себя ответственность — чисто отцовская черта.
Не дав ему договорить, щупальце метнулось вперёд. Голос Чжоу Кунчжи застрял в горле, и он инстинктивно зажмурился в ожидании неминуемой боли.
Однако боль так и не пришла. Вместо этого он почувствовал на щеке холодное, шероховатое прикосновение. Страшное щупальце скользило по его лицу.
— Хороший мальчик. Ты не такой, как твой дед. Я тебя не убью.
Вместо смертного приговора — неожиданное помилование.
Камень, давивший на сердце Чжоу Кунчжи, рухнул, и его чуть не захлестнула волна благодарности.
Когда он наконец набрался смелости открыть глаза, то увидел лишь спину, окутанную роем белоснежных бабочек. На мгновение ему показалось, что это сошедшее с небес божество, но в следующий миг видение сменилось образом гниющего, сочащегося гноем монстра, из иссохших костей которого рождались бабочки.
К горлу подкатила тошнота. Опираясь на угол стола, он вывернул наизнанку всё, что съел за ужином.
На четвёртый день все чувствовали себя гораздо лучше, чем прежде, но в воздухе висело неловкое молчание.
Одна лишь Фэн Ин, беззаботно проспавшая всю ночь, теперь увивалась вокруг Чжуан Шосина, выпрашивая у него то самое исцеляющее зелье, которое могло бы заменить дорогие аналоги.
И хотя он уже много раз повторял, что зелья, созданные его персонажем-колдуном, действуют только в подземелье Городка Благой Бабочки, Фэн Ин это ничуть не смущало.
Чжуан Шосину ничего не оставалось, кроме как со вздохом выдать ей целую гору стеклянных флаконов.
— Даже если оно работает только здесь, это всё равно круто! — бормотала Фэн Ин, вертя в руках сокровище. — Теперь можно не бояться получить ранение. Оно же полностью заменяет и лечебные способности, и зелья!
Она говорила не громко и не тихо — ровно так, чтобы все спутники её услышали. Атмосфера мгновенно стала напряжённой.
Чжуан Шосин потерял дар речи от её несдержанности на язык и невольно бросил взгляд в сторону Чжоу Кунчжи. Как и ожидалось, тот стоял ни жив ни мёртв, с совершенно потерянным видом.
И без того переживая из-за любовных неурядиц, он теперь получил ещё и этот болезненный укол. Ему, должно быть, ужасно плохо.
Чжуан Шосин долго сверлил взглядом стоявшего рядом Чуньюй Шэна, надеясь, что тот заметит ужасное состояние Чжоу Кунчжи, но в ответ получил лишь недоумённый взгляд.
— У тебя... — нерешительно начал тот.
Чжуан Шосин весь обратился в слух. Ну же, скажи что-нибудь утешительное!
— ...глаза ещё не прошли? — закончил Чуньюй Шэн.
Чжуан Шосин: «...»
Ладно, чего он вообще ждал от этого бесчувственного робота с каменным лицом?
Тяжело вздохнув, он понял, что его собственное вмешательство принесёт больше вреда, чем пользы, и легонько ткнул локтем в бок стоявшего рядом Юй Ту.
Тот всё понял без слов. Многозначительно взглянув в сторону Чуньюй Шэна, он с тёплой улыбкой подошёл к Чжоу Кунчжи.
— Сюэди, не хочешь помочь мне рассчитать узлы для формации, которую мы будем чертить?
Хоть на душе у Чжоу Кунчжи и скребли кошки, воспитание и мягкий характер не позволяли ему показывать свои чувства на людях.
— Я постараюсь помочь, сюэчжан, — выдавил он из себя слабую улыбку.
Увидев, что те двое уже углубились в обсуждение каких-то функций, Чжуан Шосин, получивший передозировку науки, поспешно зажал уши и отступил в сторону. Его тут же кто-то подхватил. Сверху на него смотрели с нескрываемым презрением.
Тьфу, так и чешутся руки ему врезать!
Следующие два дня прошли в обманчивом спокойствии, за которым скрывался постоянный страх.
Таинственный вор, кажется, вошёл во вкус и теперь каждый день, несмотря на усиленную охрану, утаскивал по несколько коконов.
В конце концов, глядя на жалкие остатки, висящие на деревьях, Чжуан Шосин даже не знал, что делать с ведром каши.
С площади у подножия горы вновь донёсся пронзительный визг старосты. Он вздохнул. Чуньюй Шэн был прав: протянись подготовка к празднеству ещё немного, и им бы вообще не пришлось выполнять эту работу.
Нашёл ли Бо Минь ядро Короля Демонов-бабочек, он не знал, зато вой старосты, который с каждым разом становился всё дольше, был слышен отчётливо.
Измученный этим звуковым террором, Чжуан Шосин понуро плёлся за Чуньюй Шэном вниз с горы. Работа на кладбище давно закончилась, так что они оказались самыми незанятыми.
Он также навещал Дев-бабочек, которых всё это время отпаивали зельями. С каждым днём они всё меньше походили на людей и всё больше — на ту первую жертву, которую выпотрошили и бросили на кладбище.
За все перезапуски этого подземелья, каждый раз находились молодые девушки, которых под разными предлогами заманивали в деревню, чтобы превратить в инкубаторы для демонов.
Чжуан Шосин смотрел издалека на эти убогие лачуги, и на сердце становилось невыносимо тяжело.
Однако, когда он уже собирался отвести взгляд и последовать за Чуньюй Шэном, краем глаза он заметил, как за грудой хлама позади лачуг мелькнула тоненькая косичка.
Он остановился и пошёл в другую сторону.
Чуньюй Шэн, шедший впереди, не услышал за собой шагов и с недоумением обернулся. Его спутник сидел на корточках посреди кучи мусора, не обращая внимания на то, что подол его платья валяется в грязи, и, совершенно забыв о приличиях, что-то искал в карманах.
Но утром он выходил в спешке, и после долгих поисков нашёл лишь одну подтаявшую конфету.
— Помнишь меня? — смущённо протянул он её маленькой девочке, и его взгляд потеплел.
Он узнал в ребёнке, прятавшемся за лачугами, ту самую девочку, что указала им дорогу, когда они с Чуньюй Шэном спешили на помощь Чжоу Кунчжи.
Девочка робко кивнула.
— Красивая сестричка, — она помолчала, а затем ткнула грязным пальчиком в сторону его спутника. — И жених, который нёс сестричку.
Чжуан Шосин замер, затем обернулся и увидел, что Чуньюй Шэн идёт к ним.
— Почему он жених? — удивлённо спросил он.
— Сестричка Сяо Шуан говорила, что тот, кто несёт невесту, — тот и жених, — с невинным видом ответила девочка.
— А почему я невеста?
— Потому что сестричку нёс жених.
Чжуан Шосин: «...» Это что, матрёшка?
Видя, что девочка всё ещё пытается разобраться в логической цепочке «жених-невеста», а подошедший сзади Чуньюй Шэн тоже прислушивается, он поспешил сменить тему.
— Кстати, как тебя зовут?
— Меня зовут Сяо Де, — девочка бережно положила конфету в рот и сладко ему улыбнулась.
Сяо Де?
В голове Чжуан Шосина что-то щёлкнуло. Это имя показалось ему знакомым.
Однако, не успел он задуматься, как Сяо Де будто что-то почувствовала. Её личико побелело, и она, дрожа, снова спряталась за кучей хлама.
— Что случилось, Сяо Де? — спросил Чжуан Шосин.
— Сестричка, прячься скорее! — выглянув из-за деревяшек, прошептала она, и в её больших глазах застыл ужас. — Дядя староста идёт! Он опять будет кормить Сяо Де странными червяками.
Странными червяками?
Чжуан Шосин не успел ничего понять, как его снова подхватил и закинул на плечо Чуньюй Шэн. После нескольких головокружительных кульбитов он, ошарашенный, оказался лежащим на склоне холма позади лачуг.
Обновлено: 22.01.2026